Красное и серое

— Разумеется, госпожа Геринот, я принесу бумагу и карандаш.

На Гудруна было приятно посмотреть.

Вскоре констебль Джош, действительно, вернулся с карандашом и стопкой листов. Я записала свой адрес и одну фразу: "Большой бежевый саквояж слева в гардеробной". Подумав, добавила: "Сообщите в городскую лечебницу".

Бывало, что меня неожиданно вызывали к пациентам за пределами столицы. Поездка могла затянуться на два или даже три дня, особенно, если про визит столичного лекаря узнавали соседи, соседи соседей и далее весь городок или селение. Я стала держать саквояж со всем, что понадобится в такой поездке: два простых платья, роба лекаря, несколько смен белья и чулок, несессер со всеми мелочами, которые нужны, чтобы привести себя в порядок, и мягкие домашние туфли.

Другим пришлось тяжелее. И мэтр, и господин Гриз, и лорд Мадрон хмурились, что-то долго черкали и совещались, сколько сюртуков и шейных платков хорошо бы иметь на три дня. Мафин управился быстрее. Поймав мой удивленный взгляд он зачем-то пояснил:

— Я собирался уезжать, и мой кофр уже собран.

Я порадовалась, что у юной ведьмочки все вещи здесь, в доме, иначе я подложила бы констеблю огромную свинью.

Мы вспомнили, что три дня нам нужно чем-то питаться, а каковы запасы Депта, никто не знал. Поэтому мы быстро скинулись золотыми и вручили их Джошу с просьбой заглянуть в продуктовую лавку.

Констебль вернулся к вечеру и принялся переносить вещи из кэба. Нас из дома не выпускали, на всех уже стояли маячки, а вокруг дома артефакты, и Джошу пришлось побегать туда-сюда. Отчего-то он не был на нас в обиде — возможно, устраивая нас с относительным комфортом он старался досадить Гудруну.

В доме оказалось три гостевых спальни, и одна из них уже была занята Лавинией. Понимая, что если мне предоставить отдельную комнату, мужчинам придется ютиться вчетвером, она проявила несвойственную природницам доброту и пригласила меня к себе.

Из спальни был вход в свою ванную с прочими удобствами, что меня весьма порадовало. Кровать была небольшая, зато стоял симпатичный диванчик. Если подогнуть ноги, я вполне на нем умещусь.

— И не думай, — заявила ведьмочка, переходя на ты. — Ты ляжешь на кровать, а мне диван будет как раз по росту. Только не удивляйся, Мью может прийти к тебе ночью и устроиться на подушке.

— Мью?

— Мой фамильяр. Где же он? Мью, иди сюда, познакомься с госпожой Идой!

— Можно просто Ида.

— Лавиния. А вот и он.

Рыжий кот внимательно меня рассмотрел.

— Мью, я переезжаю спать на диван. Прости, но тебе пока места не будет.

Кот явно приуныл.

— Он настолько хорошо все понимает?

— Мью и правда умен, но фамильяры к тому же чувствуют настроение хозяек, а я чувствую его. Я всегда знаю, где он, и он знает, где я.

— Его можно погладить?

— Если он разрешит.

Я протянула руку, Мью глянул на меня зеленым глазом, фыркнул совсем как его хозяйка, но разрешил почесать себя за ухом, при этом всем видом показывая, что это временная привилегия, и о наших дальнейших отношениях он еще подумает. Когда ему надоело мое внимание, он стряхнул мою руку и покинул комнату через дверцу, специально для него вырезанную в двери.

Я быстро разложила вещи и развесила платья, и мы пошли исследовать дом.

Спальня Депта и его кабинет были опечатаны восковыми оттисками, в которых не было ни капли магии — похоже, Гудрун, не обладая хоть сколько-нибудь значительным даром, делал вид, что от магии можно и вовсе отказаться. Что ж, это нам на руку. Уверена, что простую печать мы сможем снять, а затем поставить на место.

Приемный день. Вечер

Только сейчас я поняла, как я голодна. Привезенную добрым Джошем снедь загрузили в кухонные корзины и в холодильный короб. Лавиния согласилась со мной, что нужно подумать об ужине. В коридоре мы встретились с мэтром Джиленом, и тот решил, что нужно собраться всем в гостинной и обсудить наше невольное совместное проживание.

— Кто умеет стряпать? Госпожа Ида, госпожа Лавиния, я не сомневаюсь в ваших способностях, но оставлять всю кухонную работу на вас двоих было бы нечестным.

К моему удивлению, Мафин поднял руку:

— Меня немного научили. Королевского пира не обещаю, но будет съедобно.

— Вас трое, чудесно! Мы разделимся на три пары, в каждой будет умеющий кухарить, а второй в помощь и для уборки. Лорд Мадрон, я понимаю, что…

— Не трудитесь, мэтр Джилен, я не собираюсь отлынивать. Я вполне способен чистить картофель или мыть кастрюли. И даже, страшно сказать, подмести пол.

Неужели он тоже разорился, как Мафин, и пришлось уволить кухарку? Или отец с довольствия снял?

Перебирая про себя ехидные комментарии я пропустила момент, когда начали разбирать напарников. Лавиния попросилась к мэтру — понимаю, им будет, о чем поговорить. Мафин предложил Гризу поработать вместе — наверняка надеется на бесплатные консультации. Я с ужасом осознала, что мне достался высокородный лорд, который сейчас смотрит на меня и улыбается моему замешательству.

Лавиния и мэтр отправились готовить ужин. Мью поспешил за ними, и я услышала строгий голос юной ведьмочки:

— Дам тебе молока, но чтоб не путался под ногами.

Я хотела забраться в дальний угол гостиной и почитать, но не успела я открыть книгу, как ко мне приблизился виконт Мадрон. Я попробовала отогнать его взглядом, но на него не подействовало.

— Госпожа Геринот, можно отвлечь вас на несколько минут?

— На несколько минут можно, — я вложила в четыре слова всю свою неприязнь. Чем дальше он будет от меня держаться, тем лучше для всех.

— Мне стоит поговорить с лордом Мафином и господином Гризом, чтоб мы обменялись напарниками? Возможно, вы почувствуете себя комфортнее.

После секундного раздумья я покачала головой. Я не настолько обижена на Мафина, чтоб мешать ему расправляться со свалившимися на его семью бедами. Если он, наконец, решил стать взрослым человеком и нести ответственность за свою семью, я могу это только приветствовать.

— Нет, благодарю, лорд Мадрон. Если вы будете держать себя в предписанных приличиями рамках, наше деловое сотрудничество не принесет ни одному из нас ущерба.

Виконт подтянул еще одно кресло и сел напротив меня. Он настраивается на долгий разговор? Этого еще не хватало.

— Хм… Госпожа, я все-таки чем-то оскорбил вас, иначе я не могу объяснить таких стараний отшвырнуть меня на другой конец комнаты.

— Лорд… — кажется, мне удалось прорычать обращение, — не соблаговолите ли оставить меня в покое?

— Нет, — неожиданно сказал графский сынок. — Вы подозреваете, что Депта убил я?

— Мы с вами здесь одни. Остальные наверху или в кухне на другом конце дома. Насколько умным было бы сообщать вам о подозрениях, если бы они были?

Лорд рассмеялся.

— Могу поклясться на чем угодно, что я не убивал Депта. И я уверен, что вы тоже.

— Отчего же?

— Не знаю, — беспечно пожал плечами виконт. — Можете назвать это интуицией.

Я внутренне содрогнулась. Что, если он и есть убийца, и он пытается усыпить мою бдительность, расположить к себе? Но зачем? Пожалуй, безопаснее всего сделать вид, что у него получилось, иначе завтра на кухне может произойти несчастный случай с некоей госпожой Идой Геринот.

— Благодарю вас, лорд Мадрон, за доверие. Я, действительно, не убивала Депта, и не представляю, кто из собравшихся в этом доме мог бы пойти на такое чудовищное и кровавое преступление. Все же я считаю, что кому-то удалось проникнуть в дом незамеченным и так же тайно уйти.

— Хотелось бы и мне в это верить, но люди, порой, делают то, чего от них не ожидаешь. — Он улыбнулся. — Например, молодая госпожа, талантливый лекарь — иных в столичную лечебницу не берут — почему-то решила поточить когти об меня и об несчастного лорда Мафина. Хм. Может быть, дело в том, что мы оба лорды? Госпожа Геринот, вы ненавидите всех лордов или только молодых и симпатичных? — улыбнулся он еще шире.

Сын Черного Лиса перенял кое-какие способности отца. Мне все еще хотелось, как он выразился, отшвырнуть его на другой конец комнаты, но как-то без вдохновения, будто это скучная необходимость.

— Да, вы правы. Я недолюбливаю аристократов.

— И чем же вам насолили обладатели благородности? Вы не селянка в семье арендаторов, чтобы обижаться на подати.

— Лорд Мадрон, вы где-нибудь учились? Полагаю, вы получили домашнее образование, но потом?

— Потом я поступил в университет.

— О, понимаю. На факультете всеобщего познания учатся только аристократы, и вам не доводилось наблюдать взаимоотношения студентов разных сословий.

— Почему вы сразу подумали про всеобщий? Да, не спорю, многие аристократы получают образование, которым разве что в светских гостиных можно блеснуть. Но я закончил факультет естествознания.

— Странный выбор, — фыркнула я. — В таком случае вспомните, как на вашем факультете аристократы относились к неблагородным студентам.

— Обыкновенно относились. Вы хотите сказать, что аристократы могли обижать горожан? Нас была в лучшем случае десятая часть. Задираться с превосходящими силами было бы неразумно.

— Значит, студентам университета повезло больше. В магмеде аристократов была половина курса, и благородные лорды и леди воевали с нами все четыре года, стараясь объяснить нам, где наше место.

Графский отпрыск взмахнул бровями и изобразил удрученный вид.

— Я этого не знал. Сожалею, что вам пришлось пройти через такой неприятный опыт. Среди студентов, как и среди многих других групп, все зависит от настроений нескольких самых активных людей. Остальные либо подстраиваются под них, куда бы те ни склонялись, к добру или ко злу, либо стоят в стороне, ничего не предпринимая. Понимая причины вашего предубеждения я все же хотел бы обратить ваше внимание, что далеко не все из нас, аристократов, таковы.

— Благодарю за заботу, но я предпочитаю не проверять.

— Но все же вы не станете воевать со мной послезавтра, когда придет наша очередь дежурить в кухне? Там, знаете ли, острые ножи, а в руках лекаря это страшное оружие.

— Боитесь? — улыбнулась я.

— Боюсь, — признался он со смехом. — Так как же?

— Что ж, если вы меня боитесь, этого мне достаточно для мирного соглашения.

— Обязуюсь и впредь вас бояться, — ответил лорд, состроив серьезную мину и приложив руку к сердцу.

Нечисть бы побрала школу Черного Лиса. Как его отпрыск ловко меня заморочил!

Лорд Мадрон откланялся, и я, наконец, принялась за книгу, пока меня нас не позвали к ужину — прекрасным стейкам, жареному картофелю и салату из свежих овощей. Для Мью нашли подставку, куда водрузили фарфоровую тарелочку и положили кусочки мяса.

— Лорд Гриз, можно ли получить у вас консультацию по одному животрепещущему вопросу? — осведомился Мафин у законника.

— Кхм. М… разумеется, — удивился тот.

— Насколько я знаю, инженер был одиноким человеком. Оставил ли он завещание, есть ли у него дальняя родня, пока неизвестно. Может так статься, что его имущество достанется городу. А значит, пойдет на обеспечение работы разнообразных городских служб, включая Комиссию по дознанию. Поскольку вышеупомянутая комиссия отказалась обеспечить нас всем необходимым, я полагаю, мы сами можем взять свою долю, например, несколькими бутылками вина из запасов Депта. Прав ли я с точки зрения закона?

Брови Гриза удивленно взлетели вверх, затем его лицо приняло сосредоточенное выражение, и наконец, он изрек:

— С формальной точки зрения мы все — гости Депта, и он предоставил напитки в наше распоряжение. Как он сказал? У камина? Кажется, я видел у камина барный шкафчик.

Мафин тут же выскочил за дверь и вскоре вернулся с тремя бутылками на любой вкус. Лавиния вспомнила, где она видела штопор, и вскоре Мафин разливал по бокалам бордовую жидкость.

Об убийстве не говорили. По молчаливому согласию тяжелую тему отложили на утро. Но я заметила, что каждый из нас изредка, быстро и стараясь не привлекать внимания, оглядывает окружающих.

О том, что я сижу за одним столом с убийцей, мне не хотелось думать.

Но я тут же одернула себя. Остальным точно так же не хотелось думать, что они сидят за одним столом с убийцей.

День первый. Утро

Ночь прошла спокойно. С вечера мы с Лавинией заперли дверь и придвинули к ней комод — небольшой, но в меру тяжелый. Теперь дверь не получится легко и бесшумно открыть. Между дном комода и полом было достаточно места, чтоб Мью мог пробраться к своей дверце.

Лавинии я не опасалась. Мне не представлялось, чтобы эта хрупкая девушка убила Депта. К тому же, она здесь уже две недели. Дар природных магов во многом похож на лекарский не по способу действия, но по его результатам. Обладая магическими возможностями воздействовать на живой организм ведьма нашла бы способ умертвить Депта без кровопролития. У меня были все основания для уверенности.

Поэтому утром я проснулась хорошо отдохнувшей и в хорошем настроении настолько, насколько это вообще было возможно в создавшемся положении. Комод все еще стоял у двери, но воздухе разлился дразнящий запах горячего шоколада. На столике я увидела две чашки и блюдечко с горкой печенья.

— Доброе утро, Лавиния. Но откуда?

Ведьмочка сидела в легком халатике на подоконнике и расчесывала волосы. Отбросив непослушные кудри, дитя природы беспечно пожало плечами:

— Я умею подогревать воду, а чашки и печенье я припасла еще вчера. — Он стрельнула глазами в сторону двери. — Ида, я боюсь выходить из комнаты. Там… там где-то убийца.

Я накинула халат и пересела на диванчик к столику, который манил видом и запахами.

— Ты так уверена, что убийца не я?

— Пф… Можно подумать, лекарь не нашел бы способа убить Депта без… — она передернула плечиками, — без лужи крови и излишнего внимания.

Я внутренне содрогнулась, но взяла себя в руки. Что ж, этого следовало ожидать, лекарские тайны природницам известны не хуже, чем ведьминские — лекарям.

Лавиния пересела на софу. Мы пили горячий шоколад с печеньем под легкую болтовню — негоже портить такое утро и такое угощение страхами и подозрениями.

Перекусив, мы привели себя в порядок, по очереди зайдя в ванную, оделись и… начали заниматься пустяками. Я перебирала одежду, разглаживая складки и вертя в руках шпильки, заколки и прочую дребедень из женских мелочей. Лавиния в который раз расчесывалась. Покидать комнату никому не хотелось.

Мы вздрогнули от стука в дверь.

— Дамы, завтрак готов. Вы к нам присоединитесь? — послышался голос Мафина.

Мы переглянулись.