Покинутая. Академия Проклятых

– Вот возьми и найми, – огрызнулся некромант.

– Вот возьму и найму, – упрямо повторил огневик и вдруг обратился ко мне: – Павлиция, не хочешь поработать в нашей конторе?

На этот раз, подавившись, закашлялся Ионтин. Я осмыслить вопрос не успела, как он с нажимом произнес:

– Даже не думай!

– У меня уже есть работа, – ответила я, на этом посчитав разговор законченным.

Торопливо позавтракав, я поднялась. Вслед за мной скрипнул стул Леу.

– Ты сейчас куда? – окликнул меня парень.

– К куратору.

– О, и нам туда же. Ио, хватит перемешивать кашу, пошли уже.

Если бы кто-то спросил меня, хочу ли я компании, мой ответ был бы отрицательным, но огневика такие мелочи, судя по всему, совершенно не волновали. Его рот не закрывался всю дорогу до кладбища, в то время как мы с некромантом преимущественно молчали.

Однако кое в чем мне эта встреча все-таки пригодилась.

– А вы в городе живете или в общежитии? – спросила я как бы между прочим, разглядывая ворота кладбища, на которых сейчас отсутствовала защита.

– В общежитии, – с готовностью отозвался Леу. – Если хочешь прийти в гости, то наша комната сто шестьдесят девятая.

Услышав номер комнаты, я осенила себя знаком Всевышнего. Оказывается, до этого момента мне очень даже везло.

Только я еще не представляла насколько.

Глава 10

Тот, кто всеми силами избегает внимания,

Чаще всего становится его главным объектом.

Ворвавшись в основное помещение морга, я по инерции сделала еще несколько шагов, прежде чем окончательно застопорилась. Накрытый до шеи белой простынею, на холодном металлическом столе лежал труп мужчины, а рядом со столом стоял преподаватель Вантерфул.

– И чего встали? – полюбопытствовал Леу, растолкав нас с Ионтином, но, увидев мертвеца, вдруг резко позеленел и бросился на выход.

– Похоже, ваш друг, Ио, неравнодушен к трупам, – размеренно проговорил галеций, окинув нас внимательным взглядом, после чего кивнул на стол. – Ночью доставили.

– Очень… печально, – ответила я, не зная, что сказать.

– Смерть – это всегда печально, Павлиция. Итак, студент Лугстар, вас с вашим другом ожидает новая стопка домашних заданий, а вы, студентка, сегодня будете мне ассистировать. Наденьте фартук и перчатки и спрячьте волосы.

– А нельзя ли нам наоборот? – с надеждой спросила я, не имея никакого желания даже находиться сейчас в этом помещении.

Смешливая улыбка преподавателя стала мне безмолвным ответом.

Тяжелый черный фартук висел на вешалке вместе с платком, белые перчатки лежали на столе. Снарядившись, я подошла к металлическому столу, но, даже стоя рядом с мертвецом, никак не могла поверить, что буду участвовать…

А в чем, собственно, я буду участвовать? Отсутствие информации пугало гораздо больше, но среди нас имелся тот, кому явно приходилось хуже.

Леукус только вернулся в помещение, когда преподаватель Вантерфул решил, что пора приступать, и сдернул с мертвеца простыню. Вмиг позеленевший студент вновь покинул комнату.

За его побегом я наблюдала с искренним сочувствием.

– Не отвлекайтесь, – привлек мое внимание галеций, вооружаясь скальпелем.

Чтобы собраться, мне понадобилось несколько секунд, за которые я сделала глубокий вдох и медленный выдох. Мужчина, лежащий перед нами, был немолодым, но это нисколько не успокаивало.

Отринув брезгливость и проигнорировав страх, я задала один-единственный вопрос:

– Что нужно делать?

А делать нужно было немногое. Преподаватель сам занимался трупом и сам вынимал внутренние органы.

Я же была на подхвате. Подавала чаши, взвешивала то, что мне давали, и заполняла бланк. Время от времени приходилось вытирать руки мужчины, промакивать его лицо и подавать инструменты. Все бы ничего, помощь оказалась относительно несложной, но кое-что меня все же смущало.

К запаху разлагающейся плоти я смогла привыкнуть лишь примерно через полчаса, перестала таращиться на труп – еще минут через сорок. Настолько близко внутренний мир другого человека до этого дня мне видеть не приходилось, поэтому впечатление эта встреча оставила неизгладимое.

– А почему этим занимаетесь вы? – полюбопытствовала я, немного осмелев.

Полностью зеленый Леу уже перестал бегать туда-сюда: сжалившись, преподаватель Вантерфул выдал ему артефакт, которым иногда снаряжали первокурсников. Но смотреть в нашу сторону парень не мог, а потому сидел спиной к нам, почти распластавшись по столу.

– В наш морг попадают все, кто завещал свои останки академии. В основном это преподаватели или бывшие адепты, – объяснил галеций, зашивая ледяную плоть. – В наши обязанности входит захоронение.

– А… эм… Зачем вам его внутренние органы? – задавать подобный вопрос было неудобно, а уж смотреть на них и того хуже.

– Одним из дополнительных курсов для некоторых факультетов является целительство. Там вечно недостает опытных образцов.

– Преподаватель Вантерфул, вы закончили?

– Да, мой друг, еще мгновение.

Оглянувшись, я отметила появление еще одного преподавателя. Он был облачен в черную мантию некроманта и оказался знаком мне. Мы виделись вчера на кладбище. Мужчина был среди тех, кто пытался упокоить восставших мертвецов.

– Добрый день, куратор, – поздоровался Ионтин, отрываясь от тетрадей.

Леукус буркнул что-то не поддающееся расшифровке, не отлипая от стола.

– Да не сказал бы, что добрый, – сухо произнес мужчина, недовольно оглядывая своего студента. – Ваш отец будет огорчен вашим поведением. Но раз уж вы здесь… Во втором секторе место сорок седьмое. Еще помните, как управляться с лопатой?

Ио мрачно кивнул, откладывая тетрадь.

– И друга своего заберите.

Последнюю фразу произнес уже мой куратор. Закончив с трупом, он снял фартук и перчатки, бросая их на железный поднос. Я последовала его примеру, но, что делать дальше, не знала, так что нелепо замерла посреди помещения.

– Сейчас труп будут омывать и готовить к похоронам, поэтому нам с вами придется уйти. – Открыв небольшое, светящееся голубым сиянием кольцо, мужчина просунул в него стопку тетрадей. – Если вы не против, сегодня занятия проведем в аудитории.

Закрыв маленький портал, он открыл прямо перед нами другой – гораздо больше по размеру. В такой он вчера входил сам, когда отправлялся за нашим ужином.

Неверяще уставившись на сияющее кольцо, в котором словно бы по спирали клубилась магия, я замерла.

– Входите, не бойтесь, – поторопил меня мужчина. – Так мы окажемся прямо в аудитории.

– А можно я по старинке – пешком? – попросила я робко.

– Вам нечего бояться, Павлиция. – Теплая улыбка заняла его губы. – Это обыкновенный портал перехода.

– Я слышала, что при переходе через него можно недосчитаться руки или ноги.

– Или даже головы, если портал нестабилен, – внезапно согласились со мной. – Но я уверяю вас, мой портал в полном порядке.

Я сделала шаг назад. Да после таких слов любой разумный человек отказался бы заходить в эту чертову бездонную дыру!

– Павлиция, возьмите меня за руку.

– Что? – переспросила я, не поверив своим ушам.

Тяжко вздохнув, посмотрев на меня как на нерадивое дитя, мужчина сам уверенно взял меня за руку и в одно мгновение утянул в портал. Я успела лишь гулко выдохнуть, пожираемая сиянием, да крепче прижаться к нему, как мы оказались прямо посреди аудитории.

Из яркого кольца мужчина степенно вышел. Я же, все еще дезориентированная ослепительным светом, из него просто вывалилась. Если бы меня не поддержали, точно упала бы, но пальцы мои надежно впились в чужую мантию.

И разжиматься, судя по всему, не собирались! Что вызвало тихий смех у преподавателя.

– То есть от вида расчлененного мертвеца вам плохо не стало, а от перехода через портал вы готовы упасть в обморок?

– Мертвецов я видела и раньше, а магии в моей жизни не существовало восемнадцать лет, – пояснила я, все силы направляя на то, чтобы некромант мог высвободиться из моего крепкого захвата.

Безрезультатно.

– Резонное замечание. И где же вы видели мертвецов?

– На улицах, галеций. У детей есть Дом Покинутых, у взрослых таких мест, куда бы они могли обратиться, нет, а голод, как известно, не церемонится. Мы начнем занятия?

Тема была неприятной, а уж для высшего аристократа и подавно, а потому я поспешила ее закрыть. Указав мне на ближайший стул, мужчина мягко, но уверенно прикоснулся к моим рукам, согревая их неожиданным теплом. Отцепив от своей мантии мои пальцы, он прошел к своему столу и достал из-под него два серых мешка – абсолютно полный и абсолютно пустой, а после разместил их сбоку от стула, который я заняла.

– Все, что успел найти. – Развязав мешок, преподаватель продемонстрировал его содержимое.

Я даже предположить не могла, как много здесь было накопителей. Сотни или даже тысячи!

– Вы серьезно думаете, что я заполню все это? – Во мне не было ни грамма возмущения, но удивления – хоть отбавляй.

– А это мы сейчас и проверим. Приступайте. А я пока подготовлюсь к завтрашним занятиям.

Проследив за тем, как преподаватель занимает свой стол, я тяжко вздохнула и потянулась за первой бусиной. Хотелось как-то по-другому провести свой первый выходной день, а если точнее, я намеревалась отправиться в город на поиски подработки, но…

Лучше и вовсе не отвлекаться. Чем быстрее закончу, тем быстрее освобожусь.

С первого раза не получилось, несмотря на весь энтузиазм. Максимально постаравшись вспомнить вчерашние ощущения, я все-таки наполнила первую бусину. А за ней вторую, десятую и даже двадцатую. Где-то после тридцать пятой я сбилась со счета и перестала считать, но бусины и не думали заканчиваться.

Мне вообще поначалу казалось, что мешок бездонный. Потом я подумала о том, что раньше, чем накопители закончатся, я упаду в обморок от голода, потому как прерываться было нельзя.

Если прервусь, внутренний резерв начнет восстанавливаться, и тогда вычисления будут неточными, а до обеда я успею навряд ли.

Тут бы до ужина управиться!

Но про обморок я, конечно, загнула. Все же не аристократка изнеженная, чтобы от таких пустяков пол собою подметать. Почему пустяков? Да потому что через время бусины в мешке закончились, а мой резерв еще нет.

Спина затекла, глаза болели. Проморгавшись, я выпрямилась и…

Вздрогнула. Куратор Вантерфул сидел ровно напротив меня за этим же столом, только с другой стороны. Я даже не заметила, когда он оказался так близко, когда переставил один из стульев и занял его.

– Бусины закончились, – проговорила я сдержанно, констатируя то, что мужчина и без того видел.

– Ваш резерв тоже. Примерно полмешка назад.

Осознав его слова, я растерялась. К тому же по его лицу совершенно ничего нельзя было понять. Злится? Доволен? Расстроен? Возможно, озадачен, но я была не уверена.

– Но… Чем я тогда заполняла накопители?

– Своей магией, – ответил преподаватель, но понятнее не стало. – Ваш дар удивительным образом восполняется. Я еще не видел, чтобы у кого-то сила возвращалась так быстро. Хотел бы сказать, что вы обладатель неиссякаемого резерва, но в такое даже я сам с трудом поверю. Ваш феномен необходимо изучить.

– Что, простите?

Сказать, что я была ошарашена, – это ничего не сказать. Мне понадобилось время, чтобы совладать с собственными мыслями.

– Мы изучим ваш феномен.

– О нет, – открестилась я, поднимаясь из-за стола. – Простите, но у меня нет на это времени.

Галеций Истол Вантерфул тоже поднялся. Его стул отъехал со скрипом, в то время как на лице мужчины появилась не знакомая мне раньше улыбка. Уголки его губ интригующе приподнялись, а в глазах заискрилось, забрезжило что-то пугающее.

– Павлиция, у нас с вами столько времени, сколько я скажу, – произнес он обманчиво мягко. – Или вы уже забыли о своем наказании?

Приподняв подбородок, я расправила плечи, внутренне напрягаясь. Мне не нравилось, когда со мной так разговаривали, и терпеть подобное я не собиралась.

Наверное, я заметно изменилась в лице, раз мужчина сменил тон на примирительный до того, как я что-либо произнесла.

– Не злитесь, студентка. Злость вам не к лицу, – отметил он, делая шаг ко мне. Черты его лица также смягчились. – Я не принуждаю вас ни к чему страшному. Нам с вами необходимо заниматься, и мы будем заниматься. Просто время от времени я буду фиксировать результаты наших занятий. Вам это лишних трудностей не принесет. А теперь, с вашего позволения, я приглашаю вас на ужин.

– На ужин? – удивившись, я бросила взгляд за окно.

Редкие деревья с голыми кронами едва проглядывались в вечерних сумерках. Полоска заката переливалась цветами от темно-фиолетового до розового. Завтрашний день обещал быть солнечным.

– Уже поздно, столовая давно закрылась, а мы с вами даже не обедали. – Чуть повернувшись, куратор движением руки открыл очередной портал перехода. – Но я знаю одно место, где мы с вами можем поесть в такой час. Пойдемте.

– Я не голодна, – попыталась я отговориться, не имея ни желания, ни сил куда-либо идти с этим мужчиной.