Тот самый сантехник 4

«А куда спешить? Пусть кота сначала вырастит, воспитает даже. А где тот кот — другой вопрос. В квартире не было. Забыл?».

Боря тут же галочку себе в голове сделал. Прав голос, не было. К соседке, видимо, отдала. Раз та собаку тулит.

«А ты забыл, что соседка сама укатила собаку выгуливать с мужичком толстым?» — тут же яда подлил внутренний голос: «Ты уверен вообще, что котика на помойке в тот же день не оставили? Знаешь, как бывает — вроде хороший человек, стихи читает вслух с выражением, а потом берёт нож и чудить начинает. И что ты думаешь, ей котика трудно было выкинуть?»

Боря испариной покрылся, а голос тут же дожал:

«Вот! А уже жениться собрался. Проверь сначала!».

Сантехник кивнул и поглядывая на подъезд в ожидании Кишинидзе, дальше по «списку» пошёл.

«Яне ещё товара на несколько месяцев наперёд закинуть стоит», — подсказал внутренний голос: «Чтобы не простаивала по работе коммерчески-одарённая женщина. А то вновь подработками со своей камерой займётся, пока рабочий инструмент не натрёт. Передовичка же ж!».

Боря даже ручку достал из бардачка, чтобы записать хорошую мысль, но листика под рукой не оказалось. Стасян всё по дороге на квартиру потратил. Ради личных нужд.

«Ну и подарочек Ирине Олеговне обещал, да и телефон отдать не помешает», — продолжал сыпать пунктами внутренний голос: «Обидно, что с курсами психологической поддержки не получилось. Но и бабка уже не достаёт, не сидит в голове. Значит, с первого занятия помогли. Эксперт!»

Боря кивнул, груди покачивающиеся пергидрольной блондинки вспоминая. Скорее, экспертка. Так как с экспертом бы так поговорить по душам не получилось. Не те конечности. Мало говорить там, где лучше делать. Тактильный контакт — приятный самый. А поговорить можно и по телефону.

«А что ещё? Да дохрена и всего!» — отодвинул мысли о психологе внутренний голос: «К Дашке заскочить надо, она уже столько наприседать могла, а ты и не знаешь. Наташку предупредить, что сын не один приедет, опять же надо. А раз певец рыжий возвращается, то и Моисей Лазаревич может продюсированием группы заняться. Как они там по итогу назвались? «Мохнатка и вареник»? Или этот бренд за Примадонной эстрады остался?».

Боря вздохнул. Да, дела есть. Надо делать.

«Если лично встречаться — дел на день выходит. Если позвонить каждому — на час, не считая засады! С засадой, конечно, посложнее будет», — тут же добавил внутренний голос.

Сантехник в нетерпении руль потёр, добавил печки, что уже начала горячим воздухом дуть. Нагрелся салон. Комфортно. Но Арсену на Кристине комфортнее. А может и рядом пристроился. Кто эту утреннюю Камасутру знает?

Нашёл же время!

«Зря Стасян один ушёл. Вместе бы пошли», — вздохнул внутренний голос, вновь переключая внимание: «Лучше сразу добровольцем записаться, чем повестки без толку ждать. На адрес же Дуне пришлют. Сеструха расстроится, маме расскажет, переживать вместе будут и пить горькую настойку», — продолжал шпарить внутренний голос: «А так — раз и нету. В командировке, вроде как. Сначала за границей, потом на границе, потом уже на Родине, не меняя адреса. Главное, до Испании дойти и напомнить о человеческом. А сапоги и траки в Атлантическом океане сполоснуть за компанию можно. Одно другому не мешает».

Боря до того задумался, что упустил момент с мониторингом подъезда. Рядом на пассажирское сиденье тут же присел Кишинидзе, от мыслей глубоких отодвинув перегаром ощутимым. Если от Бори попахивало, то от него — несло. А сирых и убогих так просто разило на повал.

Ощущая, что щиплет глаза, Боря тронулся в путь. Маршрут выстроился сам собой — участок номер семь.

— Слушай, а чего там по части засады? — кашлянув, спросил сантехник. И разглядев безмолвный вопрос на лице, пояснил. — Ну с этими, сектантами. Будем ловить или нет?

— Как нас в школе милиции учили, засада — это когда где-то сидеть надо, — объяснил Кишинидзе со знанием дела. — Но никто не уточнял, что сидеть лучше в тепле. Так дольше получится. Это уже самим домысливать пришлось, добирать опыта на практике. Честно говоря, я бы и на этой квартире посидел с Кристинкой с недельку с удовольствием. Лишь бы платили. Но воры и мошенники нынче ушлые пошли, Борь. Раз смекнули, что по району их ищут, в панельки эти могут больше не сунутся. Нужно что-то другое придумывать. Глобальное!

— А что придумать?

— Мне то откуда знать? Это пусть майор решает. Он у нас за стратегию отвечает. Мы с Сомом лишь тактики. Молчим и лишнего себе не думаем, пока приказа не будет.

— А что другое может быть?

— Боря, я что, майор? — снова удивился Кишинидзе и вопрос был закрыт.

Оно и к лучшему — окна все запотели, хоть кондиционер включай. Плач, молись и едь, страдая молча.

Боря замолчал. Кишинидзе молчал вдвойне. Возможно, находился рядом с белокурой красоткой в халатике, которой уже не так хотелось наводить красоту и идти выручать мужа из глубин падения в собственное Я.

Молчали как следует. Один не хотел лезть по головам со своими идеями. Начальству виднее! Тем более, что собственная голова неплохо гудела. А другой смекнул, что лучше сразу — к начальнику участка. Хромов-то по должности в стратегии разбираться должен. Не зря же ему район доверили.

Припарковавшись у участка, Глобальный, выходит, не только завёз почти капитана на работу, но и прибыл на первый пункт в списке. За доставку всё-таки не платили. Собутыльник — дело такое. Но приятное с полезным совместить — можно.

Потому вытерев ноги у порога, Боря сразу постучался в кабинет к майору Хромову. За разъяснениями и дальнейшими инструкциями.

— Андрей Валентинович, разрешите?

Начальник участка как раз заваривал чай, заступая на службу. Ну усах ещё иней не высох. Но и чай ещё не кипел. Так что просто предложил присесть за стол, доверив дела времени.

Однако, разговор вышел не тот, который ожидался. Хромов вдруг у стола заходил с важным видом и сам словно следователь бывалый посыпал вопросами. И даже одним предложением.

— Боря, а ты часом, не офанарел от персональной важности?

— В смысле? — тут же уточнил Боря, присев и позабыв всё, с чем входил в кабинет.

«Нельзя же так, без подготовки», — растерялся и внутренний голос: «Или это тоже часть стратегии?»

Хромов усмехнулся, ус почесал и брякнул:

— Вижу, ты даже более опупевший, чем Папа Римский.

— Так… — ответил Боря и завис в прострации, не желая попадать в международные скандалы. — А объяснить? Или мы на викторине? Варианты ответов то будут?

— Да какие варианты? — вздохнул Хромов. — Они в принципе давно чудят. То фашистов с крестоносцами благословляют, то в азартные игры подаются, то инквизицию устраивают, баб нормальных изводя, то памятники сами себе при жизни ставят. Некоторые даже в разврат подаются. А прочий люд в толк не возьмёт — баба или мужик на престоле. И не верят, пока не пощупают.

— Так а… — протянул Боря, потеряв нить разговора. Он всё таки с историей не очень. Это у гугля спросить надо. Тот за историю в ответе.

А майору даже понравилось в экскурс вводить. Продолжил спокойно:

— Отсталые, казалось бы люди, раз впервые признали, что Земля вокруг солнца вращается только в 1992 году. Но затем у них волна «прогресса» началась. Конкретно, последний индивид в шапочке красивой пидоров обручать начал, руки убийцам пожимать, а чтобы дважды не мыть, сразу сам ноги насильникам омывает, — объяснил майор и снова усмехнулся, ус потирая. — Но ты просто переплюнул это всё и сразу послал нахуй начальника управляйки. Что делается? И это после старта отопительного сезона! А дальше куда? Углём начнёшь квартиру отапливать?

— А-а-а, — тут же припомнил Боря вчерашний тяжёлый день, отсекая историческое вступление. — Так он сам выпросил. Со своими реформами и предложениями, но без повышения ставки. Вот я и предложил прогуляться, раз баланс нарушен. А идти или нет — пусть сам решает. Вот прямо с утра и начнёт. Да и нет у меня никакой квартиры. Квартиры только иностранным специалистам предоставляют, пока на снег не насмотрятся и в тёплые палаты не переезжают. А я что? Я местный! Я сам этот вопрос решать должен. Работодатель ничем мне не обязан. Это я на него молиться должен. Между завариванием лапши и решением вопроса где бы жопу помыть после рабочего дня без обеда и трёх подработок по случаю.

— Короче! — чуть повысил голос Хромов, но по столу стучать не стал. — Ты на жалость не дави. Давай по сути разбираться.

Боря кивнул. Это можно. Начальник общей стратегии на районе видно, не проснулся ещё.

Майор зевнул даже, рукой помахал. Не, сантехника понять можно. У самого «реформаторство свыше, поперёк предложений снизу» поперёк горла стоит. А ниже почему-то не стоит. Нервами все сигналы давно заменились. А те ещё когда рассосутся?

И Хромов голову к потолку задрал, предавшись мечтаниям.

Вот если бы рассосали — другое дело. Но инициатив никаких от женского пола, а мужской ему вовек не сдался. Чай, не европеец. Да и как решить подобный вопрос, когда даже подопечные с собой на гулянки не зовут?

Тут майор не Борю посмотрел суровым взглядом, додумал.

С начальством пить не принято, это понятно. Но могли бы и покормить. А дальше — как получится. А они что? Они только перегар на работу приносят и дискуссии бурные. Вот и сейчас Кишка что-то с жаром объясняет Сомову в коридоре.

А сам чего? Сам — на хобби. Пить не с кем. А чаще даже — не хочется. Вот и приходится стресс разгонять вязанием на досуге. Да только никто не спросит с него за макраме, вызвав «на ковёр». А за район почему-то спрашивают. И первое на районе — это порядок. А какой порядок на участке, когда в самом участке трубы капают? Капля по капле, вроде бы мелочь. А утром — банка. А забудешь подставить — даже лужа. Вытирать приходится. Не уборщицу же ждать. Они все после реформ стали сначала «менеджерами по половым вопросам», а после борьбы с иностранщиной — поломойками вновь стали. Но на зарплатах это никак не отразилось.

— Не время сейчас чего-то делить между собой, — добавил майор со знанием дела. — Вместе держаться надо! Так что, Боря, ты воду мне не мути. Ты мне трубу почини. А с начальником помирись.

— Я и не собираюсь с ним уже ничего решать, уволил так уволил, — вздохнул Боря, мазнув взглядом по трубе. А там капелька только висит. Ничего страшного. Отвернулся. — Пусть на него немцы работают, китайцы.

— А причём здесь китайцы?

— Да что-то я из этих быстровозводимых домов нашими соседями не видел ни одного, кто с десяток лет без трещин простоял, — пояснил Боря. — Возводят то быстро, да так же быстро и сносить приходится. Ну или мужиков по объявлению пусть приглашает. Всем нужна подработка.

— Какие ещё мужики? — удивился Хромов, прекрасно зная, что мужиков на районе стало гораздо меньше, чем раньше.

Правда, многие жалуются из-за границы, чтобы их обратно забрали. А как это сделать, если самолётов отечественных мало? А иностранные уже — табу.

— Ну, те, что «на час». Мастера на все руки, — объяснил Боря. — И плитку тебе в коридоре за полчаса смастерят, и проводку заменят по всей квартире за сутки, а как сантехнику меняют, так это вообще «чудо за полчасика». А чтобы сразу легче работалось, эти спецы людей подговаривают вызвать аварийку, чтобы мы им краны перекрытия у пола сделали. А дальше они уже — «сами как-нибудь».

— Зачем это?

— Известно, зачем. Чтобы в подвал раз за разом не бегать. И «нас не дёргать». Хорошо, если те краны хотя бы потом включать догадываются. А то соседи потом очень удивляются, почему это у них батареи холодные после ремонта у соседей. А там всё перекрыто. Давление растёт. Это понятно. Но где-то — падает. Одним хорошо, другие мёрзнут. Физика — мать всех наук.

— Я думал — математика.

— Математика у спецов в голове, когда прайс выставляют.

— Ну-ну!

— Ах да, забыл, бой англосаксам… Счёт!

Хромов кивнул. А Боря даже локти на стол положил, добавляя:

— Приходишь потом к людям после таких ремонтов от кудесников и спотыкаешься на пороге, потому что тектонические сдвиги начинаются со второй плитки. Стяжку-то качественную класть не умеют. Клеем сразу ровняют, от сантиметра до десяти. Или ещё хуже бывают — сухую стяжку делают, но без гидроподкладки. Потом удивляются, почему пол в плесени и как вообще соседей могло залить, когда у них тут «новое покрытие в уровень»? Ой, а почему это «сухое покрытие мокрым стало»? и как это им математикой объяснить? Только физикой!

Хромов на капельку на батарее с тоской посмотрел и добавил:

— А то и биологией.

А Боря словно и не обращал внимания, шпаря:

— А дальше пройдёшь, чтобы «ремонт под ключ» заценить, а там из розеток дым идёт, потому что вместо трёх отдельных проводов один к щитку подвели, поделив на трое по видеокурсам из ю-туба. Самый дорогой же ж! Курсы ведь те никто никогда не проверяет. Нет такой опции. А монтаж и сотня переделок одного материала — допускается для впечатляющего результата. А про типы кабелей «мужички на часок» даже не задумываются. Им пофиг, что с заземлением, что без. Они часто не в курсе, что на свет выводится отдельный провод, на розетки — другие. А многим невдомёк, что часть проводов можно в панельном доме прямо в плите проложить, чтобы лишний раз стены не мучить. Нет же, всё надо заштробить на стенах и на потолке.

— Много работы, много зарплаты, — снова вздохнул Хромов, уже чая вскипевшим занимаясь.

— И это хорошо, если ещё на потолке. Многие ведь под полу провода кидают. Гофра должна спасти, вроде как. Да, та самая, китайская. Что от прикосновения трескается. Производитель ведь не уточняет, что спасёт она в лучшем случае до первого потопа. А дальше просто заходи, наступай в лужу и ныряй… на небо.

— Такого случая у нас на районе ещё не было, — припомнил Хромов. — Один правда тостером пытался самоубиться, но получилось только обосраться. Прослабило, так прослабило.

— Да двести двадцать вольт когда бьёт, не так уж и просто умереть. Это когда совсем автоматов нет в щитке, а сработают те за мгновение, когда замыкает. А как Голливуд самоубийц из потока в сто десять вольт делает я даже себе не представляю, если у человека нет кардиостумулятора, — добавил Боря. — Многие «самоспецы на минутку» даже не знают, что в старых домах нет никакого заземления, а на «ноль» выведен провод. Так что, когда работу от подобных деятелей принимаешь, в осадок выпадать приходится.

Хромов даже кивнул на трубу. Мол, обрати внимание. И так бывает.

А Боря, волну рабочую поймав, всё шпарил:

— Сантехника после таких работников течёт в лучшем случае через неделю, чаще — на второй-третий день меня вызывают. Деятелям же не важен диаметр труб, они экономят на материале, когда клиент доверяет. А если сам купил — тем более сам виноват. Какой с них спрос? Клиент всегда прав. Сам захотел. Сделали. Не спорят. А материалы часто сами по дешёвке берут или в отдельных случаях со старых объектов используют. Не видно ведь под ванной, что трубе уже двадцать лет и проржавела насквозь от накипи внутри. А под самой ванной вместо гидрофобной затирки монтажная пена бывает. Сверху не видно, да и ванна ровно стоит. Красота же! Кто в этом разбирается по сути? Бабушка, которой на плитку достаточно посмотреть, чтобы понять — евроремонт!

Хромов даже руки развёл, на кабинет показывая. Тоже неплохо бы евроремонт. Ну или хотя бы — трубы.

Но Боря говорил и говорил:

— И вот проложит такой деятель трубы на первом этаже тонкие, а девять-пятнадцать этажей сверху помыться толком не могут. Потому что давления нет. А бабки на нас в управляйку жалуются. А жалобы фиксируются. Все! Обязаны реагировать. И желательно — немедленно. Ну мы и даём давления больше по теплотрассе. Просят же. Как не дать? Трубы и прорывает на раз, последних бомжей из подвалов выгоняя кипятком на головы.

Хромов кулак сжал. Вот не слышит же его человек. А как прямо сказать? Всё-таки не подчинённый.

— Есть и другой вариант: максимально широкие трубы проложить на последнем этаже, чтобы содрать побольше с клиента, а зачем — толком сказать не могут, но на всякий случай называют «евроремонт», — уже хлебал чай и говорил Боря. — Это хорошо, если подобные трубы ещё по полу идут. А как повыше, так под тяжестью воды внутри их часто и отрывает. Если не от своего веса, так ребёнок залезет и сорвёт. Нет запаса прочности. А почему не могут вычесть? Потому что образования нет. Только курсы какие-то дикие, самопальные или честно говорят «меня папа учил», «так ещё мой дед делал». Ну учил, хорошо, но зачем косяки тогда свои прячешь? Покажи людям, похвастайся! А не собирая деньги, убегай и блокируй номер. А как эти самопровозглашённые существа без особого образования фартук в ванной зашивают из невлагостойких материалов — это отдельная песня. Слоями потом отваливается, набухнув за месяц. Или ещё лучше делают: контур закроют, а внутри — ничего. Начнёшь полку вешать, а сверло на десятки сантиметров вглубь уходит, стен не касаясь. У людей и так часто маленькие комнаты! Ещё больше пространства крадут. Заходишь потом в туалет, где и унитаз то с трудом стоит. А на него только гном может присесть. Вот они — «мужики на час». Слепые, глухие, хромые, кривые частники.

— Так и… что дальше получается? — теперь присел на стул уже майор, не готовый к такому потоку информации.

Даже чая налил себе тоже. Горло промочить.

— А дальше людям приходится вновь потом сначала электрику звонить, который ещё при СССР практику наработал, и он почему-то лучше всех сделает. Опыт! Потом сантехнику звонят, у которого заказы на месяц вперёд. А потом тем, кто от взгляда на уровень не косеет и руки не дрожат. А почему дрожат? Потому что тяжело это — каждый день работать с вибрацией инструментов и долбёжкой стен. Побухать надо, обезболится. Чтобы жопа не порвалась от трудов «явсёсамделанья!». А знаешь всё почему так происходит? Да потому что каждый должен заниматься своим делом. А если ты специалист с ебалом помятым, пропитым и на Жигулях ездишь, то ты больше удачливый пиздабол, которого ещё не побили за прошлые косяки, чем специалист.

— А почему так?

— Да потому что специалист один всё сразу один делать не будет. У него всегда бригада. Он в лучшем случае — бригадир, который своему отряду строительному задачу поставит… а в худшем — одиночка, который на объекте с месяц живёт, пока всё нормально не сделает. Потом отходить несколько дней будет и снова — на объект. Он с годами свой опыт наработал. И даже не в первую пятёрку все делать правильно научился. Только так, а не мастер «на час». За час можно только розетку или кран поменять. Для хорошего дела — много времени надо, — уже устал говорить Боря. — Короче, Андрей Валентинович, заманался я за ними переделывать уже. Пусть Тимофей Вольфович переделывает. У него времени много. Находит же время бухать на работе и материалы тырить. Вот пусть курсы смотрит вместо порнухи и в дело пускает. Может даже платные купить. Там вроде как — лучше. Но не факт. Это ведь никто никогда не проверял, а спецам комментировать некогда. Они — работают.

Майор вздохнул. Хотел для дела, а всё на рабочий лад вернулось.

— Да уж… дела. А доказать сможешь?

— Чего доказать?

— Что начальник ворует.

— Да я ещё от старого директора все сейфы не об… ну в смысле секреты… вскрыть не могу, — почти проговорился Боря, так как на работу ту выходить уже не планировал. Язык развязан. А Егор и сам справится, если захочет. — Они в первый месяц только нормально работают. Все деятели такие, представительные, хуё-моё, все поменяем обновим, починим, все дела. А потом начинается: урезать, сократить, понизить. Больше спроса с других, меньше дел от самих. И вот ты, пожав руку, и наслушавшись обещаний от нового босса, уже работаешь за двоих-троих-четверых… и так, пока не заебёт. А потом берут на твоё место другого. И он тоже в первые месяцы полон энтузиазма, руки жмёт, бегает, устраняет, работает, а затем как хлебнёт ответственности, закашляется, так и уходит в частники. Место такое что ли в управляйках? Одному — воровать. Другому — людей ненавидеть. Но один всегда только пиздит, а другой работает. Молча. Конечно, пока не прорвёт.

Тут майор к последнему средству прибёг, к чаю конфеты достал и печенье в вазочку подсыпал. Голос совсем тихий стал, участливый даже.

Когда не знаешь о чём дальше говорить, переводи разговор в нужное тебе русло!

И решил майор уже как есть говорить:

— А я же как вчера в управляйку зашёл вечером, тоже кое-что разузнал. Ну, насчёт замены батарей у нас на участке поинтересовался. Дому то уже почти пятьдесят, пора. Хотя считается ещё ничего так, если с другими сравнивать. Хотя сравнивать скоро будет не с кем. Бараки то уже потихоньку сносят, разбирают. Правда взамен редко чего строят.

Боря промолчал, яростно жуя конфету. На сладенькое потянуло. Лимонада бы ещё. А чего майору сказать? Про то, что на те батареи ещё в начале года в формате капремонта выделили по слухам? Да только о батареях к концу года уже никто и не вспомнил. Другое начальство — другой спрос. Вроде были, а по факту — нету.

Держи электрод, вари на старые плямбы и не хворай.

— Заодно и насчёт тебя узнал, — продолжил майор, о том деле с растратами даже не подозревая. — А у людей в управляйке дело — швах. Нужен им Боря, выходит. А Боря что делает? Начальство хуевертит? Нет, осуждать, конечно, может. Возмущаться даже без дикпиков…Ой, бля! То есть — хуёв расписных. Иначе нахуя нам демократия? Но ты мне факты, факты дай!

— Факты?