Хозяйка Алмаза

В глазах Алмаза сверкнули злобные огоньки. Он перекатился на другую сторону кровати, схватил вторую подушку и запустил в меня. Я поймала ее на лету и швырнула обратно. Он ухватился за край подушки, прокрутил ее над головой, и встал в боевую позицию.

Вот же!

Мы закружились по спальне, колошматя друг друга подушками.

Удар. Поворот. Бросок. Кувырок. Алмаз уворачивался и пытался защититься, но скрыться от возмездия разящей подушки было некуда.

В какой-то момент наволочка не выдержала и лопнула. Перья вырвались на свободу, припорошив Алмаза белоснежным облаком. Недовольно отфыркиваясь, он принялся отряхивать волосы, стоя посреди комнаты в сугробе из перьев.

Зрелище было настолько забавным, что я расхохоталась. Алмаз гневно зыркнул на меня и демонстративно плюхнулся на кровать.

Ах так!?

Я отправилась на кухню, схватила ведро с водой, вернулась и выплеснула на него.

- Спятила? - рявкнул Алмаз.

Он вскочил с кровати, в два шага пересек комнату и оказался почти вплотную ко мне. В глазах плескался гнев, руки были сжаты в кулаки. Казалось, что он с трудом сдерживался.

Я отступила вглубь спальни и выбросила перед собой руку с огненным шаром, запоздало вспомнив, что для резервуара, на которого не действует магия - это не более, чем красивый жест. Но взрыва гнева, которого я опасалась, не последовало.

- Кровать смогу высушить только я. Так что выбирай, будешь спать на сухом диване или на мокром матраце?

Он посмотрел на меня с упреком, фыркнул и ушел.

Я захлопнула дверь и просидела несколько минут, пытаясь прийти в себя. Что за надменный тип мне попался? Вселенская тьма, на что я подписалась, когда поставила свою подпись в договоре?

Может, сдать его обратно, пока не поздно? Ведь нас еще не связывает магический контракт. Нет! Зная, что с ним сделают, я не смогу избавиться от него. Придется как-то уживаться. С этими мыслями я подмела перья, высушила постельное белье и выглянула в комнату.

Алмаз переоделся в сухое и, нахохлившись, сидел на диване, словно замерзший воробей. Я достала из шкафа запасную подушку, одеяло, постельное белье и молча положила рядом с ним.

Алмаз посмотрел на мои приготовления и перевел на меня вопросительный взгляд.

- Что? - устало поинтересовалась я, и внутренне напряглась, не зная, какого каприза от него еще ожидать. Вдруг простыни окажутся недостаточно белоснежные?

- Так и должно быть, что это раздельно? - спросил Алмаз, приподняв за край одеяло без пододеяльника и потыкав пальцем подушку без наволочки.

- Ты что не умеешь заправлять постель?

- Как-то раньше не доводилось.

Час от часу не легче! Он что, валяет дурака?

- А кто же это делал за тебя? - со вздохом спросила я.

- Слуги, - пожал плечами Алмаз.

Горничных у меня нет, пусть заправляет сам.

- Ты уже достаточно взрослый, и вполне справишься, - усмехнулась я.

- Может покажешь как это делается?

- В этом нет ничего сложного, - охотно согласилась я, - смотри, берешь одеяло за край, вставляешь в пододеяльник и встряхиваешь. Понятно?

- Вроде бы, а покажи ещё на подушке? - попросил Алмаз.

Одев наволочку на подушку, я поняла, что меня перехитрили, и ему не пришлось ничего делать самому. Интересно, сколько Алмаз прожил в богатом доме, что разучился заправлять постель?

Закончив возиться с постельным бельем, я вернулась в спальню и на всякий случай натянула магическую сигнальную нить в дверном проеме. Если кто-то переступит через порог, сигнал разбудит меня. Слишком неоднозначные чувства у меня вызывал этот мужчина. После травмы, которую ему пришлось пережить, у него были все основания плохо относится к магам. Резервуар не может причинить вред своему хозяину, если они связаны ритуалом. А до этого в целях безопасности служил ошейник, который не позволял резервуару поднять руку на своего мага. Я еще не успела активировать управление ошейником, поэтому у меня не было никаких гарантий.

Пару часов я ворочалась с боку на бок и никак не могла найти удобное положение. Прокручивала в голове события прошедшего дня, пытаясь понять, что за человек будет жить со мной под одной крышей. Другие резервуары, которых мне приходилось видеть, вели себя совершенно иначе. Рубин всегда был вежлив с Генриеттой, Сапфир никогда не перечил Инджи. В учебнике писали, что поведение резервуара зависит от того, как маг поставит себя с первого дня. Нужно сразу показать, кто главный, иначе резервуар почувствует слабину и не будет уважать своего хозяина. Но я так не могу, и ума не приложу, что со всем этим делать? Подписав договор, я взяла на себя ответственность за жизнь другого человека, а мне разобраться хотя бы со своей. С этими мыслями я провалилась в сон, а через пару часов проснулась от странных звуков. Поднялась с кровати и выглянула в соседнюю комнату.

Алмаз беспокойно метался во сне. Я в нерешительности застыла на пороге спальни. Он повернулся на другой бок, луч лунного света осветил его лицо. Ночью этот мужчина уже не выглядел таким высокомерным, скорее наоборот расслабленным и по-мальчишески беззащитным. Мне вдруг захотелось успокоить его.

Я подошла к нему на цыпочках, присела на край дивана, бормоча какую-то ласковую чепуху. Его дыхание выровнялось. Поддавшись мимолетному порыву, я погладила Алмаза по волосам. Он открыл глаза и осмотрелся, будто пытаясь понять, где находится. Через пару секунд его взгляд стал осмысленным. Я отдернула руку и вскочила с дивана.

- Что случилось? - Алмаз поднялся на локтях и удивленно уставился на меня.

- Ты метался во сне. С тобой все в порядке?

- Со мной все хорошо! - резко ответил он.

- Тебе снились кошмары?

- Дай поспать!

- Что бы тебе не снилось, это уже в прошлом, - с этими словами я поспешно скрылась в спальне. Мне показалось, Алмаз проводил меня задумчивым взглядом.

Ночь пролетела незаметно. Казалось, я только закрыла глаза, а браслет уже завибрировал на руке сообщая о том, что настало утро.

Потянувшись, я встала с постели и отдернула занавеску. За окном царила непроглядная тьма, даже светящиеся мотыльки и те куда-то запропастились, темно-синее небо затянуто тучами, сквозь которые не проглядывали даже бусинки звезд. Прежде чем выйти из спальни, я надела коричневое шерстяное платье, в котором обычно ходила на занятия.

Алмаз проснулся раньше меня, зажег свечи, и судя по звукам льющейся воды, принимал душ. Ах, как не вовремя он решил намываться, на долгие сборы не было времени, так как профессор Густав будет ждать нас через полчаса. Я наспех причесалась перед зеркалом в коридоре и приготовилась выслушивать жалобы на холодную воду и жесткий диван, а также недовольство по поводу того, что мы должны идти на проверку с утра пораньше, даже не позавтракав. Согласится ли он пойти со мной? Что если нет? Не на аркане же его тащить.

Дверь душа открылась, и на пороге появился Алмаз. Он был в одних брюках с распущенными мокрыми волосами. Я невольно залюбовалась капельками воды, блестящими на молочно-белом торсе.

- Доброе утро! - улыбнулся Алмаз.

Улыбка создала впечатление, что передо мной другой человек. Его случайно не подменили? Заметив мой взгляд он, повел плечами, занимая более выгодное положение в дверях.

Проклятье саламандры! Да что со мной такое? Неужели я так откровенно на него пялилась?

- В центре всего две душевых кабинки на целый этаж. Представляешь, какие там очереди с утра? - почти весело спросил он.

- Нет, - растерянно ответила я, не зная, как реагировать на перемену его настроения.

- Лучше тебе этого не представлять, - шутливо сказал Алмаз назидательным тоном.

Он прошел к своему рюкзаку, который со вчерашнего вечера стоял возле порога, и достал рубашку. Я порадовалась, что он оденется и перестанет меня смущать, но Алмаз окинул помятую рубашку критическим взглядом и повесил её на свободную вешалку в шкафу. Тоже самое он проделал с пиджаком и жилетом, и, похоже, собирался продолжить разбирать одежду.

- Генриетта договорилась, чтобы профессор Густав с утра первым делом принял нас с тобой, пожалуйста, собирайся, мы опаздываем, - сказала я, напряженно ожидая его реакции.

- К чему такая спешка? - беззаботно спросил Алмаз, - нельзя это сделать хотя бы после завтрака?

- Но ведь тогда придется пропустить занятия.

- Если ты так торопишься, можешь подсушить мне волосы? - замялся Алмаз, - а то они будут сохнуть часа два и закудрявятся по кончикам, а я терпеть не могу волнистость.

- Могу.

Живя в доме Генриетты я часто сушила ее волосы и делала укладку с помощью стихии.

Удрученно вздохнув я дотронулась до небрежного пучка у себя на затылке. Выпрямить мои непокорные кудри было практически невозможно, даже при помощи магии.

- Это я исключительно про себя! - быстро поправился он, поймав мой взгляд в зеркале, - тебе кудри очень идут.

- Спасибо! - я сдержанно улыбнулась его отражению.

Оказывается, он умеет быть вежливым, если захочет.

По хорошему, возиться с сушкой волос времени не было, но я решила не рисковать его благодушным настроением. Мне не хотелось возвращения раздражительного Алмаза, который будет спорить со мной по любому поводу и, конечно же, откажется выйти из дома с мокрыми волосами, и мне так или иначе придется их сушить.

Я принесла стул из обеденной зоны. Алмаз уселся перед зеркалом в коридоре с таким видом, будто ему каждый день прислуживали. Я же замешкалась, почувствовав себя неловко. Мне ещё не приходилось так близко взаимодействовать с полуголыми мужчинами и, тем более, расчесывать им волосы. А к тому же совсем невыносимо было смотреть на рубцы на его спине.

- Только не подпали! - сказал Алмаз, по-своему расценив мою нерешительность.

Я дернула прядь, "случайно" зацепив ее расческой.

- Эй! - вскрикнул Алмаз.

Попыталась сосредоточиться на процессе, абстрагировавшись от того, что передо мной сидит молодой мужчина, а не пожилая преподавательница магических искусств. Орудуя расчёской и ладонью, нагретой до нужной температуры, я быстро высушила его волосы. Они распрямились и красиво рассыпались по плечам.

- Здорово получилось! - похвалил Алмаз, зачесывая гриву пятерней.

Мне было приятно слышать его похвалу, и я поспешно отвернулась, чтобы скрыть вспыхнувший на щеках румянец.

- Кстати, где у тебя завалялся гладильный артефакт? Мой костюм безнадежно помялся.

Только не это! Ему ещё и костюм приспичило гладить.

- Нет времени на глажку, мы опаздываем! - напомнила я.

- Не могу же я идти в мятом.

- Это просто проверка, а не светский раут. Идем!

- Я две недели безвылазно сидел в центре в крохотном боксе, для меня выход на улицу уже событие, - он посмотрел на меня требовательным взглядом.

- Хорошо! - со вздохом сказала я, - специального артефакта у меня нет, я по-быстрому поглажу прямо на тебе.

Я практиковала такой способ быстрой глажки для Генриетты, когда она торопилась. Правда с ней приходилось это делать осторожно, чтобы случайно не обжечь. А вот с Алмазом будет проще, так как магический пар не причинит ему вреда.

- Ты собралась гладить с помощью стихии? А не прожжешь? - засомневался Алмаз, надевая белую рубашку с высоким воротником.

- Не бойся, я не первый раз так утюжу.

- А ты точно боевой маг, а не бытовой? - спросил Алмаз, облачаясь в рубашку и сюртук.

По правде сказать, он был недалек от истины, но по его тону я не поняла, шутил он или пытался меня подколоть, поэтому просто пропустила эту реплику мимо ушей и приступила к глажке.

Из-под моих пальцев шел горячий пар, под воздействием которого расправлялись складки и заломы шерстяного двубортного сюртука, и тот приобретал приличный вид. Я отметила про себя, что костюм Алмаза был выполнен из дорогой ткани и идеально подогнан под фигуру, что наводило на мысли, что его сшили на заказ. Похоже, прошлая хозяйка не скупилась на одежду для своего резервуара.

- Весь мой гардероб остался в том доме, - сказал Алмаз, - с собой у меня только три костюма, и никакой приличной верхней одежды.

- Тебе должны были выдать теплую одежду в центре.

- Я отказался надевать это убожество! - скривился он.

- Ты шутишь, верно?

- Нет.

Теперь понятно, почему он вчера на меня так взъелся. Алмаз успел привязаться к богатой жизни, слугам и изысканной одежде, а я привела его в маленькую студенческую квартиру.

- Надень пока то, что есть, а потом что-нибудь придумаем.

Я приготовилась к спорам, но Алмаз надел пальто и как-то странно уставился на меня.

- На что ты смотришь? - поинтересовалась я, натягивая теплые штаны под подол длинного шерстяного платья.

- Зачем тебе эти штаны? - спросил Алмаз.

- На улице зима.

- Все маги, которых я знаю, носят термоартефакты.

- Зачем тратить энергию на подобные вещи, когда можно просто одеться потеплее?

Он посмотрел на меня странным взглядом, но ничего не сказал.

Мы вышли на улицу.

Светящиеся мотыльки почувствовали мою магию и начали слетаться в нашу сторону. Они порхали между деревьями, покрытыми инеем, и кружились в темно-синем небе, затянутом снежными тучами.

Засмотревшись на мотыльков, я поскользнулась на льду, припорошенном снегом, и чуть не упала. Алмаз поддержал меня под локоть и уберег от падения. Я посмотрела на него с благодарностью, а он, кажется, не обратил на это никакого внимания. Наверное, для него это был всего лишь галантный жест, но я не привыкла к такому обращению.

- Почему ты не обзавелась резервуаром на третьем курсе? - спросил Алмаз.