Помоги проекту - поделись книгой:
— Тор… — вздохнула я, ненавидя мысль о том, что сегодня не смогу быть с ней, когда она чувствует себя так. И я могу судить, что с ней творится нечто большее, чем просто беспокойство о Дариусе. Лайонел держал ее в своей власти с того момента, как схватил меня и Ориона, и я знаю, что она не рассказывает мне худшее из того, через что ей пришлось пройти за последние несколько дней. Но я хорошо знаю свою сестру, она откроется мне, когда мы останемся наедине. — Мне надо быть с тобой.
— Тебе нужно быть с ним, — настаивала она, сжимая мою руку. — Вы слишком долго были в разлуке, и вы могли потерять друг друга сегодня ночью. Ты любишь его, не так ли?
— Я… — начала я, но голос Джеральдины оборвал меня, когда она крикнула из душевой.
— Ты, летучий ушастый ублюдок! — крикнула она, за ее словами последовал громкий удар.
— Отвали, Грас, — прорычал в ответ Орион.
— Ты стоишь здесь и подслушиваешь за истинными королевами, а я буду защищать их частную жизнь до последнего вздоха!
Мы вышли из бани и увидели, что Джеральдина бьет Ориона баклажаном, наколдованным ею, но он отскакивает от воздушного щита, который его окружает.
— Я не подслушиваю, — сказал Орион, переведя взгляд на нас. — Я просто жду тебя.
Его взгляд буравил меня, и внезапно я почувствовала себя слишком жарко, желание придвинуться к нему поближе сводит меня с ума.
Из мужской бани доносились звуки плеска и смеха, и мы с Тори шагнули вперед, желая взглянуть.
В одном из бассейнов Калеб с помощью даров своего Ордена разгонялся, превращая воду в водоворот, а Сет пытался выбраться из его центра. Макс пытался обстрелять Калеба струями воды с верхней скалы, а Ксавьер пускал ему в глаза блестящие пузырьки.
— Мальчики! — воскликнула Джеральдина, хотя на ее губах плясала улыбка. — Их динг-донги иногда превращают их в таких шутов. Сюда, миледи. Вы, должно быть, устали, как гуси на снегу.
Она двинулась вперед, и Орион придвинулся ко мне, наши пальцы соприкоснулись и пустили электрический ток по моим венам. Я не смотрела на него, но мое дыхание стало тяжелым, и я знаю, что между нами накопилось множество слов, которые необходимо высказать, но сейчас все, чего я хочу, — это упасть в его объятия и снова обрести в них покой.
Джеральдина провела нас вглубь спального корпуса, где овальные деревянные двери выстроились вдоль стен, а бра озаряли темный тоннель.
— Разбойники могут выбрать любую комнату, которую смогут разделить между собой, я буду спать с Анжеликой сегодня вечером, как только она появится вместе с другими повстанцами. Но для вас, мои королевы, мы, конечно, предоставим покои, достойные королевских особ.
Теперь до нас донеслись звуки других людей, направлявшихся в указанную сторону под громкий голос Хэмиша, который вел их к душевым.
— Вот мы и пришли. — Джеральдина распахнула дверь справа от себя, на которой был выгравирован королевский герб, и осмотрела помещение. Внутри две кровати, над каждой из них висят цветы, с одной стороны накрыт стол с едой и напитками. — Вам нравится? Или мне добавить еще цветов на стены? Позолотить кровати? Или, может быть, вы хотите, чтобы я взбила ваши подушки и спела вам старую колыбельную?
— Где комната Лэнса? — спросила я, желая, чтобы он был рядом после всего, что произошло.
— О, эм… — Джеральдина посмотрела в коридор, как раз когда к нам подошел Хэмиш с широкой улыбкой на лице.
— Как дела в королевских покоях? — громко спросил он, казалось, совсем не замечая Ориона, когда он скользнул взглядом прямо по нему. — Все ли вас устраивает?
— Мы просто спросили, где остановился Орион, — спросила Тори, наклонив голову на одну сторону, когда Хэмиш мгновенно осекся.
— Его… его… простите меня, миледи, но он
— В буфете? — воскликнула я, глядя на Джеральдину, которая сжимала руки в кулаки. — О чем, черт возьми, ты говоришь? Я хочу, чтобы он был рядом со мной здесь.
— О, эм, ну, я… — Хэмиш посмотрел на Ориона, затем его начало сильно мутить.
— О, во имя звезд, забудь об этом, Хэмиш. Ты можешь просто сказать нам, какая комната для Дариуса? — спросила Тори, и Джеральдина обернулась с выпученными глазами.
— Конечно, миледи Тори, вам стоит только попросить что-нибудь в этом месте, и это будет вашим.
Джеральдина поспешила в соседнюю комнату и распахнула дверь, окинув взглядом пространство внутри.
— Эта подойдет? — Она посмотрела поверх наших голов на Хэмиша, который сжал кулак, пытаясь остановить рвоту, и я почувствовала, что мое самообладание слабеет, поскольку Орион просто уставился себе под ноги, словно желая смириться с таким дерьмом.
— Идеально, Джеральдина, спасибо, — сказала Тори, даже не потрудившись заглянуть в комнату. — Тебе нужно, чтобы мы сделали что-нибудь еще, перед тем как мы отправимся отдыхать, или…
— Нет, нет. До свидания, мои милые королевы. Увидимся утром, — поспешно сказал Хэмиш, взглянув на Джеральдину, а затем отвернулся, но когда он снова посмотрел на Ориона, тот снова сжал кулак и перешел на бег.
— Проблема решена, — сказала Тори, махнув Ориону в сторону комнаты, которую она заняла от имени Дариуса, а затем повернулась и сделала шаг, собираясь уйти. — Я увижусь с тобой через некоторое время, Дарси, мне просто нужно немного побыть со своими мыслями. — Она прошла мимо нас, оглянулась на меня и слабо улыбнулась на прощание, а я нахмурилась, пытаясь решить, следует ли мне навязать ей свою компанию или просто принять ее решение уединиться, дабы она смогла привести себя в порядок.
— Погоди, — сказал Орион, подавшись вперед и доставая что-то из кармана. Он протянул красивое рубиновое ожерелье, которое Дариус подарил моей сестре, и ее глаза удивленно расширились.
— Я забрал его для тебя во время битвы, — сказал он, и Тори порывисто выхватила у него ожерелье, крепко сжав его между пальцев.
— Спасибо, — прошептала она, тот факт, что он спас его, явно много значит для нее.
Мои губы удивленно приоткрылись, когда она подалась вперед, обняла его одной рукой и похлопала по спине, после чего отпустила.
— Он жив, Тори, — заверил Орион, задирая рукав и открывая голый участок кожи на руке, на котором когда-то был символ Льва Дариуса.
Я вздохнула, протягивая руку и желая дотронуться до этого знакомого места, которое так прочно связывало его с другом.
— Если бы связь исчезла из-за смерти моего Подопечного, я все равно был бы отмечен. Даже после смерти узы не исчезают, — поклялся он, и надежда засветилась в глазах Тори, когда она кивнула.
— Тогда, наверное, нам остается только ждать, когда он явится с объяснениями, — сказала она с обнадеживающей улыбкой, но я заметила, как она снова опустила глаза, когда попятилась и проскользнула в королевскую комнату.
Джеральдина обернулась и посмотрела с меня на Ориона, приглаживая свои светло-каштановые волосы.
— Ну, каштаны в моем ореховом мешке, я просто на седьмом небе от счастья, что вы двое снова вместе.
Я прочистила горло, не глядя на Ориона.
— Мы не вместе. — Черт, прозвучало неправильно.
— О, — вздохнула Джеральдина. — Простите меня за мою самоуверенность, миледи. Возможно, это к лучшему, а? Что скажут повстанцы о том, что истинная королева встречается с Опозоренным властью Фейри — без обид, Орион.
— Никаких обид, — прорычал он. — Разве тебе не нужно куда-то идти, Грас?
Ее глаза метнулись от меня к нему, затем она несколько раз кивнула.
— О, простите мои грязные губы, они уходят со мной! Я прощаюсь с вами и увидимся завтра. Самые масляные рогалики будут ждать тебя после сна, Дарси. — Она поклонилась, затем трусцой побежала по коридору и вошла в одну из комнат, оставив нас наедине в давящей тишине.
Я направилась к комнате, предназначенной для Дариуса и Ориона, чувствуя, как моя тень следует за мной, и когда я подняла глаза, встретив его взгляд, он склонился ближе, положив руку над моей головой на дверную раму.
— Увидимся позже, Голубок. Ты можешь оставить эту комнату себе. — Его кадык дрогнул, когда взгляд переместился к моему рту, его глаза были наполнены тем же жгучим голодом, который пульсировал под моей кожей.
Он собрался уходить, но я ухватилась рукой за его рубашку, захлопнула за собой дверь, втянув его внутрь.
— Ты действительно планировал переночевать в другом месте? — спросила я, притягивая его ближе и заставляя ухмыльнуться.
— Я буду там, где ты захочешь, красавица.
Я отпустила его, отступив назад, когда за ним захлопнулась дверь, мое сердце мощно билось в груди, как крылья моего Ордена. Я хочу этого мужчину всеми фибрами своего существа, и мне надоело тратить время на разлуку. Мы доказали, как далеко готовы пойти друг за другом в битве, он преклонился передо мной, поклялся в верности всеми возможными для Фейри способами. Но я желаю показать ему, что мы равны. Когда мы стоим друг перед другом, и он видит королеву, то я вижу короля, смотрящего на меня.
Я стащила майку через голову и отшвырнула ее в сторону, обнажая грудь, и он с рычанием шагнул ближе, обхватил меня за талию и притянул к себе, словно наша кожа жаждала соприкосновения. И как только его руки оказались на мне, я поняла, что больше нет ни стен, ни правил, ни законов, разделяющих нас. Есть только мы, и плевать, что об этом думают остальные в Солярии.
— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я жил в одной комнате с кем-то еще, Голубок? — спросил он, в его глазах блеснуло веселье.
Я хочу, чтобы он был сегодня только в одном месте, и, черт возьми, прекрасно об этом знает. Он хочет, чтобы я сказала ему об этом. Но эта бешеная энергия между нами поглотит меня целиком, если я не отдамся ей в ближайшее время.
— Заткнись, Лэнс, — сказала я, задыхаясь.
— Сегодня ты такая болтливая. — Его пальцы запутались в моих волосах, и он потянул их, заставив мою голову откинуться назад и обнажить шею.
— Если хочешь крови, можешь драться со мной за нее, — поддразнила я, щелкнув пальцами и создав прочный воздушный щит на моем горле, как вторую кожу.
Он улыбнулся, как демон, его глаза сверкнули вызовом.
— Не приманивайте Вампира, если не хотите, чтобы за вами охотились, мисс Вега.
— Это не классная комната, профессор. Если вы хотите преподать мне урок, вам лучше сделать это своими руками.
— Отлично. — Он толкнул меня на кровать, схватил за бедра и перевернул на живот так быстро, что я подпрыгнула на матрасе. Он стянул с меня треники, а его рука сильно шлепнула по моей заднице, заставив задохнуться, резкий приступ боли сменился наслаждением, когда я застонала.
Дверь внезапно открылась, и я выругалась, когда Орион поднял меня на ноги и толкнул за себя, пока я надевала свои чертовы штаны.
— Ух ты, извините. Не знал, что здесь все приобретает пятьдесят оттенков синего, — несносно рассмеялся Сет. — То есть, я знал, поскольку услышал вас, но не обращайте на меня внимания. Я уже все видел, и я имею в виду все. Однажды даже видел, как парень трахает девушку в ухо.
Я выглянула из-за Ориона, который тут же схватил мою майку с пола со своей вампирской скоростью и натянул ее мне на голову, прикрывая меня и оставляя мои руки прижатыми к бокам. Я сердито уставилась на него, просовывая руки через отверстия, и сузила глаза на Сета.
— Так ты собираешься и дальше врываться в каждую комнату, которую я занимаю, без стука, да? — спросила я, и Сет по-волчьи ухмыльнулся.
— Нет, это и моя комната тоже, соседка. — Он прошел мимо нас и плюхнулся на двуспальную кровать.
Орион тут же подхватил его и швырнул в сторону двери, словно он весил не больше, чем мяч для питбола, но Сет ловко подхватил себя порывом воздуха, не успев столкнуться с ней.
— Пошел. Вон, — приказал Орион, но Сет проигнорировал его, развернувшись к пространству рядом с дверью и подняв руки, с помощью земли он соорудил себе односпальную кровать из камня и покрыл ее толстым слоем мха.
— Тогда, наверное, я займу эту кровать. — Он опустился на нее, проверяя мягкость созданного им матраса из мха, слегка попрыгав на его поверхности. — Когда я был на Луне, все было таким мягким. Ведь мы практически ничего не весили, понимаете? Как будто все время находился в прыгающем доме.
— Ты не будешь жить с нами в одной комнате, — прорычал Орион, шагнув к нему, когда он расправил плечи, но я была вынуждена с ним согласиться. Я хочу остаться с Орионом наедине после всего, но после битвы я настолько вымоталась, что с трудом находила в себе силы для этого боя.
Сет перевел на меня свои большие глаза, закинув в руки пушистую подушку из мха и прижав ее к груди.
— Макс ушел с Ксавьером, а я остался с Калебом, — вздохнул он с мольбой в глазах.
— И что? — огрызнулся Орион, и Сет щелкнул пальцем, создавая вокруг нас с ним заглушающий пузырь, исключая Ориона из разговора.
— У меня будет неловкий стояк, — взмолился он. — В прошлый раз, когда мы переспали, такое уже было, но в тот раз мне удалось списать вину на то, что его задница была похожа на лунный кратер. Мне не удастся повторить подобное, Дарси. Он поймет. И тогда разрушится наша дружба. Я не могу потерять его из-за такого. Может быть, я сумею забыть его, если у меня появится время. Мне нужно время. Пожалуйста, дай мне немного времени. Я не могу пойти к кому-либо еще, поскольку ты единственная, кто знает. И когда я услышал, что ты здесь, то подумал: «Эй, моя подруга Дарси примет меня, она не откажет мне». — Он так жалобно смотрел, и мое сердце защемило так сильно, что уже кивнула в знак согласия.
Орион работал над тем, чтобы разрушить заглушающий пузырь, выражение дикого гнева на его лице говорит о том, что мне придется очень постараться, уговаривая его позволить Сету спать здесь.
Сет тоже перевел взгляд на него, на его губах появилась ухмылка.
— Хочешь, чтобы я продолжал заставлять его ревновать?
— Что ты имеешь в виду,
Орион ощетинился, сделал шаг между нами и посмотрел на меня.
— О чем вы говорили? — потребовал он, в его голосе прозвучала нотка беспокойства, которая заставила меня нахмуриться.
Я взглянула на Сета позади него и увидела, как он яростно качает головой, и хотя я ненавижу скрывать такое от Ориона, это не мой секрет.
— Сет должен остаться, — сказала я, и Орион выглядел так, будто я дала ему пощечину.
— Зачем? — зашипел он, его клыки обнажились, похоже, он не в силах больше сдерживать монстра в себе.
— У него есть некоторые… проблемы с Калебом, — осторожно сказала я.
— Ты всегда можешь поменяться со мной комнатами, брат? — легкомысленно предложил Сет. — Почему бы тебе не пожить у Кэла? У вас может быть немного вампирского, кровавого времени или еще какого-нибудь дерьма. Нам с Дарси будет хорошо здесь вдвоем. Наедине. Так же, как и все те месяцы, пока ты был в тюрьме.
Орион резко развернулся с помощью своей вампирской скорости, но я поймала его руку за секунду до нападения и почувствовала, как он овладел воздухом вокруг себя, заставив мои волосы развеваться по плечам.
Сет дразняще ухмыльнулся Ориону, который, очевидно, находился в настроении удовлетворить свое желание смерти.
— Заткнись, Сет, — прошипела я. — Если ты останешься здесь, ты не будешь засранцем.
— Но быть засранцем — это моя работа, — прохныкал он, пока я пыталась отвлечь суженные глаза Ориона от Волка, подначивающего его.
Наконец Орион перевел взгляд на меня, и мое сердце дрогнуло при виде дикого животного, которого я обнаружила, смотрящего на меня. Он пригнулся ко мне, оказавшись нос к носу, и мои легкие перестали работать, когда аромат корицы окутал меня, и я оказалась в клетке от его присутствия.
— Я хочу, чтобы ты осталась со мной, Голубок, — сказал он глубоким голосом, от которого у меня по позвоночнику пробежала дрожь. — Он может найти другое место, где переночевать.
— Здесь не хватит комнат, — сказал Сет. — И, честно говоря, у тебя все равно появится сосед по комнате, поскольку вонючая Тиберийская Крыса Ванда бродит там и ищет, кто бы ее приютил. Хэмиш говорит, что она любит вить гнезда из вашего нижнего белья. По крайней мере, со мной такого не случится. Я буду лишь развлекать вас сказками о Луне. Мы можем устраивать вечера кино, посиделки в обнимку и…
— Нет, — огрызнулся Орион, снова поворачиваясь к нему. — Ты думаешь, я собираюсь делить воздух с парнем, который ухаживал за моей девушкой, пока меня не было?
— Во-первых, я не была твоей девушкой, пока тебя не было. Поскольку тебя не было, ясно. — Я ткнула Ориона в бок. — А во-вторых, если ты еще раз предположишь, что я переспала с Сетом, я вновь обрушу кулак Тори на твой член.
Орион зарычал, глядя на Сета сузившимися глазами, потом снова на меня.
— Я хочу услышать это от него.
Я обернулась к Сету, жестом показывая, чтобы он подошел, а сама растянулась на односпальной кровати и положила голову на руки.
— Ну… это не простой ответ, Лэнси. Я из тех парней, которые трахнут «твою девочку», — он процитировал слова, — если представится возможность? Конечно, да.
Поделиться книгой: