Проклятый лорд и леди на любителя

Дверь скрипнула, и сердце тут же ушло в пятки. Я резко обернулась. В комнату просочился Зубастик. Поведя мордой по воздуху, словно принюхиваясь, он нашел источник влаги и залез ко мне в ванну.

— Эй! Я вообще-то мылась, а ты неизвестно где ползал весь день!

И неизвестно что жрал. Последнее я не стала произносить вслух. Зубастик проигнорировал мое замечание и принялся полоскать корешки в мыльной воде, по которой медленно расползались грязные разводы. Нежиться в ванной сразу расхотелось. Выпрыгнув настолько быстро, насколько позволяла сноровка, я завернулась в полотенце.

— Ночевать будешь здесь, — сказала я Зубастику.

Тот с блаженством погрузился целиком в воду, и на поверхность всплыли пузырьки воздуха. Боги, какое же странное растение у меня получилось.

В спальне тем временем успели разжечь камин. Во всполохах пламени портрет леди Лючии смотрелся особенно жутко. Я аккуратно сняла его со стены и спрятала за шкаф.

Все приготовления были закончены, и Валиан мог появиться в любую минуту.

Глава 13

Я попыталась принять естественно-соблазнительную позу. В книге «Порочные желания», что подложила под дверь Лили (кроме нее, больше некому), было много дельных советов, и я решила начать с самого простого — правильной подачи.

Прошло минут десять. Правый бок затек. Пришлось перевернуться на спину и расправить локоны по подушке. Терзаясь сомнениями, показывать ноги или нет, я пошла на сделку с совестью и чуть-чуть приподняла подол сорочки, тем самым оголив щиколотки.

«И где его носит?» — раздраженно подумала я. Не то чтобы мне не терпелось оказаться с ним в одной постели, но право первой ночи никто не отменял. Это, на секундочку, и мое право! Я сладко зевнула. Волнение отступило на второй план, усталость брала свое. Безумный день остался позади, и раз Валиан не спешил, ничего страшного не случится, если я прикрою ненадолго глаза.

Дверь тихо скрипнула. Услышав тяжелую поступь, я открыла слипшиеся веки, прекрасная зная, кто является источником шума. Валиан стоял спиной около ночного столика и медленно раздевался. Он небрежно скинул сюртук, стянул рубашку, оголяя широкую спину. Угли в камине давно погасли, и все, что я могла разглядеть, — очертания его фигуры в лунном свете. Но этого с лихвой хватало, чтобы бурное воображение дорисовало остальное. Настал черед ремня. Испугавшись, словно глупая девчонка, я зарылась в одеяло и зажмурила глаза. Валиан тихо усмехнулся. Он заметил, что я не сплю.

Притаившись, я ждала. Что-то тяжелое опустилось на кровать. Ткань одеяла натянулась. Теплая ладонь коснулась моего лица. Мурашки пробежали по телу от неожиданной ласки, и я широко раскрыла глаза. Темный силуэт склонился надо мной, всполохи молний на дне глаз завораживали и пугали одновременно. Я почувствовала исходящий от Валиана жар, и захотелось прижаться к нему всем телом. Совсем скоро он будет принадлежать мне, и эта собственническая мысль взбудоражила кровь. Протянув руку, я наткнулась на мускулистые плечи. Его гладкая кожа обожгла кончики пальцев. Захотелось вцепиться в нее ногтями, проникнуть внутрь и убедиться, что там, в глубине, находится существо из плоти и крови.

Валиан притянул меня к себе, и мы впервые поцеловались. Влажный горячий язык жадно проник внутрь моего рта. Сладкая истома разлилась по всему телу. Страха не было. Одни чувства и желания. Он отстранился, и прочертил поцелуями дорожку по щеке к уху.

— Валиан, ты что... щекотно, — заплетающимся языком сказала я, но он не унимался.

Щекоча за ухом чем-то мягким и гладким, Валиан заставлял мое тело извиваться.

— Да, что там у тебя. Змеиный язык, что ли?! — взвизгнула я, и видение исчезло.

Было утро. Я лежала одна на кровати. Почти одна. Зубастик замер над моим лицом, медленно убирая свои листочки от моего уха. Бессовестная морда проголодалась и не нашла ничего лучше, как разбудить хозяйку, чтобы его соизволили покормить!

Боги, не будь я так разочарована, непременно бы устроила ему взбучку! Валиан не пришел. Я посмотрела на Зубастика и уже собралась его отчитать, когда заметила одну маленькую деталь.

— А ты подрос, — прошептала я, прикидывая полный рост растения.

Зубастик давно перемахнул отметку в один метр. Если так пойдет и дальше, придется его переселить в оранжерею. Тело после беспокойного сна словно одеревенело. Я медленно встала с кровати и подошла к окну. Внимание привлекли рабочие около оранжереи. Значит, работа уже началась.

Одеваясь, я пыталась понять, что же творится в голове Валиана. С одной стороны, он мог быть не готов к более близким отношениям. С другой, складывалось впечатление, что ему это и не нужно. В ужасном расположении духа я спустилась вниз.

— Доброе утро, леди Кроу, — поздоровался Бенет. — Изволите завтракать?

— Да, пожалуйста, — я направилась в столовую и, не найдя там Валаина, спросила; — А где лорд Кроу?

— Отбыл с утра во дворец, леди Кроу.

— Прекрасно, — оскалилась я в улыбке, не в силах сдержать едкие нотки.

Аппетит пропал. Зубастик устроился на стуле напротив, и, чтобы хоть как-то себя развлечь, я кидала в его раскрытую пасть кусочки хлеба. Он ловко ловил их в воздухе, а когда все же случался промах, кидался на пол и сжирал все до последней крошки, рискуя закусить ковром и паркетом в придачу. Бенет и Хильда следили за происходящим, держа мнение о манерах новой хозяйки при себе. Вот она — взрослая, самостоятельная жизнь.

Допив кофе, я прихватила булочек для Зубастика и собралась на улицу. Требовалось проверить, как идут работы в оранжерее.

Все переживания оказались напрасны. Бенет постарался на славу. Человек двадцать слаженно меняли стекла, жгли мусор и подкрашивали каркас.

— Бенет, отличная работа! — воскликнула я, когда из дома показался дворецкий. — Когда они обещали закончить?

— Завтра вечером.

— Значит, можно не переживать за цветы, — с облегчением выдохнула я. — Впервые вижу, чтобы рабочие так усердно трудились.

— Да, им не терпится побыстрее убраться.

Я непонимающе посмотрела на Бенета.

— Слухи, леди Кроу, — лаконично намекнул он.

В подтверждение его слов, вышедший из оранжереи рабочий бросил тревожный взгляд на замок, достал из-под рубашки бусы и вернулся к своим делам. Странное украшение больше подходило пожилой женщине, нежели молодому мужчине.

— Оникс, — определила я издалека и поджала губы.

— Простолюдины, что с них взять, — чопорно заметил Бенет. — Я могу вам еще чем-то помочь?

— Нет, Бенет. Можете идти.

В народе ходило глупое поверье, что этот полудрагоценный камень способен защитить от сглаза, черной магии и другого нежелательного влияния сил, которые были неподвластны простым смертным. По сути, ложь чистой воды. Никакой кусок камня не защитит от магии, если сам не является вместилищем магии. Другими словами — артефактом. Я решила еще раз обойти сад и определить фронт работ. Замку Кроу требовалась забота и любовь, и я, как новая хозяйка, планировала дать ему вторую жизнь.

Неспешная прогулка вернула хорошее настроение. Мы с Зубастиком придумали развлечение — я кидала палку, а он приносил ее обратно, словно какая-нибудь болонка.

Хорошенько замахнувшись, я сделала вид, что снова кинула палку, и цветочек молнией умчался искать ее в кустах. Интересно, как быстро Зубастик догадается, что на самом деле она так и осталась в моих руках.

Ветерок принес легкий запах костра, которым наполнялись все сады осенью и весной, когда жгли старую листву и ветки. Наконец-то у меня будет что-то свое, и никакие «Ой, Делия, красивый цветок, но давай пересадим его куда-нибудь поглубже в сад» или «Прекрасный экземпляр Купины Неопалимой. Пожалуйста, выкинь ее, не хватало, чтобы кто-то обжегся» не будут мне досаждать.

Зубастик все еще шуршал где-то в кустах, и я направилась дальше, к главному входу. Там, на фасаде, висело грустное воспоминание о некогда прекрасном цветке. Пальцы сами собой коснулись засохшей лозы.

— Как жаль, что ты умерла, — прошептала я. — Какие у тебя были цветы? Алые?

Палец наткнулся на острый шип. Я посмотрела на выступившую каплю крови, и в голову пришла безумная идея. Сжав в кулак несколько сухих веток, я поморщилась от боли. Шипы впивались в плоть, и магия с кровью стала проникать внутрь мертвого растения. Роза жадно глотала живительную влагу. Как завороженная, я наблюдала за возрождением. Еще никогда ничего подобного не получалось ни у мамы, ни у Лили.

Сухие ветки обрели насыщенный красный цвет. Распустились темно-зеленые листочки с бордовыми прожилками, и вскоре настал черед цветов. Завязи налились. Голова у меня кружилась, дыхание стало сбивчивым, но нужно было продержаться еще чуть-чуть. На уровне глаз распустился первый бутон. Темно-бордовый бархатный цветок, состоящий из множества лепестков, напоминал плотным соцветием Синтию Черноокую, но он все-таки был другим. Нежным и мягким, с округлыми лепестками, и оттенок был ближе к бордовому, нежели черному. В голову само собой пришло имя: «Черный принц». В глазах резко потемнело, и я почувствовала, как падаю.

Приходить в себя после обескровливания и магического истощения было вдвойне неприятно. Слабость во всем теле, мигрень, боль в руке, которой я совершила своеобразный магический прорыв, заставили меня едва слышно простонать. В горле пересохло. Ужасно хотелось пить.

— Леди Кроу? — раздался встревоженный голос сбоку.

Около кровати сидела Марша и, заметив, что я пришла в себя, тут же выбежала из комнаты, чтобы вернуться с Валианом. Он был мрачнее тучи и, не говоря ни слова, взял мою руку. Проверил пульс, достал из мешочка артефакты и разложил их на кровати. Тут же в воздухе возникла пентаграмма, и я почувствовала, как мое тело снова напитывается магией.

— Марша, спасибо. Можешь идти, — распорядился Валиан и, как только дверь за служанкой закрылась, набросился на меня.

— О чем ты только думала! Проклятые Боги тебя дери, Делия Гарден! — гаркнул он.

Я не смогла сдержать улыбку. Он за меня волновался, и это был первый признак того, что чувства становятся взаимными. По крайней мере, я на это надеялась.

— Если бы не мерзкий цветок, я бы овдовел уже на второй день после свадьбы!

— Ты про Зубастика? А что он сделал?

— Позвал на помощь первого попавшегося человека. Тебе, кстати, стоит извиниться перед Маршей. Она думала, цветок собирается ее сожрать. И убери это самодовольное выражение с лица. Я беспокоился вовсе не о тебе, а о своей репутации. Вокруг семьи Кроу и так достаточно сплетен!

— Спасибо, — улыбнулась я, давая понять, что на меня эти жалкие оправдания не возымели никакого эффекта. — Можно воды?

Валиан недовольно пожал губы и, аккуратно приподняв мою голову, приложил стакан к губам. «А бесчувственный чурбан вполне может быть заботливым», — отметила я.

— Не ожидал, что ты в состоянии оживить мертвое растение. Твой уровень магии ведь едва дотягивает до адепта, — сказал Валиан, пристально следя за моим выражением лица.

— Повезло, — предположила я и сразу перевела тему. — Леди Лючия вывела сорт Черный Принц?

— Как ты узнала? — он растерянно отстранился и поставил стакан на тумбочку.

— Цветок, он по ней скучал, — попыталась объяснить я то, что почувствовала через тонкую связь, которая устанавливается между садовником и растением.

— Тебе стоит поспать, пока артефакты не восполнят хотя бы треть запаса магии, — перевел тему Валиан и направился к двери.

Взявшись за ручку, он замер, словно собираясь с мыслями.

— Роза точно такая, какой я запомнил ее в детстве. Она единственная из растений мамы смогла прожить еще несколько лет после ее смерти, — голос Валиана стал непривычно тихим и мягким. — Не стоило собой рисковать ради какого-то цветка.

Глава 14

После потери сил и обморока я проспала весь день, и ночью не знала, куда себя деть. Зубастик сидел на подоконнике в горшке, который, вынуждена признать, стал ему маловат. Хильда позаботилась об ужине и оставила поднос с едой на столике рядом с цветком. Очевидно, меньше всего на свете слуги хотели ночью наткнуться в темном коридоре на Зубастика, гуляющего в поисках съестного.

«Порочные желания» помогли скоротать время. Других книг в спальне не наблюдалось, а идти через весь дом на поиски библиотеки казалось сомнительным удовольствием, и я зачитывала до дыр страницы с закладочками.

— У-у-у...

Послышалось тихое завывание, похожее на вой ветра. Я поежилась и натянула одеяло до подбородка. Подумаешь, в старом поместье сквозняк.

— О-у-о...

Я встала с кровати и выглянула в окно. Лужайка и оранжерея утопали в лунном свете. Распахнув створки, я облокотилась на подоконник и подставила лицо прохладным лучам. Мама всегда говорила, что они полезны для кожи.

— У-у-у, — раздалось еще громче, и я вздрогнула.

Странно, сквозняк в безветренную летнюю ночь. Повинуясь необъяснимому желанию, я высунулась в окно посмотреть на темную башню. Там, на самом верху, что-то мелькнуло в окне. Я быстро выпрямилась и, захлопнув окно, задернула тяжелые шторы. Должно быть, это кто-то из слуг решил ночью прогуляться. Бенет, к примеру. У стариков всегда проблемы со сном. Вот только объяснение завываниям было сложно придумать. Вряд ли дворецкий бродил ночью по замку, разучивая оперные арии.

Вой стих спустя пару часов. Забрезжил рассвет. Одевшись в домашнее платье, я расчесала волосы и перевязала их шелковой лентой. Зубастик все еще спал, и я не стала его будить, тихонечко выскользнув за дверь. Утренние прогулки начинали входить у меня в привычку.

На лестнице я почувствовала головокружительный запах свежей выпечки, корицы и розмарина. Ноги сами понесли меня к источнику аромата.

— Доброе утро, — сказала я Миневре, которая хлопотала у плиты.

— Ах! — вскрикнула она, не ожидая увидеть кого-либо на кухне в столь ранний час. — Простите, леди Кроу, вы меня напугали.

— Простите, что так неожиданно. Уже готовите завтрак?

— Да, лорд Кроу встает очень рано.

— Правда? — удивилась я. — Какая удача, что я решила встать ни свет ни заря. Во сколько же будет подан завтрак?

— В шесть.

— Передадите Марше или Хильде, чтобы накрыли на двоих. Я составлю компанию «любимому» супругу, — да простят меня Боги за сарказм.

Интересно, когда бы я с ним пересеклась в следующий раз, не сложись так удачно обстоятельства? Я вышла на улицу. Первые лучи солнца ярким пламенем растекались по стеклам оранжереи. Около нее, прислонившись спиной к перевернутой тележке, спал какой-то простолюдин. Соломенная шляпа надвинута на глаза, под головой аккуратно сложена куртка из ткани, похожей на мешковину. Неужели рабочие ночевали здесь? Я хотела пройти дальше, но под ногами хрустнули камни, и рабочий проснулся.

— Простите, не хотела вас будить. Я на секунду, взглянуть, как продвинулась работа.

— Леди Кроу, надо полагать? — рабочий встал и отряхнул штаны.

В его тоне не было страха, учтивости или банальной вежливости. Он даже не подумал представиться. Впрочем, что еще взять с простого работяги.

— Да, — кивнула я и сделала шаг к оранжерее, разговаривать с незнакомцем мне не хотелось.

— Я покажу все.

Это была констатация факта. Удивленная подобным поведением, я последовала за ним. Рабочий показал новые стекла, проблемные моменты в каркасе, которые сегодня еще предстояло исправить. Тем не менее, контраст был на лицо.

— Хорошая работа, — признала я. — Что насчет беседки?

— Увидите в конце дня. Там остались только отделочные работы и покраска.

Я пристальнее посмотрела на работягу. Держится уверенно, явно не боится привидений и прочих ужасов из сплетен о поместье Кроу. Он даже задремал на улице, тогда как остальные рабочие чуть ли не бились в истерике, подходя к зданию ближе, чем на сто метров.

— Как вас зовут? — без церемоний спросила я.

— Кертис, — просто ответил он, не обозначив имя своего рода.

— Нужна ли вам работа, Кертис?

— У меня она есть.

— Не такая. Как насчет стабильной работы на одном месте, без необходимости пропадать часами на палящем солнце. В поместье Кроу не хватает людей, и нам бы пригодился такой человек, как вы. Жилье, питание, хорошая зарплата будут обеспечены. Если вы женаты, мы и для семьи место найдем.

— Спасибо, леди Кроу, но мне нравится постоянная смена мест и хороший загар.

Я недовольно поджала губы. Этот нахал мне окончательно разонравился. Кивнув на прощание, я развернулась на каблуках и пошла в дом. «Ну каков наглец, взял и отказался от такого щедрого предложения?!», — мысленно возмущалась я, заходя в столовую. Валиан встретил меня удивленным взглядом.