Романов. Том 1 и 2

— Нет, я хочу, чтобы ты задумался о поиске невесты, твой брат в твоем возрасте уже был помолвлен.

— У нас и сестра до сих пор не замужем, — напомнил я.

— Не дави на больное, — попросил отец. — Она носит траур по жениху. Если бы Азамат не погиб, мы бы уже давно отпраздновали не только свадьбу, но и рождение первенца. Сам знаешь, у наших татарских друзей с этим не затягивают.

Погиб при налете Османской империи на границы. Свадебный кортеж жениха, который так ждала сестра, так никогда и не прибыл. Одним ударом тюрки уничтожили перспективный род, на который у Романовых были планы.

— Хорошо, я подумаю насчет невесты, отец.

После этого диалога время понеслось вскачь. Я ходил на занятия в ЦГУ, общался с одногруппниками, а по вечерам работал, как проклятый, чтобы упорядочить все, что было необходимо. Отец был прав — второго шанса произвести первое впечатление не выйдет.

Да, у меня была дорожная карта, но не все я держал на жестком диске, и во многих вопросах записывал лишь промежуточные пункты. Таким образом, сложить полноценную картину смог бы только такой же сингуляр, как и я.

— Дмитрий Алексеевич, — обратилась ко мне Виктория в пятницу, когда мы по уже сложившейся традиции чуть отстали от группы у лавочки. — Я вижу, что вы чем-то озабочены в последнее время. Если это связано со мной, прошу вас не беспокоиться, я прекрасно пойму, если ваш глава рода запретил брать меня с собой на прием…

Я взглянул на нее с улыбкой.

— Виктория Львовна, я не собираюсь отказываться от своего слова, — заверил я, чуть склонив голову. — Более того, ваша кандидатура была полностью поддержана моим отцом.

Она вздохнула, чуть приподняв уголки губ. Мое внимание было ей приятно, чего уж там. При этом Виктория постоянно помнила о дистанции между нами и не делала никаких попыток ее сократить.

— Просто у меня в последние дни чуть больше работы, чем обычно, — продолжил я, касаясь кончиков ее пальцев. — Однако занятия закончились, и завтра мы с вами едем на прием. Там, за исключением нескольких минут с государем, я буду полностью в вашем распоряжении.

— Вот, значит, каково это — быть принцессой в башне, — подняв на меня взгляд, с улыбкой произнесла она. — Я доверяю вам, княжич. Не знаю, почему, но мне кажется, что вы не станете оборачивать этот прием в глумление надо мной.

Я вскинул бровь.

— Это ведь не ваши слова, Виктория Львовна?

Она улыбнулась, чуть прикрыв глаза, чтобы скрыть за веками обиду.

— У меня есть слух, Дмитрий Алексеевич, и я прекрасно слышу, о чем шепчутся другие студентки. Но вас это не касается, ведь мы всего лишь учимся в одной группе, и, возможно, на моем месте оказалась бы любая другая девушка. Салтыкова, например, тоже из царской партии.

— В таком случае у вас есть шанс утереть им нос, — улыбнулся я. — Но нам пора на сегодня прощаться, чтобы успеть к началу приема. Я заеду за вами в пять, боярышня.

— Благодарю, княжич, — слегка поклонилась она. — До завтра, Дмитрий Алексеевич.

Я проводил ее взглядом и достал телефон из кармана.

— Княжич, давно не общались, — ответил на том конце провода Ефремов. — Созрел для визита на полигон?

— Да, нужно прочистить чакры. Куда подъезжать?

— Серьезно, Дмитрий Алексеевич, перестаньте шутить про китайцев, они наши союзники. Да и с юмором у вас, откровенно говоря, не очень выходит.

— Главное, чтобы со всем остальным получалось, как надо, — ответил я, двигаясь по направлению к уже ожидающей машине. — Так что там с адресом?

— В Ясенево есть база, я как раз туда еду. Давайте к нам, примем как родного.

— Это же разведка, — прикинув в уме, озвучил я.

— Ну, так и я не на пехотинца учусь, — хмыкнул Семен. — Все, княжич, жду на месте. Пропуск я вам пробью.

Я занял место на заднем сиденье и обернулся к сидящему рядом охраннику. Кристина так и не вернулась, психолог взялся за нее всерьез, так что приходилось пользоваться силами приставленных ко мне дуболомов.

— Ну что, ребята, базу военной разведки в Ясенево посетить хотите? — спросил я у них с усмешкой. — Виталя, поехали, Ефремов нас там уже ждет.

— Слушаюсь, княжич, — отозвался бессменный водитель.

Внедорожник мягко тронулся с места.

По пути я провернул несколько удачных сделок на бирже, успев как раз к закрытию торговой сессии. Прибыль получались не очень большой, зато это помогло немного разгрузить мозг. Человеческое тело серьезно ограничено, от перенапряжения голова болела постоянно, так что даже если бы я сейчас проиграл, не пожалел бы об этом ни на секунду.

Дорога оказалась недолгой, на КПП нас уже ждали, так что ворота раскрылись, стоило машине перед ними показаться. Сидящий в своей будке солдат проводил нас внимательным взглядом, но больше для проформы — и без того сканеры на подъезде уже потрудились, отмечая и сколько нас, и какое с собой оружие.

Ефремов как раз крутился на парковке, уже переодетый в лесной камуфляж. Амурскому тигру оставалось только шлем напялить, чтобы быть в полной готовности. Хотя с его габаритами он мог бы затеряться разве что среди таких же здоровых царских гвардейцев, сторожащих Кремль.

— Дмитрий Алексеевич! — махнул он нам рукой, когда Виталя занял место на пустой парковке.

— Рад встрече, Семен Константинович, — ответил кивком я, выйдя из автомобиля. — Надеюсь, я не помешал никаким планам?

Тот отмахнулся и надел шлем.

— Никаких проблем, все равно мне местные на один зубок. А с вами хоть какой-то вызов будет.

Я бы с этим, конечно, поспорил — наверняка княжича просто жалели, не давая всерьез отпора. Все же он хоть и имел за душой несколько боев на вражеской территории, а с настоящими профи вряд ли сравнится. Но отбивать высокородному желание послужить на благо родине никому не хочется, вот и тешат его самолюбие.

Я знаю, как тренирует Ефремов своих детей. Один раз поучаствовал и никакого напряжения не ощутил, хотя сравнивать нас, конечно, нельзя. Романовы управляют почти полутора миллионами человек, в то время, как в распоряжении Ефремовых чуть больше ста тысяч. Теоретически я могу держать свой щит в десять-пятнадцать раз дольше, чем Семен свои родовые когти.

На практике же еще влияет ранг — чем он выше, тем тоньше ты его используешь и меньше теряешь сил. К тому же нельзя забывать, что когтям Амурских тигров плевать, режешь ты ими что-то или просто стоишь, а вот моя защита при каждой атаке расходует дополнительные силы на восстановление.

Мы прошли между административными зданиями в полном молчании. Семен, как я знал, использует это время, чтобы настроиться на бой, а я не хотел отвлекать старого друга.

Наконец, нам открылся полигон — не слишком большая площадка метров на триста. Здесь нас уже ждал инструктор базы, рядом с ним разминались бойцы в безликой униформе. Парни были не слишком крепкими, но по движениям заметно, что достаточно быстрые и ловкие.

— Княжичи, рад приветствовать, — чуть склонил голову инструктор. — Сегодня я ваш тренер, так меня и называйте. Эти ребята за моей спиной — ваши помощники. Вам нужно время на разогрев?

Я покачал головой и, скинув пиджак в руки шагающего за мной Игоря, взял спецодежду из рук подошедшего бойца. Никаких опознавательных знаков на ней не имелось, только навязанная на погон голубая ленточка — у Семена была такая же красная.

— Давайте начнем с рукопашного боя, — предложил инструктор. — Пятый, Шестой, на ринг.

Двое бойцов вышли вперед на утоптанную землю. Семен сразу двинулся к правому, я закрепил шлем на голове и последовал в другую сторону. Инструктор дождался, пока мы займем позиции, и скомандовал:

— Начали!

Что там происходит у Ефремова, я не смотрел, сосредоточился на своем противнике. Боец скользнул вперед, очень быстро сокращая расстояние между нами. Я едва успевал подмечать его движения. Хороший солдат, грамотный спец и однозначно мастер своего дела.

Первый удар я пропустил мимо, отшагнув назад правой ногой. Но разведчик как знал, что я так и поступлю. Второй удар был направлен мне прямиком в солнечное сплетение. Пожалуй, будь на пути кулака неодаренный, разведчик смог бы выдернуть у него хребет.

— Ха! — выкрикнул Семен, и его противник рухнул спиной на землю.

Я же застыл на месте, сжимая кулак противника, и чувствовал, как меня постепенно сдвигает с места. Пятки скользили, а сила удара все никак не гасла. Что ж, это была хорошая демонстрация мощи русской армии! Теперь можно и себя показать.

Рукопашные техники я не очень люблю, они мне кажутся каким-то ребячеством, когда на поясе болтается пистолет. Но «не люблю» не значит «не умею».

Пнув соперника в так гостеприимно подставленное колено, я оттолкнулся от него и уже в прыжке зарядил ногой с разворота по шлему противника. Удар должен был смотреться красиво, разведчика швырнуло в сторону, закрутив как юлу, но он сумел приземлиться на ноги и даже равновесия не потерял.

Шаг к нему, перехват протянутой руки, захват, мельница. Разведчик остался лежать, и я на секунду решил, что переборщил с усилием. Но вот боец дернулся, с трудом поднимаясь на ноги. Вот теперь его шатало как следует.

— Ты чего так долго, княжич? — посмеялся Семен, разминая шею. — Я думал, ты не играть пришел, а серьезно развлечься.

— Я не против и серьезно развлечься, — пожал плечами я в ответ. — Инструктор, что скажете?

— Какой у вас ранг, княжич? — с сомнением глядя на меня, уточнил он.

— Б3, у нас обоих, — ответил я.

— Бойцы, слушай команду, — приняв решение, приказал тренер. — Валим княжичей, применение силы разрешаю до ранга Б1. Первая группа — Ефремов, вторая — Романов. Пошли!

Моя группа в пять противников рванула в атаку. Я вскинул родовой щит и, сузив его до полуметра, отшвырнул левого. Силы толчка хватило, чтобы солдата вынесло за пределы площадки. Минус один.

Шипящий огненный хлыст ударил справа, прожигая в защите дыру, и я создал под ногами энергетический трамплин. Еще один толчок, и вот я уже в воздухе, а по земле ползет бесполезный хлыст.

Восприятие ускорено, но и бойцы не лыком шиты. Один складывает руки так, будто держит на плече трубу с ракетой, второй вкладывает ему свой Воздушный кулак. Первый совершает пуск комбинированной техники, и выставленную мной полусферу разносит разноцветным фейерверком.

Краем глаза вижу, как крутится волчком Ефремов, а противники пляшут вокруг него, пытаясь уклониться от удара когтей. Но вот Семен замирает, и уже ему приходится уворачиваться от слаженной работы разведчиков.

Я смягчил приземление щитом и швырнул его из-под собственных ног навстречу ближайшему противнику. Боец на ходу создает иглу изо льда и прошивает ей мое поле.

Развернувшись, я ускользнул от нового удара хлыстом и, соткав на руке силовой покров, намотал вражескую технику на предплечье. Бойца швыряет ко мне, но я не даю ему приблизиться, выставив в метре поле размером с кирпич.

Бах!

От удара о препятствие забрало с треском вылетает из шлема.

— Выбыл! — вскидывает руки огневик, тут же уходя с полигона прыжком.

Остаются трое, но с ними уже никаких проблем. Я просто заключил ракетчика в сферу своей защиты, сжимая ее до размеров его тела, и лишенный кислорода боец валится на землю, пока я отталкиваю щитом двух других за пределы площадки.

Схватка заняла от силы полминуты, разведчики тяжело дышат, а мне хоть бы хны.

— Благодарю за бой, — наклонив голову, сказал я.

— Романов победил, — объявил инструктор. — Один-один в нашу пользу, бойцы!

Я повернулся к Семену. Ефремов попался на удушающий и теперь лежал на земле, глотая воздух широко распахнутым ртом.

— В порядке? — спросил его проведший захват разведчик, подавая руку.

— Пострадало только мое самолюбие, — ответил тот, хватаясь за предплечье бойца.

— Передышка нужна, господа? — осведомился тренер, когда Семен утвердился на ногах.

— Я, пожалуй, пропущу раунд, — кивнул Ефремов. — Дмитрий Алексеевич?

Я прислушался к себе. Покров цел, сил полно, в голове окончательно прояснилось. Иногда полезно сменить деятельность, чтобы разгрузить мозги. Но и выкладываться до дна нет нужды — все-таки завтра мне на светскую вечеринку у царя, не хотелось бы выглядеть бледно.

— Еще раз, если вы не против, инструктор, — приняв решение, озвучил я.

— Первая группа, готовимся. Одного княжича поваляли, не посрамите родную армию, поваляйте и второго, — чуть посмеиваясь, приказал тренер.

Но домой я уехал, так и не побежденный. С визиткой полковника Черепанова в кармане — на случай если вдруг решу связать свою жизнь с разведкой царской армии.

Глава 8

Строгий черный костюм с гербом рода Романовых на лацкане, белая рубашка, галстук, на манжетах запонки из белого золота. Из зеркала на меня смотрел самый обыкновенный молодой человек, ничем не выделяющийся среди ровесников. Лишь изготовленные татарскими ювелирами герб и запонки отражают статус.

Выйдя из своих покоев, я прошел по коридору и спустился по лестнице на первый этаж. Прислуга уже ждала наготове.

— Дмитрий Алексеевич, прекрасно выглядите, — одобрил мой облик секретарь отца, вручая мне плащ. — Алексей Александрович уже отбыл, велел вам передать.

Я принял протянутую шкатулку. Откинув крышку, хмыкнул. Отец постарался, надо признать.

Отлитая из белого золота роза, инкрустированная крупными черными бриллиантами, украшала женскую заколку. Неплохой дар, на пару миллионов потянет. Для кого-то может показаться роскошью, а для Романовых незначительная бирюлька, которую не жалко презентовать.

Мужчине являться на прием с минимумом украшений — нормально, но спутницу нужно одевать так, чтобы всем было ясно, кто в доме хозяин. Потому что женщина на приеме должна блистать, и потому, как ты ее подготовишь, будут смотреть на твой статус. Никому не хочется, чтобы его считали нищим. Но потягаться с хозяевами «Руснефти» смогут немногие.

— Хорошо, — кивнул я, захлопывая футляр. — Степан Витольдович, запишите этот ювелирный дом, я хочу подобрать что-то еще.

— В комплект? — уточнил секретарь.

— Пусть привезут лучшее, а я уж посмотрю.

Вообще давно пора было обзавестись связями с ювелирными домами. Покупать не уникальные драгоценности можно только для женщин из царских людей. Любая благородная будет оскорблена до глубины души, если презентовать серийное изделие. Ведь каждая дама — уникальна, и хочет это подчеркивать. Хотя, если стоит цель оскорбить, можно и ширпотребом обойтись.

Выйдя на улицу, я двинулся к стоящему у дорожки автомобилю. Это для рядовых поездок годятся внедорожники, на прием следует брать только машины представительского класса. Шесть метров хромированного металла, выбитый на дверях и капоте герб рода Романовых.

Охранник, впервые с дня нападения, одетый в костюм, раскрыл передо мной заднюю дверь. Опустившись на кожаное сидение, я поднял стекло, отделяющее пассажирскую часть от водителя. А когда машина тронулась, прикрыл глаза, откинув голову.

В кармане брюк ждала своего часа флешка с упорядоченными данными. И только это обстоятельство поднимало мне настроение. Перспектива крутиться среди благородных семейств царства не особо грела душу.

За моей машиной ехали две точных копии с охраной внутри. Стоило нам выкатиться из Бутово в Москву, нам попался схожий кортеж с гербом Юсуповых. Интересно, наследник рода тоже здесь? Нужно будет подойти пообщаться, узнать, как дела у Михаила — контакты с друзьями нужно поддерживать.

Юсуповы поехали дальше, а мы свернули с дороги на Кремль, и завихляли по старым узким улочкам Боярского квартала. Исторический участок раскупили боярские рода, и теперь здесь царила архитектура, от которой так и веяло древностью и величием. Хотя я бы жить в подобном музее не хотел, но не признать красоту не мог — настоящие памятники древности, некоторым из которых почти триста лет, внушали почтение.