Темноморье

Марта завороженно слушала легенду, внимая каждому слову. Диана рассказывала так, словно это было нечто тайное. Когда она закончила, на кухне воцарилась благоговейная тишина, прерываемая лишь звуком дождя.

— Вот почему наши аморы так называются: от слово любовь, — завороженно проговорила Марта. Правда все никак не укладывалась у нее в голове. — А насколько далеко можно отнести амор от русалки, чтобы та не погибла? — спросила Марта, и холод пробрал ее. В голове пронесся момент, когда она втайне от мамы сняла дома амор, чтобы дать померять подругам.

Диану передернуло от вопроса.

— Не знаю и узнавать не хочется. Инесса рассказывала, что у каждой русалки по-разному, так как у всех разная связь с амором: у кого-то сильнее, а у кого-то слабее. Но как и с морем, так и с амором мы неразлучны и погибнем, если будем порознь. Аморы — хранилище наших жизненных сил и, если ракушка разобьется, мы умрем, превратившись в морскую пену.

Не так сильно правда об аморе удивила Марту, как правда о том, как они стали русалками.

— Вы все погибли в море, но Мореслава вернула вас к жизни. А Инесса удочерила, так как родные и близкие забыли вас, — сказала Марта, будто, произнося слова вслух, она наконец-то могла поверить в их истинность.

Диана грустно кивнула. Ее плечи опустились, а голова поникла.

— Мне повезло чуть больше: мне было около трех лет, когда я стала русалкой, поэтому мои воспоминания о жизни до спасения Мореславой весьма скудные. Другим сестрам повезло меньше… Но Инесса всегда была добра к нам и поддерживала в трудные минуты. Она смогла подарить нам тепло и заботу, благодаря чему мы стали крепкой семьей.

Марта посмотрела на Диану — поникшей фигурой та застыла на стуле и блуждала взглядом по комнате. Изредка бледная улыбка появлялась на ее губах, но через мгновение ее лицо снова становилось серьезным. За большим столом посреди просторной кухни Диана казалось такой маленькой. И до боли одинокой.

Жемчужинка спрыгнула с колен Марты и побежала к хозяйке, стараясь утешить ее. Диана взяла кошку на руки, и та покорно замерла, позволяя хозяйке погладить себя. Марта с грустью поняла, что Жемчужинка была единственной, кто спасал Диану от полного одиночества.

— Но я вот что не понимаю. — Марта задумчиво склонила голову. — Мама и Кристина знают, что они родные сестры. Почему они помнят друг друга?

Диана долго собиралась с ответом, размешивая сахар в чае. Она уже налила себе третью кружку и взяла еще горсть конфет.

— Мы редко делились друг с другом причинами, почему стали русалками. Из всех сестер я больше всего была близка именно с Полиной, поэтому она рассказала мне свою историю. Насколько я знаю, только мне она доверилась. — Разноцветные фантики от конфет были разбросаны по всему столу, и Жемчужинка подцепила лапкой один, отчего Диана засмеялась, но стоило вернуться к разговору, как ее лицо вновь помрачнело. — Кристине тогда было двенадцать, а Полине десять. Во время отдыха на загородном пляже, где никого, кроме их семьи не было, Полина слишком далеко заплыла в море, а когда осознала это, то было слишком поздно. Родители тогда отлучились, доверив Кристине присматривать за младшей сестрой, поэтому на помощь плохо умеющей плавать Полине, пришла Кристина. Во время спасения обе сестры погибли, но Мореслава обратила их в русалок, подарив второй шанс на жизнь.

Я замечала, как София, Рита, даже самая старшая Кира, в тайне завидовали им: ведь Кристина и Полина были настоящими сестрами: родными людьми, которые смогли остаться вместе.

Но на самом деле все было не так гладко. — Диана нахмурила лоб и принялась комкать в руке фантик от конфеты. — Кристина винила Полину в произошедшем: что именно из-за нее они лишились родителей и привычной жизни. Кристина и раньше не сильно любила младшую сестру, но после превращения в русалку стала питать к ней еще большую ненависть.

Полине было больно терпеть такое отношение, ведь она любила сестру, но высказаться против она не могла, так как в глубине души все-таки ощущала себя виноватой, — закончила Диана.

Марта была тронута такой историей. Сколько всего она не знала о своей маме!

— Тогда почему мама помнит меня? Ведь если бы я тоже погибла в море, то меня бы все забыли. Значит, тут мама сказала мне правду — я русалка, так как моя мама тоже русалка! — обрадовалась Марта, что по сути мама не врала ей: лишь не раскрыла полную правду.

Диана устало потерло переносицу.

— Давай продолжим разговор завтра.

Но Марта еще столько всего хотела расспросить! Наконец-то появился человек, который может ответить на ее вопросы. Марта боялась, что завтрашний день принесет новые проблемы и разговор по душам может не состояться. Сегодняшние откровения пугали: правда действительно оказалась горькой на вкус. Но, не смотря на это, Марта чувствовала умиротворение, ведь она наконец-то начала узнавать тайны своей семьи. Пока есть такая возможность, Марта бы еще расспросила Диану — о кораблекрушении, о ее жизни, о Линде в конце концов! — но Марта понимала, что еще немного и у нее разболится голова от новой информации.

Если Марте было важно узнать правду, какой бы страшной она ни была, то Диане вспоминать события прошлого давалось тяжело. Так же, как и мама, Диана с трудом сдерживала слезы.

— Да, я тоже очень устала, — сказала Марта, ведь за сегодня она перенервничала не один раз. — Спасибо, Диана.

«За то, что тепло приняла меня, за то, что по-доброму отнеслась и за то, что поделилась правдой», — мысленно добавила Марта.

Время было позднее. Из окна своей комнаты Марта могла разглядеть, как волнуется море, а тучи казались черными-черными. Марта с грустью подумала, что насладиться красотой звездного неба она уже не сможет.

Марта сидела на кровати, обняв подушку-смайлик, и листала сообщения, которые за день написали подруги в чате. Обсуждения нового платья Ксюши, тяжелого теста по химии, нового сериала, просмотренного Мариной… Марта видела спасение в этих простых сообщениях. Хоть у кого-то жизнь продолжалась, как прежде. Подруги не спрашивали о том, как прошел ее день, и с одной стороны, Марта была этому рада: слишком много произошло, и писать о своих проблемах в перерывах между фотографиями Ксюши не хотелось. Да и как можно описать все произошедшее в одном сообщении! Их совместный чат дарил ощущение безмятежности, и Марте не хотелось портить эту атмосферу. Но с другой стороны… Противное чувство, что подруги скоро и вовсе перестанут вспоминать о ней, медленно зарождалось внутри.

У Марты хватило сил лишь на несколько нейтральных предложений и сердечек для фотографий Ксюши.

«Я обязательно им позвоню и все расскажу. Просто не сегодня», — пообещала Марта, откладывая телефон в сторону. Стоило закрыть чат, как чувство тревоги за маму накатило новой волной. Где она? Что с ней? Узнав тяжелую историю мамы, Марта еще сильнее захотела поскорее увидеться с ней и заключить в объятия.

Разговор с Дианой отвлек Марту от мрачных догадок, но сейчас, лежа в кровати, она никак не могла заснуть от вороха мыслей в голове. А еще завтра в школу, где наверняка все уже в курсе событий… Дан ждал ее сегодня на дополнительном уроке по математике, Яра на прослушивании в спектакль. Марта не любила подводить людей, поэтому с ужасом ожидала утра, когда придется объяснить все друзьям. Хотя они, вероятно, итак все поняли, ведь новости в Темноморье разносятся очень быстро.

Дверь приоткрылась, и Марта вскрикнула. Она быстро включила ночник. Диана в ночной сорочке стояла в центре комнаты.

— Ты меня напугала! — возмутилась Марта, вскочив с кровати, и взволнованно добавила: — Что-то случилось? Есть новости о маме? Ты что-то узнала?

— Нет. — Диана с грустью в глазах взглянула на Марту. — Я решила проведать, как ты. И хорошо, что так сделала. — Диана укоризненно покачала головой и указала на висевшие на стене часы, что были украшены ракушками. Время было давно за полночь. — Ты чего не спишь?

— Не могу уснуть, — призналась Марта. — Я волнуюсь и беспокоюсь. А еще мне страшно, что будет дальше! Я растеряна и… — Марта учащенно задышала. Все те эмоции, которые она старалась прятать внутри, сейчас с силой выплеснулись наружу. Все это время ей так был необходим кто-то, кто мог бы выслушать и утешить.

Диана села на край кровати и мягко положила руку на плечо Марты.

— Я тебя понимаю. Мне тоже страшно. И я тоже беспокоюсь, — вкрадчиво сказала она, и Марта не могла поверить в ее слова: Диана выглядела воплощением спокойствия. Это сходство так напоминала Марте маму. Неужели, это из-за столь печальной истории становления русалками? Что мама, что Диана никогда не показывали беспокойство, возможно, потому что в их жизни были ситуации куда пострашнее. Например, погибнуть в море, но получить второй шанс на жизнь.

Или они просто очень хорошо контролировали эмоции, в чем так плоха была Марта, несмотря на постоянные слова мамы о сдержанности.

Диана словно прочитала ее мысли.

— Но я не позволяю волнению взять верх надо мной. Да, копить все в себя нельзя, поэтому важно делиться с кем-то тем, что у тебя на душе. Нельзя позволить беспокойству затмить голос разума, — сказала Диана, изучая лицо Марты. — Я рада, что ты поделилась со мной. Я бы хотела, чтобы ты всегда могла довериться мне. Чтобы у нас не было секретов: они все так усложняют. — Диана вздохнула и обвела комнату взглядом. Марта вздрогнула, когда на кровать запрыгнула Жемчужинка и свернулась клубочком возле Дианы. — Инесса внимательно выслушивала нас во время ужинов, Полина читала мне сказки перед сном, попутно расспрашивая о том, как прошел мой день… Знаешь, мне так этого не хватало: простого разговора с кем-то, кто поймет меня. Мне будет приятно, если для тебя я стану таким человеком.

Марта устремила на Диану благодарный взгляд. Фиалковые глаза Дианы хранили отзвуки прошлой боли, через которую сейчас проходила Марта.

— Давай спать, — заключила Диана, взяла Жемчужинку на руки и поправила одеяло. — Не волнуйся, мы обязательно найдем Полину и Кристину. У меня есть соображения, кто может стоять за всем этим, — добавила Диана, и Марта тут же сказала:

— Линда, верно?! Вот бы ты знала, как она портит нам жизнь!

— О да, это она отлично умеет. Но нам нужно действовать рассудительно, продумывая каждый шаг. Чувствую, полиция нам тут никак не поможет. Но я обещаю, мы найдем Полину и ее сестру. И первый шаг — хорошенько выспаться.

Марта с теплотой взглянула на Диану, поняв, что за время разлуки та не растеряла доброты по отношению к приемным сестрам.

— Доброй ночи, — искренне пожелала Марта, и Диана ответила тем же.

Стоило голове коснуться подушки, как Марта провалилась в крепкий сон.

8. Уютный уголок

Как Марта и предполагала, в классе все уставились на нее, разве что к презрению примешалось сочувствие.

Регина встретила ее насмешкой и язвительной фразой, Егор прожег огненным взглядом, другие одноклассники выбрали тактику молчания.

Марта прошла к своему месту у окна, не тратя силы на пустые слова, хотя отрывки слухов, что разносили по школе ученики, по-прежнему ранили ее, пусть и не так сильно, как в первый день.

На Дана она не смотрела, если не считать коротких взглядов, которые она бросала ему в спину. Его Марта игнорировала весь день, оттягивая разговор. Все потому, что она никак не могла собраться с мыслями. Под наплывом новых проблем уроки математики потеряли для нее важность, она всерьез раздумывала разорвать договор с Даном и сдать экзамен без его помощи, хоть и шансов на хорошую оценку в таком случае было мало. Но Дан был так добр к ней, пусть и в своей холодной отстраненной манере, и с таким трудом согласился учить Марту, что ей было неловко отказать другу, да и сдаваться тоже было не в ее привычке.

Марта смотрела на фикус на подоконнике, пытаясь в уме прийти к верному решению, но так и не выбрала, что делать с математикой. Растение, в рассматривании каждого листика которого Марта нашла отвлечение от презрительных взглядов, уже успело стать таким родным, что она всерьез подумывала заменить обшарпанный надколотый горшок на новый.

Дан вел себя, как ни в чем не бывало: игнорировал все, кроме своих книг. Хотя Марта улавливала едва заметные порывы, когда он отрывался от чтения и намеревался пойти в ее сторону, но тут же менял тактику и еще глубже утыкался носом в страницу. Стоило Марте пройти возле его парты, как Дан несколько раз нервно проводил рукой по волосам, отчего его прическа растрепалась уже к третьему уроку.

Регина смотрела на Марту взглядом коршуна, но не подходила. На переменах она о чем-то шепталась с Егором и заговорчески смеялась.

Так и прошел целый день, когда Марта и Дан старательно делали вид, что не нуждаются в разговоре, пока Марта, собрав все силы, не подловила Дана на пути в библиотеку после окончания занятий.

— Приве-е-ет! — Яра возникла так неожиданно, что Марта снова чуть не налетела на нее, как при первой встрече. — Ты как? Если хочешь, можем поговорить.

Марта возразила, что спешит, но Дан поспешно скрылся за дверью библиотеки и пропал среди стеллажей, как и пропали из головы Марты все слова, которые она хотела сказать ему при разговоре.

Яра озабоченно сдвинула брови.

— Все не просто, но спасибо за заботу, — искренне сказала Марта. Она была рада видеть Яру: от той так веяло позитивом и беззаботностью, чего так не хватало Марте в последние дни.

— Ну смотри мне, пока я тебе верю, — улыбнулась Яра, теребя косичку.

— Как прослушивание? — поинтересовалась Марта.

— Если не считать характера Регины, то все было неплохо. Я бы сказала «хорошо», но не могу, ведь тебя там не было.

— Ох, я не смогла прийти, хотя очень хотела…

— Нет-нет! — Яра замахала руками. — Я же не глупая, не оправдывайся. Я вот что хотела спросить, ты все-таки планируешь участвовать? Я понимаю, что тебе скорее всего не до этого, но решила уточнить.

— А мне еще возможно присоединиться? — удивилась Марта. — Разве остальные не будут против? Ты говорила об этом с преподавательницей?

— Я куратор вашего спектакля, поэтому прослушивания проводила тоже я. Наша преподавательница мне доверяет и придет только на первую репетицию. Поэтому пока вся ответственность на мне, и я с радостью сделаю для тебя исключение, — подмигнула Яра. — Регина, конечно, была не в восторге от моего присутствия, но вела она себя так, будто я ей уже дала главную роль. Какое счастье, что она и Егор уходят после девятого класса и больше не придется их терпеть. У нас многие ученики стараются как можно скорее покинуть Темноморье, чтобы переехать учиться в Лазурьск, и как же я рада, что Регина с Егором в их числе.

— Прекрасная новость, — улыбнулась Марта, с облегчением выдохнув, а после добавила: — Ты так серьезно относишься к этому спектаклю. Он для тебя многое значит?

— Да. Я собираюсь поступать в театральный, а опыт и знания, которые дает мне наша преподавательница, очень ценны. Она прекрасная актриса, у нее есть чему поучиться.

Марта с сомнением произнесла:

— Я не думаю, что буду хороша в актерской игре. Раньше я всегда участвовала в разных кружках, но никакие навыки не развивала дальше. Можно сказать, я пробовала многое, но оно все так и осталось на начальном уровне. А ты такие большие надежды возлагаешь на предстоящий спектакль.

— Да брось ты! Этот спектакль важен только для меня. И возможно для Регины, чтобы ее самомнение взлетело до небес. Для других учеников это ненужные дополнительные занятия, которые они бы с радостью бросили, не будь это обязательным. Так что расслабься. Если у кого-то совсем плохо с публичным выступлением, то мы берем их в качестве помощников на сцене. А еще же нужно собрать танцоров, так что мест всем хватит. Дан, например, будет помогать собирать декорации.

Дан! Во время разговора с Ярой Марта заметила, как он после звонка на урок выскользнул с библиотеки, держа что-то голубое в руке, и, бросив на Марту странный взгляд, пошел на верхний этаж.

«Он что, не домой еще идет?» — пронеслось в голове Марты, когда Яра с широкой улыбкой заключила:

— Так что не все так серьезно.

— Тогда я согласна.

Марта хотела отвлечься от тревоги, что окружала ее, не давая ни минуты покоя. Тем более так она будет чаще в компании Яры, которая несказанно обрадовалась после ее ответа.

— Здорово! Я могу послушать тебя прямо сейчас! Там ничего сложного, просто выразительно прочитать несколько абзацев из книги. Не все даже в этом сильны, а большего мы и не требуем. Как я упоминала, это всего лишь школьный уровень.

— Хорошо, — согласилась Марта, и Яра, схватив ее за руку, чуть ли не вприпрыжку повела за собой.

Актовый зал был небольшим и, в отличие от серых коридоров, уютным. На бежевых стенах были развешаны цветы из бумаги, аккуратно вырезанные учениками, с потолка свисали бумажные самолетики, а при взгляде на сцену у Марты перехватило дыхание.

— Там кладовая и гримерная, два в одном. — Яра указала на маленькую комнату, дверь в которую Марта не сразу заметила, так как та по цвету сливалось со стеной.

В комнате места было совсем мало, как и мебели. Шкаф, небольшой комод, вешалка со сценическими костюмами, два стула, столик, а рядом с ним зеркало во весь рост, украшенное огоньками, которые Яра включила, пока Марта рассматривала груды аккуратно сложенных коробок с реквизитом в дальнем углу комнаты.

— Как красиво! — Марта завороженно глядела на огоньки, будто маленькие светлячки устроились на раме зеркала.

— Репетируем вы всегда в актовом зале, так что в этой комнатке чаще всего я одна, поэтому постаралась сделать ее как можно уютнее. — Яра провела рукой по костюмам на напольной вешалке, стоявшей рядом со шкафом. — Обычно я тут дорабатываю сценарий, думаю, как вставить танцевальные и музыкальные номера, подбираю костюмы для актеров. Наша преподавательница поощряет самодеятельность. Иногда я остаюсь подольше, делаю домашку или слушаю музыку. Мой маленький уютный уголок.

— Чудесное место, — подтвердила Марта. Тут было так спокойно и умиротворенно, что ей казалось, будто в этой комнатке можно укрыться от любых невзгод.

Марта взяла в руки свечу в серебристом подсвечнике, от которой пусть и не зажженной исходил приятный аромат ванили и корицы. Затем Марта переключила внимание на множество статуэток, стоящих на комоде.

— Это подарок для преподавательницы от прошлых выпускников нашего театрального кружка, — пояснила Яра, указав на статуэтку, что Марта с восхищением вертела в руках. Фарфоровая женщина в длинном синем платье и с короной из ракушек грациозно застыла в танце с парнем в черном брючном костюме.

— Что ты можешь рассказать о Дане, — поинтересовалась Марта, продолжая разглядывать статуэтку.

Яра задумалась.

— На самом деле мало что. Как ты наверняка успела заметить, он не сильно разговорчивый. Да и знаем мы его не так давно: он тоже новенький. Пришел в нашу школу в этом сентябре. Его семья переехала в Темноморье из Лазурьска.

Если бы Марта до этого не поставила статуэтку обратно, то от удивления могла бы выронить ее. Какой смысл семье Дана переезжать из крупного перспективного города в Темноморье, откуда все только и делают, что сбегают для поиска лучшей жизни?

Марта вспомнила слова поддержки Дана, которые он с сочувствием в голосе произнес, когда застал ее расстроенную в коридоре. Поэтому Дан заступился за нее, ведь сам недавно был на ее месте и в памяти еще были свежи воспоминания о нападках Регины и Егора в его адрес.

— Такой нежный оттенок, — с восхищением сказала Яра и дотронулась до цветка на ободке Марты, которая сегодня распустила волосы, пообещав, что больше не пойдет на поводу обидных слов Регины. Разве стоит из-за чужого мнения отказываться от того, что тебе дорого?

Яра села на стул, отодвинула второй и окликнула подругу.

— Вот текст, тут несколько отрывков из книги, ознакомься.

Но у Марты был еще один вопрос, на который она хотела бы получить ответ.

— Ты не видела, кто вылил краску на одежду Регины? Когда ты заходила к нам в класс раздать листовки, ты не заметила ничего подозрительного?

Яра задумалась, теребя ворот свитера, но после отрицательно покачала головой.

Когда Марта зачитывала текст, Яра внимательно слушала, а в конце она, широко улыбаясь, произнесла: