Осколки Северного Счастья

— Знаешь, Эльва, думаю, что тебе стоит с кем-то другим поспорить. Как-то это непорядочно. Кроме того, у меня и так одиннадцать женихов на руках, куда мне ещё один? Что я с ним буду делать? Да и потом, здесь мне дали еду, кров и одежду. Как-то некрасиво будет с моей стороны так с ним поступать. И тебе не стоит. Допроверяешься, какая-нибудь красотка уведёт твоего Ирта, а ты потом локти кусать будешь, что своими руками своё счастье разрушила.

Как ни странно, Эльва от моего отказа ничуть не расстроилась.

— Ты права, Карина. Действительно как-то непорядочно выходит, я об этом не подумала. Я завтра дежурю по кухне утром и в обед, а вечером мы с Иртом будем в фишки играть, приходи, мы и тебя научим.

— Даже не знаю, сегодня я уже с ног валюсь от усталости, раз мы тут уже закончили, то, пожалуй, пойду спать. Завтра будет видно.

Распрощавшись с Эльвой, я ушла к себе и завалилась в постель.

Глава 8. Иртальт

— Ты представляешь? Она отказалась! У меня такой стройный был план, думаю, вот, мы сейчас поспорим, ей придётся тебя соблазнять, а ты такой холодный. Вот её и проберёт хорошенько, — возмущалась кузина, вышагивая по комнате.

— Эльва, мы так не договаривались! — нахмурился я.

— Не сердись, я хотела, как лучше. Сегодня битых полчаса распиналась, какой ты хороший, а она даже ухом не повела… вот я и подумала, что это ускорит процесс, — виновато насупилась кузина.

— И почему она отказалась? — поинтересовался я.

— Сказала, что ей тут дали кров, еду и одежду, и поэтому это было бы непорядочно по отношению к тебе.

— А вот за это спасибо. Чем дольше я за ней наблюдаю, тем сильнее убеждаюсь, что мой выбор верен. Она не рассказывала, как прошли её свидания? — полюбопытствовал я.

— Она, мягко говоря, не в восторге. Почему-то у меня ощущение, что она выбирает тех, кто ей меньше всего нравится.

— Может, ей что-то нужно?

— Она ничего такого не упоминала, только карандаш и блокнот тогда из учебной комнаты взяла, и то разрешения спросила.

— И как твоё о ней мнение?

— Она мне нравится. Только переживает очень и замуж не хочет.

— Я тоже жениться пламенем не горю, — хмыкнул я.

— Так может вам как-то это обговорить?

— Отец озвучил условия, на которых он помогает.

— Он тебя просто в очередной раз направил тем курсом, который он считает нужным.

— Хочется ему внуков понянчить, что же поделаешь. Кроме того, ну поженимся, не понравится — так разойдёмся. Тоже мне проблема. Останется косантой под защитой клана, сможет выбрать, кого захочет.

— А как же раз и на всю жизнь? — хмыкнула Эльва.

— Так только в легендах бывает, а в реальной жизни всё гораздо сложнее. Девушка она красивая, без внимания не останется.

— Ты поэтому с отцом так легко согласился?

— В том числе.

Сестра повздыхала и ушла к себе спать, а я остался разбирать жалобы. Через три дня будет Спорный день, нужно подготовиться. Как главе клана, мне приходилось разбирать претензии разных его членов. Это порой было непросто и требовало большого терпения. Видимо, поэтому отец на меня эти обязанности скинул, прикрываясь тем, что я должен учиться это делать. Всем известно, что нужды клана стоят выше личных, поэтому, хотя мне и не хотелось этим заниматься, всё же я делал свою работу. От того, насколько тщательно я разберусь в вопросе, зависело благополучие людей и хозяйств.

За разбором не заметил, как пролетело время.

Возвращался к себе по тёмным коридорам, свет в замке уже погасили.

Истошные крики вырвали меня из задумчивости и заставили вынуть оружие из магических ножен, которые были зачарованы таким образом, что взгляд никак не мог за них зацепиться. К сожалению, понять, откуда именно кричали я сразу не смог, поэтому просто кинулся в том направлении.

Вдалеке раздался шум падения мебели и ещё один вскрик, только уже потише, а дальше ругань на незнакомом языке. Смысл мне, как магу, был, конечно, понятен, но вот тот факт, что такая нежная девушка, как Карина, может так отборно ругаться, меня поразил. Особенно мне понравился пассаж про крайнюю плоть какого-то копытного животного.

Раз ругается, значит жива.

Дверь в её комнату приоткрыл аккуратно, чтобы не ударить её, если она находилась рядом. Представшая моим глазам картина была достойна кисти мастера.

Полуголая Карина ползла по полу на четвереньках задом наперёд в сторону от постели, держа туалетный столик перед собой как щит. При моём появлении тактическое отступление прекратила и с пола поднялась, замотавшись в одеяло.

Я ожидал найти в её постели кого-то из других кланов, но реальность была гораздо веселее. Над кроватью нависали четыре ингема. Судя по поджатым лапкам, крики их очень напугали и обидели.

— Ты чего ингемов пугаешь? — сдерживая смех, спросил я.

— Что? Это я их пугаю? — взвилась Карина.

— Конечно, они существа нежные, пришли знакомиться, а ты тут орёшь.

— Знакомиться? Ты издеваешься? — крылья носа у Карины затрепетали, и она в своём негодовании была чудо, как хороша. Я бы полюбовался, но ингемов необходимо было успокоить.

Подойдя к висящим животным, я начал аккуратно гладить мохнатые брюшки. Ингемы возмущённо запищали, показывая лапками на Карину.

— Да, я знаю. Некрасиво получилось. Она про вас ничего не знала. Сейчас она подойдёт познакомиться и извинится за своё глупое поведение. Карина, подойди, пожалуйста, и погладь их. Возможно, они тебя потрогают. Не бойся, ингемы пусть и не совсем разумны, но очень умны.

— Иртальт, это огромные пауки размером с тазик, они висят над моей кроватью на своих паутинах и выглядят так, будто собираются укусить и сожрать. Почему я должна их гладить?

— Потому что это наши домашние питомцы, очень полезные. Взрослые ингемы охотятся на мышей и крыс, а молодняк — на насекомых. Благодаря им, у нас в замке нет лишней живности, а в кладовых смело можно хранить запасы. Ингемы — наши друзья.

— У вас что, кошек нет? — возмутилась Карина.

— Кошки — ленивые, неисполнительные и малоэффективные против насекомых. Разве что большого таракана могут сожрать. Ингемы же очень умные и обязательные, кроме того, хорошо справляются с излишками еды, просто хранят трупики в коконах на случай голодных времён. У нас для этого целая комната в подвале есть. Там же они и размножаются в тепле.

— Нельзя было меня как-то предупредить, что у вас тут такие животные и что они придут знакомиться? — продолжила возмущаться она.

— А ты и не спросила ничего, Карина. Всё больше про вещи и моду. И про то, как в Альмендрию поскорее попасть. Что же касается нашей жизни — ты ничем не поинтересовалась. Откуда мне знать, что у вас ингемов нет, и тебя это удивит? — задал я резонный вопрос.

Карина в ответ прикусила язык и глазами сверкала уже не так возмущённо.

Вместо того, чтобы дальше препираться, подошла к ингемам, потрогала того, которого я сейчас по брюшку гладил. Паучок довольно задрыгал лапками и попытался залезть к ней на ручки. Вообще-то ингемы редко так ластятся, ей повезло. Вот только она не оценила и, естественно, постаралась отпрянуть, но я не позволил.

Распахнув и без того большие глаза до предела, она сжала челюсти и подавила вскрик.

— Что он делает? — севшим голосом спросила она.

— Знакомится, — предположил я.

Всем известно, что ингемы довольно умны, но с их мотивацией порой разобраться не просто. Остальные пауки также забрались на девушку, которая смотрела на меня с таким возмущённым укором, будто это я виноват. Можно подумать, что её кто-то обижает. Конечно, ингемы могли и человека ужалить в случае опасности, яд у них был что надо: парализовал часов на семь-восемь в зависимости от веса. Но бояться их нечего, просто так они ни на кого не нападают.

Ингемы тем временем расползлись по Карине, один восседал на голове, второй умостился в руках, ещё двое оседлали плечи.

— Ирт, почему они не уходят? — дрожащим голосом спросила Карина, глаза у которой достигли такого размера, что анатомически это уже противоречило возможностям организма.

— Наверное, ты им понравилась.

В этот момент один из ингемов начал быстро крутиться у неё на руке, оставляя обвязку из нитей. Надо же. Редко они кого-то так жалуют.

— Это что? Только не говори, что они меня для чего-то выбрали, и я теперь обязана что-то делать. С яйцами, там, сидеть или крыс им ловить.

— Радуйся, это знак, что ты находишься под их защитой. Видимо, что-то им понравилось в твоей магии. Так они обозначают магов, которые им крайне приятны.

— И чем мне это грозит?

— Да ничем в общем-то, — задумчиво потёр я подбородок. — Понравилась ты им, вот и всё.

— А они меня точно не укусят? — жалобно спросила она.

— Нет. Теперь тебя вообще никакие ингемы не укусят, на тебе же обвязка. Ладно, вы тут разбирайтесь, а я спать.

Я демонстративно зевнул и вышел из её спальни до того, как она заметила, насколько сильно реагирует моё тело на её полуобнажённый вид. Завёрнутая в одеяло, она выглядела крайне соблазнительно.

— Ирт, подожди. Ты можешь, пожалуйста, завтра подробно рассказать мне о ваших опасностях, обычаях, привычках? Ты прав, я должна была просить сама.

— Конечно. Сразу после завтрака и займёмся. Лунной ночи.

— Лунной ночи, — ответила она.

Уснул я, едва голова коснулась подушки.

Глава 9. Карина

Происшествие с пауками выбило меня из колеи. Погладив мохнатые лоснящиеся тушки, я их с себя ссадила и легла спать.

— Пожалуйста, ночью по мне не ползайте, я этого очень боюсь.

Ингемы что-то прошуршали в ответ и смылись под потолок. Будем считать, что поняли.

Сон не шёл — видимо, выброс адреналина был слишком велик. Ирт прав: я легкомысленно отнеслась к своему появлению тут. Нужно было не только над женихами издеваться, но и вопросы задавать.

В итоге я всё-таки заснула второй раз, и больше ингемы меня не беспокоили.

Утром я проснулась в хорошем настроении, и пребывала в нём ровно тридцать секунд. Пока не открыла глаза.

Моя кровать за ночь была опутана многослойным пологом из паутины. По нему ползали пауки разных размеров: от спичечного коробка до тазика. Это если с ногами вместе считать.

Визг от ужаса увяз в горле, в кровь снова хлынул адреналин, и я попыталась со своей кровати сбежать в единственный оставленный мне проход или, скорее, даже лаз. Я шла к успеху, но у одеяла были свои планы на мой счёт. Коварно спеленав ноги, оно держало меня до тех пор, пока я не сползла с кровати. Кричать к тому времени уже было бессмысленно: я вспомнила, что это ингемы, и я им нравлюсь.

Видимо, экзотичные балдахины — это один из способов демонстрации чувств.

Увидев, что я проснулась, ингемы засуетились и спустились ко мне.

Воспользовавшись моим немым ступором, пауки начали по мне бегать и попискивать. От ужаса я закрыла глаза. Это оказалось правильным решением. Если сосредоточиться только на ощущениях, то было приятно. Можно назвать это почёсыванием. Такое вот своеобразное насекомое спа.

Вдоволь натоптавшись, ингемы расползлись в стороны и подставили свои бока. Видимо, это такой утренний сеанс взаимных ласк. Я сначала робко, а потом уже уверенно их погладила. Что поделаешь, другой мир, и крыс тут ловят другие котики-паукотики.

За братанием с членистоногими меня застала Эльва. Она сначала постучала, а потом ввалилась в дверь, но замерла у порога.

— Это что такое?

— Это я у вас спросить хотела!

Эльва исчезла в коридоре и через мгновение появилась с заспанным полуодетым Иртом. Он почёсывал крепкий рельефный живот и зевал.

Увидев мой новый балдахин, северянин замер с приоткрытым ртом.

— Доброго утра! Я вот хотела уточнить, как это понимать, — сказала я, но по взглядам собравшихся поняла, что ответа не будет.

Эльва убежала за Аренгором, отцом Ирта, а я села на постели, замотавшись в одеяло. Если так пойдёт дальше, с привычкой спать голышом придётся распрощаться.

Ирт потрогал паутину и усмехнулся.

Его родители прибыли спустя несколько минут, внимательно осмотрели спальню и обрадованно уставились на меня.

— Солнечного утра! Я о таком только слышал, сам не видел ни разу. По легенде, ингемов приручил маг, для которого они сплели ложе в лесу. Если память мне не изменяет, то он в равной степени владел магией Света и Тьмы. Думаю, что их привлекает именно это сочетание. Любопытно, конечно, — усмехнулся Аренгор. — Опасности в этом никакой нет. Если я правильно помню, то, сняв паутину, ты обидишь ингемов. И смысла в этом нет, скорее всего, они просто сплетут новый полог.

— Ясно. И что, я теперь королева пауков? — обречённо спросила я.

— Это вряд ли. Попробуй, может быть, они будут какие-то твои просьбы исполнять, — с сомнением протянул он. — А вообще, это хорошая защита. К тебе в кровать теперь мышь не проскочит, и муха не пролетит.

Хохотнув, он покинул мои покои, которые тут же стали местом паломничества для всех проживающих в клане. На меня смотрели с уважением и даже толикой восхищения, но зависти не было ни в одном взгляде. Из чего я заключила, что, может, ингемы у них и домашние паукотики, но спать под паучьим балдахином охотников не было. Что касается меня, я отнеслась к происходящему философски. Почему-то необходимость спать с ингемами пугала гораздо меньше, чем навязываемый брак.

Взяв вещи, я прямо в одеяле отправилась в ванную, оставив дверь в комнату нараспашку. Пусть ходят, это же их комната, я её занимаю временно.

Одевшись и приведя себя в порядок, я вышла из ванной и обнаружила Ирта. Он дал мне небольшой амулет на тонкой золотой цепочке. Выполнен он был крайне изящно и украшен небольшими красными камушками. Я красный цвет очень люблю, поэтому мне украшение пришлось по душе. Такой амулет можно носить просто в качестве подвески.

— Сожми и мысленно позови меня. Я пойму, что у тебя что-то случилось.

— Спасибо, Иртальт. За всё большое спасибо.

— Не за что, — подмигнул он. — Пойдём на завтрак, там уже, наверное, все в сборе.

Покинуть комнату самостоятельно мне не дали. Один ингем гордо расселся у меня на плече и на попытки ссадить его на паутину реагировал эмоциональным отказом. Пришлось идти есть в компании. У пирата на плече попугай, а у меня — Напугай. Я его так и назвала. Размера он был такого, что, сидя на краешке плеча, лапки растянул от локтя до шеи.