Конкурент

– Поддержать Мишу!

Соня, открыв рот, наблюдала за тем, как они оба усаживаются в зеленый внедорожник, потом выезжают из двора. Заторможено повернулась и медленно подошла лавочке. Села. Минут через пять подала голос:

– Это что сейчас было?

Никите стоило промолчать. Вот Миша бы точно промолчал. Потому что Миша молодец, а Никита не молодец, он просто не смог:

– Что тут неясного? Так поступают все мужчины. Ты сказала о расставании, и он сразу тебя оставил.

– Что-о-о?! – возопила Настя и бросилась в дом, а через минуту вылетела с тем же криком: – Они даже телефоны не взяли!

– Значит, скоро вернутся, – совсем неуместно успокоила Аня. – А мы их ждать не будем! Так, рассаживайтесь. Насть, принеси, пожалуйста, хлеб.

Никита не сразу понял, во что вляпался. В вечернее время сгонять в столицу и обратно – это дело точно не одного часа. А ему теперь придется сидеть в обществе трех ничего не понимающих девиц. Теперь хотя бы понятно, почему Паша тоже сорвался – он-то умный, сообразил.

Аня искала подходящие объяснения и сама их опровергала:

– Может, купить что-нибудь? Хотя у нас вроде бы все есть. Может, по работе? Сонь, Мишу могли срочно вызвать на работу?

– Нет, – та выглядела заторможенной. – Он выпил, потому не поехал бы на работу в любом случае.

– Никит, – Аня взывала к его помощи. – Ну, скажи уже прямо, что произошло! Вы о чем-то договорились, пока нас не было?

Никита поднял бутылку:

– Девочки, а давайте лучше выпьем. А то мне как-то не по себе.

Соня хлопнула рюмку целиком, а на шашлыки так и не посмотрела. Потом еще одну. И только после этого созрела:

– Вы слышали, что я ему сказала? Я вот сейчас даже припомнить точно не могу. Я что же, Мишу бросила? И он что же, сразу от меня рванул, как настоящий мужчина?

Настя неуверенно ответила:

– Да как бы не бросила… Но что-то подобное прозвучало… Зачем ты вообще ему это начала говорить?

Аня перебила:

– Не прозвучало! Они заранее куда-то собирались! Сонь, не переживай – приедут и объяснят!

– Налейте-ка еще.

Никита выполнил ее просьбу и снова вернулся к разглядыванию неба, чтобы никому не пришло в голову вовлекать в это обсуждение его. Он несколько раз пытался сменить тему, но Соня становилась все мрачнее и мрачнее. Потому Никита не выдержал:

– Сонь, да он не поэтому уехал!

– А почему? – она посмотрела на него, как на врага.

– Не могу сказать.

Настя поднялась из-за стола и зашипела:

– Этот черт все знает! Предлагаю переходить к пыткам!

То ли это коньяк попался неправильный, то ли у Никиты день не задался, но остальные, даже с виду нормальная Аня, с радостью подхватили эту идею. Они стащили его с лавки и беспощадно бросили на землю.

– Он боится щекотки! – кричала разозленная больше остальных Соня.

Никита вознамерился даже погибнуть, но не открыть тайну. А до погибели было все ближе и ближе. Особенно когда Соня запустила руку под его футболку, чтобы пытать успешнее. Никита замер, и Соня вдруг тоже замерла. А Настя с Аней тем временем тормошили его и доводили до судорог.

– Говори, партизан! Что произошло?

Соня первая оставила его в покое, а потом и гаркнула на остальных:

– Отпустите, все равно же не скажет! Пойдем лучше веселиться!

Никита полежал еще немного – поглядел в небо. И захотел вообще никогда больше не двигаться. Но ему не дали даже этой возможности:

– Никит, ну чего разлегся? – весело кричала Настя. – Сделай нам музыку! Там в гостиной колонки, и где-то был удлинитель.

Пришлось встать, отряхнуться и, не глядя на Соню, отправиться за удлинителем. Как бы ему сейчас хотелось оказаться в московской пробке, а не с этими накаченными коньяком гарпиями!

Включив музыку на полную громкость, они танцевали, хотя по большей степени это напоминало восторженные прыжки. Пытались и его зазвать, но теперь Никита был научен – готовился бежать всякий раз, когда на него начинали коситься все трое.

А потом Настю озарило новой идеей. Она усадила всех за стол, убавила музыку и сообщила:

– Теперь мы будем играть в «Я никогда не»!

– Это как? – не поняла Аня.

Настя пододвинула ей рюмку:

– Если что-то делала, то пьешь.

– А если я напьюсь?

– Значит, выиграла, – Настя встала и сразу перешла к делу: – Я никогда не напивалась так, чтобы утром не помнить, что вчера было!

Никита пропустил. С ним подобного не случалось. Но следующая очередь была его:

– Я никогда не ходил на свидания вслепую.

И игра понеслась:

– Я никогда не курила!

– Я никогда не бывала заграницей!

– Я никогда не приглашала мужчин танцевать! Никит, ты пьешь! В твоем случае заменяем на «женщин»!

– Хитрые. Я никогда не списывал!

– Врешь! – в два голоса.

– Так я и собирался выпить…

– Я никогда не теряла телефон!

– Я никогда не водила машину!

– Я никогда не целовалась с девушкой! Никит, пей. В этом случае на «мальчиков» не заменяем!

– Так себе игра, скажу я вам… Ла-адно. Я никогда не целовался с мальчиками. Выкусили?

– Я никогда в жизни столько не пила…

– Я никогда не собиралась бросать Мишу! Черт возьми, зачем я вообще ему это сказала?

– Успокойся. Он здесь машину оставил, так что точно вернется. И мы намылим ему шею! Я никогда не дралась!

– Обоим намылим! Девчонки, мы слишком быстро играем. Так мы очень скоро наиграемся.

Все трое посмотрели на Никиту как на самое слабое звено, а Настя вздохнула:

– Да где их носит? Уже ночь на дворе! Подождите-ка… Они же с Егором уехали. Никита, звони Егору!

Никита моментально сообразил, вскочил и отошел подальше.

– У меня нет его номера!

Но фурии уже потянули к нему щупальца. И тогда Никита ввернул свой главный и единственный козырь:

– А давайте танцевать!

Аня танцевать уже не могла. Она сообщила, что немножко отдохнет за столом, и там же уснула. Никита отнес ее на второй этаж и уложил в постель. Вернулся, оценил происходящее и понял, что оставшихся двоих так запросто уже не угомонит. Потому сдался и все же потанцевал немного с Настей. Но она вдруг остановилась и почти совсем серьезно спросила:

– А вы не можете друг с другом танцевать, да? Потому что бывшие?

– Можем, – сказала Соня.

– Можем, – подтвердил Никита. – Но не хотим. Отстань.

– Все, все, молчу! – опомнилась Настя. – Да где же они? Может, тогда проще им там до утра остаться, чтобы по ночи обратно не ехать? А мы их как раз до утра и подождем.

До утра было еще очень долго, еще и дождь мелко заморосил. Потому пришлось заносить стол внутрь. Настя побежала в дамскую комнату, а Соня решила подрезать еще немного бекона. И ведь орудовала ножом достаточно умело – у Сони способности к кулинарии просыпались только в тот момент, когда разум засыпал. Никита все же отошел и набрал Егора. Оказалось, что они едут обратно. Но едут слишком медленно, практически стоят. Никита про себя отметил, что Егору надо будет выписать премию в двойном размере. Скоро их ждать не приходилось. Когда романтики явятся, то застанут здесь не слишком вменяемых невест.

Соня слышала, как он разговаривал, потому подкралась со спины.

– И что, где они?

– Будут сегодня.

– А зачем уезжали?

– Я же не скажу. Зачем спрашиваешь?

– А почему мы не можем друг с другом танцевать?

Никита напрягся. Но почти сразу подошел к ней, взял за руки и закинул к себе на плечи. Музыки не было, но можно двигаться и в тишине.

– Видишь, можем.

– И правда, можем. Миша точно уехал не из-за того, что я сказала?

– Точно.

– А я вначале очень запереживала!

– Я видел.

– Но ты ведь говорил, что именно такая реакция должна быть!

– Не в этом случае.

– Тогда ты все-таки неправильный! Я была права.

– Ты была права, Соньк. Я неправильный.

– И сейчас не стал бы бегать за девушкой?

– Понятия не имею. Меня после тебя никто не бросал.

– А я после тебя никого не бросала, – Соня рассмеялась. – Разучилась, наверное.

Никита не удержался и прижал ее к себе теснее. Она или не заметила, или предпочла не заострять на этом внимание.

– Надеюсь, больше не придется, Соньк. Твой Миша, похоже, отличный человек.

– Это так. Я хотела бы сказать то же самое об Ане… То есть она тоже отличная, но я вижу, как ты на нее смотришь.

– Как?

– Никак. Тебе все равно, есть она или нет.

Настя вошла, окатила их внимательным взглядом, никакого преступного умысла не обнаружила, а потом завалилась в кресло.

– Я на ногах не стою. Давайте я чуть-чуть вздремну, а вы меня разбудите, когда Паша вернется? Но в комнату не уносите! Я буду за вами следить!

– Глаз с нас не спускай, – ответил ей Никита.