Осколки Северного Счастья

— А сколько лет вашим сыновьям?

— Иртальту тридцать три, а Иргольду двадцать восемь. Оба еще совсем мальчишки. Карина, давай договоримся. Я буду помогать тебе по мере сил, делиться информацией, оплачу нужные тебе покупки. Требование у меня только одно, и я его уже озвучил.

— Полагаю, что оно распространяется и на вашего младшего сына?

— Нет, отчего же. Насколько мне известно, Иргольд уже состоит в отношениях с очень достойной девушкой. Если он вдруг предпочтёт тебя, то мне останется только благословить ваш брак. Сомневаюсь, что это произойдёт, но мало ли как сложатся обстоятельства. Кроме того, времени, чтобы познакомиться, у вас не будет. Сегодня утром он уехал на границу наших земель, где требуется его присутствие. Свою подругу, кстати, он взял с собой, — мужчина развёл руками, показывая, что происходящее не в его власти.

— Ясно, спасибо за информацию. Вашим предложением оплатить мои покупки я воспользуюсь, только составлю список необходимого.

— Отлично, Карина. И предлагаю перейти на ты. Мы люди прямые, у нас не принято миндальничать и водить хороводы. Даже к старшему лучше обращаться свободно и прямо.

— Хорошо, я тебя поняла, — с трудом выговорила я.

— Насколько я помню, у вас с Эльвой и Иртом сейчас будут занятия по магии. Надеюсь, что вы с Эльвой подружитесь, она хорошая девчушка. В будущем станет достойной женой и матерью. Если будут вопросы, то ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь.

После его слов я посмотрела на его недавний запрет иначе. Он заботится о своём сыне. Об этой девушке, Эльве, тоже говорит с душевной теплотой. Видит их как хорошую пару и хочет убедиться в том, что я не помешаю одобренному союзу.

Воспоминание о том, как жадно и жарко смотрел на меня Иртальт, когда я вышла из портала, кольнуло изнутри. Так ли он любит эту свою Эльву, раз распустил слюни на меня? Впрочем, мне-то какая разница? Я за него замуж выходить не собираюсь.

Занятие магией проходило в большом пустом кабинете, куда меня проводила рыжеволосая (естественно!) девочка лет десяти. Я попыталась с ней познакомиться, но она застеснялась и припустила с такой скоростью, что мне пришлось почти бежать, чтобы не потерять её из вида.

Иртальт, Эльва и ещё четверо мужчин уже ждали меня внутри.

Самые сильные способности среди собравшихся были у Иртальта, на втором месте с большим отрывом шёл тот, кто оставил на мне синяк. Отлично, вот с ним и познакомлюсь в первую очередь. Остальные трое были ещё слабее. Среди них оказался парень, которого я сегодня отметила за столом, так как он не пил, не рыгал и не сморкался на пол. В общем, достойнейший молодой человек, хватай и беги.

— Итак, Карина, — хлопнул в ладоши мой учитель, — для начала немного теории. Существует шесть Основных стихий: Очищающий Свет, Абсолютная Тьма, Истинный Огонь, Живительная Вода, Первородная Земля и Изначальный Воздух. Когда эти стихии столкнулись друг с другом, то возникла жизнь. В каждой частичке мира она своя и стихия в ней своя или они перемешаны особенным образом. Только очень сильный маг способен коснуться Основной стихии, это порог, за который мечтают выйти все, но удаётся лишь единицами. Лично я этого сделать не могу, из знакомых тебе магов на это способен только Шаритон.

— Прикосновение к Основе — это очень мощная магия, настолько сильная, что способна открывать пути между мирами, изменять сущность вещей и даже наделять их разумом, — сказал приличный парень.

— Понятно. А давайте для начала познакомимся, а то мне совершенно неловко от того, что я не знаю, как к вам обращаться, — мило улыбнулась я тому, кто любит распускать руки.

— Я Гербольт из клана Северной звезды, мне шестьдесят семь лет, и я вполне созрел для брака, — самодовольно ответил он.

Неужели всерьёз считает, что я могу быть в нём заинтересована?

На вид ему было около двадцати восьми. Высокий, худощавый. Резкие, правильные черты лица, острый нос с горбинкой и россыпью агрессивно выглядящих конопушек. Он был похож на хищную рябую птицу. Глаза бледно-голубые, почти прозрачные, а цвет волос очень светлый, скорее пегий, чем рыжий.

— Я Доран, — приветливо улыбнулся парень, которого я отнесла к категории приятных. — Мне тридцать шесть, и я из клана Восточного берега.

Выглядел он едва ли на двадцать два. Округлое мальчишеское лицо с россыпью рыжеватых крупных веснушек, пухловатые щёки, курносый нос, огненно-рыжая масть. Движения у него были спокойные и плавные, сам он был высок, фигура приятная, чуть округлая. Таких, как правило, называют «здоровенный детина».

— Я Кормак из клана Просторных равнин, — пьяненько улыбнулся парнишка лет пятнадцати на вид. — Мне двадцать четыре, я единственный сын главы клана. Мы славимся самыми лучшими коровами на всём Плато, делаем сыры, айран, творог и сметану самую вкусную! Кроме того, мы выделываем кожу самого высокого качества.

Он блаженно улыбнулся, сверкнув щербатой улыбкой. Цвет волос у него был почти каштановый, а конопушки были рассыпаны по лицу так щедро, что покрывали его целиком, спускаясь вниз к шее. Кисти рук тоже были покрыты ими полностью, из чего я сделала вывод, что он конопат с головы до ног. Роста он был чуть выше меня, телосложения несколько субтильного. Видимо, за завтраком он перебрал лишнего, и сейчас растягивал губы в довольной улыбке, медленно моргая и иногда кивая в такт своим мыслям.

На Собрании кланов я его не видела, поэтому сделала вывод, что его прислали специально с целью меня охмурить. Пока что парень налаживал отношения только с выпивкой — видимо, дорвался.

Пятым в этой компании был настоящий богатырь. Вчера я видела несколько человек с выбритыми висками и грубыми косами, он был одним из них. Если честно, то выглядел он несколько устрашающе. На подбородке толстый шрам, нарушающий симметрию нижней губы, взгляд исподлобья, близко посаженые карие глаза смотрят из-под нависших бровей враждебно. Он много пил за завтраком, но выглядел абсолютно трезвым. Кожа на лице и шее у него была обветренная и грубоватая.

Фигура была такая, что любой бодибилдер бы позавидовал. Узлы мышц перекатывались под кожей, плечи были раза в три шире моих. Ладони крупные с толстыми волосатыми пальцами. Он был небрит, и было видно, как борода встречается с волосами на груди в вырезе светлой рубахи.

— Конховар, — низким голосом буркнул он.

Не дождавшись других пояснений, я перевела взгляд обратно на Иртальта.

— Приятно познакомиться. Я Карина Назарова из клана Большой Лужи, — серьёзно ответила я.

Иртальт хмыкнул и чуть дрогнул губами.

— Итак, Карина из клана Большой Лужи, продолжим обучение?

— Давайте я вам для начала расскажу о своём клане? — вдохновенно предложила я. — Истоки Большой Лужи, почитаемой моим кланом как сакральный источник живительной силы, уходят корнями глубоко в древность, в хрущёвские времена. Никто никогда не видел дна Лужи. Она непреложна и вечна, её невозможно ни засыпать, ни закрыть досками. Поколение за поколением вырастают люди в нашем клане, осенённые её благословением. Когда Лужа считает одного из людей достойным, она призывает его в себя, окропляя своими священными водами. Считается, что чем чище душа человека и светлее его помыслы, тем большей благодатью она способна его обдать. Чаще всего её милостью пользуются малые дети и просветлённые отшельники, презревшие кров и познавшие тайны бытия. Мы называем их бомжами.

Сдержать лицо было уже почти невозможно, истерический смех так и рвался наружу. Я уже по горло была сыта всеми этими кланами, браками, запретами и рыгающими мужиками.

Все, кроме Иртальта, смотрели на меня серьёзно, а пьяненький парнишка даже рот приоткрыл.

— Какой интересный у вас клан, — ответил Иртальт вроде серьёзно, но я заподозрила иронию. — Предлагаю вернуться к обучению магии. Чем скорее ты с ней освоишься, тем лучше для всех. Не хотелось бы собирать замок по частям, если ты потеряешь контроль. Итак, обращаться к силе можно напрямую, давая выход сырой магии. Так ты поступила вчера, ударив молниями. Это не очень эффективно, так как расходуется огромное количество энергии. Гораздо лучше концентрировать силу для использования заклинаний. Как правило, это набор слов, подкреплённый определёнными жестами.

— А какая у меня магия? Вы сказали, что бывают смеси.

— Да. Судя по виденному мною вчера — это Свет и Тьма.

— Разве такое может быть? — удивилась я.

— Да, сочетание может быть любым, хотя пары свет-тьма и огонь-вода встречаются очень редко.

— А какая магия у тебя?

— Преимущественно Свет с небольшой примесью Воздуха, — ответил Иртальт.

— И что делает Тьма? Это некромантия?

— Нет, Карина, Тёмные науки запрещены в нашем мире, и любой маг, их практикующий, подлежит казни или лишению сил. Некромантия непозволительна и истончает защиту мира.

— Что тогда делает Тьма?

— Многое. Например, заклинания слежения, наложения иллюзий, боевые. Ещё проклятия, контроль над чужим разумом и желаниями.

— А Свет?

— Лечение, очищение, прорицание. Боевые маги света тоже грозные противники, как правило в бою мы настолько ослепительны, что к нам сложно подобраться. Некоторые также владеют белым огнём, могут нагревать и обесцвечивать вещи и помещения.

— То есть я смогу лечить людей? — удивилась я.

Никогда у меня к врачебному делу склонности не было.

— В полной мере нет. Целительство — это, как правило, сочетание Света и Воды. Но ты сможешь делать некоторые вещи, например, очищать раны, прижигать, обеззараживать.

— Круто, — восхитилась я собой. — В смысле очень хорошо. И что надо делать?

— Для начала давай попробуем призвать твою магию так, чтобы ты её контролировала. Призови силу и сформируй небольшую сферу. Достаточно будет удержать её на несколько секунд.

Иртальт продемонстрировал мне маленькую белую бурю на ладони. Завороженная зрелищем, я коснулась её пальцами. Глаза у него округлились.

— Осторожно, чужая магия может нанести вред. Не стоит трогать, — запоздало предупредил он, хотя в маленькой буре не было ничего плохого или угрожающего, напротив, она ластилась ко мне.

Гербольт продемонстрировал ледяной шарик. Эльва свела вместе ладони, и на них крупными каплями сначала осела влага, а затем собралась в большой влажный прозрачный пузырь.

Я выставила ладони и попробовала сделать то же самое.

Молния сорвалась с рук и ужалила Гербольта. Упс.

— Извини. Совсем никак не могу это контролировать, — сказала я и жахнула его ещё разок. — Да что же такое, магия словно сама к тебе тянется!

Сделав виноватые глаза, я растянула губы в самой извиняющейся улыбке из моего арсенала, а затем поддала ему ещё раз. Что-то задымилось, запахло палёными волосами, а Гербольт вскочил на ноги, явно чем-то недовольный. Вот незадача, что же его так расстроило? Наверное, переживает, что у меня одна ягодица вся фиолетовая.

— Контролируй свою силу! — воскликнул он.

— Я пытаюсь! — честно ответила я и снова шарахнула его молнией, подпалив рубаху и разукрасив щёку синеватой сосудистой сеточкой.

— Ты издеваешься? — взревел он.

— Нет, что ты! Просто так и тянет к тебе, ничего не могу с собой поделать, — виновато ответила я, взмахнув ресницами. — Я такая неумелая. Можно я приглашу тебя на прогулку после занятия, чтобы как-то загладить свою вину?

Посмотрев на него с надеждой, я присовокупила свою самую очаровательную улыбку.

— Хорошо. А пока я лучше подожду снаружи, — с сомнением ответил он.

— Ты, наверное, обиделся на меня и теперь злишься, — грустно сказала я, прикусив губу.

— Нет, не злюсь.

— Точно злишься. Ты, наверное, подумал, что я совсем никчёмная. Это так обидно, — дрогнула я голосом и посмотрела на него осуждающе.

— В смысле? — растерялся Гербольт.

— Нельзя так с девушками, — едва ли не всхлипнула я. — Ты меня очень расстроил! И обидел!

Посмотрела на него с жалобным укором.

— Извини, я не хотел, — опешил он окончательно.

— Хорошо, я тебя прощаю. А теперь иди, — повелительно сказала я.

Нахмурившись, он встал и покинул помещение.

Улыбнувшись остальным, я продолжила занятие, сосредоточившись на задании. Маленькая шаровая молния у меня никак не получалась. Вместо этого наэлектризованные разряды били из ладоней во все стороны. Почему-то доставалось Конховару, хотя намерений ему досаждать у меня не было.

Глава 6. Иртальт

Карина издевалась.

То, как изящно она сначала подпалила Гербольта, а затем заставила его за это извиниться, произвело на меня впечатление. В её ужимки я не поверил, но нужно отдать ей должное: сыграно было мастерски. Эльва смотрела на это с открытым ртом, не отводя от Карины восхищённого взгляда.

Кажется, сестрёнка тоже догадалась, что Карина из клана Большой Лужи отнюдь не просто красивая картинка.

Вспомнив её пассаж про сакральный символ своего народа, я мысленно улыбнулся. Я догадался, что она иронизирует над нашей клановой системой. Интересно, кто такие бомжи? Неужели правда просветлённые люди, отринувшие всё мирское?

Тем временем занятие продолжалось.

Больше всего меня поразило то, с какой лёгкостью она коснулась моей магии. Такое могут сделать только брат и отец. Означает это лишь одно: я сделал правильный выбор.

По достоинству оценив её забаву, я пожалел, что не мог безнаказанно повторить её действия. Ничего, дождёмся поединков. Гербольт никогда не вызывал у меня симпатии, но теперь откровенно раздражал. Почему Карина решила пригласить на прогулку именно его? Поиздеваться? Или он ей действительно понравился? От этой мысли стало неприятно. Я наблюдал за сидящей передо мной девушкой, которой предстояло столько свиданий не со мной. Почему-то это злило.

Эльва крутилась на месте, изнывая от любопытства. Кажется, ей не терпелось познакомиться с Кариной лично. Надеюсь, что она помнит о нашем уговоре, иначе талиры ей не видать, как своих ушей.

— Расскажи мне, как работают порталы? — спросила гостья.

— Это сложная, многоуровневая формула заклинания, подкреплённая несколькими жестами. Опытные и сильные маги могут пользоваться сокращённой формулой, остальным, чтобы открыть портал, приходится наращивать силу постепенно. Портал закрепляет чары, поэтому входить в него нужно осторожно. Обычно этому обучаются в последнюю очередь, занимает это, как правило, пару лет. Первое время неопытный маг путешествует с наставником его порталом, затем под присмотром строит свой и заходит в него в сопровождении своего учителя. Затем ученик начинает делать свои первые порталы сам. На самом деле это занятие опасное, во время обучения выкинуть может куда угодно, поэтому у всех с собой недельный запас еды и оружие. Тем не менее, некоторые погибают. Либо оказываются слишком далеко, либо попадают в лапы ирретам.

— Погибают? — удивилась Карина. — Как же так?

— У нас опасные места, суровый край. Слабаки и недоучки погибают первыми. Поэтому женщин мы не учим ходить порталами. Тому несколько причин. Первая: у большинства банально нет на это сил. Вторая: мы ценим магичек и не рискуем их жизнями. Третья: после рождения одного-двух детей мать утрачивает свои способности, передавая их детям. Дальше она также может родить одарённого ребёнка, но здесь уже дело случая. Всё как с обычными женщинами, рожающими от магов. У ребёнка могут быть способности, а могут и не быть.

— В смысле женщина утрачивает дар? — возмутилась Карина.

— Она передаёт его ребёнку. Поэтому вокруг столько желающих на тебе жениться. Твой первенец будет очень сильным магом. Особенно, если есть способности у отца. Но даже если их нет, ребёнок унаследует магию от тебя.

Карина уставилась на меня так, словно я сказал, что ей отрежут ногу.

— Во всех мирах одно и то же, никакой справедливости, — протянула она. — Интересно, а с чем связан этот механизм утрачивания? Женщина во время беременности много чем делится с ребёнком, что-то не припомню, чтобы она утрачивала что-то ещё. Кроме нормального сна и права распоряжаться своим временем, конечно.

— Ты не любишь детей?

— Обожаю, но чужих и издалека. Желания становиться матерью у меня нет никакого. По крайней мере в ближайшие лет пятнадцать.

— Пятнадцать лет — это не срок, я и сам раньше детей не хочу, — кивнул я своим мыслям, а затем спохватился, насколько компрометирующе это прозвучало, и поспешил исправиться. — Магички живут довольно долго: даже утратив магию, ты проживёшь не меньше трёхсот лет. Поэтому пятнадцать лет туда-сюда это не особенно большой срок. Я вот тоже хотел бы сначала пожить для себя. Да, Эльва?

— Именно так, родной. Я тоже хочу детей лет через двадцать, не раньше. Обязательно хочу сначала побывать в Минхатепе, Альмендрии, Шемальяне и, конечно, Ковене, — мечтательно сказала сестра.

Да, эту присказку я слышал не раз. Многие из наших девиц давали согласие на брак только на таких условиях.

И вот чего им дома не сидится? Плыть до того же Минхатепа замучаешься, на корабле никаких развлечений, кроме игр да разговоров, ни охоту, ни попойку не устроить. Штормовое море расхлябанности не прощает, а в южных водах другие опасности — рифы и подводные коралловые острова. Плывёшь трезвый месяц, месяц торчишь на базаре, отгоняя от своих женщин назойливых минхатепцев, а потом ещё столько же обратно. И сплошные разговоры-разговоры. Ну вот что их так в этом прельщает?

— Да, мне известно о твоих желаниях, дорогая, — дипломатично ответил, мысленно добавив, что безмерно рад тому, что не мне их исполнять.

— О, я бы тоже так хотела посмотреть другие страны! — с энтузиазмом ответила Карина. Что? Какого иррета? Ты пока ещё эту даже из окна не видела!