Сборник Забытой Фантастики №4

– Идея во многом та же, – сказал он, – за исключением того, что я также могу использовать силы притяжения в любой момент, когда это мне необходимо.

– Как насчет колпачков на концах? – спросил я.

– Они будут использоваться для подъема предметов, которые я хочу перенести с одного места на другое. Каждый колпачок содержит несколько сотен футов кабеля с аттрактором на конце. Кабель изготовлен из специального сплава, который будет направлять волны вниз к аттрактору. Когда я захочу что-нибудь поднять, я просто выпущу трос, пока аттрактор не окажется рядом с объектом, включу питание, и все будет сделано быстро.

Два дня спустя Гравитомобиль был готов к пробному полету. Все рабочие собрались на соседнем холме, чтобы посмотреть на это. Даже сотрудники лаборатории сегодня утром оставили свои эксперименты, чтобы посмотреть на результаты испытания.

Гарри подошел к ближайшему к земле отсеку, спокойно открыл дверь и забрался внутрь, снова закрыв за собой дверь. Прошло несколько мгновений, затем сфера начала светиться. Над наблюдателями воцарилась тишина.

Между сферой и землей, где она покоилась, появилось открытое пространство. Постепенно пространство расширялось, сначала медленно – фут, два фута, пять, затем быстрее, десять, двадцать, пятьдесят, пока, наконец, оно грациозно не поплыло в нескольких сотнях футов над землей.

Не было никаких сомнений в том, что Гравитомобиль удался на славу. В толпе раздались одобрительные возгласы. Затем последовала серия маневров, в ходе которых машина поднималась и опускалась, двигалась взад и вперед по полю и выполняла всевозможные трюки. Наконец он завис над огромным валуном около пятидесяти футов в диаметре. С одной из торцевых крышек на конце длинного троса спускался кусок металла в форме колокола, пока он почти не коснулся скалы. Затем сфера изогнулась, тяжелый валун повис на конце троса, как яблоко на веревочке.

Научное нашествие на Марс

– И что ты собираешься с этим делать? – спросил я, когда он вернулся. – Пойти в грузовой бизнес?

– Эл, ты никогда не видел смысла ни в чем, если не мог заработать на этом немного денег, не так ли? – засмеялся он. – Что бы вы подумали о небольшой исследовательской поездке – например, на Марс?

– Марс! Ты, конечно, шутишь?

– Нет, Эл, я никогда в жизни не был так серьезен. Это была главная идея, которую я имел в виду, когда начал создавать машину, но я подумал, что ничего не скажу вам об этом, пока не смогу показать вам, что машина может работать.

– Но зачем ты хочешь полететь на Марс?

– О, по множеству причин. Я мог бы получить информацию из первых рук о многих вещах – что за люди, если таковые имеются, там живут, как они живут и что это за место. Вы знаете, что у ученых есть много теорий о Марсе. Некоторые думают, что там есть жизнь, в то время как другие столь же уверены, что там слишком холодно, или слишком сухо, или еще что-то в этом роде для жизни. На самом деле, мы ничего об этом не знаем. Что может быть лучше для разрешения всех этих споров, чем нанести в это место личный визит?

В его аргументации, безусловно, была большая доля логики. Казалось достаточно разумным, что лучший способ узнать о каком-то месте – это пойти туда. Кроме того, кто мог бы сказать, какие интересные приключения нас там ждут. Вероятно, это была лучшая идея, которая пришла мне в голову. С тех пор как я мальчиком мечтал над "Робинзоном Крузо" и "Островом сокровищ", у меня появилось тайное желание исследовать незнакомые земли.

– Клянусь Джорджем, это хорошая идея, – воскликнул я. – Когда мы начинаем?

– Не так быстро, – возразил Гарри. – Я предполагал, что ты решишься пойти со мной, но мы не можем полететь прямо сегодня. Лодка еще не пришла.

– Какая лодка?

– Та, которую я собираюсь взять с собой.

– Но, друг мой, зачем тебе лодка? На Марсе вы не найдете места, где можно было бы на ней плавать. Там сплошная пустыня.

– Я не так уверен в этом, – ответил он. – У меня есть основания полагать, что мы найдем кое-какие остатки морей, достаточно больших, чтобы по ним могла плавать лодка хорошего размера.

– Что это за лодка? – поинтересовался я.

Как раз в этот момент в комнату вошел молодой человек и протянула Гарри листок бумаги.

– Вот, только что поступившее радиосообщение, – объявил посыльный.

– Лодка сейчас в гавани, – сказал Гарри, прочитав сообщение. – Давай спустимся и взглянем на нее. Это всего в нескольких милях.

Лодка оказалась небольшим океанским пароходом длиной более двухсот футов. Внешне она ничем радикально не отличалась от других кораблей того же типа. Внутри, однако, я обнаружил, что вместо обычных кают было оборудовано большое количество хорошо оборудованных лабораторий.

– Я намерен взять с собой достаточно людей, чтобы мы были готовы по-настоящему изучить все, что мы там найдем, – объяснил Гарри. – Один человек, каким бы гениальным он ни был, не может надеяться полностью охватить все области химии, минералогии, зоологии, энтомологии и многих других отраслей науки, поэтому я беру с собой людей, которые являются специалистами в этих областях. Когда мы доберемся туда, я разработаю для каждого человека определенную процедуру, чтобы мы могли эффективно изучить всю территорию, не теряя времени. Я даже планирую взять с собой нескольких репортеров и пару операторов, чтобы они написали историю поездки и произвели киносъемку.

– Конечно, я даже не мог начать таскать все эти вещи с собой на сферу, потому что там недостаточно места. Решение проблемы, по-видимому, состояло в том, чтобы использовать Гравитомобиль просто как средство перевозки какого-либо другого транспортного средства, которое было бы лучше приспособлено для хранения и переноски вещей. Какой вид транспорта я должен использовать?

– Именно потому, что на современном пароходе так много вещей встроено в небольшое пространство, я решил использовать один из них вместо того, чтобы пытаться построить что-то по своему собственному дизайну. Он уже оснащен электростанцией и помещениями для хранения и приготовления пищи для многих людей в течение длительного времени, по сути, это миниатюрный плавучий город.

– Мы можем взять с собой наши хорошо оборудованные лаборатории, мы можем взять еду, топливо, книги и все виды вещей, которые облегчат нашу работу и сделают жизнь более комфортной, чем если бы нам пришлось полагаться на то немногое, что мы могли бы вместить в ограниченное пространство самого Гравитомобиля. Только представьте, что у вас есть все домашние удобства далеко отсюда, на незнакомой планете, – с энтузиазмом сказал Гарри.

Я вообразил. Это действительно звучало хорошо – слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Это будет довольно тяжелый груз, не так ли? – спросил я, с некоторым сомнением глядя на корабль.

– Да, но это далеко не предел грузоподъемности машины, – последовал ответ. – Мне придется начать перенос нашего лабораторного оборудования на корабль, – продолжал он. – Продовольствие и топливо уже на борту, и лаборатории были довольно хорошо оборудованы, но еще предстоит установить ряд специальных приборов.

Путешествие

Потребовалось еще несколько дней, чтобы доставить аппаратуру на борт и установить на свои места, но, наконец, все было готово. Ученые, репортеры и операторы разошлись по своим каютам на корабле. Гарри и Пит Нельсон должны были остаться на Гравитомобиле, потому что они были необходимы для управления машиной.

– Где бы ты предпочел прокатиться, на корабле или со мной? – спросил меня Гарри.

– Я пойду с тобой, – решил я.

Это был первый раз, когда я был внутри сферы. Большую часть пространства в каждом отсеке занимали механизмы. Большая часть этого, по-видимому, состояла из электрических генераторов, трансформаторов и других подобных устройств. Они, как мне сказали, были необходимы для генерации токов, которые подавались в колбу для создания гравитационных волн. Любопытный механизм рядом с центром был приспособлен для подачи металлического порошка, который каким-то образом, по-видимому, отвечал за работу устройства. Я не мог не отметить одну особенность.

– Все перевернуто с ног на голову.

– Да, относительно земли, – ответил Гарри. – Когда мы выйдем в космос вдали от притяжения Земли, не будет ни верха, ни низа. Мы обнаружим, что плаваем здесь, как множество воздушных шаров. Будет довольно неловко пытаться что-либо сделать в таком затруднительном положении, поэтому я разместил аттракторы сбоку отсека рядом со сферой. Когда я их включу, нас потянет в этом направлении, и мы сможем передвигаться так же легко, как если бы мы были на земле.

Пит, которого послали посмотреть, готов ли корабль, теперь вернулся.

– Все готово, – коротко доложил он.

Он забрался внутрь и запер дверь. Гарри подошел к панели управления, передвинул два или три маленьких рычага, нажал кнопку и медленно начал поворачивать одну из многочисленных ручек. Прошла минута или две, и казалось, что ничего не произошло.

– В чем дело? Почему ничего не происходит? – спросил я.

– Возможно, тебе будет интересно выглянуть в окно, – предложил Гарри.

Я повернулся к иллюминатору наблюдения и с изумлением обнаружил, что земля находится далеко внизу. Машина заработала так мягко, что я этого не заметил. Поворот другой ручки, и мы быстро двинулись к заливу. Через мгновение или два мы уже парили над лодкой.

Затем два аттрактора быстро опустились, пока почти не коснулись судна, один на носу, другой на корме. Я мог видеть крошечные фигурки людей, передвигающиеся по палубе. Из радиотелефона донесся голос:

– Все в порядке! Поднимайтесь!

Корабль поднялся так же легко, как можно было бы поднять детский игрушечный пароходик из пруда. Это казалось невероятным, но лодка болталась в воздухе под нами на концах двух тонких тросов, в то время как земля быстро уходила вниз. Гарри был деловито занят некоторыми мелкими настройками на панели управления. Пит протянул мне бинокль, в который он рассматривал лодку.

– Один парень, похоже, работает, – заметил он.

Я взял бинокль и увидел одного из операторов со штативом, установленным на вершине мостика, который усердно снимал.

Вскоре я начал ощущать одышку и странное ощущение в ушах.

– Воздух становится разреженнее, – сказал Гарри. – Нам лучше закрыть иллюминатор.

Он закрыл отверстие тяжелой крышкой из листового стекла и закрепил ее резиновой прокладкой. Мы все еще могли видеть что твориться снаружи, но больше не подвергались воздействию быстро снижающегося давления воздуха.

Внизу я все еще мог видеть крошечные фигурки, передвигающиеся по кораблю.

– Разреженный воздух, похоже, их не сильно беспокоит, – сказал я с удивлением.

– Гравитационное поле вокруг аттракторов служит для поддержания запаса воздуха вокруг корабля. Я надеюсь, что это будет действовать большую часть путешествия, – объяснил Гарри. – Если воздух будет постепенно вытекать, вреда не будет, потому что я принял меры предосторожности и оснастил лодку герметичными иллюминаторами и люками, которые можно закрывать. Однако я не думаю, что их придется использовать, хотя здесь, на сфере, я не могу поддерживать атмосферу из-за отталкивающих волн, которые я излучаю от стержней.

Небо вскоре потемнело, и начали появляться несколько более ярких звезд, хотя солнце все еще было на виду. Земля начала приобретать вид огромной рельефной карты, на которой была видна практически вся Северная и Южная Америка. Глобус был заметно выпуклым.

Мы покинули более плотные слои земной атмосферы, и Гарри увеличил скорость, хотя и до этого мы двигались довольно быстро. Вскоре я заметил странную легкость в своих шагах, когда передвигался по коридору. Я начал чувствовать себя актером в одном из тех замедленных фильмов, где люди секунду или две парят в воздухе, прежде чем снова приземлиться.

– Мы в десяти тысячах миль от Земли, – объявил Гарри после осмотра прибора, который, по-видимому, состоял в основном из качающегося маятника, прикрепленного к какому-то механизму. – Я думаю, мне следует включить аттракторы пола, прежде чем мы полностью потеряем опору.

– Поднимите ноги к потолку, вот так, – распорядился он.

Он ухватился одной рукой за металлический стержень и, опираясь на него как на опору, стоял на голове. Свободной рукой он потянулся к ручке.

Мне это показалось совершенно бессмысленным действием, но я сделал, как мне сказали. Секунду спустя он повернул ручку, и, как вспышка, мои ноги взлетели к тому, что раньше было потолком, и остановились с толчком, который казался довольно сильным после легких, полуплавающих движений, которые я исполнял. Теперь я понял логику Гарри в том, что он заставил меня стоять на голове. Если бы я этого не сделал, у меня, без сомнения, была бы приличная шишка на голове в том месте, где она соприкоснулась бы с новым полом.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Гарри, беззаботно расхаживая по своему новому месту.

– Довольно странно. Я что, так и буду висеть вниз головой до конца путешествия?

Он рассмеялся.

– Это всего лишь твое воображение, – сказал он мне. – Это скоро пройдет. Тебе лучше сейчас забраться в постель и немного поспать. Я собираюсь сделать это сам, как только увижу, что у Пита все идет гладко.

Все еще чувствуя себя перевернутым, но поняв, что непосредственной опасности упасть с потолка, похоже, нет, я заполз на свою перевернутую койку.

Проснувшись утром, я с удивлением обнаружил, что то, что я считал хождением по потолку, теперь казалось совершенно естественным. На самом деле я едва мог убедить себя, что накануне шел по противоположной стороне комнаты.

Гарри приготовил завтрак, и я с аппетитом поел, в основном, я полагаю, потому, что был так взволнован накануне, что почти ничего не ел. Ничего особенного не произошло в тот день или, вернее, в течение нескольких дней. Пит и Гарри по очереди несли вахту, в то время как я настаивал на повышении до должности повара, поскольку чувствовал, что должен чем-то помочь, а в чем-то другом от меня было бы мало пользы.

Диск Земли постепенно становился меньше и тусклее, в то время как диск Марса становился ярче и четче. Наконец настал день, когда мы смогли разглядеть детали поверхности планеты.

В течение следующего дня или двух диск планеты продолжал расти. Теперь отчетливо проступили новые детали, похожие на очертания континентов. Гарри немного снизил нашу скорость. Планета, которая теперь стала намного больше, чем Луна кажется нам на Земле, начала приобретать выпуклый вид. Разыскивая корабль, я обнаружил, что он развернулся и был направлен прямо к Марсу.

Гарри решил отключить аттракторы в полу, и я снова испытал то странное ощущение "шиворот-навыворот", которое я испытал, когда он их включил, но на этот раз это чувство длилось не очень долго.

Планета становилась все больше и больше, пока, наконец, не заполнила все поле нашего зрения. Гарри сбросил скорость и начал искать место для посадки.

Теперь мы могли ясно видеть детали поверхности под нами. По большей части это была пустыня. Дальше, с одной стороны, мы увидели небольшой водоем, из которого вытекал ручей.

– Мы могли бы посадить наш корабль там, – предложил я.

– Да, – ответил Гарри, – но я хочу посмотреть, есть ли какие-нибудь места получше и есть ли там какие-нибудь признаки жизни. Я собираюсь последовать за этим потоком и посмотреть, куда он ведет.

Катастрофа

Теперь мы медленно дрейфовали всего в нескольких сотнях футов над поверхностью земли. Вскоре впереди появилось несколько высоких цилиндрических объектов с закругленными вершинами. Когда мы подошли ближе, стало очевидно, что это были какие-то здания. Они, по-видимому, были построены из камня различных цветов – от тускло-коричневого до светло-желтого. Размеры значительно варьировались. Там были большие и маленькие постройки, некоторые были короткими и широкими, другие высокими и узкими. Только в одном они были похожи – на вершине каждого был купол, поддерживаемый колоннами, и каждый купол и колонна были ярко-желтого цвета.

Эти своеобразные сооружения были построены по обоим берегам оврага, который, по-видимому, был большой глубины, так как я не мог видеть дна. Ручей, по которому мы шли, переливался через выступ скалы и превращался в красивый водопад, исчезающий в глубине внизу.

Мы начали дрейфовать над оврагом, когда машина внезапно накренилась и начала падать.

– Святые Небеса! Перегородки колбы сломались! – закричал Гарри, бросаясь к пульту управления. – Волны смешались и нейтрализовали друг друга.

Внутри сферы я мог видеть ярко-красное свечение там, где оно должно было быть слабым и зеленым. Несмотря на бешеные усилия Гарри, мы продолжали падать. Теперь мы входили в ущелье. Я мельком увидел людей на краю обрыва – странную расу с красной кожей и похожими на крылья наростами на головах и плечах.

Красное свечение заполнило всю сферу, когда Гарри применил последнюю часть энергии, которую могли производить генераторы, в последней тщетной попытке остановить наше падение.

– Боже мой, – простонала я. – А вот и корабль.

Он отделился от троса на носу и висел на корме. Прямо на моих глазах захват там ослабел, и он свалился в пропасть.

Теперь мы падали, все быстрее и быстрее. Я лежал, словно окаменев, проживая, казалось, целую вечность, но не в силах что-либо сделать. Ошеломляющий ужас держал меня ледяной хваткой.

Я смутно ощутил удар, слабо услышал глухой рев, когда сотни тонн материала были раздавлены и разорваны в бесформенную массу, почувствовал, как меня с силой прижало к твердой, неподатливой поверхности.

Затем все погрузилось во тьму.

Когда я пришел в сознание, пришло внезапное осознание того, что я все еще нахожусь на уроке физики профессора Фостера, а не на другой планете. Доктор Фостер смотрел на меня.

– Каков ваш ответ, мистер Фишер? – спросил он.

– Прошу прощения, сэр, но я не расслышал вопроса.

– Возможно, вашему слуху было бы лучше, если бы вы могли отложить свой послеобеденный сон до окончания занятий, – саркастически заметил он.

КОНЕЦ

ПОТЕРЯННАЯ КОМЕТА

Рональд М. Шерин

I