Завирусились

Ева подрабатывала в больнице уже не первый месяц и давно знала такой тип пациентов, которые любят лечиться и ходят не столько за справками, сколько за вниманием. Обычно подобные энергетические вампиры вызывали у нее отторжение, но сейчас, посреди уныния и запустения, даже хотелось войти в положение бабули. Ладно, пусть присосется ненадолго, от молодой здоровой Евы не убудет.

— А вы бы, бабушка, службу помощи пенсионерам вызвали. Вон, в нашем районе даже волонтеры появились, не из службы, а просто люди, у которых есть время и желание помочь. И мусор отнести, и продуктов купить. Естественно, они не за свои деньги покупают, но хотя бы вам самой не придется тяжести таскать.

Спицы мерно мелькали, бликовали, дзинькали. Казалось, бабуля даже не смотрела на свою работу, будто в голове ее в фоновом режиме работало приложение набора петель.

— Как тебя зовут, дочка? Ева? Красивое имя, очень хорошее. Так знаешь, Ева, для меня на улицу выйти — праздник. А то везде нам крестов понаставили. По парку пройти — нельзя, крест. В сквере посидеть — нельзя, крест. В церковь и то нельзя — крест. Так и до последнего креста дойти недолго. А я хоть до мусорных баков прогуляюсь. Принаряжусь, прихорошусь и медленно-медленно доплетусь. Растяну удовольствие. И в магазин приползу, пошатаюсь подольше — тоже какое-никакое разнообразие. Да только все одно: тяжело — не с кем словом перемолвиться, некому в глаза посмотреть. Так что, уж не сердись, милая, буду к вам захаживать.

Алевтина Ивановна посидела еще минут десять, потом собралась, поднялась с усилием и направилась к дому.

И стала захаживать. Сначала раз в два дня, потом каждый день. Придет, поздоровается с охранником, уборщицей и Евой, подставит висок под электронный градусник, протрет все то же пластиковое сиденье и начнет неспешный разговор.

Через несколько дней она рассказала всю свою жизнь в мельчайших подробностях. Муж и сын умерли, дочь вышла замуж и укатила за границу. Алевтина Михайловна смиренно принимала все выверты судьбы и не жаловалась, но ей не хватало простого человеческого общения. Особенно на карантине, в режиме самоизоляции.

— А вируса чего бояться? Так и так помру. Только не хочется сдохнуть, как собака, и лежать, и гнить, пока соседи вонь не почуют. Так что ты, милая, знай: если в какой день не приду, ты выжди сутки, а потом уж сделай Божеское дело, сходи проведать старуху.

Она написала Еве свой адрес, где искать ключ, где одежду для похорон, где что. И уборщица, и охранник принимались утешать Алевтину Ивановну, что она еще всех переживет, но та только улыбалась.

Как и все энергетические вампиры, старушка была неглупая и обаятельная. И мысли иногда выдавала не в бровь, а в глаз.

— Ты думаешь, деточка, от вируса мрут? Мрут-то, конечно, но что мы, вирусов не видали? А больше преставляются от нервов, несбывшихся надежд, невыплаченных кредитов. От постоянного потока ужасов из телевизора. Запугивают нас, еще как запугивают. Сидите по домам, как в тюрьме — слыхано ли такое, всю страну в тюрьму посадить? Бойтесь, люди, не работайте, а денежки отдавайте. Раскулачивают, только вежливенько.

Ходила к ним Алевтина Ивановна весь апрель. С дозволенного расстояния в полтора метра показывала Еве вязальные схемы и объясняла, как вывязывать петли с накидом, без накида, а после и всякие хитрости и премудрости. У Евы под столом теперь лежала пара спиц и несколько мотков ниток веселеньких цветов. Уже кое-что начало и получаться.

И вот однажды бабушка не пришла. На следующий день тоже. После смены Ева, как и обещала, пошла ее проведать. Открыла дверь спрятанным под плитку ключом. Зашла в мертвую тишину. Обнаружила в постели мертвую старушку.

Лицо ее было спокойно. И умерла она не от новомодного вируса, а от чего-то своего, давнишнего. Ева не нашла в себе порыва заплакать. Вздохнула, отыскала одежду, о которой говорила бабушка, гробовые деньги, документы на участок на кладбище, завещание в конверте, телефон дочери, телефоны ритуальных служб. Обо всем-то Алевтина Ивановна позаботилась, все-то подготовила с дотошностью и аккуратностью. Лишь бы никого не обременять.

Девушка, чувствуя неловкость, залезла в интернет, посмотрела, что нужно сделать и куда в первую очередь звонить. Все сделала без дрожи, без брезгливости, как положено медработнику и почти постороннему человеку. Набралась смелости, позвонила дочери покойной. Поговорила коротко, суховато, аж самой противно было. В общем, все устроила. Даже договорилась об отпевании на дому на завтра (подумала, что это бабуле понравилось бы).

И уже уходя, увидела на тумбе в прихожей пакет, а сверху записку: «Доброй девочке Евочке». Отяжелевшими, неловкими руками раскрыла пакет. В нем было то, что Алевтина Михайловна вязала последние три недели: теплое, мягкое пончо нежно-голубого цвета. Ева примерила его, встала у зеркала, но смотрела не на себя, в глубь отражения, где за ее плечом таилось средоточие безмолвия и неподвижности. Записка выпала из вялых пальцев и бесшумно опустилась на пол. Тяжелая соленая капля шлепнулась сверху чернильных букв — окончательно, словно штамп «Получено».

Действующее средство от пандемии

Жменьков работал в захудаленьком НИИ. Который срочно всем понадобился, когда грянула эпидемия.

Денег в захудаленький НИИ влили столько, что даже после должных распилов осталось нормально так. Хватит на восемь вакцин и новый прибыльный вирус в придачу.

Жменькова посадили разрабатывать перспективную гипотезу. Читай: циферки в таблички вставлять и изредка микроскопные стеклышки протирать. Тем не менее, молодой амбициозный специалист по собственной инициативе сговорился с не менее молодыми амбициозными коллегами и стал дерзкие опыты ставить. На работе засиживаться. Импортное оборудование потихоньку использовать. Реактивы расходовать.

Начальство заметило не сразу. Пожурило. Видано ли: какой-то наглый и зеленый хочет у заслуженных и убеленных жирный кусок отхватить? Но парнишка-то умный, поэтому решили его не увольнять, а на удаленную работу отправить.

Довольный, что так легко отделался, Жменьков засел дома. Запасся крупами и туалетной бумагой, забил морозилку сосисками и пельменями. Голодной смерти можно не бояться, «подушка безопасности» в долларах в мешочек упакована и припрятана в недра платяного шкафа. Работа идет ни шатко, ни валко, можно в компьютерные игрушки резаться и в потолок плевать. А от самоизоляции Жменьков не страдал. Как и всё (холостое и бездетное) интровертное население Земного шара.

Вот вышел он однажды утром на балкон. Вдохнул свежий, звенящий, очищенный от смога воздух пустого мегаполиса. Благословил великолепие вида, всеобщий расслабон. Вот и настала жизнь кошачья! Поспал — поел — потаращился в пустоту — поешь опять и спи давай. Кайф.

Жменьков поставил на шаткую табуретку кружку с растворимым кофе. Левое крыло балкона было очищено от хлама и доверху заставлено картонными коробками с ценными продуктами. Юноша распечатал верхнюю коробку, достал банку сгущенки и вооружился открывашкой, которую в их семье почему-то называли колдунчиком. Полминуты скрежета и пыхтения — и можно лакомиться!..

НО!

Вожделенной сгущенки в банке не оказалось. Вместо нее из жестянки вылез тощий старичок в лиловом тюрбане, полосатом халате и классических расшитых бисером туфлях с загнутыми носами. Лицо у него было как у дипломированного гастарбайтера, борода седая, жидкая, кожа — цвета ноябрьской дубовой листвы, глаза под морщинистыми складками век — печальные.

— О Аллах, как же вы все надоели со своими бесконечными хотелками, о алмаз моей селезенки! — воскликнул старик, потрясая крупными корявыми руками. — Ну ладно. Но только одно желание, о счастливейший из смертных.

Сказать, что Жменьков опешил — не сказать ничего. Колдунчик выпал из его рук прямо в чашку с кофе, расплескав коричневую жижу на халат незнакомца. Преклонных лет сказочный азиат, материализовавшийся на балконе, выглядел вполне реальным. И даже показалось понятно, отчего у него такая жидкая борода. Внезапный гость покачал головой, с нажимом провел ладонью по полосатой ткани и стер с нее мокрые бурые пятна, как в рекламе какого-нибудь волшебного средства из «магазина на диване» — всего 999 рублей, а если вы закажете прямо сейчас, — липкий валик от кошачьей шерсти в подарок.

Молодой ученый стал усиленно напрягать мозг, что в рабочее время делал крайне редко. Не пытаясь понять, как, что, почему и неужели, он сосредоточился на главном. Что попросить? Одно желание, как-никак. И как сформулировать старичку эту просьбу поконкретнее, чтобы себе же боком не вышло?

— Хочу создать действующее средство против пандемии! — одним махом выпалил он, будто в крещенскую прорубь ухнул.

Хитрый Жменьков рассудил, что с таким изобретением ему обеспечены и мировая слава, и богатство, и женщины, и все, что его молодой амбициозной душеньке будет угодно.

— Слушаю и повинуюсь, о сияющий опал моей печенки, — тоскливо пробормотал незнакомец.

Против ожиданий, он не стал терзать свою жалкую бороду, а просто хлопнул в ладоши и исчез в облачке сизого дымка с запахом жженого сахара.

Жменьков на трясущихся ногах поплелся на кухню, навел себе еще кофе. Затаив дыхание, вскрыл другую банку сгущенки, но естественно, нашел в ней строго то, что положено было по ГОСТу. Прихлебывая то жидкой горечи из кружки, то густой сладости из жестянки, он очумело воображал себе картины блистательного будущего. Почему-то все они сводились к журнальной обложке, на которой он улыбался, обхватив за талию ботоксную барби.

Тряхнув головой, молодой человек решил действовать. «Желание желанием, а как оно исполнится, если я буду сидеть в режиме жизни кошачьей и самоизоляции?» Хотелось еще цинично прибавить «добровольной самоизоляции». О, как мерзки формулировки нынешнего новояза!

Забыв про маски и перчатки, Жменьков выписал себе пропуск по личному делу, наскоро оделся и потрюхал на общественном транспорте в родной НИИ. Мечты о грядущей славе заслоняли молодому человеку безлюдную и напряженную пандемическую действительность.

В институте, никем не остановленный, он прошел притихшими коридорами на рабочее место и принялся выдумывать и проверять самые дерзкие и небывалые гипотезы, на которые только был способен. Уж при такой сверхъестественной поддержке хоть одна обязательно окажется верной. Он сразу почувствует! Он сразу узнает!

Так Жменьков трудился, не покладая рук, полмесяца. Дважды в неделю выписывал себе пропуск, опыты ставил, импортное оборудование использовал и реактивы расходовал. Денно и нощно мечтал о славе и деньгах. Выпил почти две коробки сгущенки через зазубренный край банки. Мозг подпитывал, значит.

А через две недели… тысячу раз повторенные по телевизору симптомы. Подозрение на ОРВИ. Тест на вирус. Срочная госпитализация. Острая пневмония.

И.В. Жменьков, научный сотрудник захудаленького НИИ истаял в считанные дни, и не спасли его ни современная медицина, ни высококачественные услуги бесплатного отечественного здравоохранения. Зато в крови Жменькова образовался такой бешеный коктейль, что его молодые амбициозные коллеги из НИИ просто диву давались. Не слишком скорбящие по Жменькову сотрудники синтезировали из его крови действующее средство от пандемии. И получили незаслуженные лавры. Ведь чья кровь-то была? Жменькова. Чей организм выработал уникальное средство? Жменькова. Чье желание было? Жменькова? А участие каких-то сверхъестественных сил и амбициозных коллег — сущая ерунда. Вроде погрешности.

Впрочем, Жменьков уже никому не предъявит. А старичок в туфлях с загнутыми носами не претендует на почести за спасение человечества. Его спросить, пусть бы гибло оно от пандемии. Но раз уж спаслось, старичку будет вполне достаточно, чтобы человечество оставило его в покое и позволило наслаждаться тишиной в глухой черноте банки из-под сгущенки.

Маскарад

Софью разбудила взволнованная мама:

— Вставай, милая! Парк открыли!

Девочка подскочила в абсолютном восторге. Она уже почти забыла, что такое парк.

За завтраком из овсянки с сухофруктами Софью ждала еще одна радость. Мама с загадочной улыбкой достала с антресолей то, над чем трудилась несколько ночей: три маскарадных костюма.

— В честь открытия парка будет маскарад. За лучшие костюмы полагаются призы.

Софье, конечно, мама сделала костюм принцессы. Сама оделась ведьмой, а папу превратила в разбойника. И конечно, для всех троих очень красиво расшила маски. Так тонко и изящно легла вышивка, что, если отойти шагов на десять, кажется, но никакой маски на лице и нет.

Одевались тщательно, аккуратно, с трепетом. В парк! Скорее в парк! Неужели?..

К воротам парка уже стремилась недоверчивая толпа. Хотя больше она напоминала жиденькую и очень вежливую очередь.

На входе стояли большие контейнеры с масками, перчатками и бахилами. Тут же торчал краник со спиртовым спреем, под который любой желающий мог подставить руки.

По газонам бродили непуганые утки. Белки спускались к гуляющим в надежде на угощение. Соскучились по людям, похудели без подачек.

Вдоль главной аллеи парка на расстоянии двух метров друг от друга выстроились деревянные загончики на одну семью. Ближайшие ко входу загончики были уже заняты конкурсантами.

Надо сказать, многие мамы расстарались на славу. Тут была толстая, высокая Белоснежка с тремя сопливыми гномами, Красная Шапочка с бабушкой и волком, семейка Адамс, персонажи «Звездных войн», невероятные пришельцы, чудища, эльфы и хоббиты, тролли и феи, колобки и золотые рыбки. В основном, конечно, наряжены были дети, а мамы и папы гордо и умиленно смотрели на них поверх своих простецких одноразовых масок.

Софья видела, что у ее мамы костюмы получились лучше, чем у остальных: неудивительно, мама ведь портниха, и всегда обшивала дочку как куколку. Но принцессы на маскараде встречались в каждом втором загончике. Хоть Софье было всего шесть лет, девочка уже достаточно трезво оценивала свои шансы.

Они нашли свободный загончик со счастливым номером «13» напротив юной красавицы в восточном наряде. Ее обмахивали опахалами (сделанными из швабр и картонных перьев павлина) два старших брата в синих шароварах и чалмах.

Папа отлучился на минуту и принес всем по огромному разноцветному леденцу. Пока Софья расправлялась с леденцом, проехал трактор, побрызгавший дорожку антисептиком. Потом прошли толстые дядьки в деловых костюмах и галстуках. Они о чем-то глухо разговаривали сквозь официальные черные маски и не обращали внимания на конкурсантов. Потом прошествовал батюшка с кропилом. На его маске был нашит блестящий крестик, а кропил он, кажется, тоже антисептиком. Потом появилось жюри. Трое судей делали пометки в планшетах, фотографировали каждую группу ряженых на телефон, оценивая костюмы по нескольким параметрам.

Девочке пришла в голову замечательная мысль: надо разыграть для жюри небольшую сценку! Может, тогда их заметят и даже дадут призовое место!

Она шепнула пару слов папе и маме, и когда жюри приблизилось к их загородке, страшная ведьма попыталась наслать на принцессу заклятие, благородный разбойник защитил принцессу, но застыл недвижимо из-за злых чар. Ведьма захохотала, но поцелуй расколдовал разбойника, и тот застрелил злодейку из лука.

Сценка была очень хороша для импровизации. Жюри сдержанно похлопало, что-то отметило в распечатках и пошло рассматривать восточную группу.

Потом всех ряженых пригласили поучаствовать в параде. Зрители махали сказочным героям, герои кривлялись, кичились или пытались поддержать свой образ. Наконец, сделав круг по главной аллее, процессия вышла к центральному фонтану. Перед фонтаном, рассыпавшим радужные брызги, стояла небольшая сцена. Ведущий в костюме лешего стал вызывать победителей.

Первое место получила семейка Адамс — очень уж похожи были! Второе место досталось космонавтам — их стоило наградить уже за то, что они в такую жару варились в скафандрах из блестящей оберточной пленки. Третье место отдали богатырям: видимо, эти два братца (или их папа) занимались в клубе реставраторов, потому что кольчуги и оружие выглядели очень натурально.

Софья уже было расстроилась (хоть и не особенно надеялась на победу), но тут леший вызвал на сцену участников из загончика № 13 получать приз судейских симпатий.

Другим победителям призы достались так себе: за первое место — набор книг и годовой запас одноразовых масок, за второе — упаковка из ста фломастеров и сертификат в супермаркет, за третье — пластилин и десять пачек гречки. Зато приз судейских симпатий был самый классный: набор для выдувания огромных пузырей, а для родителей — электронный градусник.

Много было радости и ликования. Потом было мороженое и катание на лодочке по пруду. Когда из громкоговорителя сообщили, что парк закрывается и всем надо успеть домой до комендантского часа, Софья сияла, пела и кружилась не хуже мультяшной принцессы. Родители шли чуть позади за ручку и улыбались под масками.

— Может, детские площадки тоже откроют! — мечтательно прошептала девочка перед сном. — Может, осенью я даже пойду в школу!

— Вот было бы здорово, милая, — сказала мама, поцеловала ее в лоб и пригладила волосы.

Может, и откроют.

Чем черт не шутит, может, и пойдет.

Спасая мир

Уважаемые жители Земли!

Кто из вас хоть раз не мечтал стать супергероем? Всеобщим благодетелем, вершителем судеб, спасителем человечества?

Мы, тайное мировое правительство, спешим предоставить вам эту уникальную возможность! Не благодарите.

Что нужно, чтобы стать супергероем? У кого какие варианты? Каменный пресс и стальные бицепсы? Волевой щетинистый подбородок и густые черные кудри? Умение летать, прожигать взглядом дыры в стенах и асфальте, стрелять в цель в кувырке, держа пистолет горизонтально?

Вы скажете: «Какой из меня супергерой, я всего этого не умею». Но! В жизни каждого человека должно быть место подвигу! Поэтому та-дам! Ничего из перечисленного вам не понадобится, это ведь киношный образ супергероя, а как мы знаем, реальность от голливудских фильмов разительно отличается.

Представьте себе настоящего спасителя человечества. Он обычный человек, такой же как вы, ваш двоюродный брат, ваша коллега, ваш сосед по гаражу. У него неидеальная внешность, мышцы средней дряблости, а суперспособность у него — открывать пиво бровью. Именно такого нам и надо!

Что же делает супергерой? Как он вершит судьбы и спасает человечество?

Очень просто! Сидит дома, не выходит на улицу без крайней необходимости, носит маску и перчатки (настоящий Зорро!), даже не работает (в этом удел супергероев: у них другая работа). Он стоит особняком, он держит дистанцию (потому что настоящий герой одинок), у него, как у настоящего чекиста, чистые руки и далее по списку.

Чем же занимается супергерой в свободное от подвигов время? Ему нужно много сил, а откуда их брать? Правильно, из обильного питания и крепкого, здорового сна. Настоящий герой не чужд и безобидных развлечений вроде чтения книг и просмотра фильмов. Но важнее всего ему, конечно, как можно чаще смотреть новости (надо же знать, кого спасать и как продвигается его благородное дело) и как можно больше практиковаться на симуляторах (благо, сейчас населению планеты доступно множество компьютерных игр, развивающих реакцию, меткость, тактическое и стратегическое мышление).

А кто же главные враги смелых супергероев нашего времени? О, их легко узнать. Они не носят масок и перчаток, позволяют себе общаться с друзьями, громко смеяться и кашлять в общественных местах. Они не соблюдают дистанцию, не протирают сиденья в транспорте антисептиком и не выписывают пропуска. Это антипрививочники и бессимптомные носители, суицидальные нарушители режима, для которых нет ничего святого. Но супергерои не должны отчаиваться, ведь эти злодеи падут в первую очередь, точно так же, как старики, люди с нервными расстройствами и со слабым сердцем. И по окончании карантина наступит обновленный, очищенный мир, полный законопослушных, здоровых и немного округлившихся от своих подвигов супергероев.

Ну что, вы готовы? Мы начинаем карантин. Расслабьтесь и получайте удовольствие. Об отмене мер предосторожности вам сообщат в электронном письме. Следите за своим рейтингом супергероя на сайте nepom.ru — самых отважных и выносливых ждет сертификат и никелевая медаль «За карантин», которую можно будет обменять на продуктовые карточки. Но не будем опережать события! Ждите новой, захватывающей миссии «Выжить после ковида»!

Всем чмоки!

И улыбайтесь. Вас снимает скрытая камера.

Машка и Пятнуха

Резиновые сапоги чавкали по грязи вперемешку с навозом. Резиновым сапогам нравилась грязь, и они норовили слезть с ноги и в грязи остаться. Но Машка упорно волокла их за собой к Пятнухе.

Корова лежала в темном сарае и ждала. Смотрела огромными умными глазами. Машка похлопала ее по заду и отпустила погулять, попастись, почесаться о кривые березы.

Машка была плотная, мужиковатая, с тонкой рыжей косицей бабища под тридцок. Небольшое хозяйство вела одна: родители померли, старшие братья уехали в город, а мужа не было. Кое-какие мужики хаживали утешаться: баба все же, ну и что, что страшная. И накормит, и нальет, и приголубит. Да и ей без мужика тяжело, помочь надо соседке.

Понятно, в селе Машку не слишком любили, особенно другие селянки. Но уважали и немного побаивались. Ворожила она. Надо что-то узнать потаенное, про былое или про будущее, — шли с гостинцем к Машке. Та на другой день обещала ответ. Всегда очень точно угадывала. И без награды не оставалась. Попробуй ведьму-то не награди. Эге.

Ребятишкам всегда очень любопытно было, как же она ворожит. И на двор к ней ночью пробирались, и в окна заглядывали. Один пронырливый подросток даже на чердак к ней залез и всю ночь там просидел, но тайны не выведал. Наплел потом, что зелье Машка варит на лягушечьих кишках, а потом в него глядится, будто в зеркало, да и ответы все читает, как по книге. Сельские дети стали тогда Машке под ворота лягушек дохлых подкладывать, чтоб ей самой не трудиться. А та принялась ругаться, и злиться, и грозить. Ребятня притихла, лягушек в покое оставила. Кто эту ведьму знает, может, ей живые нужны, при полной луне пойманные.

Как давно в народе замечено, ведьмовство передается от бабки к внучке. И бабка у Машки тоже вещая была, только отдала (Богу?) душу, Машки не увидев. Но ведьмовство ждало своего часа и пришло по адресу, безошибочно и в срок.

Очень ловко Машка с хозяйством управлялась. Всего ей и всегда хватало: огород давал завидный урожай, куры исправно неслись, корова обильно доилась, болезни будто обходили ее дом стороной. Продавала всего помаленьку, денежку хорошую имела. Одним словом, ведьма. Всем бы такими ведьмами быть.

— Марыся! — робко проблеяли из-за забора.

Рыжая распрямилась над грядкой и хмуро посмотрела на непрошенного гостя.

— Денег не дам.

— Марыся, ты обо мне плохо думаешь, — залебезил проситель. — Я зашел узнать, не нужно ли помочь чего…

— Водки нет. Дальше иди.

— Какая ты сегодня неприветливая, — обиженно затянул посетитель, уходя.

Полчаса прошло в тишине.

— Машута, Маш, — прошептал робкий женский голосок. — Вопрос у меня.

— Н-ну? — с оттяжкой пробасила ведьма, смотря на соседку исподлобья.