Осколки Северного Счастья

Моему внутреннему возмущению не было предела. Вот что им там, мёдом намазано? Другое дело охота — и развлечение, и прибыток, и тренировка навыков. А в путешествиях этих какой толк? Только все и будут пялиться и зубы скалить, что варвары приехали.

Хотя на Карину так никто смотреть не будет. Она по меркам остальных стран не просто красива, а невероятно привлекательна. В общем, пока не поженимся, никуда она не поедет. И потом не поедет. Разве что по территории клана. И только в моём сопровождении.

Слушая их щебетание на тему путешествий, я хмурился всё сильнее.

Сестра должна мне помогать, а не спеваться с Кариной. Так они до того договорятся, что вместе куда-то намылятся, тогда проблем не оберёшься!

— Мы должны поехать вместе! — радостно предложила Эльва. — А Ирт нас свозит. Да, дорогой? Он такой понимающий, щедрый, никогда не отказывает женщинам в их маленьких капризах.

Варлачья[i] задница! Кто придумал иметь дело с этой ирретовой девицей? Обе выжидательно уставились на меня.

— Это будет зависеть от обстоятельств, — ответил я и постарался перевести тему. — Карина, тебе нужно тренироваться.

— Иртальт, а у тебя есть карта вашего мира? Мне так любопытно!

— Хорошо, я покажу тебе потом.

— Дорогой, ну принеси сейчас! Я должна обязательно показать Карине, ну пожалуйста! — рыжая бестия уставилась на меня умоляющими глазами.

И вот что с ними делать? Проявить характер? Это может отпугнуть Карину. В самом деле, не сложно же карту принести. С другой стороны, я чувствовал, что стремительно теряю инициативу, и мне это ни иррета не нравилось.

— Кормак, иди найди Рельта, пусть принесёт нам карту Карастели и Северного Плато.

Тот пьяненько хихикнул и скрылся за дверью. Если мне повезёт, то его путь бесславно окончится у ближайшего кувшина с пивом, и до карт дело не дойдёт.

— Значит так, до тех пор, пока Карина не сделает сферу из своей силы, никаких посторонних разговоров, — строго сказал я.

Естественно, после этих слов сфера у неё получилась уже с третьей попытки. Затем они перешли на обсуждение моды, дизайна сапог и сумок с искривлённым пространством. Я беспомощно уставился на Конховара в поисках поддержки, но тот, кажется, вообще спал с открытыми глазами, даже подозрительно всхрапнул.

До конца занятия было ещё около часа, и я уже пожалел, что отправил за картами Кормака. Уж лучше разговоры о других странах, чем о шмотках.

Вот у меня двое штанов. Одни удобные, я их ношу. Вторые — запасные, если нужно первые постирать или починить. Не могу представить жизненной ситуации, в которой человеку старше трёх лет могло бы понадобиться больше, чем двое штанов. Карина сказала, что ей уже трое принесли, но этого мало, и она собирается ещё и в магазин ехать. Вот зачем? Купить четвёртые? Как вот этих женщин понимать? Зачем им четверо штанов? Даже если двое запачкаются, то вон ещё двое лежат, выбирай любые!

Конечно, четверо штанов не нужно. Другое дело касается топоров. У меня их больше двадцати, и я не упускаю случая купить новый, если он хорошо ложится в руку и имеет правильный баланс. Но это оружие и инструмент, от него практическая польза просто огромная. Конечно, я признаю, что не могу использовать сразу двадцать топоров, и ношу с собой только два. Однако в случае, если они сломаются или потеряются, то я всегда смогу сразу же их заменить из запасов.

Когда разговор коснулся сумочек, то я мысленно взвыл.

Мне хороший рюкзак с большим пространственным карманом отец подарил на пятнадцатилетие. Отличный рюкзак, его и барс уже драл, и ураган трепал, и медведь об дерево бил — ему хоть бы хны. Это же настоящее кощунство — пойти и купить другой, когда этот столько пережил рядом со мной! Помнится, мы сплавлялись по Грязной реке, так он весь пропитался её вонючими водами. И что? Высушил, и он стал лучше нового! Теперь ещё и лоснится на солнце. Пованивал, конечно, если намокал, но я зачаровал его хорошенько, и проблема ушла. Да, лямка у него немного надорвана, но не покупать же из-за этого новый? Я её крепко пришил красными, сверхпрочными нитками. Теперь издалека видно, что починено на совесть.

А эти? Накупят по пять сумок, а потом не помнят, где и что у них лежит.

У меня в рюкзаке с собой всегда месячный запас еды, запасные комплекты одежды для двоих и походное снаряжение. Вот это правильно и удобно. Вдруг на охоту надо ехать? У меня всё с собой, шагнул в портал — и при деле. А они? Собираться будут три дня, наберут ворох вещей, а на месте окажется, что из полезного с собой только носки. Зато зеркальце при себе.

Хотя вот Вельма у меня другая, она косантора, защитница клана.

Старшая сестра прекрасно ориентировалась в лесу и лагерь могла разбить при помощи одного ножа. Она многому меня научила. Да и охотится она не хуже многих мужчин.

А всё туда же. Как собиралась на юг, так сшила себе свадебное платье. Вот зачем оно, если подле каждого храма есть целая лавка с этими платьями. Приспичило жениться? Пришла, взяла какое подешевле — и всё. Почему подешевле? Так потому что практической пользы от него никакой. Надевают его один раз в жизни, смысл спускать целое состояние ради того, чтобы покрасоваться пару часов?

Но нет, сшила на заказ, потащила с собой. И пропала. Мы с отцом уже с ног сбились, с первыми весенними ветрами решили идти в Альмендрию, искать её, бедовую. Хотя она и прорицательница, и воительница, и лет ей уже немало, но мы от этого не меньше за неё волнуемся. Мать её тоже была прорицательницей, но сгинула же на просторах Минхатепа. Отец десять лет её искал, потом ещё пятнадцать отходил от этого всего.

И только много лет спустя женился на нашей с Иргольдом матери.

В дверях появилась Сильта, неся с собой два тубуса.

— Солнечного утра! Ирт, ты правда просил карты? Кормак едва на ногах держится, что-то лепетал про важное поручение и искал Рельта. Так их Аренгор с утра всех отослал на дальние рубежи! В замке одни старики и дети остались, да эти, с других кланов. Что происходит-то?

Сильта была моей тётей, сестрой матери.

— Солнечного утра, мам, — поздоровалась Эльва.

— Здравствуйте! Меня зовут Карина.

— Сильта, очень приятно. О тебе мы уже наслышаны. Так что, нужны карты?

— Да! Мама, представляешь, Ирт обещал нас с Кариной свозить в путешествие в Альмендрию!

Сильта перевела глаза на меня и вопросительно вздёрнула ярко-рыжие брови. Цвет волос у неё был просто огненный и даже с возрастом своей красочности не потерял. Этот оттенок и ярко-голубые глаза кузина унаследовала от неё. От отца ей достались кудри, курносый нос и красиво очерченные скулы.

Откуда взялась привычка радоваться и улыбаться — понятия не имею. У нас в семье за этим никто не замечен. Всем известно, что северяне люди суровые и серьёзные.

— Кхм. Я сказал, что, возможно, рассмотрю такой вариант. Будет зависеть от обстоятельств.

— Видишь, мама! Пообещал! — радостно воскликнула Эльва, чем окончательно испортила мне настроение. Теперь раззвенит от этом по всему клану, тогда и правда придётся везти, чтобы никто не сказал, что я своё слово не держу.

Я уже начинал задумываться о том, что гипотетический секс с женщиной не стоит стольких уступок и усилий, но кинул взгляд на Карину и снова вспомнил, как она шла ко мне по столу. Громко сглотнул и перевёл взгляд на Сильту.

— Давай сюда карты. Буду показывать им наш мир.

— Хорошо. Обед через два с половиной часа в большой столовой, — кивнула Сильта и исчезла в тёмном коридоре.

[i] Варлак — ящер, очень настырный, если кого укусил, то либо настигает жертву, либо умирает преследуя. Отделаться от него можно только убив.

Глава 7. Карина

Иртальт оказался потрясающе интересным рассказчиком. Сначала что-то вздыхал, ворчал, но потом вошёл в раж, и дальше оторваться было просто невозможно.

Итак, у них было всего три континента и очень, очень много воды. Одно полушарие почти целиком представляло из себя океан, на картах разной точности были набросками отмечены некоторые острова, судя по всему, необитаемые, не имеющие названий, а лишь порядковые номера.

Второе полушарие делили между собой три континента — Минхатеп располагался в южной части и был очень засушливым. Судя по карте, большая часть его была песчаной пустыней. Карастель, основной континент, по которому и был назван этот мир, делился между тремя государствами. Альмендрия была огромной вытянутой с востока на запад страной, занимающей большую часть материка. На севере континент был обрамлён горной грядой, и только в одном месте горы чуть отступали от Штормового моря, там находился Ковен, город-государство, принадлежащий магам. Именно туда чаще всего плавали торговые суда северян, этот город был к ним ближе всего.

Расположение Ковена по медиане соответствовало Сарканé, второму по значению городу Альмендрии. Далее на восток континент сужался, и после Итáри, третьего по размеру и самого западного города империи, шла граница с Шемальяной, небольшим государством, славящимся своими ремесленниками. Она располагалась на большом полуострове и была отделена от Альмендрии тонким перешейком. У них тоже имелся большой северный порт, где северяне закупали шикарные ткани. Но главной торговой точкой страны была столица Нейпа, находящаяся в Великой Бухте.

Континент, на который попала я, Северное Плато, был вторым по размеру. Он представлял собой огромную территорию с рваным южным краем и полностью скрытым в вечных льдах севером.

Плато было поделено между двенадцатью кланами, которые решали свои вопросы на общем Собрании, так что, можно сказать, у них тут была феодальная демократия. В Альмендрии и Минхатепе была монархия, в Шемальяне выборный пожизненный правитель, который не передавал власть по наследству.

Сначала Ирт рассказал о путешествии в Минхатеп. С его слов я воочию представила восточный базар, полный красок и запахов, кровавый рассвет в пустыне, загоны с упрямыми хищными варлаками, огромными ящерами, преследующими жертву до последнего. И, конечно, морское путешествие, за время которого солью и свежим ветром насквозь пропитывалось всё вокруг.

Как романтично! Желание поехать с ним и Эльвой возникло само и уже не проходило. В конце концов, этот Иртальт парень вполне приятный, а что при девушке, так это даже лучше. Особенно радовало то, что сальных взглядов он на меня не бросает и похотливых мыслей на мой счёт не лелеет.

В итоге на свидание я опоздала. Гербольт ждал меня в оранжерее, я же пошла в свою комнату, а когда он появился там спустя полчаса, накинулась на него с претензиями.

— Ты не пришёл! Как ты мог! Я так ждала!

— Что? — взревел он. — Я тебя час ждал в оранжерее!

— И откуда я могла это знать? Я же тут совсем нигде не была, кроме комнаты и столовой! Ты же такой умный, как ты мог не догадаться, что это единственное место, где я могу быть? — укорила его я. Да, чем беспардоннее лесть, тем проще её проглатывают такие мужики.

— Я же передал, что буду в оранжерее, — смутился он.

— Но ты не передал, где она находится. Гербольт! Ты просто уже всё понял и играешь со мной! — патетически воскликнула я.

— Что понял? — растерялся он.

Ох, не знаю, может он на ринге хорош или в охоте, но вот в плане бытовой дипломатии явно валенок валенком.

— Я приняла решение, когда только увидела тебя, — это правда. Решила мстить ему с размахом. — Но поклянись, что ты никому не расскажешь!

— Э, ну хорошо, — с сомнением протянул он.

— Я сделала выбор, Гербольт! Но сказать об этом никому не могу. Мы должны делать вид, что ничего не происходит, иначе помешают другие! Из всех мужчин здесь ты самый достойный! — достойный мести, конечно, но уточнять я не стала.

Гербольт повеселел и даже было потянул ко мне свои грабли, но нет. Не на ту напал.

— Гербольт, по традиции моего мира до свадьбы невеста не может допустить никаких прикосновений от мужчин, особенно от жениха. Это плохая примета. Настолько плохая, что уж лучше не жениться, чем так! — патетически воскликнула я, заламывая руки. Он, конечно, поморщился, сам уже бросал взгляды на кровать за моей спиной.

— В нашем мире таких предрассудков нет, — небрежно бросил он, посмотрев на меня с видом победителя.

— Прошу тебя, для меня это так важно, важнее всего. Никаких прикосновений до свадьбы, — с надрывом прошептала я.

— Ну ладно, ладно, только не реви. Я понял. Подожду уж, — он плотоядно ухмыльнулся, а меня внутренне передёрнуло.

— Вот список, Гербольт, — ласково улыбнулась я.

— Какой список? — не понял он.

— Того, что мне нужно. Я подумала, что ты такой щедрый и не откажешь купить мне самое необходимое? — я похлопала ресницами, преданно глядя ему в переносицу.

Он взял список и начал читать. Постепенно его брови ползли всё выше и выше вверх. Правильно, у меня там указано всё самое дорогое: и сумка с пространственным карманом, и отрезы дорогого шемальянского шёлка, и рубашки из тончайшего итарского кружева, и артефакт защиты, и артефакт-накопитель, и дорожный набор, и просто украшения, и особые сапоги из кожи паллеона, южной ящерицы, которая меняет цвет. Обувь из неё получается переливающаяся всеми цветами радуги и подходит к любому наряду.

К сожалению, пока это всё, что удалось вытянуть из Эльвы.

После обеда у меня будет прогулка с другим женихом, ему я выдам другой список.

Прочитав список, Гербольт стал тих и задумчив. Возможно, размышлял о том, нужна ли ему жена. Это хорошие мысли, верные. И он их у меня обязательно додумает до правильного итога, когда предоставит всё, что нужно, по списку. Сосудистая сеточка на его лице уже налилась синим и радовала глаз. Пожалуй, процентов на десять я ему уже отомстила.

На обед мы шли рядом, старательно не касаясь друг друга.

За столом уже было шумно и пьяно.

Быстро сориентировавшись, я села на свободное место рядом с Эльвой вместо того, чтобы занять место во главе стола, как на завтраке.

— Гербольт, ты достоин этого места как никто другой, — с придыханием сказала ему прежде, чем отсесть подальше. Пусть не думает, что меня от его рожи уже немного воротит, рано ему об этом знать.

Следующей жертвой моих планов я наметила того, что был с бородой до глаз. Помнится, за завтраком он что-то вещал о том, что любая девка была бы рада такому выбору. Вот за девку он мне сегодня и ответит.

— Всем приятного аппетита, — вежливо пожелала я и принялась за печёную рыбу.

Вкусно было очень, нежное белое мясо было подано в сочетании с грибным рагу и толстым лавашом бордового цвета. Ко всему прилагался острый зелёный соус и свежая зелень, по цвету похожая на синий базилик, но пахнущая совершенно иначе. Обед мне понравился. После магических упражнений аппетит был зверский.

Кстати, ложки тут были, но какие! Деревянные, с толстой ручкой. Для местного супа самое то, всё равно такую густоту хоть плоской лопаткой можно черпать.

— Как зовут вон того, с бородой до бровей? — шепнула я на ухо Эльве, утолив первый голод.

— Аренвольд из клана Хвойного леса, — хихикнула она в ответ.

Внешне он был похож на мужика, который кричал и настаивал на том, что моими прелестями должны наслаждаться все. Тем лучше, пусть расплачивается не только за свои, но и за клановые грехи.

Мужик пил много, но держался пока сносно. В бороде застрял кусочек рыбы, а усы были в грибном рагу, но кого смущают такие мелочи? Точно не меня на пути к мести.

— Скажи Ирту, чтобы спросил меня, с кем я буду гулять после обеда, — ткнула я соседку локтем.

Она о чём-то зашепталась с возлюбленным, а я налегла на лаваш. Такой свежий и даже ещё тёплый, на вкус почти совсем как наш. Кроме того, на столе обнаружились сладкие бордовые пироги. Им я тоже уделила пристальное внимание, поэтому растерялась, когда Иртальт громко спросил:

— Карина, с кем ты пойдёшь на свидание после обеда?

— С Хвойным лесом, — поспешила ответить я, прожевав.

За столом грянул хохот.

— Что прямо со всем лесом? — гыкнул кто-то.

— С каждым деревом?

— Каждый ствол обхватит, — упражнялся в остроумии очередной жених.

— Я, может, не из Хвойного леса, но ствол у меня есть, можешь обхватить его, — загоготал здоровенный детина, напоминающий рыжего Шрека. Кажется, он был из клана Красной реки, его ещё папочка активно сватал. Что ж, отлично, вот и первый кандидат на завтра определился.

— Ещё одно слово, Кджетил, и ты отправишься домой, — угрожающе рыкнул Иртальт.

Этот великан с необъятным животом сузил глаза и злобно посмотрел на Ирта, но отвечать не стал. Что там у меня ещё в списке есть дорогого? Всё купит, касатик раскормленный.

Мой план был прост: раз уж меня тут записали в дуры, работать не разрешают и принуждают к замужеству с каким-то варваром, то нужно им подыграть. Главное, никому ничего не обещать. А что до подарков, то будем считать это достойной компенсацией недостойного обращения. В конце концов, приютила, одела и накормила меня семья Иртальта, он же взялся заниматься моим обучением. Ему я благодарна и буду стараться отплатить добром. Остальным я не обязана ровным счётом ничем, и поступать с ними буду симметрично тому, как они поступают со мной. Например, тот тип с кривой ухмылкой, что намекал на вакансии в борделе, у меня тоже ещё попляшет.

— Я как-то в библиотеке нашла старую книжку с историей имён. Кджетил значит котелок, — доверительно сообщила мне Эльва. — Слова такого уже нет, а имечко осталось. Ему хорошо подходит.

Я тихонько фыркнула. Нет, такое имя я даже запоминать не стану, в конце концов, ресурс мозга конечен, его нужно беречь. Про себя можно его называть Котелком, а в глаза — могучим воином. Главное — не перепутать.