Помоги проекту - поделись книгой:
Он улыбался, подходя к двери.
— Что за жизнь?
* * *
Президент направился в административное крыло Белого дома. Большинство сотрудников, посетителей, мужчин и женщин секретной службы видели одного и того же мужчину, которого они видели ежедневно в течение почти пяти лет. Он всегда улыбался, всегда был уверен в себе. По пути в Овальный кабинет он кивнул своей помощнице, а затем кивнул на дверь, и она понимающим взглядом подтвердила, что его гость ждет внутри. Его помощница почти сразу поняла, что в течение следующего часа доступ к президенту запрещен. Однако …
— Г-н. Президент, спикер Палаты представителей Кэмден ждет с 11:45. У него нет ни назначенной встречи, ни расписания. — Сенатор и Спикер Палаты представителей Джайлс Кэмден из Флориды встал и привлек внимание президента, уперев руки в бока и глядя на него.
Президент остановился и, так как никто не видел его лица, закатил глаза, но к тому времени, когда он повернулся к высокопоставленному республиканцу из Флориды, его обычная улыбка уже была на месте. Ястреб из Флориды ждал, и его рука была наготове. Даже охрана президента очень не любила этого человека.
— Г-н. Спикер, это сюрприз, я не знал, что у нас сегодня днем встреча.
— Г-н. Президент, мои избиратели, а также мои коллеги ошеломлены этим проектом лотерейного предложения, которое вы позволили просочиться из вашего офиса. — Сенатор огляделся, чтобы убедиться, что все уши в приемной настроены на его голос. — И удерживать молодых мужчин и женщин на военной службе, когда их обязанности были выполнены в соответствии с высшими стандартами американской армии, ну, сэр, это просто слишком много диктатуры и недостаточно демократического процесса.
Улыбка исчезла с лица президента, когда подошел ближе к человеку из Флориды, который стоял с уверенностью, не смотря на огромные размеры бывшего генерала армии с тремя звездами.
— Одна вещь, которую мне не нужно от вас, сенатор Кэмден, так это урок о моих солдатах, летчиках и моряках и о том, как хорошо они выполнили свои обязанности в глобальной войне с террором. Я хорошо знаю об этом. — Президент наклонился так далеко, как только мог, взял правую руку сенатора в свою и медленно пожал ее, говоря тихо. — Вам лучше всех знать, чем слушать слухи. Я не делал таких заявлений, по крайней мере, на официальной основе, ни о проекте предложения, ни о замораживании увольнений в запас.
— Тогда, может быть, президент сможет объяснить какому-то старому джентльмену с Юга разницу между слухами и фактами, — он улыбнулся, — как вы это понимаете, конечно».
Президент отпустил руку Кэмдена и хотел вытереть ее о штанину, но вместо этого улыбнулся и посмотрел на часы.
— Если вы еще не знаете разницу между ними, мистер Спикер, у меня никогда не будет времени объяснить ее вам. А сейчас извините, у меня встреча.
Спикер Палаты представителей Кэмден ошеломленно наблюдал, как президент повернулся и ушел. Напряжение в приемной было холодным, и атмосферу можно было разрезать ножом. Он заметил, что агент секретной службы указывает рукой на ближайший выход. Кэмден поморщился, а затем сердито посмотрел вниз, туда, где ждала его собственная помощница, и жестом велел ей следовать за ним.
В коридоре он в гневе повернулся к своей помощнице. — Я хочу, чтобы директор ЦРУ Харлан Истербрук встретил меня за ужином. И убедитесь, что он привел с собой нашего хорошего друга Дэна Пичтри.
— Вы уверены, что это хорошая идея? Я имею в виду, что в этом вопросе директор полностью на стороне президента, — поправила себя помощница, — в вопросе слухов.
— Что за чертова проблема? По словам президента, никакой проблемы нет, просто неприятные слухи! — громко прошипел он, и на него начали смотреть мужчины и женщины, выстроившиеся вдоль внешнего коридора и ожидающие увидеть мужчину в Овальном кабинете. — Истербрук знает, кто контролирует бюджет его агентства, и я хочу, чтобы Дэниел Пичтри поддержал нас. Даже Истербрук не может спорить со своим собственным главнокомандующим по операциям о том, насколько облажалась эта штука. Инопланетяне, о моя задница! Четыре года назад президент накинулся на нас с этими проклятыми изображениями глубокого космоса и так называемыми тарелками. Но где они? Мы продолжаем тратить миллиарды, и зачем? — Он широко раскрытыми глазами посмотрел на свою помощницу. — Мне нужны подробности о том, что замышляет президент, и я хочу быть в курсе наращивания военной мощи Китая и России. Черт, даже чертовы британцы увеличили свой военно-морской бюджет на 100 процентов, поскольку они попались на ту же ерунду, что и президент. И я хочу полный отчет об этом маленьком дерьме, на котором президент основывает все свои решения. Национальный архив, моя задница!
— Боюсь, что на внешнем фронте, по словам их правительств, они также отказываются комментировать слухи о своих вооруженных силах. Теперь об этом Найлсе Комптоне, Истербрук и даже наш человек Пичтри не имеют никакой информации о Комптоне, кроме его образования, которое, конечно, обширно.
— Если Истербрук не объяснит мне вещи намного яснее, чем они были, я собираюсь слить все, что у меня есть, общественности, а затем пусть президент объяснит это.
Его помощница огляделась и нервно наклонилась к своему боссу.
— Прежде чем вы начнете угрожать подобным образом, может быть, вам лучше взять ситуацию под контроль? В конце концов, он президент-хромая утка, у которого нет преемника ни в каком виде, если не считать бесхарактерного вице-президента, а Истербрук будет искать работу через два года.
— Я понимаю. Ты говоришь, что оправдан гораздо более тонкий подход?
— Это намного лучше, чем другие слухи, которые я слышала. — Она снова взглянула на лица, теперь отвернувшиеся от двух посетителей.
Спикер палаты остановился, не дойдя до входной двери, и посмотрел на молодую помощницу. — Что, появились новые слухи?
— Два ваших сенатора-единомышленника и сторонника только что объявили о своей внезапной отставке.
— Да, Гастингс и Шаллер, Вермонт и Техас соответственно. Гастингс ссылается на ожидающийся развод, а Шаллер заявляет о проблемах со здоровьем в возрасте тридцати двух лет.
— Да ну, некоторые говорят, что после встречи с президентом пять недель назад и довольно настойчиво расспрашивая о тех самых слухах, о которых ты только что упомянула, они вдруг заявили о своем решении уйти в отставку буквально на следующий день.
— Твоя точка зрения? — спросил он, рассердившись.
— Я хочу сказать, что большинство людей на холме говорят, что президент угрожал им.
— Что ты имеешь в виду?
Она не ответила, а просто посмотрела в лицо старшему мужчине. Он медленно, но верно уловил ее зловещий взгляд.
— Тогда это делает встречу с директором ЦРУ Истербруком и нашим другом Пичтри необходимой. — Он повернулся и направился к двери. — И помни, мы также можем разбрасываться угрозами, и у Дэниела Пичтри есть как раз тот человек, который может выступить с этими угрозами.
Ассистентка глубоко вздохнула, представив маленького гада через реку в ЦРУ. — Я не могу переваривать этого маленького ублюдка, и так бы хотела, чтобы вы никоим образом не связывался с ним. Хайрам Викерс своим взглядом на людей напоминает мне какого-то крадущегося педофила. Она вздрогнула при мысли о маленьком черном гуру операций в Лэнгли. — И еще одно, сэр, почему вы думаете, что это не директор Истербрук поддержал угрозу президента? — пробормотала она, стремясь догнать своего босса.
Спикер палаты представителей Кэмден лишь на секунду застыл у двери, слегка повернувшись и ответив ей.
— Это будет проблемой Дэна Пичтри, поскольку он выиграет больше всего от… осложнений в цепочке подчинения в Лэнгли.
* * *
Пока агент секретной службы придержал дверь открытой для президента, глава на мгновение остановился, глубоко вздохнул, кивнул агенту и попытался уверенно войти в Овальный кабинет. Президент сразу же увидел своего друга. Директор Найлс Комптон стоял у окна за столом Линкольна, глядя на Пенсильвания-авеню и пять тысяч мужчин и женщин, протестующих на улице. Плакаты были, мягко говоря, оскорбительными и говорили о том, что США находятся на пути к диктатуре. Найлс Комптон знал, что его друг не был диктатором. Будучи военным со времен учебы в колледже, президент всегда боялся, что его назовут правым, хотя на самом деле он думал, как многие генералы, достигшие определенного возраста: что военная мощь — опасная вещь в неправильных руках, а иногда и в правильных. Найлс Комптон знал, что проблема не может быть в более умелых руках, чем в руках его старого друга.
— Я действительно удивлен, что ты не протестуешь против моих предполагаемых по слухам военных действий.
— Возможно, они бы не протестовали, если бы знали всю правду, — сказал Найлс Комптон, повернувшись от окна к президенту.
Президент не ответил, стоя перед своим столом. Он жестом приказал Найлзу подойти.
— Если тебе не нужна эта долбанная работа, ты не возражаешь, если я сяду за свой собственный стол, лысый?
Найлз улыбнулся, а затем двинулся. Он держал руки в карманах, идя вперед по комнате. Президент на мгновение выглянул в окно, затем позволил кружевной занавеске опуститься на место, повернулся и сел.
— Мои так называемые хорошие друзья в сенате начинают бежать с корабля. Инструктаж, который я дал им четыре года назад, начинает заканчиваться, и теперь они бегут в укрытие. Ключевые люди, которые мне были нужны для ястребиной стороны дела, полностью сбежали из курятника. Мои друзья на другом конце спектра теперь чувствуют жар из-за этих слухов и того факта, что мы даже не видели ничего из космоса, кроме нашего собственного мусора, падающего с неба.
Наконец Найлз повернулся и посмотрел на президента, сидевшего на одном из двусторонних диванов. Он открыл свой старый портфель и вытащил папку. — В один короткий момент времени много лет назад ты спросил меня, как я справлюсь с этим. Я говорил тебе.
— Ты не понимал американскую психику тогда, как и сейчас. Итак, могу я объяснить тебе еще раз, мистер Волшебник? — Президент увидел, что его друг не собирается отвечать, поэтому быстро продолжил. — По отдельности эта нация состоит из блестящих и умных граждан, способных на огромную доброту и сострадание и простое видение будущего. Мои люди умны, Найлс. О, не такие яйцеголовые, как ты, но достаточно умные, чтобы знать ситуацию и понимать ее, когда им ее объясняют. Но обратиться к коллективному разуму тех самых граждан, и вот тут-то мы и наткнемся на беду, и ты это знаешь. В совокупности мы можем быть самой напуганной нацией на этой планете, если вещи не будут объяснены до предела, какими они могут быть.
— Расскажи им все сейчас или созови пресс-конференцию и опровергни все военные слухи как ложь, а затем прекрати позволять военным втягивать тебя в эту предполагаемую призывную лотерею. Расскажи обо всем, от Розуэлла до инцидента с эсминцем в пустыне Аризоны и даже о высадке на Луну много лет назад. Все. — Найлз покачал головой, а затем посмотрел на своего друга. — А что такого в том, чтобы держать мужчин и женщин в армии после завершения их службы — это правда?
Президент молчал, отворачиваясь от человека, которого знал со времен колледжа. Найлс Комптон был директором самого темного агентства в федеральном правительстве. Об их существовании знали лишь немногие и подчинялись только президенту США со времен Линкольна неофициально, а Вудро Вильсону по закону. У отдела 5656, известного немногим посторонним как группа "Событие", была миссия раскрыть правду об общей истории мира, поскольку понимание прошлого обеспечило будущее. Департамент 5656 сообщал президенту о любой корреляции между прошлыми событиями и теми, что в настоящее время разворачиваются в настоящем, чтобы он мог принять взвешенное решение о том, как справиться с любым повторением этой истории.
— Да, это правда, Найлз. Я не могу вести войну, если мои вооруженные силы сведены на нет из-за ложного чувства безопасности после войны с терроризмом.
— Тогда объясни, почему, людям страны и всего мира. Ради Христа, мы готовимся наблюдать, как китайцы начнут убивать себя из-за своих военных расходов. То же самое происходит во Франции, России, Германии и Англии. Мы пугаем мир, а не они. — Комптон указал на высокий потолок Овального кабинета, и он знал, что будущее за высокими облаками — полная тьма.
— Почему они не двинулись на нас, Найлз? Они просто ждали там, в десяти миллионах световых лет от Земли. Я получаю новые изображения с Хаббла через день на своем брифинге по безопасности, и они не сдвинулись ни на световой год ни в каком направлении, они просто сидят там. Вот почему у меня есть сторонники, спрыгивающие с того, что они теперь считают кораблем без руля».
— Наш агент в пустыне Аризоны сообщает, что Серые, скорее всего, уже здесь. Они нанесут удар, когда увидят возможность сделать это. Таким образом, наше военное наращивание может стать бесконечным кошмаром с точки зрения времени. Когда они придут, нам придется сражаться с ними с помощью оружия, которое мы уже разработали, и мужчин и женщин, обученных сражаться с ними. Не с новобранцами или разгневанными ветеранами.
Президент покачал головой и резко встал; при этом он толкнул свой большой стул так сильно, что тот ударился о стену.
— Найлз, ты и Гаррисон Ли разработали план операции «Оверлорд». Для реализации первого аспекта этого плана мне нужны боевые корабли и самолеты. Чтобы поддержать наших союзников, если Серые ударят по ним первыми, мне нужно вывести свою армию за границу, а для этого мне нужен контроль над океанами. И мне нужно, чтобы осталось достаточно людей и снаряжения, чтобы защитить наши города и как можно быстрее обучить еще одну армию для нашей обороны здесь. Для этого мне нужны опытные солдаты, а для этого я должен помешать им оставить свои роды войск. Мне также нужны все самолеты, которые мы законсервировали в пустыне, и каждый устаревший военный корабль на военно-морских верфях в Филадельфии.
— Тогда скажи это людям, — сказал Найлз, впервые разозлившись в присутствии президента. Комптон наблюдал, как его друг повернулся и снова отдернул кружевную занавеску, чтобы посмотреть на тех самых горожан, протестующих против распространявшихся слухов. — Но одну вещь ты и другие отказываетесь понять — и тебе лучше столкнуться с этим лицом к лицу — это то, что объединенная военная мощь всей планеты не может продержаться и пяти дней против полномасштабного нападения Серых.
— Вот почему у нас есть «Оверлорд». Если мы сможем сдержать наступательный удар, пока «Оверлорд» не выйдет на линию, у нас есть шанс, по крайней мере, если верить нашему маленькому зеленому другу из Чато-Кроул.
— И ты чертовски хорошо знаешь, что Спичстик объяснил, что вторая часть «Оверлорда» полностью зависит от того, удастся ли нам заполучить электростанцию со сбитой тарелки. — Президент отдернул занавеску и повернулся к Найлзу. — На данный момент ваша Группа не уверена, что может найти еще одну разбитую тарелку?
Найлз открыл папку и вытащил отчет.
— Мы отследили все сообщения об НЛО, начиная с библейского Иезекииля. Помимо двух инцидентов в Розуэлле, у нас есть только слухи о других инцидентах, когда транспортное средство было найдено с неповрежденным двигателем.
— Значит, все именно так, как говорит Спичстик? — Президент подумал о маленьком инопланетянине, который находился под опекой США после инцидента в Аризоне в 2006 году.
— Нам придется уделить первоочередное внимание тому, чтобы заполучить электростанцию, когда начнутся боевые действия… если мы сможем сбить чертовы тарелки с неба.
Президент выглядел немного расстроенным комментарием Найлза. — Я полагаю, что ваш мистер Райан сбил одну в Тихом океане, если я правильно помню, всего лишь ракетой «Феникс». Я думаю, если он сможет это сделать, мы сможем, по крайней мере, получить несколько ублюдков, с которыми Спичстик сможет поиграть.
— Туше, — сказал Найлз, убирая отчет о поиске тарелки. — На самом деле у нас может быть шанс добраться до одного в начале любого конфликта. Тогда это просто вопрос нехватки времени, если мы сможем буквально поднять «Оверлорд» с земли.
Президент поднял брови, ожидая каких-либо приятных новостей.
— Спичстик говорит, что они не могут пройти через свои ходовые червоточины большими силами. Их энергия ограничена. Несколько тарелок за раз, может быть, пять или шесть, а затем Серым нужно перезарядиться, прежде чем они смогут продолжить посылать свои силы с такого дальнего расстояния. Но если они ударят нас достаточно сильно в первых раундах, их энергетические проблемы будут решены. Как говорит Спичстик, для производства энергии, необходимой для создания временной червоточины, требуется энергия всей планеты.
Президент хлопнул себя по столу. — И именно поэтому я хочу, чтобы мои силы были в полной мере, Найлз. Итак, Спичстик уверен, что сила, создающая червоточины, ограничена по масштабу?
— Да. Как ты знаешь, родная планета Серых умирает. Их силы стареют, и их энергия используется для поддержания их флота в космосе. Они истощили свой родной мир для того, чтобы напасть на нас. Вот почему существует задержка, поскольку они ждут открытия, которое будет для нас разрушительным.
Президент увидел, как обеспокоенное выражение на мгновение отразилось на лице его друга. — Что?
— На брифингах со Спичстиком и Гасом они оба очень тихо замолкают, когда мы говорим о родном мире Серых. Кажется, что-то беспокоит маленького зеленого парня уже несколько лет, но мы в Группе не можем этого объяснить, и он не будет это обсуждать.
Президент посмотрел на Найлза, а затем почти в отчаянии опустил голову.
— Боже, молюсь, чтобы он ничего от нас не скрыл.
В 1,7 милях под авиабазой Неллис комплекс Группа "Событие" работал в обычном быстром темпе. Тринадцать полевых групп ползли по пустыням, горам и океанам в поисках исторических записей о сбитых инопланетных летательных аппаратах в древние времена. Стремление найти неповрежденную инопланетную электростанцию лишило Группу "Событие" большей части их подразделений и сотрудников военной службы безопасности, настолько, что ворота номер два в ломбарде Голд-Сити были закрыты из-за отсутствия жизнеспособного военного персонала для обеспечения безопасности входа у Лас-Вегаса. И с таким количеством ученых и историков в этой области комплекс был почти пуст.
За комплексную безопасность на временной основе отвечал старший лейтенант Уилл Менденхолл. Командующий ВМС Джейсон Райан официально превосходил лейтенанта по званию, но военно-морской летчик отошел в сторону из-за повышения квалификации Уилла в тайных операциях. Оба мужчины стояли в компьютерном центре с Питом Голдингом, человеком, ответственным за суперкомпьютер «Европа». Они стояли перед его личным терминалом «Европы», и Голдинг сердито указал на шестифутовый монитор.
— Смотрите, вот опять. Над чем, черт возьми, они с Гасом Тилли работают так много компьютерного времени? У меня есть люди, которые ищут обломки древней тарелки, и иногда они даже не могут войти в систему, поскольку Спичстик узурпировал систему «Европы». Мы с Найлсом предоставили ему полный доступ к компьютерам, но даже этого было недостаточно. Наш зеленый друг блокирует мои собственные команды.
— Вы звонили в Аризону, чтобы спросить Спичстика, зачем ему столько компьютерного времени? — Уилл посмотрел на скучающего Джейсона Райана, который только пожал плечами.
— Гас не скажет. Он говорит, что Спичстик не говорит с ним по поводу этого неожиданно срочного проекта, над которым он работает, помимо поисков электростанции с тарелками. Гас также говорит, что Спичстик не спит и почти не ест, и Гас боится, что он заболеет».
— Что на это скажет директор? — предложил Райан. — Я имею в виду, последнее, что я слышал, Спичстик имеет полный контроль над «Европой», когда он этого хочет, так почему это тебя расстраивает до такой степени, что ты ноешь, как школьница?
— Директор не знает, — сказал Пит, выключая монитор и вид на компьютерный центр в Аризоне. Они наблюдали за маленьким зеленым инопланетянином, известным как Махджтик, пока монитор не погас. Группа называла его Спичстиком (Человеком-спичкой), как называл его Гас Тилли с тех пор, как старый старатель спас жизнь маленькому существу после того, как оно потерпело крушение в пустыне Аризоны.
— Ну, я бы предложил привлечь к этому Вирджинию и начать получать ответы на некоторые вопросы, пока доктор Комптон в Вашингтоне, — сказал Уилл, выпрямляясь и разминая спину. Пит кивнул и потянулся к телефону на столе, но Уилл и Джейсон остановили его, одновременно откашлявшись.
Пит Голдинг, наконец, решил, что знает, чего хотят два военных. Он кивнул головой, а затем отпустил телефон. Он повернулся и тихо сказал в выдвинутый микрофон, и большой монитор над ними ожил, отобразив живое изображение гигантской ледяной пещеры. Видео было суровым, когда огни камеры наблюдения отсвечивали от кристально-голубого льда.
— «Европе» удалось взломать британские камеры наблюдения в Антарктике. Как видите, лед в районе находки довольно сильно раскопан. После первоначального обнаружения обломков наручных часов капитана Эверетта с его ДНК и ДНК полковника Коллинза, это место мало что дало.
За три месяца до этого им сообщили, что часы были обнаружены среди обломков летательного аппарата неизвестного типа земного происхождения, подобных которому сейчас не существует. Изюминкой этой небольшой информации был тот факт, что британская антарктическая экспедиция, обнаружившая обломки, нашла артефакты под слоем льда толщиной более мили. И фишка этого утверждения заключалась в том, что льду, в котором он был похоронен, было более двухсот тысяч лет. Таким образом, теперь они были в том же состоянии, что и три недели назад: капитан Эверетт ушел в отставку, а полковник Джек Коллинз отстранен от всех полевых операций в соответствии с указом президента.
— Собираются ли британцы разрешить американцам провести экспертизу корабля? — спросил Джейсон прежде Уилла, в их нескончаемом соревновании быть первыми во всем.
— До сих пор они думали, что было достаточно просто перевернуть часы. Пока они тщательно не осмотрят корабль или что бы это ни было, они не сдвинутся с места. Кажется, борьба за получение большей части технологий продолжается. Но странно то, что Найлз, Спичстик и даже полковник Коллинз знают, что британцы замышляют подо льдом, но держат это в секрете.
— Это как-то связано с этими странными именами, циркулирующими вокруг службы безопасности, «Оверлорд» и тому подобное? — спросил Менденхолл.
— Подробности этой операции заставят уволить любого здесь даже за упоминание о ней. Так что твоя догадка так же хороша, как и моя.
— Доктор Голдинг, — объявила «Европа», — Чато-Кроул запросил ограниченные спутниковые данные о погоде из мэйнфрейма НАСА.
— Черт, — прошипел Пит, покачав головой. — Имя актива, запрашивающего поток данных? — спросил он.
— Идентификационный код: МЭДЖИК.
— Опять Спичстик? — спросил Джейсон, когда его улыбка стала шире. — Мальчишка работает сверхурочно, я думаю.
— Но для чего? — спросил Пит. — Когда он запрашивает военные данные откуда угодно, он обычно прямо говорит о том, что ищет. Но теперь я запрашиваю подтверждение того, зачем ему эти данные, а он замолкает.
Уилл Менденхолл посмотрел на показания часов с синими цифрами, которые проецировались на белую пластиковую стену компьютерного центра.
— Что ж, попросите доктора Поллока подписать запрос Спичстика, и я думаю, пришло время нанести визит нашему другу в пустыне. Пит, пожалуйста, следите за антарктическим наблюдением. Менденхолл поколебался, а затем снова посмотрел на Пита. — Не наступая на пятки и не упоминая об операции «Оверлорд», чем бы она ни была.
— Сделаю. Кроме того, когда вы доберетесь до Чато-Кроул, спросите Спичстика, что такого важного в отделе криптозоологии Чарли. Он тратит слишком много времени на просмотр файлов Крипто, а Чарли Элленшоу еще не нашел закономерности в исследованиях Спичстика. Если он заинтересован в Крипто, он должен спросить Чарли напрямую; он мог бы больше помочь.
— Хорошо. — Менденхолл повернулся к Джейсону. — Хочешь полететь в Аризону?
— Конечно, чем сидеть здесь и слушать Пита, — сказал Джейсон, хлопая Голдинга по спине. — Но как полевой группе нам нужны еще два человека из службы безопасности, приятель, и знаешь что? Нас слишком мало. Все, что у нас есть в службе безопасности, либо в полевых условиях ищут зацепки за разбившиеся тарелки, либо дежурят здесь. Как вы знаете, даже с закрытыми воротами у нас все еще не хватает людей.
— Я понял. Поскольку Чарли нужен нам в этой поездке, он будет указан в полевом отчете в качестве дополнительной меры безопасности.
Поделиться книгой: