Охотники за привидениями и духи огня

– Оставь эти глупости, Хуго! – строго произнесла госпожа Кюммельзафт. – Перенеси беднягу к лестнице. И только посмей напугать его ещё раз! Понятно?

– Да, да, упять мне прихудится делать самую тяжёлую рабуту, – простонал Хуго, но тем не менее взвалил посыльного на спину.

Парню было уже всё безразлично. Только при первом соприкосновении с бледной спиной Хуго он содрогнулся, потому что она была ледяной.

– Итак, идём, – шепнула госпожа Кюммельзафт. – Надо убираться отсюда.

Охотники шли вдоль коридора, пылающего огнём, и всё чаще оглядывались.

– Хедвиг, – прошептал Том. – У меня странное чувство.

Госпожа Кюммельзафт остановилась и прислушалась.

– Это душ, – сказала она.

Теперь и Том услышал плеск и шум воды, а в промежутках довольное похрюкивание и фырканье. Звучало это ужасно.

– Кто это… кто… принимает душ? – пробормотал Том. – Это же, это…

Ужасный грохот оборвал его на полуслове.

Позади них разверзлась преисподняя. Искры и молнии, огненные шары величиной с небольшую голову вылетали из стен и с потолка.

– Бежим! – крикнула Хедвиг Кюммельзафт.

До лестницы оставалось ещё пробежать мимо пяти дверей.

– А-а-ах-х-хр-р-р! – неслось охотникам вдогонку. Было так жутко, что ноги Тома внезапно стали мягкими, как отварной рис, и подкашивались, а Хуго весь порозовел.

– Бежим, скорее вниз по лестнице! – Хедвиг вытянула из-за пояса странное устройство, похожее на фен, и включила его. Оно звучало как пожарная сирена и дуло холодный воздух навстречу тому, что надвигалось на них из огня.

Это нечто, мерцая, остановилось.

Хуго и Том уже преодолели, спотыкаясь, первые ступени лестницы. А госпожа Кюммельзафт всё ещё стояла наверху. Том обеспокоенно оглянулся. Он только теперь рассмотрел по-настоящему её противника. Это был гигантский призрак, похожий на живое пламя.

Ледяной воздух из фена госпожи Кюммельзафт хоть и мешал ему приблизиться к ней, но, кажется, не доставлял особых неудобств. Он скривил свою жуткую морду в ухмылке, упёрся огненными кулаками в стены коридора и раскрыл бездонную пасть. Горячий вихрь с рёвом настиг госпожу Кюммельзафт и снёс её вместе с двумя ассистентами вниз по лестнице. Только этажом ниже они смогли подняться на ноги, а огненное чудовище всё ещё смеялось над ними, пустое, отвратительное и бездонно подлое.

Худо дело, худо

Хедвиг Кюммельзафт с перепачканным сажей лицом маршировала по холлу отеля, и её белые локоны развевались. Том и Хуго с посыльным на спине едва поспевали за ней, такой у неё был размашистый шаг.

Гости, сидящие на мягких диванах у камина и читающие газеты, содрогнулись при виде охотников за привидениями и расплескали кофе себе на колени. Особенно резкие восклицания вызвала белая фигура Хуго, а кое-кто упал в обморок. Разумеется, самому Хуго это понравилось, а Хедвиг Кюммельзафт было безразлично. Она кипела от ярости, она пенилась от гнева и того и гляди могла лопнуть от злости.

Не говоря ни слова, госпожа Кюммельзафт передала растерянному портье посыльного, который всё ещё слегка дрожал. И затем в сопровождении Тома и Хуго ворвалась в кабинет господина Важника.

Директор стоял за своим письменным столом и кормил рыбок. Когда госпожа Кюммельзафт распахнула дверь, он от испуга уронил баночку с кормом в аквариум.

– Что… что… эмм… что такое? – растерянно спросил он.

– Идёмте со мной! – потребовала госпожа Кюммельзафт и потянула его за галстук к двери.

– Но, многоуважаемая госпожа Кюммельзафт! – запротестовал директор, тщетно пытаясь высвободиться. – Что вообще происходит? Вы устранили нашу маленькую проблему?

– «Нашу маленькую проблему»?! – Кончик носа госпожи Кюммельзафт начал подрагивать. – Я не знаю, вы просто всего лишь глупец или прожжённый лжец? В любом случае мне сейчас необходим свежий воздух, иначе я разорвусь на части!

Она тянула директора, покрасневшего как рак от смущения, через обеденный зал, мимо обедающих гостей, на просторную веранду и потом вниз по ступеням к пляжу. Только здесь, на мягком песке, госпожа Кюммельзафт остановилась и выпустила галстук из рук.

Директор торопливо привёл себя в порядок и растерянно огляделся. На пляже было пусто, если не считать нескольких гуляющих вдали. Небо было серым, а морской ветер дул в лицо мелкой дождевой моросью. Даже Хуго находил такую погоду чудесной после жаровни на четвёртом этаже. Но господин Важник выглядел совершенно несчастным.

– Я ничего не понимаю, дорогая моя! – с обиженной миной он застёгивал свой костюм. – Почему бы нам не вернуться в отель и не съесть чего-нибудь? Здесь мы можем и простудиться!

– Я вам не «дорогая моя»! – заявила госпожа Кюммельзафт, снимая ботинки. – Сейчас мы прогуляемся по пляжу, и вы наконец расскажете мне обо всём, что здесь происходило в последние дни.

– А я немнуго пудремлю, – зевнул Хуго и скрылся в рюкзаке.

Том тоже стянул ботинки и пошёл следом за Хедвиг Кюммельзафт и директором. Его ступни всё ещё горели после огненного приключения, и прохладный песок действовал благотворно. Даже холодный осенний ветер лишь приятно освежал после жара на четвёртом этаже. Правда, Том был бы не прочь что-нибудь съесть.

– «Горячая вода»! – ругалась госпожа Кюммельзафт, передразнивая слова директора. – «Испорченная система кондиционирования»! Из-за вашего бесстыдного преуменьшения нас чуть не поджарили наверху как колбаски! И посыльного, которого мы нашли в шкафу для белья, никто не хватился?

– Посыльного?! – Директор вытряхнул песок из своих ботинок. – Ах, вы знаете, у нас их так много. Если одного не досчитаемся – никто и не заметит!

От этих слов госпожа Кюммельзафт почти лишилась дара речи.

– Знаете, что нам следует с вами сделать? – спросила она угрожающе спокойным тоном.

Господин Важник нервно теребил усики.

– Я знаю, – вмешался Том. – Его следует втолкнуть в лифт и отправить на четвёртый этаж. Пусть посмотрит вблизи на свою маленькую проблему!

Директор метнул злобный взгляд на Тома.

– Предложение, лишённое всякого вкуса, – проворчал он. – Совершенно безвкусное!

– О, а я нахожу его совсем не плохим, – сказала госпожа Кюммельзафт. – И попрошу Хуго моментально его осуществить, если вы сейчас же мне не расскажете всё как есть. О грозе, например!

Том с удивлением прислушался. Директор Важник побледнел до цвета привиденческой груди Хуго.

– Откуда вы знаете?

– Почему вы об этом не рассказали? – ответила вопросом на вопрос госпожа Кюммельзафт и опустилась в плетёное пляжное кресло с тентом.

– Ну, видите ли… – Господин Важник откашлялся и посмотрел на свои ботинки, которые теперь не блестели по обыкновению начищенные, а были облеплены песком. – Совсем не обязательно рассказывать о том, что у нас здесь… эмм… бывают такие сильные грозы. К сожалению, они случаются часто и… эмм… на некоторых постояльцев это действует крайне пугающе. Вы понимаете?… В конце концов мы рекламируем хороший местный климат. Морской воздух целителен в любое время года. Вы понимаете?… Кроме того, – директор провёл ладонью по лбу, взмокшему от дождя, – откуда мне было знать, что гроза имеет для вас особый интерес? – Он чихнул. – Вот видите, я уже простудился!

Госпожа Кюммельзафт с мрачным лицом погружала босые ноги в песок.

– Ну хорошо. О значении грозы в заражении огненными духами вы, конечно, могли и не знать, а мне… – она вздохнула, – мне следовало бы самой спросить об этом. Но из-за вашего безобидного рассказа мне даже в голову не пришло, что мы здесь будем иметь дело с такой чрезвычайной опасностью!

– Чрезвычайной?! – встревоженно повторил директор. – Опасностью?! Что вы имеете в виду?

Том сглотнул и вспомнил огненного духа, который сдул их вниз по лестнице.

– Ваш громоотвод сработал в последнюю грозу? – спросила госпожа Кюммельзафт.

– Не совсем, – признался господин Важник. – Не могли бы мы вернуться в помещение, прошу вас? – И он снова чихнул.

– Боже мой, да вы способны вынести хоть немного морского воздуха? – сердито спросила госпожа Кюммельзафт.

– Я терпеть не могу море, – пробормотал директор, с отвращением глядя на поверхность воды.

– Как понимать, что громоотвод не совсем сработал? – спросил Том. – Сейчас он работает или нет?

– Ведь все ваши красивые телефоны внезапно отключились, – высказала догадку госпожа Кюммельзафт. – Не так ли, господин Важник?

Директор удивлённо посмотрел на неё:

– А вы откуда об этом знаете?

– Значит, правда. Но ведь это катастрофа! – Госпожа Кюммельзафт теребила свои белые локоны. – В итоге нам придётся иметь дело с одним из пяти самых опасных привидений на земле, и с каким же снаряжением мы сюда явились? С детскими игрушками, просто с младенческими погремушками! Единственное моё утешение в том, что против этого чудовища хоть так, хоть этак едва ли что поможет.

Директор Важник посмотрел на неё с ужасом.

Том сглотнул. Ему вдруг стало не по себе.

– И что же это за привидение? – спросил он.

Госпожа Кюммельзафт с глубоким вздохом поднялась из плетёного кресла.

– Это СНЕМОД. Без всяких сомнений. Ещё ни разу за всю мою карьеру я не сталкивалась с этим видом привидений. И видит бог, я бы и на сей раз предпочла отказаться от встречи с ним.

– Как вы его назвали? – переспросил побледневший директор.

Том поднялся и уставился на отель. Здание выглядело зловеще, как ему показалось. В закопчённых окнах четвёртого этажа вспыхивали красные отсветы.

– СНЕМОД, – прошептал Том. – О нет!

– Но что же это такое? – воскликнул директор Важник в отчаянии. – Скажите же наконец!

– Том, объясни ему, – попросила Хедвиг Кюммельзафт и, бросив прощальный взгляд на море, побрела назад к отелю. Остальные последовали за ней.

Том не очень хорошо знал, что такое СНЕМОД. А ведь он основательно проштудировал все тома словаря привидений у Хедвиг Кюммельзафт. СНЕМОД упоминался лишь в двадцать третьем томе, в разделе «Особенно неприятные явления». Эта статья была довольно краткой: шансы пережить встречу с этим привидением равнялись нулю.

Как быть?

– СНЕМОД означает «страшный, неодолимый, молниеносный дух», – объяснил Том, когда они с господином Важником поднимались по ступеням на веранду отеля.

Хуго между тем всё ещё мирно похрапывал у Тома за спиной.

– СНЕМОД материализуется через особенно сильную молнию и проникает в здание по телефонным проводам. Когда он уже внутри, вытравить его, не разрушив всё здание до основания, очень трудно.

Господин Важник от страха чуть не выдрал свои усики.

– СНЕМОД способен испепелять и иссушать людей, – продолжал Том. – Но он предпочитает превращать их в маленьких огненных духов.

– Именно это, предположительно, он и сделал с гостями на четвёртом этаже, – сказала госпожа Кюммельзафт, оглянувшись через плечо. – Сколько их там было?

– Семеро, – слабым голосом пролепетал директор.

Он выглядел совершенно поникшим, когда вместе с командой охотников пересекал благородно обставленный салон. И снова все присутствующие гости обернулись, но никто из них троих не обратил на это внимания.

– Семеро! – Хедвиг Кюммельзафт покачала головой. – Ещё и это. Одного мы поймали, значит, остаётся шесть. Кто знает, где они прячутся?! Кстати, где термос находится в настоящий момент?

– На моём письменном столе, – пролепетал господин Важник.

– Хорошо, – кивнула госпожа Кюммельзафт, – тогда присмотримся к пленнику получше.