Помоги проекту - поделись книгой:
– Лис, ты как? – Север в притворном волнении щёлкает пальцами перед моим носом. – Кости целы? Хвостик не погнул?
Отмахнувшись от протянутой руки, сажусь на поребрик. Ещё полметра полёта и его бы сейчас венчали мои зубы. Прибью идиотку. Вот только поймаю и... не знаю, что сделаю! Но ей однозначно не понравится.
Меня обламывали от силы пару раз, и то я не сильно старался, а эта пигалица побила все рекорды. Такое унижение не вписывается в мою картину мира, вываливаясь как школьники из переполненной маршрутки. Однако нельзя не признать очевидного – удар у неё действительно поставлен на славу, что в челюсть, что по репутации. И если первое я как-нибудь переживу, то имидж нужно срочно подлатать иначе свеженажитые комплексы житья мне не дадут.
– Йопонская ты мадемуазель... – кривится Стас, заглядывая мне в лицо. – Шепни, что за комплимент такой мудрёный ты ей отвесил? На вахтёрше опробую, вдруг тоже растечётся.
– Ни слова больше, – едва шевелю онемевшим языком.
Я ж чуть глаза не сломал, пытаясь разглядеть на постном лице Полины хоть тень кокетства или румянец смущения. Не слепая, не глухая, что не так-то?!
– Может она по девочкам? – выдаю первое, что приходит на ум, потому что в нашем возрасте на обходительного видного парня хоть сколько-то, но ведётся каждая. Каждая!
– Конечно, – криво улыбается Стас. – А ещё она грильяж. В общем, на что настроился, то и получил. Это всё плохая карма, Лис. Кое-кто просто зазнался.
– Теряешь хватку, сенсей, – подтверждает Дан с лошадиной дозой иронии. – Так и семейным стать недолго.
Они оба знают, я не ищу отношений. Быть может, мимолётно, ещё будучи учащимся старших классов, допускал такую мысль, но полная неспособность подстраиваться быстро доказала их обречённость. С годами преимущество свободы перешло в разряд неоспоримых истин, поэтому реплика друга вызывает только брезгливую усмешку.
– Не в этой жизни.
Это, конечно, всё шутки, и дальше нас троих мой конфуз не просочится. Только челюсть горит, накручивая ярость в гудящей голове. Смешно? Пожалуй. Я сам люблю позубоскалить, но пальцы, окрашенные кровью с разбитой губы, помимо воли сжимаются в кулак. Если наши дороги ещё хоть раз пересекутся, пусть молится. Будет только по-моему.
Ноль!
– Десять... сорок пять... полтос... – ржёт Стас, поддевая носком кеды рассыпанные по земле монеты и купюры. – Сотня? Всего-то? Вот сейчас даже мне стало обидно. Дело дрянь, Лис. Серость считает тебя дешёвкой.
– Девчонка как девчонка, чего вы взъелись? – усмехается Дан с ноткой иронии. – Далеко не модель, но зато кристальная как деревенский воздух. Просто наследила в твоей зоне комфорта. Кстати, что ты ей такого сказал-то?
– Да всё по стандарту, – остервенело тру пальцами виски. – контакт глазами, непринуждённость, комплименты, кинестетика. Не знаю, как объяснить... она сразу упёрлась, что ни сделаю – в штыки. Выбесила слёту, я как-то даже подгорел. Нет, понимаю бывает жених там, комплексы или строгая мама, но чтоб совсем ничего не сработало – впервые. Вообще, ни искорки интереса. Ноль!
– Ты чересчур упарываешься в технику, – Дан провожает взглядом Короля, который направляется к роскошной брюнетке, пару минут назад выпорхнувшей из Тахо очередного воздыхателя. – Вот смотри. Кажется, что Королю такая не по зубам, да? Дорогущая штучка и простой парень из обычной рабочей семьи. Шансы минимальны.
– Уболтает, – усмехаюсь уверенно.
– Обоснуй.
– Я мог бы сослаться на то, что Алиска очень одинока. Любит подолгу обниматься после дикого секса, какао со щепоткой корицы и свою ворчливую бабулю. Мужику, что её привёз всем этим заниматься некогда. Король лёгкий, позитивный, умеет слушать. Их ждёт отличный во всех смыслах ни к чему не обязывающий вечер.
– Но? – вскидывает он бровь, одобрительно кивнув моим словам.
– Но всё в разы проще. Рыбак рыбака, как говорится. Оба хотят просто расслабиться без последующих сцен или обязательств.
– А что ты можешь сказать про "грильяж"?
– Дикарка, – сплёвываю себе под ноги кровавую слюну.
Тело как по команде прошибает разрядом раздражения. Это тот исключительный случай, когда эмоции дают сбой, а хитрость не то чтобы не работает – обоюдная неприязнь отбивает её как шарик для пинг-понга. Мне стоит практически нечеловеческих усилий забить поглубже ярость, чтобы сохранить хотя бы подобие равнодушия в голосе.
– Принцип тот же, – задумчиво тянет Дан. – Чтобы заполучить её расположение, вам нужно быть на одной волне.
– Предлагаешь заехать ей в челюсть? – запрокидываю голову, чтобы видеть лицо друга.
– Это было бы слишком просто, – улыбается он с едва заметной хитринкой. – Разберёшься, чем она дорожит – получишь карты в руки. Вернее подробную карту к её спальне.
– Много чести, – досадливо смотрю на угол дома, за которым она скрылась, и будто по щелчку пальцев подбираюсь каждой мышцей. – Опа-па-па... Ты глянь, возвращается. Интересно к кому пришла... Не припомню, чтобы видел её здесь раньше.
– Для равнодушного ты слишком остро реагируешь, – ухмыляется Дан не оборачиваясь. Зато меня изучает, будто собрался разложить на атомы.
Меня передёргивает. Не люблю, когда Север так пристально смотрит. Сразу веет замогильным холодом. Это несмотря на медную копну волос, которая значительно оживляет его муторный видок.
– Естественно. На моей челюсти грязь с её босоножки. Мне что спустить ей это с рук? – щурюсь, пытаясь разглядеть содержимое прозрачного пакета в руках Полины. – Зубная паста, хлеб... прокладки? Интересный набор. Непохоже, чтоб она пришла к кому-то в гости. Среди жильцов этой пигалицы точно не числится. Если только...
Замолкаю, припоминая, что слышал вполуха от отца о его новом сотруднике.
– Если только что? – хмурится Дан.
– Батя толкового инженера с филиала перевёл. Тот уже пару дней как должен был въехать с семьёй в квартиру этажом ниже, – ухмыляюсь, спинным мозгом чувствуя азартный озноб. – Одну минуту, позвоню отцу, узнаю, хорошо ли обжился его драгоценный подчинённый и куда спиногрызов своих учиться пристроил.
– Да ты ответственный малый, – хмыкает Север. – Не переборщи с участливостью. Доведёшь раньше времени старика до инфаркта.
– Предупреди Стаса, чтобы далеко не пропадал, – шепчу, пока идут гудки, переводя взгляд от замешкавшейся Полины на довольную физиономию возвращающегося Короля. – Для него есть особое задание. Развлечёмся на славу.
Неприкасаемый
Пакет бьёт по ноге в такт быстрым шагам. Чем ближе поворот за угол многоэтажки, тем крепче сжимаю в кулаке целлофановые ручки. Тем взволнованнее тарабанит сердце по рёбрам. Меня до сих пор потряхивает. Да что там, меня всю колотит!
Это ж каким нужно быть самоуверенным павлином, чтобы сунуть в вырез незнакомой девушки купюру и при этом надеяться отделаться безобидным плевком в спину? То что выходка Кирилла акт мести за попранную гордыню сомнений не вызывает, но должны же быть какие-то берега?! Как можно относиться к людям с таким пренебрежением и всерьёз ждать, что бумеранг для лохов, а он один весь из себя неприкасаемый? В таком случае мне блаженного даже не жалко. Кто-то должен был спустить его на землю.
Вот только собравшаяся у скамейки компания по-прежнему на месте. Кир с приятной взгляду кислой миной сидит на поребрике, внемля речи своего товарища, лицо которого скрыто козырьком бейсболки. И хоть средь бела дня мне, вероятнее всего, ничего не грозит, необходимость пройти близко напрягает до сжимающей внутренности дурноты. Не нужно обладать большими познаниями в мужской психологии, чтобы сообразить к чему обычно приводит публичный удар по самолюбию. Отныне эту компашку лучше обходить десятой дорогой.
Третий – синеглазый брюнет весьма, кстати, недурственной наружности – чёрной кошкой перебегает мне дорогу. Судя по его довольной ухмылке, девушка, что входит в подъезд оказалась более сговорчивой. Или просто парень сам по себе адекватный, не в пример зарвавшемуся другу.
Сам Кир, едва завидев меня, принимается кому-то названивать, да с таким злорадством на помятой физиономии, что воздух в одно мгновение вышибает из лёгких. Нет зрелища тревожней, чем улыбка врага, а в том, что друзьями нам не быть сомнений никаких.
Замешкавшись, хмуро наблюдаю, как он касается пальцами рассечённой губы. И смотрит плутовато сощурившись, прямо мне в лицо. Ещё две головы как по щелчку поворачиваются в мою сторону. Будто бы только и ждут команды "фас", которой с барского плеча почему-то не следует. Однако от моего внимания не укрылся многозначительный взгляд, которыми обменялась троица, прежде чем спокойно продолжить разговор.
Эх, повторяла мама, не говори с незнакомцами, но раз уж так сложилось, то поквитаться с Киром стоило как минимум в целях профилактики похожих ситуаций. Пусть знает, умник, что даже хрупкой девушке порой не слабо дать сдачи.
Совпадение
На свой этаж взлетаю на одном дыхании. Вряд ли существует что-то способное заставить меня в ближайшее время сунуть нос во двор.
На звук дверной защёлки из детской тут же выбегает пятилетняя Оля.
– Ты почему такая красная? За тобой собаки гнались? – тараторит сестрёнка, блестя любопытством в омуте серых глазищ.
Ага, целый кобель – усмехаюсь про себя, протягивая мелкой егозе обещанные фломастеры.
– Жарко, зайчик. Вот и запыхалась.
– Значит, мы пока гулять не пойдём? – встряхивает она пушистым облаком светлых волос, без особого, впрочем, огорчения. Раскраски способны заменить ей любое развлечение начиная рядовой прогулкой и заканчивая походом в цирк.
– Нет, Олюня. Я обещала маме разобрать коробки с вещами. Вот если ты поможешь...
– Ой, у меня там... рыбки не кормленные! – прижимает сестра ладошки к щекам, одновременно совершая стратегический разворот в обратную сторону.
Хоть внешне Оле и повезло быть маминой маленькой копией – белокурым и милым ангелочком, нелюбовью к уборке она явно в отца.
С улыбкой покачав головой, заношу хлеб на кухню. Тут уже настаёт мой черёд филигранно свинтить от возможной готовки, потому что в папу я пошла не только густой шевелюрой неопределённого мышиного цвета, но и практически всем остальным, вплоть до полной бездарности в кулинарии.
За распаковкой коробок время летит незаметно. На улице тают последние краски уходящего дня, сменяясь растущим галдежом из квартиры этажом выше. Девятнадцать лет, прожитых в частном доме, не приучили меня мириться с наличием шумных соседей. Впрочем, время ещё детское, предъявить им всё равно нечего.
Покончив с делами, решаю позвонить Светке – старой подруге по переписке, с которой отныне учусь в одном универе. Хоть что-то действительно радостное в случившемся переезде.
– Поль, я как раз собиралась тебя набрать. Ты не представляешь, какая у меня новость! – если несвойственная Свете горячность и вызывает вопросы, то вставить хоть слово всё равно не получится. Её восторг перекрывает даже рёв футбольных фанатов, идущий из колонок плазмы в гостиной. – Помнишь, я рассказывала про своего однокурсника? По которому тайком вздыхает даже пожилая математичка?
– Д' Артаньян, что ли? – уточняю, вспомнив об увлечении её кумира фехтованием.
– Он самый, – возбуждённо пищит она в трубку, чем вызывает у меня тёплую улыбку. Будучи от природы робкой и скромной, Света уже третий год не решается подойти к парню первой. По всей видимости, лёд тронулся, о чём подруга и спешит мне сообщить: – Представляешь, Стас сам мне написал! Нашёл мою страничку и... Боже! Поверить не могу! Я так счастлива! Мы с полчаса переписывались. А потом Королёв пригласил меня на вечеринку. Сегодня. Поль, я не знаю, как это описать... Я будто бы задыхаюсь от волнения! Ты даже не представляешь, на каких я эмоциях!
– Это точно, – соглашаюсь. Амурные переживания явно не моё. По крайней жизни меня ещё не сталкивала с тем парнем, который сумел бы всерьёз занять мои мысли. – Свет, я дико рада за тебя.
– Поль, только... – мигом сникает её голос. – Мне неудобно просить, понимаешь... я волнуюсь очень. Нет, они ребята нормальные, но слухи разные ходят. В общем, с тобой мне бы было спокойней. Тем более вечеринка прямо в твоём доме. Представляешь, какое совпадение? Ты как насчёт повеселиться?
– У меня не так много подруг, чтобы я отказывала.
– Спасибо, родная! Буду через час!
Отлично, хоть чем-то отвлекусь от мыслей о лисьей морде. Едва ли нам суждено ещё когда-нибудь пересечься. В конце концов, снаряд два раза в одну воронку не попадает.
Под прицелом
– Ура, ты едешь на бал! – восторженно носится вокруг сестрёнка, пока я роюсь в шкафу в поисках подходящей одежды.
На плечиках среди блуз и футболок висит всего одно платье, которое осталось с выпускного вечера и единственное место, куда его можно надеть действительно бал. Вот только басы с верхнего этажа на вальс совсем не тянут.
Обычно я ношу джинсы или брюки, но после унизительной выходки Кира самооценка требует подношений в виде очарованных взглядов и соответствующего отношения. Выбил он меня из колеи основательно. Прохвост самовлюблённый.
– И встретишь там своего рыцаря! – продолжает пищать Олюня, кружа по комнате керамическую куклу. Я мельком отмечаю, что выражение стеклянных глаз томится скукой. В точности как у Кира.
Чёрт. Опять ход мыслей поворачивает не туда. Будто нарочно распаляет возмущение. Оно мне надо? Особенно когда впереди отличный вечер.
– Я сама себе рыцарь, – дипломатично улыбаюсь, решив не разбивать детские фантазии суровой реальностью, в которой благородство давным-давно вымерло. Одни разбойники кругом.
Хватит с меня на сегодня липовых рыцарей, пятка до сих пор ноет. Я развеяться хочу. Просто провести хорошо время. А что на мне при этом будет надето дело десятое, в связи с чем ныряю головой в вырез первой попавшейся футболки и бросаю быстрый взгляд в зеркало. Очень даже ничего. Главное – удобно.
– Поля, ты собралась? Там подруга твоя пришла, – зовёт из-за двери отец.
– Уже иду! – чмокаю в кончик носа вертлявую сестру и, пригладив пальцами волосы, выхожу в прихожую.
Длина моей единственной юбки доходит до середины икры, что способствует появлению на родительском лице одобрительной улыбки.
– Прекрасно выглядишь, – поднимает он палец вверх.
– Спасибо.
– Только допоздна не задерживайся – тут же выдыхает папа. И, подумав, серьёзно добавляет: – Если что – кричи. Я всё равно пока не вернёшься не лягу.
Видно, что отец немного нервничает, даже с учётом, что устроитель вечеринки судя по дислокации квартиры, сын самого начальника – справедливого и крайне серьёзного мужчины. Папа у нас тоже хороший – и отчитает по всей строгости, и заступится, если понадобится. Просто никак не свыкнется, что его егоза уже выросла. Можно не сомневаться, потенциальным обидчикам сильно не поздоровится. Раскидает без лишних слов.
Впрочем, речь он тоже толкнёт. Аккурат на поминках.
– Поль, – выглядывает из кухни мама. – Телефон не забудь.
– Зачем? Тут подняться всего пролёт. Всё равно не услышу, – шлю ей широкую улыбку. – Олюнь, пока.
Сестра посылает мне воздушный поцелуй, и я спешно прошмыгиваю за дверь, дабы лишний раз себя не накручивать, глядя на её куклу.
Нет, ну надо же быть таким идиотом!
– Привет, Поль, – Светка осторожно целует меня в щёку, чтобы не смазать помаду. Маленькое чёрное платье, завитые локоны, лёгкий макияж. Вот кто сегодня при полном параде.
– У твоего мушкетёра нет шансов, – пытаюсь приободрить взволнованную подругу.
Она неуверенно поджимает губы.
– Надеюсь, ему рядом со мной не станет скучно.
– По крайней мере, будешь знать наверняка.
Уже через пару минут мы стоим перед массивной дверью этажом выше. Поняв, что Света впала в глубокий ступор, сама нажимаю кнопку звонка. Надеюсь, этому Королёву, чтобы её растормошить не придётся глотать свою шпагу.
Нам открывает довольно симпатичный обладатель копны медных волос. Что-то в приметной внешности далёким эхом проносится по закоулкам сознания, но мы совершенно точно не можем быть знакомы. Возможно, его снимок мелькал в Светкиной ленте, которую я обычно просматриваю вполглаза.
– Привет, Данила, – улыбается подруга, нерешительно заглядывая ему за спину.
– Привет, красавицы. Проходите, – льдистый взгляд на мгновение впивается мне в лицо, заставляя невольно поёжиться, но уже через мгновение он отходит в сторону, чтобы пропустить нас внутрь.
Ещё пару секунд затылок жжёт ощущением, будто я нечаянно возглавила чей-то расстрельный список и мне вслед смотрят сразу через прицел. Впрочем, в квартире всё вполне прилично – улыбчивые лица, смех, танцы. Людей так много, что моментально чувствуешь себя поглощённой единым ритмом веселья. Первые минут десять ещё хочется свинтить, но полбокала коктейля и восторженный щебет подруги выравнивают настроение до отметки "улёт".
Поделиться книгой: