Помоги проекту - поделись книгой:
Но в это же самое время в другой повести другие сущности начинают обживать Муми-дол, из которого уехали мумии-тролли. Все вспоминают, как в Муми-доле было хорошо, и пытаются туда переселиться. Филифьонка туда идет, местный домовой, который решает, что он и есть главный предок, и, глядя на себя в зеркало, вступает сам с собой в медиумическое общение. Хемуль, который помнит, как в Муми-доле было когда-то хорошо. И крошечное существо по имени Банка (Хомса Тофт) тоже очень хочет вернуться, все время вспоминая про Муми-дол перед сном. И все они сходятся в Муми-доле. И вот дальше начинается печальная история Муми-дола, населенного не муми-троллями.
Что они делают с этим Долом? Они пытаются его поддержать в человеческом состоянии. Они варят кофе, они в общем-то не устраивают там никакого особенного разорения, но дом все равно остается нежилым, потому что назначение половины вещей просто непонятны этим чужакам. И главное, что делать несчастным людям в счастливом доме? Они в основном только ссорятся там. Вот комод, вот кровать, вот камин, вот запасы, вот кофе, но почему-то этот запах кофе никого не веселит. Сошлись никому не нужные, эгоистические существа, которые не ладят друг с другом и не могут наладить свою жизнь. Им врозь плохо и вместе плохо.
Именно поэтому мы с таким наслаждением воспринимаем финал, когда муми-семейство возвращается и Банка, самое грустное и маленькое существо из всех, ловит канат. Оказывается, что даже вечному страннику Снусмумрику совершенно нечего делать в Муми-доле. Он всегда немножко гордился, всегда ставил себя немножко выше муми-троллей: вот они наедаются иголок и ложатся спать, а я – вечный странник, я вижу мир. Но без них даже пять нот не приходят к нему, он ничего не может сочинить. И страшно выглядит лес, в котором растет какая-то огромная, болезненно разросшаяся, тронутая первым морозом брусника, мясистые холодные листья. Снусмумрику неуютно в этом лесу, и впервые, уходя в странствие, он чувствует себя неспокойно и возвращается. Мир, в котором нет муми-троллей, символов уюта, этот мир бессмыслен.
И они возвращаются и кидают носовой фалинь. Никакое странствие во внешний мир не заменит дома. И мы опять чувствуем прежний уют, запах кофе, опять Муми-мама со своей сумкой носится по дому и готовит печенье, или пирожки, или несчастные оладьи. Муми-тролль опять влюблен во фрекен Снорк и опять ладит для нее качели. То есть Туве Янссон одарила нас под конец светлой надеждой, и мы, конечно же, будем надеяться.
Алиса в стране взрослых и детей
Хочу вам сразу сказать, что терпеть не могу «Алису в Стране чудес». Я прочел ее еще в детстве и был страшно разочарован. Потому что знал ее в основном по пластинке, пластинка была с песнями Высоцкого и в общем нравилась в основном этим. А когда прочел книгу, то я совершенно ее не понял и в этом смысле не продвинулся до сих пор. Потом мне объяснили, что так и надо, и суть заключается в том, чтобы ничего не понимать. Потом я прочел «Алису в Зазеркалье» и понял, что это уже полный бред, окончательный. И вот к нынешнему времени я сам себе выработал какую-то картину мира, в которой Алиса хоть сколько-то понятна. Но по большому счету это не более чем моя собственная фантазия.
Я глубоко убежден, что понять эту книгу способен либо английский ребенок XIX века, которым мы не станем никогда, либо очень взрослый человек, сильно продвинутый в английской истории, и во всяком случае, в английской системе ценностей, иначе невозможно понять, что рассказывает Мышь, вылезшая из моря, и так далее. Поэтому я хотел бы для начала обратиться к вам – детям. Скажите, нравится ли вам «Алиса»? И почему вам нравится эта книга?
Еще детям обычно нравится беспорядок. Ну, потому что ребенок ненавидит порядок, его заставляют постоянно этот порядок наводить, все класть на место. Поэтому в мире, где все находится не на месте, где царит полный беспорядок, ребенку очень хорошо. Даже если бы кто-то захотел навести порядок в «Алисе», у него бы ничего не получилось. Потому что сама идея порядка в этом мире смешна.
Представь, что находишься в этом мире, ведь он удивительно убедителен. Кажется, что ты попал в какое-то страшное, но знакомое место. Больше всего похожее на что? На наш сон, наш ночной кошмар, ведь главная примета кошмара – подробная прорисовка деталей при общей неясности целого. И вот это очень хорошо поймал Кэрролл, с которого вообще началась литература абсурда, начался Кафка и все русские упражнения на эту тему, в частности весь Хармс. Кэрролл был первым автором, который понял, что логику сна можно воспроизвести в художественном произведении.
В общем, какие-то основные координаты этого мира, его правила мы наметили.
Во-первых, это мир, в котором царит тотальное отсутствие логики; во-вторых, мир, в котором вы не имеете никаких прав и все на вас орут; и, наконец, в-третьих, это мир жестокий. Мир постоянного всеобщего недоверия, подозрительности, агрессии. И даже Чеширский Кот, наиболее симпатичный персонаж в этой сказке, обладает огромными зубами и когтями. И даже улыбка Чеширского Кота обнажает именно эти зубы, так что ничего особенно приятного в ней нет.
Бегло вам напомню обстоятельства появления этой сказки и биографию ее автора. Льюис Кэрролл вопреки постоянным утверждениям, что он не писатель, как раз был профессиональным писателем и помимо «Алисы» написал несколько семейных романов, довольно много стихов, очень много всяких абсурдистских зарисовок и несколько замечательных логических загадок.
Что касается остальных произведений Льюиса Кэрролла, в частности его семейных романов, литературная ценность их невелика. Так получилось, что самым известным его текстом стал случайно сочиненный, и надо заметить, что в жизни так бывает почти всегда. Самый большой успех вам приносит то, что вы делаете без какой-либо установки на успех и вообще между делом.
Действительно, Льюис Кэрролл по основной своей специальности математик, специалист по евклидовой геометрии, по математической логике. Именно поэтому ему так легко удается алогичный, сдвинутый мир: математическая логика так сильно надоела в остальное время, что в литературе он позволяет себе полностью от нее отказаться и создать тотальную путаницу.
Четвертого июня 1862 года – эта дата считается днем рождения абсурдистской литературы – Льюис Кэрролл с тремя дочками своего декана поехал кататься в лодке. Известно, что положение Льюиса Кэрролла на факультете было довольно зыбким, и вообще, он был человек чудаковатый, поэтому любое слово дочек декана, хотя и друзей дома, было для него законом. Кэрроллу чудовищно хотелось спать, день был очень жарким. Дочка декана, Алиса Лидделл, стала требовать, чтобы Кэрролл рассказал ей сказку. Кэрроллу больше всего хотелось, чтобы дети от него отвязались, и он начал им рассказывать любую чушь, лишь бы они заснули, но дети засыпать совершенно не хотели и все время требовали продолжения. Кэрролл с отвращением, под палящим солнцем, стал придумывать всю эту ерунду. Детям эта ерунда так понравилась, что они заставили Кэрролла ее записать, переплести, подарить им, сделали к ней иллюстрации, а потом и некоторым взрослым захотелось, чтобы сказка была издана. Три года спустя, потому что еще год они Кэрролла уговаривали и еще год рисовались картинки, в 1865 году «Приключения Алисы в Стране чудес» появилась как книга и тут же завоевала невероятную популярность.
Вы будете смеяться, как смеюсь я сам, для меня это совершенный абсурд, но это самая переводимая английская книга. Ее переводят больше, чем Шекспира, ее цитируют примерно так же часто, как Библию. Она превратилась в источник цитат, отсылок, паролей. Это любимая книга всех английских детей, и либо английские дети на своей овсянке совсем рехнулись и сильно отличаются от нормальных, либо в этой книге действительно содержатся такие высоты и глубины, которые нам совершенно недоступны.
Мы можем с вами в общих чертах представить, почему Алиса попадает в этот абсурдный мир. Что с ней случилось в самом начале? Она в очень жаркий день заснула, и все дальнейшее происходит во сне. Абсурд начинается с одной, казалось бы, незначительной детали. Мимо Алисы бежит Белый кролик. В этом еще нет ничего необычного, поскольку белые кролики в британской сельской местности бегают мимо кого угодно.
А что же, собственно, происходит дальше? Чем этот кролик не совсем обычен? У него часы, на которые он в ужасе смотрит и говорит: «Ах, я опоздаю к Герцогине!» Он все время сокрушается о судьбе своих ушек и усиков, которым угрожает расправа. Он бежит к Герцогине, при этом он постоянно теряет очень нужные ему предметы, как то веер и лайковые перчатки. И Алисе, естественно, становится интересно, что у кролика такие странные атрибуты, и она проваливается за ним в кроличью нору.
Дальше начинается типичное описание сна, я надеюсь, что никто из вас не прослеживает момент своего засыпания, обычно отрубаешься в тот момент, которого не чувствуешь, и это прекрасно. Но вообще-то первая фаза сна очень напоминает падение в глубокий темный туннель. Дальше уже начинаются сны, но обычно сон, если кто-то помнит, начинается с такого сердечного перебоя, с момента падения, и Алиса действительно падает в очень глубокую вертикальную нору. При этом, падая, она успевает думать.
Дальше время начинает причудливым образом растягиваться. Вообще мы все помним, что во сне время течет не по обычным законам. Пока Алиса падает, она успевает взять банку с полки. Банка пуста, но на ней написано «Апельсиновый мармелад». А самое удивительное, что она боится бросить банку вниз, потому что успевает краем сознания понять, что может банкой кого-то зашибить. Что она делает с банкой дальше? Ставит её обратно на полку.
Она продолжает падать мимо всех этих бесконечных ящиков и еще почему-то думает, что сейчас попадет в Австралию, пробьет Землю насквозь.
Алиса думает: «Я уже падаю 6000 миль, интересно, на какой я долготе и широте», а что такое широта и долгота, она не знает, но звучание этих слов ей очень нравится.
То есть она во сне сохраняет все обычные черты британской девочки, мало что понимающей, но очень гордой собой.
Под конец она приземляется и дальше видит, как часто бывает во сне, двери и ключ.
Сколько было толкований, сколько всего написано про эти ключи и двери, вы себе не представляете! Потому что, как всякий сон, «Алиса» вызывает желание постоянно ее разъяснять, искать какие-то ходы к подсознанию автора.
Естественно, ключ не подходит ни к одной двери, потом Алиса видит самую маленькую дверку, она открывается, но пролезть туда она не может.
А дальше начинается то, чем Алиса и занимается на протяжении всей сказки – она начинает менять размер. Почему это так, мы поговорим подробнее потом, потому что кажется, это как раз единственное, что я понимаю.
Когда Алиса велика, она, рыдая, умудряется наплакать целое море слез. Почему, кстати, она плачет? Она вспомнила свою любимую кошку Дину и думает: «Ох, я, наверное, никогда не увижу свою Дину! А не забыли ли налить ей молока?» Она начинает рыдать, потом, уменьшившись, она начинает плавать по морю собственных слез. Причем рядом с нею плавает мышь.
Мышь, промокшая, как мышь. И это одна из типичных кэрролловских шуток.
Попытки заговорить с Мышью приводят к тому, что она постоянно обижается. Дальше рядом с Мышью начинают плавать невесть откуда взявшиеся очень грязные птицы и звери.
Вот здесь автор и, собственно, читатель утрачивают всякую нить происходящего и не понимают, что будет дальше. Дальше им как-то удается выплыть на берег и начать сохнуть. И Мышь говорит: «Я знаю одну осушающую процедуру». И для того, чтобы они начали сохнуть, вероятно со скуки, она начинает им, как бы по книжке, рассказывать историю Вильгельма Завоевателя. Она цитирует учебник, причем цитирует его очень глупо, не понимая смысла. Она говорит: «Вильгельм Завоеватель нашел это разумным». – «Что он нашел?» – спрашивают ее. «Нашел это», – отвечает мышь. То есть здесь перед нами обнаруживается тотальная бессмыслица взрослого мира, школы, учебника, завоеваний и так далее.
Естественно, никто от этого не сохнет, и они выбирают другой способ – начинают бегать по кругу, но в этом беге не может быть победителя, поэтому Алиса награждает всех, а ей вручают наперсток.
Дальше идет несколько совершенно безумных диалогов, и через некоторое время Алиса видит дом Герцогини, около которого стоят два лакея. Один похож на рыбу, второй похож на жабу, оба кудрявые и когда их кудри смешиваются в поклоне, то их различить невозможно.
Она видит передачу приглашения на крокет, и все собираются к Герцогине на крокет, но что это будет за крокет, никто пока еще не знает.
Потом она попадает в кухню…
Поделиться книгой: