Путь Кочегара IV

— Детей в пещеры уведите, ученики. Сейчас же.

— Но… — начал было я.

Меня подтолкнула вперед Бхоль:

— Не время для бесед, господин. Исполняем приказ настоятеля!

Глава 7

Мы побежали к Юному Облаку, во дворе которого уже собирались мои обычные слушатели. Где-то позади, в дальней части территории Ордена послышались глухие разрывы.

— Настоятель велел спрятать детей в пещерах. Скорее! — прикрикнула Бхоль на растерявшихся караульных.

Возникла некоторая заминка, но вскоре мы начали выводить юниоров наружу не без помощи воспитательниц. Очередь напуганных детей растянулась в сторону крутых уступов, ведших ко входу в подгорные чертоги. Младшая группа могла преодолеть не все пролеты, так что мы с воспитательницами встали под ними и принялись передавать детей наверх. Юниоров в Ордене было примерно пару сотен, так что нам пришлось потратить некоторое время, чтобы все они добрались до пещер. Караульные отправились первыми в подземелья, дабы расчистить путь от многоножек. Мы уже относительно недавно проводили зачистку, но неизвестно как далеко придется бежать.

— Ты! — услышал я голос сбоку. Лучи закатного солнца осветили неизвестного в темных одеждах, который явился тем же путем, что и убийца Минга. Из-за маскировки утверждать точно было сложно. — Ублюдок, ты поплатишься!

— О, точно он, — хмыкнул я. — Сати, я займусь им.

— Будьте осторожней, господин…

Бхоль поднимала последних детей наверх. Со стороны Главного Облака доносились крики и звуки активной битвы. Громыхали огненные взрывы, гремела сталь. Я направился к диверсанту, который стоял на одном из уступов.

— Посмотрим, насколько ты силен в честном поединке, Ублюдок Ли! — проговорил он агрессивно.

Ниндзя двинулся в мою сторону, скача по уступам и камням. Я вспомнил свой опыт битвы с Акито и послал кочеранг ровно в тот момент, когда противник находился в воздухе. Враг заблокировал мое оружие клинком, но раздавшийся хлопок серого огня и сила удара отбросили его в сторону.

— Бездна Орока! — выкрикнул враг, не сумев попасть на уступ.

Сделав несколько кульбитов и грохнувшись о торчащие камни, ниндзя скатился в пропасть и вскоре исчез среди темных облаков. Истошный вопль врага растворился среди звуков горного сражения.

— Кочегар Ли, — поправил я, вернув оружие в ладонь. — Честного поединка ты не заслужил, убийца детей.

— Господин Кон! Скорее! — крикнула Сати.

Всех детей удалось загнать в подгорное убежище. На Юное Облако уже начали заходить солдаты врага. Я понесся в сторону входа, запрыгивая с разбегу на высокие уступы. Барьерная аура помимо прямых атак защищала и от обычных ушибов немного.

— Здесь никого нет! Найдите мелюзгу! — услышал я командный окрик, когда мы запирали за собой дверь.

— Может, нам следовало остаться и помочь Ордену? — уточнил я у Сати.

— Наше задание — позаботиться о детях, — хмуро проговорила Бхоль. — Мы должны отвести их подальше и защитить!

Мы принялись спускаться по узкому коридору и вскоре вышли в пещеры, созданные многоножками. Караульные успели увести юниоров на приличное расстояние. Вскоре мы нагнали основную толпу. Ученики ордена сражались с двумя многоножками, вышедшими на запах свежей добычи. Брошенный кочеранг раскроил голову одной твари, вторую добили орденцы. Среди троих учеников двое имели небольшим щиты и стандартные клинки, один владел длинным копьем. У юниоров тоже имелось оружие: младшие сразу же получали нож в ножнах по приходу в Орден. Дети учились им владеть и заботиться об оружии. После перехода на ступень Новичка юниоры меняли оружие на короткий меч. Если оружие младшей группы можно условно сравнить с танто, то подросткам вручали вакидзаси. Они являлись уже юными воителями, некоторые умели пользоваться духовной энергией. Однако против многоножек или опытных практиков им было бы непросто сражаться.

— Вперед! — скомандовала Сати и двинулась первой вглубь тоннелей.

Лучи фонарей из амулетов и слабо фосфоресцирующий мох разрезали подгорную тьму. У детей не было духов-партнеров, так что они шли за нами неуклюже, постоянно спотыкаясь. Из прохода сбоку неожиданно выскочила многоножка и напала на детей. К счастью, юниоры старшей группы не испугались и вступили в бой, отрубив ей несколько конечностей. Все время забываю, что здесь в общем-то растят воинов, а не беспомощных монахов.

— Пригнитесь! — скомандовал я.

Дети присели, и я метнул кочеранг. Оружие врезалось в сегменчатое тело и нанесло серьезную рану, чуть не перерубив надвое. Подоспевшая Сати довершила разгром, разрубив многоножку. Мы продолжили отступление, уничтожая все на своем пути. Вышедшая к строю серая многоножка ранила одного из учеников, но он продолжил сражаться.

Мы старательно продвигались вперед, выискивая какой-нибудь безопасный проход. Вот только в глубине подгорных пещер обитали не менее свирепые монстры, чем напавшие на Орден враги. Многоножки становились все суровее и суровее.

— Ворота пали! Ворота пали! — мимо нас на бешеной скорости пропрыгали два малых духа, которые следили за сохранностью входа в подземелье.

— Отрыжка хургла! — ругнулся я. — Ищете безопасное ответвление. Ученики — следите за многоножками, мы встретим налетчиков!

Мы с Сати двинулись в конец колонны. С нами туда же направились юниоры старшей группы, которые решили прикрыть младших. Толку от подростков без серьезных сил и экипировки было немного. Но хоть что-то.

— Вот и беглецы! — раздался алчущий крови голос.

Мы с Сати встретились с противником в приличных размеров каверне, в которой валялась пара туш многоножек, убитых нами в прошлых заход. От их тел остался лишь хитиновый каркас.

Фонари малых духов высветили выходящих из узкого прохода супостатов. Первым показался представитель Ордена Заката в бронзовых паровых доспехах с любопытным здоровым мечом-пилой в руках. За ним на свет вышел неодоспешенный практик в темных одеждах, на которых выделялась метка в виде головы животного серого цвета. В полутьме было непросто различить, кого именно. Также мы увидели пламетворца в доспехах с красной дланью, которая нам с Сати была хорошо известна. Очевидно, Кровавый Харудо тоже решил принять участие в налете.

— Найдите мелкую поросль облачников и изведите под корень! — скомандовал закатник строго.

— Отлично! Для развития Дао будет раздолье! — облизнулся человек со звериным гербом.

— Так значит, Орден Заката явился не один? Позвали на помощь банду Серого Лиса и Кровавого Харудо! — процедила Сати презрительно. — Вы просто жалкие потухшие трусы! Мы уничтожим вас всех до единого!

— Молись о быстрой смерти, девка. Не то твоя участь будет незавидной… — произнес закатник. — В бой!

Мой кочеранг разрезал воздух. Я направил оружие в наименее защищенного. Хотя Барьером владело большинство врагов. Серый Лис вдруг распространил вокруг себя серую хмарь — походило на прием учеников школы Ткачей Пепла. Однако кочеранг нашел свою цель. Раздался хлопок от огненного разрыва. Лис не успел убраться с дороги, хоть и постарался скрыть свое присутствие.

Я призвал кочеранг, и на обратном пути оружие задело лезвием краснодланщика. Жаль в снаряде не осталось духовной энергии, так что он лишь нанес неглубокую рану, пробив серый Барьер. На пути атакующих выросло препятствие из серого огня — Бхоль использовала свой особый навык. Закатника сковало на некоторое время, но его подельники бросились вперед. Я насчитал пятерых противников из передового отряда, а из тоннелей доносились звуки шагов новых врагов. Похоже, за нами отправили немаленькую группировку.

Мы с Сати отошли чуть назад, заняв позиции в более узком проходе. Иначе нас бы просто окружили. Зазвенела сталь. Кочеранг мелькал с высокой скоростью, отражая одну атаку за другой, либо пытаясь найти уязвимое место в обороне врага. Сати не отставала, орудуя клинком словно заправский фехтовальщик.

Хмарь развеялась, и тот самый лис, в которого попал мой кочеранг, обнаружился на полу пещеры. Удар пришелся ему в шею. Один из закатников принялся методично поливать меня огненными копьями, однако воронка относительно легко принимала удары. При этом мне удавалось восполнять немного потраченной энергии.

Удачно воткнутый кочеранг и проведенный Разрез нанесли одному из врагов чудовищную рану в груди. Один краснодланец больше не боец. Закатник с мечом-пилой немного продавил Сати, пройдя вперед. Видимо, он не ожидал от меня особой прыти, поэтому открылся. Кочеранг преодолел разделявшее нас небольшое расстояние и нашел слабо защищенное место в доспехах сбоку от шеи. Раздался серый хлопок огня, брызнула струя крови. Закатник быстро отпрыгнул назад. Жаль, что его прикрывали союзники. Рана серьезная, но если сразу обработать, то он точно выживет.

Нас с Сати давили, не позволяя продвинуться вперед. Девушка обзавелась несколькими ранами, меня тоже потрепало. Удачно отклонив выпад копья щитом-воронкой, я бросился вперед и отсек кисть Рекруту стремительным ударом. Вторым ударом успел воткнуть лезвие ему же в живот. Однако затем на меня насел свежий закатник в доспехах. Вскрывать эти консервные банки было всегда непросто.

— Здесь есть обход! — донеслось откуда-то из глубины тоннелей.

Я выругался про себя. Многоножки действительно создали здесь разветвленную сеть тоннелей. Даже шахты копать особо не требуется. Однако мы с Сати сражались на пределе возможностей. Ни секунды не оставалось на то, чтобы выключиться из боя.

— Гя-уш!!! — заверещал где-то сзади Чебуль, который быстро слинял с моего плеча, как только началась заварушка.

— Нет! — донесся девичий писк.

— Попалась! — налетчик обошел нас сбоку и схватил одного из юниоров.

Бросив назад краткий взгляд, я понял, что из всех детей не повезло Хане. Воин Кровавого Харудо приставил клинок к ее горлу. Все взрослые были скованы сражением, а юниоры не знали, что предпринять.

Рубанув по ноге врагу, я улучил время и развернул амулет:

— Злодни, бой!

Белый луч разрезал пещерный сумрак и ударил бандита прямо в лицо, пробив серый Барьер. Раздался крик полный боли. Юниоры атаковали врага, вонзив в него свои клинки с разных сторону. Однако он успел чиркнуть по шее Хане.

Я еле успел выставить щит, развернувшись обратно к наступающим врагам. Меч-пила пробил воронку и оставил зарубку на клешне.

— Сати, отойди назад и прикрой проход! Помоги Хане. Я справлюсь!

Девушка кивнула и без слов бросилась к колонне. У меня не осталось времени на то, чтобы оглядываться назад, но я слышал звуки битвы и с той стороны. Кажется, Сати вместе с Юниорами принялись отражать нападение сбоку. Где-то в глубине ученики отчаянно сражались с лезущими многоножками.

— Хургл зовет нас в этот проход! — донеслось до меня. — Здесь тупик!

— Быстро в тупик! — скомандовала Сати. — Несите раненых!

По всей видимости, юниоры начали нести потери. Все же им сложно было противостоять опытным воителям высоких ступеней. У меня не было никакой возможности им помочь. Сделать дополнительный вдох и то казалось достижением. Двое противников, один из которых был Бойцом, наседали на меня, а другой дежурил сзади, ожидая, когда проход расширится и он сможет нормально подобраться. Дальше латали свои раны те налетчики, которых успели покромсать мы с Сати. Если их не добить, все наши старания пойдут насмарку.

Я решился на несколько сумасбродный план. Как только третий противник немного отвлекся, я нырнул рыбкой между двумя противниками и перекатился. Клинки врагов лязгнули в миллиметре от моей кожи, задев Барьер. Не снижая темпа, я распрямился и побежал вперед. Остановившийся помочь союзнику третий здоровый противник получил кочерангом в голову. Лезвие пробило череп. Не останавливаясь, я ударил и раненого в шею, пробив артерию. Кровь брызнула фонтаном.

— Стой! Ублюдок! — донесло сзади от относительно здоровых врагов.

Но я побежал вперед, старательно добивая всех раненых на своем пути. Бил в основном в голову или шею. Мало кто из вышедших из боя мог оказать мне сопротивление. Кочеранг собирал свою кровавую дань, сверкающие частички души заволокли пещерный лабиринт, освещая лучше всякого прожектора. Мне в спину прилетел тяжелый клинок, брошенный одним из нападавших. Не только я умел метать оружие. Впрочем, меч воткнулся неудачно. Барьер погасил большую часть энергии удара.

Покончив с ранеными, я не стал разворачиваться на преследующую меня парочку, а бросился в боковой проход. Тот самый, который враги использовали в качестве обхода, чтобы выйти на колонну сбоку. Сердце бешено колотилось, глаза застилал кровавый туман. Однако ноги исправно несли меня вперед.

И вскоре я выскочил к перекрестку, на котором Сати с юниорами отчаянно отражали атаку небольшого отряда налетчиков из разных группировок. Тут были и закатники, и лисы, и краснодланцы. Стараясь не поднимать шума и не снижая темпа, я ворвался сзади и всадил кочеранг в голову одному из воителей, пробив паровой шлем. Он и пискнуть не успел. Однако огненный хлопок и звук удара насторожил соседа. Воин развернулся, но все-таки он не ожидал, что враги подоспеют сзади, взяв их в клещи. Кочеранг удачно вонзился в район подмышки и разорвался с глухим взрывом.

Минус два. Сати с юниорами, увидев подмогу, усилили натиск, и противники начали пятиться. Проблема была в том, что за мной все еще следовали двое изначальных налетчиков. И как бы уже меня самого не зажали в клещи с двух сторон.

Отбив выпал духовным Щитом, я бросился вперед, пригибая голову и прыгая по неровному полу пещеры. Миновав одного из повернувшихся ко мне врагов, я вонзил кочеранг в поясницу тому, кто стоял спиной, оттолкнул его в сторону и покатился вперед. Одно из копий врага чиркнуло по голове, опалив багровым огнем и пробив Барьер. Но на такие мелочи в ходе боя внимания особо не обращаешь.

Я соединился с нашим строем, сумев вывести из боя нескольких целых противников и добив раненых. Мой план удался.

Юниоры падали одни за другим, да и Сати выглядела неважно. Как и я наверняка.

— Отходим к проходу! — скомандовал я.

Мы отошли с перекрестка в сторону тупика, куда отвели всех юниоров. Последний оставшийся на ногах ученик-караульный также двинулся к нам, таща на хвосте пару многоножек. Он нырнул в ответвление к нам, а многоножки столкнулись с налетчиками. Что позволило нам слегка передохнуть. Ученик рухнул на пол — его грудь и живот были исполосованы глубокой раной. Юниоры принялись спешно врачевать пострадавших, сооружая перевязочный материал из одежды и пользуясь данным нами и учеником Бальзамом. Мелких учили обрабатывать раны с первых лет обучения, так что за них можно было не переживать. Некоторые, конечно, испугались, впали в ступор или истерику, но большинство, особенно из старшей группы, смогли взять себя в руки и помогали как умели. К сожалению, я заметил тела нескольких юниоров, которые источали маленькие светлячки — искры частичек души. Им помочь не смогли.

— Пока они не добили многоножек — нападаем сбоку! — скомандовал я.

От одного из противников налетчики уже избавились, но все равно воевать на два фронта было непросто. Сати удачно сковала одного из противников искрами, и я быстро избавился от него, воткнув кочеранг в голову.

— Прикройте! — приказал я юниорам и Бхоль.

Забравшись на уступ, я бросил кочеранг в сторону двоих практиков, которые сражались с последней многоножкой. Удара сзади они не ожидали. Оружие глубоко вошло в спину одного из воителей. По пути назад мой кочеранг чуть не схватил какой-то безумный закатник, но оружие лишь звякнуло о его железную перчатку.

Противников стало значительно меньше. Многие из них получили различные ранения, да и ци истратили. Я охотно подставлялся под каждый удар огненной стихии, парируя духовные удары воронкой. Мой резерв тоже просел, но понемногу удавалось восстанавливать ци. У Сати дела были хуже. Она переключилась на обычное фехтование, используя лишь один Барьер. Потратилась значительно. А ведь ей еще температуру в котле доспеха приходится поддерживать.

Одним за другим я выбивал врагов то навязывая скоростной ближний бой, в котором с кочерангом мало что могло сравниться, то совершая мастерские броски на дистанции. Юниоры получали раны разной степени тяжести, но мы не могли приказать им отсиживаться в сторонке. Без них нас бы сразу смяли, да и не послушались бы нас юные воины. Они сражались за свою жизнь и за жизнь товарищей.

Под конец остатки отряда, который отправили за нами в подгорные катакомбы, осознали, что потеряли преимущество в мощи. Часть сражались до последнего, а парочка лисов вознамерились удрать. К счастью, брошенный кочеранг нашел свои цели. Одного Бойца-закатника в доспехе, похожем на Стальной кулак, мы ковыряли довольно долго. Но в итоге Бхоль удалось пронзить его сердце, пробив броню Разрезом. Гаденыш, поняв, что ему конец, применил технику Последний Жар. Мы спешно убрались подальше, но взрыв в таком замкнутом пространстве все равно жахнул нехило. Обрушился потолок и один из проходов полностью завалило. На некоторое время у меня пропал слух. К счастью, мы успели отойти на безопасную дистанцию, и никого не придавило камнями. Ну а в этом лабиринте имелись другие ходы, ведущие к базе.

Битва внутри пика Грозового Облака завершилась, подгорье затихло. Лишь стоны раненых, шепотки юниоров, да далекое шебуршение поедающих камень многоножек разрезало сгустившуюся гробовую тишину.

Пещеры были полны летающих частичек души, которые неплохо развивали Дао. Дикие духи слетелись на пиршество, пожирая тела. В разных местах валялось духовное оружие и покорёженная броня. Упавшие камни повредили многие паровые доспехи. Часть выгорели из-за вырвавшей на свободу горячей стихии из котла. Хотя чужая броня, как и оружие — спорное усиление. Придется долго и муторно переделывать под свое ци. Лучше новые доспехи использовать или никакие, чем чужие. Но для начала следует пережить нападение.

Глава 8

— Ищите зелья исцеления, добивайте врагов! — скомандовала Сати.

Раненых среди детей было много, а запасы Бальзама подошли к концу. Юниоры и единственный выживший ученик собрались в тупике с единственных выходом, который охранял десяток юниоров. Сати подыскала им копья и другие длинные оружия, коими было удобно бороться с многоножками. Вглубь мы идти не собирались, но твари еще могли припереться на запах или шум.

Многие припасы, как и мы, практики хранили в огненном измерении. К счастью, у одного из поверженных нам удалось найти сумку с целебным Бальзамом горного уровня. Мы с Бхоль быстро обработали раны, помогая друг другу с перевязкой. Большую часть лечебной мази отдали юниорам. В одном из углов я обнаружил расплавленные останки золотого медальона, внутри которого уже не было духа поддержки. Похоже, осталось от того закатника в дорогой броне. На пару золотых покатит, должно быть.

Вдруг где-то поодаль раздался мощный взрыв. Казалось, всю гору тряхнуло. С потолка посыпалась крошка, только улегшаяся пыль снова поднялась.

— Братья и сестры сражаются… — произнесла Сати, сжав кулаки.

— Да, — кивнул я и огляделся.

Юниоры неплохо устроились в закутке. Орденцы из старшей группы дежурили в проходе, ощетинившись разнообразным колюще-режущим оружием.

— У меня еще есть силы, поэтому я пойду — покидаю немного кочеранг сверху. Может Харудо удастся выцепить. А ты выполняй приказ настоятеля.

Я развернулся, однако Сати схватила меня за край орденского одеяния, которое зияло многочисленными прорехами:

— Вы никуда без меня не пойдете, господин Кон!

— А как же юниоры?

Сати осмотрела ряды защитников. Один из юношей почти одного со мной роста проговорил:

— Мы справимся с блудными многоножками. Ступайте и как следует наподдайте негодяям!

— Сидите тихо и никуда не высовывайтесь, — кивнула Сати и передала одному из парней свой орденский медальон. — Келстигнусс, позаботься об освещении.

— Слушаюсь, хозяйка… — ответил дух безрадостно.

У мелких не было контрактных духов, так что они не могли нормально осветить все пещерные закоулки.

— Старший Брат Ли, только обязательно вернитесь! — проговорила бледная Хана, сжимая перемотанную шею.

— Разумеется!

Мы с Сати оставили юниоров в пещере и двинулись обратно, петляя по мрачным коридорам, полный пирующих диких духов, которые старались не упустить ни одной частички души. Чебуль побежал за нами, иногда останавливаясь по пути. Как и люди, звери тоже могли поглощать искры.

Самочувствие мое было скверным. Многочисленные раны, обработанные мазью, предательски ныли, усталость давала о себе знать. Впрочем, Сати вымоталась еще больше. Девушка порой запиналась в полутьме, с трудом переставляя ноги. Ее, конечно, не стоит пускать на передовую, но как прикрытие может быть полезна. Я планировал занять какую-нибудь позицию и метать кочеранг сверху. Оставалось надеяться, что облачники еще держатся. Воевать в одиночку против целого Ордена и пары банд даже для Сумасшедшего Ли чересчур.