Осколки Северного Счастья. Том 2 (СИ)

— Карина сильна, наследники будут могучие. А где надо, мы подсобим. Не всё силой решается, Тормак. Кому, как не тебе, это знать.

— Так-то оно так, да боязно. А если война? — теперь седой старик напротив тёр не усы, а грудь. — Нас первых и сметут, на фураж.

— Мы сделаем всё, чтобы этого избежать. Западники выставили сотню магов, с Дикими мы договоримся, а Дальние и Красные пойдут за теми, кто сильнее.

За столом повисла пауза.

— Вы заночуете или к себе вернётесь? — деловито спросила сестра Тормака.

— Вернёмся, — ответил Иртальт. — Завтра насыщенный день, нужно подготовиться. Пришлите кого-то, когда найдёте осколок. Или если потребуется помощь в его поисках. А договор таки сегодня заключим.

— Так мне отдать вам нечего, — нахмурился Тормак.

— Мы знаем, что твоё слово твёрдое. Кроме того, осколок искать теперь наша общая задача, — ответил ему Аренгор.

— Дело говоришь, — согласился глава клана.

Пока они заключили и подписали договор, пока мы вернулись обратно, сил у меня не осталось уже никаких.

— Ирт, позови лекаря, пожалуйста.

— Что случилось, Кари?

— Живот болит, — жалобно ответила я.

— Ты поэтому такая вялая весь день? Чего же ты раньше молчала?

Лекарь прибыл спустя минут пять, положил руки мне на живот и лоб, и боль почти сразу притупилась. Мне стало так хорошо, что сразу же потянуло в сон. Кое-как искупавшись, я вышла к мужу, но в ответ на жаркие поцелуи была вынуждена его разочаровать. Тем более, что сон сейчас интересовал меня гораздо больше.

Глава 6. Иртальт

С трудом выбив возможность побыть с Кариной вдвоём, я был жёстко разочарован её вялым видом и состоянием. Уже третья по счёту брачная ночь оборачивалась полным провалом.

Обняв спящую жену, я полночи ворочался и не мог уснуть, терзаемый вожделением и её запахом. Проклиная проблемы, женскую физиологию, нападающих магов и свою собственную нерасторопность, я лежал и наблюдал за тем, как ингемы выплетают над нашей кроватью новый полог.

Уснул под утро, чтобы почти сразу быть разбуженным стуком в дверь и голосом матери.

— Ирт, Карина, просыпайтесь. Вас вызывает отец.

Проводив голодным взглядом полуобнажённую фигуру жены, отправившуюся в ванную, я начал собирать вещи для похода. К счастью, мой верный рюкзак от нападения наёмников почти не пострадал. Пара новых царапин не в счёт.

Проверив снаряжение, я быстро набросал список того, что ещё мне понадобится. Олар говорил, что его сын уходил в лабиринт на семь дней, но он подготовленный воин и двигался один. Я же буду двигаться со скоростью Карины. По опыту я уже мог сказать, что она в два раза медленнее, чем средняя походная. Соответственно, и вещей, и продуктов нужно гораздо больше. Кроме того, сам я мог спать хоть на земле, но юной жене нужен был хотя бы минимальный комфорт.

Попросив мать подготовить необходимое, я оделся и взял оружие.

Карина вышла из ванной кислая и полуодетая. Не удержавшись, я прижал её к себе, жадно впитывая ощущения и запах от её тела.

— Ирт, мы сегодня идём в поход? — несчастно спросила она.

— Да, мама поможет тебе собраться. Просто скажи ей, что тебе нужно.

— Я совсем не знаю, что нас ждёт.

— Я тоже, радость моя. Ты плохо себя чувствуешь?

— Нет, просто небольшая слабость, — она выдала мне вымученную улыбку, и я понял, что слабость не небольшая. Стало стыдно за то, что я вынужден тащить куда-то в неизвестность уставшую и измученную жену.

— Я вызову лекаря. Хочешь побыть в постели до отправления? Это самое лучшее, что я могу предложить.

— Нам же нельзя разделяться, — тоскливо ответила она.

— Я поставлю при тебе охрану, маму и Эльву. Они помогут тебе собрать вещи. И не бери сумку через плечо, от неё ты быстро устанешь, я пошлю кого-то в лавку за рюкзаком.

Кари обречённо кивнула.

— Что не так? — тяжело вздохнул я.

— Рюкзак… я бы хотела выбрать сама, — она подняла на меня полные надежды глаза, словно речь шла не о вещи, а о судьбах кланов.

— Хорошо, я попрошу, чтобы сюда привезли варианты, — сдался я.

Ответом мне была лёгкая, но вполне искренняя улыбка. «Вот так и становятся подъюбочниками», — мрачно подумал я. Ради этой мимолётной улыбки я был готов на многое.

Кари осталась в спальне, а я пошёл к отцу в сопровождении Иргольда и других магов клана.

Операцией по посещению места падения Звезды Севера заведовал Олар. Он лично отобрал людей с преобладающими талантами к Свету и Тьме, подготовил для нас и себя амулеты.

— Олар, тебе придётся нас ждать не меньше недели. Карина не в лучшей форме и не сможет идти быстро, — сказал я.

— Ничего страшного, я возьму с собой книги. Последствия после ранения?

— Общая усталость. Я удивлён, как она вообще держится. После всего, что произошло за последние дни.

— Да холодная она просто как ледышка. Чего бы ей не держаться? — усмехнулся Брин. — Ей, наверное, всё равно. Ты прости, Ирт, но я чем дальше, тем больше рад, что она за тебя вышла. К такой в постели небось и примёрзнуть можно.

— Не стоит тебе говорить о моей жене, — холодно ответил я. — И хорошо для тебя, что ты рад, Брин. Потому что любого, кто будет распускать на мою жену слюни или руки, я вызову на Последний поединок. Надеюсь, что меня услышали все.

Отец хмыкнул, Олар кивнул, а Брин расхохотался.

— Услышали. Только вот не похож ты на счастливого новобрачного.

— Не твоё дело, Брин.

— И правда, не моё, — миролюбиво согласился он.

Когда план был составлен, детали обговорены, а снаряжение подготовлено, я взял еду и отправился к Кари. Жена выглядела повеселевшей и встретила меня ласково, продемонстрировав абсолютно бестолковый рюкзак непонятного розового цвета. Ни защитных шипов, ни армированной спинки, ни удобных уплотнителей на лямках.

— Это мой любимый цвет! — просияла Кари.

— Розовый? — спросил я.

— Нет, это пепельная роза.

— То есть розовый? — всё-таки уточнил я, стараясь запомнить.

— Пюсовый! — ответила жена.

— Флюсовый? — растерялся я.

— Пюсовый! — пояснила Карина с таким видом, словно от этого стало понятнее. — Серая мальва. Тусклый пурпур.

— У тебя четыре любимых цвета? — с надеждой спросил я.

— Нет, это один и тот же цвет. Примерно. Серовато-лилово-розовый.

— Розовый! — обрадовался я, что всё-таки понял правильно.

Она с сомнением посмотрела на меня и тоскливо вздохнула. Я с подозрением посмотрел на розовый рюкзак без шипов и решил, что основное снаряжение всё равно взял я, а она пусть возьмёт, что ей нравится.

— Квитанцию на его оплату я сказала отправить Гербольту. Скажи, а двести сорок золотых — это дорого? — спросила Карина.

Я поперхнулся.

— Это он столько стоит? — с подозрением уставился я на бесполезный розовый рюкзак. У него даже передний карман был только один. Вот у моего их семь, это удобно. А один?

— Да. Это со скидкой, — похлопала ресницами она. — И к нему ещё ремень в набор, смотри какой красивый.

Ремень тоже был розовый, на нём был всего один кармашек для амулетов. Сапоги ей тоже помогли подобрать, выглядели они слишком броско. Например, зачем на голенище целых пять пряжек, расположенных одна рядом с другой? Это же только увеличивает вес, да и серебристый металл отсвечивает. Чтобы зафиксировать ногу хватило бы и двух, если их расположить подальше друг от друга. Я вздохнул.

— Такой цвет тебе тоже нравится?

— Маренго? Для обуви вполне.

Я с раздражением уставился на серые сапоги.

— Маре… что?

— Грифельный, — подсказала жена, а я снова посмотрел на серые сапоги. — Тёмно-синевато-серый.

— Серый, — удовлетворённо кивнул я, запоминая, что жене нравится розовый и серый.

— Остальное ты уже собрала? Готова к переходу? Кстати, на этих сапогах есть крепления для снегоступов?

— Нет, креплений нет. Они бы сильно испортили внешний вид.

Я с осуждением посмотрел на сапоги, у которых не было единственного, что требуется от зимней обуви, — креплений для снегоступов. Зато были пять непонятных пряжек и странная металлическая скобка на каблуке. Наверное, чтобы по лесу ходить и сверкать.

— Это демисезонные сапоги. Их носят в межсезонье, как сейчас. Когда для весенней обуви слишком прохладно, а для зимней слишком жарко.

— Демисезонные? То есть примерно на две недели в году? — уточнил я. Карина кивнула. — И сколько они стоили?

— Всего шестьдесят золотых, представляешь? Были другие, антрацитовые, на двадцать золотых дороже, но не брать же их чисто из вредности?

Я смотрел на жену, окружённую свёртками, и прикидывал, во сколько обойдутся Гербольту её сегодняшние сборы. Может, в подарок ему что-то послать? Мы, конечно, с их кланом возможно будем воевать, но я же не зверь. Одно дело в бою кому-то руку отрубить или ногу, оно понятно. Но рюкзак и сапоги за триста золотых? Это уже за гранью человечности.

Думаю, что если раньше у меня был маленький шанс дипломатического урегулирования вопроса передачи мне осколка, принадлежащего их клану, то сейчас он испарился. Увидев такие счета, я бы на месте семьи Гербольта сразу объявил бы войну.

— И сколько ты потратила? — с мрачным любопытством спросил я.

— Тысячу плюс-минус. Это я ещё здорово сэкономила. Ты знаешь, продавцы такие вежливые и обходительные оказались, мне сделали большую скидку. Зато на ближайший год мне теперь вещи точно не понадобятся. Если только что-то из летнего. Или зимнего.

Я прикинул, кто ещё может сплоховать и похитить её в ближайший год. Никто на ум не приходил. Как только слава об этой компенсации дойдёт до других кланов, вряд ли жену хоть пальцем тронут. Северяне счёт деньгам знали.

Подойдя поближе, я нежно обнял Карину. Зато она красивая. И магичка сильная. И не капризная. А тысячу золотых к следующему году я уж как-то наскребу.

— Радость моя, нам пора. Ты не в этом пойдёшь? Будешь переодеваться? — с надеждой спросил я. Всё-таки одета она была не по-походному.

— В этом. Я буду готова через пять минут.

Двадцать минут спустя я всё ещё смиренно сидел на краешке кровати, глядя, как она упаковывает вещи, которые с собой в походе совершенно не нужны. Вид у неё по-прежнему был несколько измученный, поэтому проявлять излишнюю суровость я не хотел.

— Кари, нас ждут. Ты сказала, что будешь готова через пять минут.

— И не надо мне теперь каждые десять минут об этом напоминать! — раздражённо фыркнула жена. Я сначала затосковал, а потом просто подхватил её под аппетитную попу, зацепил рюкзак, пару ингемов, верхнюю одежду и понёс на выход. Всё равно ничего из того, что она не успела собрать, нам не понадобится.

Карина сначала затрепыхалась, а потом расслабилась и даже обняла меня за шею.

— Будешь жестоко мстить? — тоскливо уточнил я.

— Не буду, — улыбнулась она и поцеловала меня в щёку. — Мне нравится, когда ты носишь меня на руках.

Вот и пойми, чего она веселится. Может, сразу стоило взять и унести? Учту на будущее.

Отряд уже ждал во дворе. Мы быстро оделись для выхода на улицу, я проверил всё в последний раз, и все выдвинулись в открытый Оларом портал.

Навёл он его мастерски. Осмотревшись, мы не увидели никакой угрозы и сразу двинулись в паутинный лабиринт. Олар вёл нас уверенно, а Карина осматривалась, широко распахнув глаза.

Настоящее царство ингемов. Редкие деревья они использовали как опору для создания пологов и плотных сетей. Внутри было очень сыро и сумрачно. Выпавший за зиму снег сейчас таял и собирался лужицами на каменистом полу. Неба видно не было, над головой была сплошная паутина, поверх накрытая сугробом.

Олар уверенно вёл нас таким путём, чтобы в проходах можно было стоять в человеческий рост, но паутина всё равно постоянно лезла в глаза. Я аккуратно отодвигал её, чтобы не порвать, и следил за тем, чтобы Кари было удобно идти. Ощутив её силу, ингемы заволновались. Те двое, которых мы притащили с собой, сейчас пищали.

Мы шли несколько часов прежде, чем Олар остановился.

— Я буду ждать вас тут. Дальше путь для меня закрыт, ингемы начнут нападать, — сказал он.

— Хорошо, тогда дальше действуем по плану.