Помоги проекту - поделись книгой:
Маленет снова ругнулась и посмотрела на дверь.
— Это просто смешно, — прошипела она, однако не двинулась с места.
В конце концов, она принялась нетерпеливо расхаживать по комнате, бросая сердитые взгляды на испуганных людей, перебрасывая нож из одной руки в другую и размышляя о том, где сейчас могут находиться Готрек и Трахос.
«Неправда, — подумала она. — Истребителю нравится издеваться надо мной. К тому же Трахос, определённо, нравится ему ещё меньше».
Примерно десять минут спустя шум бури начал стихать.
— Она уходит, — сказала она, испытывая зуд открыть дверь.
— Подожди, — остановил её мужчина, предупреждающе подняв руку. — Удостоверься точно.
Маленет испытывала жгучее желание вонзить нож в его жалкое лицо, но, тем не менее, дождалась, пока шум не стих окончательно. Затем она осторожно приоткрыла дверь и выглянула во мрак.
Дождь прошёл, но буря превратила улицы в свалку разрушенного мусора. Целые секции домов рухнули, открыв комнаты и разбросав мебель в пыли.
Среди обломков она заметила людей, все в крови, изрезанные, изуродованные они лежали в руинах домов, стеная от боли и выглядя так, словно выжили в поножовщине. Повсюду лежали частички града, создавая под ногами хрупкий ковёр, захрустевший под ногами Маленет, когда альвийка вышла на улицу. Наклонившись, чтобы разглядеть их поближе, она увидела, что «градины» были не холодными и блестящими, как она ожидала, а сухими и пыльными осколками кости.
Курин, Готрек и Трахос вышли из дома напротив, и колдун махнул в сторону истекавших кровью в пыли людей.
— Это только прелюдия.
Она покачала головой, но затем увидела, что имел в виду их новый знакомец. Вслед за бурей, выходя из пылевых облаков, появились спотыкающиеся фигуры.
Когда первый из них выбрался из пыли и его удалось нормально разглядеть, Маленет недоверчиво рассмеялась. Человек как будто разыгрывал нелепое представление. Он стоял в неловкой, сгорбленной позе, а лицо искажала безумная ухмылка. И только его глаза лишали зрелище всего веселья — они были полностью, абсолютно пусты.
Тяжело дыша и согнув кривые руки, он рванул к Курину. Пришелец был облачён в разбитые ошмётки доспехов и двигался так, словно его кости были сперва сломаны, а затем грубо сращены вновь. Он едва не падал, пока, спотыкаясь, нёсся через улицу, но, в конце концов, набрал скорость, прорвался через разбросанный на улице хлам и атаковал.
Курин без малейшего признака беспокойства наблюдал за приближающимся человеком, а когда тот почти добрался до него, просто рассыпался облаком пыли и его предполагаемый нападавший схватил пустоту, прежде чем с размаху рухнуть на землю.
Мужчина забился, брыкаясь и мутузя воздух, но вскоре вскочил и бросился на ближайшего к нему. К несчастью для него, этим «ближайшим» был Готрек.
Истребитель без какого-либо видимого усилия махнул своим огромным боевым топором и вонзил его в череп несчастного.
Мужчина пошатнулся под ударом, но умудрился остаться на ногах. Он выглядел скорее удивлённым, когда поднял руку и прикоснулся к торчащему из черепа лезвию.
— Ты мёртв, — подсказал ему Готрек.
Мужчина в ответ зарычал и попытался снова прыгнуть на него.
Истребитель ругнулся и, высвободив топор, нанёс косой удар, отрубив навязчивому противнику голову. Отрубленная черепушка отлетела в сторону и покатилась по пыльной улице.
И всё же, мужчина ещё несколько секунд, хлеща кровью из обрубка шеи, продолжал движение в сторону Готрека.
Наконец, он рухнул на землю и застыл.
— Готрек, — окликнул дуардина Трахос, махнув молотами в противоположную сторону улицы.
Десятки людей рвались в город. Они были облачены в окровавленные лохмотья и дёргались, словно марионетки. Их спины были так сгорблены, что отчётливо выпирали позвонки, а их длинные худые руки свисали до земли, так что они помогали себе ими при беге, шлёпая ладонями по грязи, словно обезьяны, бегущие на свет.
— Это что ещё за дрянь? — проворчал Готрек, глядя на Маленет.
Она в ответ лишь покачала головой и, обнажив кинжалы, повернулась лицом к толпе рвавшихся в их сторону искривлённых существ с пустыми взглядами.
— Это протравленные, — ответил Курин, возникший в нескольких футах от Истребителя. Пыль всё ещё окутывала его мантию, и потребовалось несколько мгновений, чтобы лицо колдуна окончательно затвердело. — Их господин впереди посылает костяной дождь. Это приносит им лёгкую победу.
Стая меж тем хромала и прыгала по улице, их руки были вытянуты и скручены, словно сломанные когти.
— Там, где им не хватает интеллекта, — улыбнувшись, сказал колдун, — они возмещают голодом.
— Упыри? — усмехнулся Готрек. — Я уже встречал таких прежде.
Он пьяно качнулся вперёд, врезался в опрокинутую телегу, но тут же выпрямился, поднял топор и швырнул себя прямо в атакующую толпу.
Миг спустя в стороны полетели отсечённые головы и руки.
Трахос, прихрамывая на один бок, присоединился к схватке, раскалывая молотами тех немногих, кого пропустил Готрек.
Маленет в отчаянии посмотрела на Курина, но тот лишь пожал плечами, причём вид бойни явно не вызывал у него неудовольствия.
— Ты можешь отвести его к Нагашу? — перекрикивая шум сражения, спросила она.
Он кивнул, по-прежнему наблюдая за схваткой.
К этому времени из пыли, всё так же хромая и дёргаясь, появились новые протравленные. И вокруг сражающихся и убивающих Готрека и Трахоса постепенно начал образовываться ровный круг, который постепенно сжимался.
Готрек и Трахос были многократно превзойдены числом, но Маленет не делала ни малейшей попытки помочь им. Она видела, как Истребитель расправлялся с куда худшими вызовами, даже не вспотев. Пока толпа без особого успеха пыталась затопить дуардина, альвийка повернулась к Курину.
— Почему ты хочешь ему помочь? — с трудом перекрикивая воющий ветер, спросила она.
— Грядут перемены, альвийка. Я чувствую их в этом ветру. И я вижу их в твоём приятеле. Помочь ему добраться до Нагаша может быть частью головоломки.
Маленет покачала головой.
— Слуги Бога-короля не…
— Я
— Не напрямую, — сказала Маленет, — но…
— Никак!
Курин одобрительно кивнул и повернулся к Маленет.
— А ты? Пред сколькими богами ты падала ниц до этого? Зигмар — единственный твой хранитель?
Она зыркнула на него.
— Я — служитель Скрытого храма, Кроваворукого, Вдоводела. Повелитель Убийства — моя душа и моё сердце. Но я…
— Но ты не глупа, — прервал её Курин. — Чем бы ты не поклялась Кхаину, грозовые воинства Зигмара — твой единственный шанс на выживание. Итак, твоя непоколебимая вера теперь отдана богу бури.
Ярость вскипела в груди Маленет.
— Моя королева общалась с Кхаином. Она — Верховный оракул, и она предсказала поражение Хаоса. Вскоре все увидят силу Бога Убийств, — она рассмеялась. — Отворачивайся от богов, если хочешь, колдун, но это не поможет тебе избежать их гнева.
Курин закатил глаза.
Готрек оглядел мёртвых гулей, потом перевёл взгляд на набухшие на горизонте грозовые облака.
— Как ты собираешься отправить меня к Нагашу?
— Я ничего не смогу сделать, пока мы остаёмся в Клемпе.
Маленет собиралась задать ещё один вопрос, когда Курин молча поднял руку и кивнул на улицу.
Клемп кишел протравленными. Их уже были сотни, взламывающих двери и залезавших в окна. Жители вытаскивались из домов и миг спустя сквозь вой шторма прорезались крики несчастных, которых разрывали на части руками и когтями.
— В мои комнаты, — небрежно махнул Курин рукой в сторону одного из зданий. — И побыстрее.
Третья глава. Последний из Тишины
Трахосу пришлось наклониться, а Готреку — повернуться боком, чтобы пройти в комнаты через низкий и узкий дверной проём. Истребитель к тому времени уже прикончил бутылку, взятую в «Приглушённом барабане», и теперь столь неуверенно держался на ногах, что, входя, развалил половину дверного косяка, наполнив комнаты обломками и парами алкоголя. Курин споро закрыл сломанную дверь, после чего быстро зажёг свечу. Слабый свет показал лачугу, загромождённую не сочетающейся мебелью и остатками недоеденной еды. Это был квадрат восемь на восемь футов, и было что-то нелепое в том, как Трахос и Готрек умудрились втиснуться в столь прозаически маленькое пространство.
— Дымовая завеса для любопытных, — пояснил Курин, расплывчато махнув в сторону комнаты.
Послышался шум борьбы и Курин покачал головой.
— Нам надо поторопиться, — он вытащил ключ, открыл дверь в дальней стене комнатушки, провёл их внутрь второй комнаты, после чего снова запер за собой дверь. С собой он взял свечу и, когда они зашли, свет замерцал на десятках безмолвных, бесстрастных лиц.
Маленет, не понимая, на что смотрит, схватилась за кинжалы. Когда её глаза привыкли к слабому свету, она увидела, что комната имела форму квадрата, как и первая, только без мебели. Вдоль стен стояли девять хрупких стариков, но они были столь неподвижны, что Маленет не могла не задаться вопросом, а не статуи ли это вообще. Одеты они были, как Курин, и выглядели почти одинаково с ним: вытянутые, аристократичные черты лица и нескладные конечности.
— Что теперь? — надавила на колдуна Маленет. — Вы только что закрыли нас в ловушке. Этим существам не потребуется много времени, чтобы взломать вашу дверь!
Курин проигнорировал её.
— Кто они? — спросил Готрек, пьяно покачиваясь и глядя на девять неподвижных фигур.
— Мои собратья, — ответил Курин, прикоснувшись к руке одного из стариков. — Это все, что остались. Последние из Тишины, — бормоча под нос, он взял руки старцев и связал между собой, так чтобы получился круг.
— Они спят? — поинтересовалась Маленет, находя всю сцену смутно неприятной.
Курин пождал плечами.
— Мы живём во фрагментах и урывках, продлевая так срок нашей жизни.
Отвращение Маленет росло. Сырая тёмная комната напоминала могилу, а безмолвные люди были похожи на похороненные в ней трупы. Она содрогнулась от одной мысли, на что готовы пойти люди в своей решимости избегнуть Нагаша.
— Что это за существование? Разве это жизнь?
Впервые с их встречи во внешней оболочке Курина появился разрыв.
— Это победа. Вот как мы победим, — немного нервно ответил волшебник. — А не через бездумную преданность чёрствым богам.
Снаружи доносился шум битвы, крики и вопли людей.
— Слышишь? — продолжала настаивать Маленет. — Что мы здесь делаем? Нам надо выбираться из Клемпа.
Курин восстановил самообладание и лениво отмахнулся.
— Время у нас есть. Никто не пройдёт через эту дверь, пока я не позволю, — он посмотрел на Готрека. — Есть путь к Нагашу. Вы должны отправиться в Морбиум.
Готрек покачал головой.
— Морбиум?
— Одно из Аметистовых княжеств. Не все из них пали. Некоторые остались скрытыми, — Курин засунул руку под одежду и вытащил оттуда цепь из девяти полированных замков, на каждом из которых была выгравирована своя руна. Они издали стук, когда он поднял их и провёл по рунам костлявыми пальцами. После чего повесил на шею каждому из молчаливых людей. — Морбиум, — продолжил он, не отрываясь от дела, — одна из старейших преисподен, которой правят царственные учёные, известные как Рассветные князья. Их знания магии Смерти столь же глубоки, как и у самого Великого Некроманта. Когда Нагаш попытался завоевать их царство, правящий в то время Рассветный князь бросил ему вызов. Нагаш наказал его за дерзость, но, утолив жажду мести, Великий Некромант угодил в ловушку, устроенную ему правителем Морбиуса. Князь пожертвовал собой, чтобы его родина смогла выжить. Часть сил Нагаша была перенаправлена в обряд, на подготовку которого князь потратил многие годы. Морбиум исчез, и, как не пытал Нагаш князя, так и не смог обнаружить местонахождение княжества. Рассветный князь спроектировал обряд так, что даже сам не знал, куда отправил своих людей, лишь бы только они избежали хищнических богов.
Курин рассказывал это с одобрением в голосе.
— Высокомерие Нагаша делает его слепым к тонкой работе тех, кого он пытается подчинить.
— Хорошо для Морбиума, — небрежно заявил Готрек. — Мне-то что с того?
— Всё меняется. Сила Нагаша возросла. Он использовал новую, более мощную форму магии Смерти. Никто не знает как, но внезапно он получил силу достаточную, чтобы отбросить даже самые сильные орды Хаоса. Но это касается не только Связанных кровью и Несущих гниль. Чума нежити прошла через Шайиш. Укрепления, что держались тысячелетия — рухнули. И Морбиум здесь не стал исключением. Обереги, столь искусно сплетённые князем, спали и скрытая жемчужина Аметистовых княжеств теперь открыта. Морбиум — одна из первых преисподен, одна из старейших, и теперь, похоже, падёт так же, как и остальные. На данный момент в её стене всего лишь небольшая трещина, но постепенно она будет становиться всё шире.
— И как это поможет нам добраться до Нагаша? — поинтересовалась Маленет.
— Обереги, скрывавшие Морбиум, были созданы с помощью собственной силы Нагаша. Нагаш не видит его, но Морбиум по-прежнему привязан к нему. Всё ещё часть его. В башне, в городе, в самом сердце Морбиума, есть камни, которые всё ещё помнят Нагаша. Я понятия не имею, кто ныне является Рассветным князем, но он связан с Нагашем. Он — путь к Великому Надиру.
Готрек ухмыльнулся, обнажив коллекцию сломанных зубов.
— Значит, если ты отправишь меня к этому Рассветному князю, он сможет переправить меня к Нагашу?
Курин оглядел руну из пра-золота в груди Истребителя. Она пылала в огне свечей, и такой же жар бушевал в глазах Готрека.
— Я думаю, тебе суждено добраться до него.
Истребитель кивнул с абсолютной уверенностью вдрызг пьяного.
— Да, Я тоже. Ты прав.
Трахос покачал головой.
— Мы первый раз видим этого человека.
Поделиться книгой: