Настоящая фанатка. Умертви грех

Мягко отодвинув Дейрдре в сторону, Киаран приблизился к неунимающемуся Дуву, сжал правую руку в кулак со всей силы ударил юношу по лицу. Но Дув не почувствовал боли. Он отшатнулся, сплюнул кровь, сочащуюся из разбитой губы и продолжил:

– Ну давай! Избей меня! Что, хлестать меня розгами уже неинтересно? Может тогда ещё раз сунешь мне в рот свой мерзкий хер? Или боишься, что я его тебе откушу? Ты вправду думаешь, что можешь запугать меня? Можешь сделать мне ещё больней? Да нихрена ты мне не сделаешь!

Святой отец занёс руку для нового удара, но что-то во взгляде и речи Дува его остановило. Вместо этого он разочарованно протянул:

– Столько лет. Столько лет ты был смирением во плоти. Молча учился, работал, принимал всякое наказание. Я думал, что вырастил из слабого щенка умного и почтительного юношу. Думал, что выбил из тебя дьявольщину, которую даровала тебе твоя шлюха мать. – Голос Киарана стал ниже, он наклонился, чтобы их с Дувом глаза оказались на одном уровне: – Но это у тебя в крови. Ты мерзкий отброс. Молись господу, чтобы твои услуги всё так же были нужны в том доме, в котором ты работал все эти годы. Как только ты станешь им ненужен, я отвезу тебя в лес и оставлю на той же поляне, где и подобрал. А пока прикуси свой грязный язык и не смей оскорблять звуком своего голоса слух инквизитора за ужином. Иначе к утру окажешься в сточной канаве. И никто… Никто не будет удивлён твоей кончине.

Всё это время Дейрдре стояла позади Киарана. Она зажала уши, не желая слышать ни его, ни Дува, она почти перестала дышать от страха. И когда пресвитер взял её под руку и повёл прочь, она безвольно поплелась за ним, даже не обернувшись.

***

Во время ужина за столом царило молчание. Даже когда инквизитор читал молитву, его губы, казалось, двигались беззвучно. Но Дуву вовсе не было дела до этого, он смотрел на то, с каким трудом Дейердре держит ложку, как медленно подносит её ко рту и морщится от боли, когда ей приходится жевать жёсткое мясо.

После ужина, когда и Киаран, и его гость покинули приют, девушка вызвалась помочь убрать со стола, и Дув не стал её прогонять. Теперь настала его очередь терпеливо следить за тем, как Дейрдре неуклюже полощет тарелки, а после, как только девушка в полной уверенности, что сделала свою часть работы, удалилась в комнату, перемывать всё заново.

Он постелил ей в их старой спальне, на кровать напротив. Дуву хотелось быть с ней как можно дольше. Хотелось хотя бы помечтать, что они вместе, как раньше. Пускай завтра его снова побьют, пускай придётся петь в холодной часовне, пусть отец Киаран снова отхлещет его за неаккуратный почерк… Лишь бы Дейрдре и Эбигейл ждали его у растопленного камина.

Несколько часов он лежал без сна, ворочаясь. Дув вслушивался в дыхание Дейрдре, пытаясь понять, уснула ли она. Дейрдре заговорила первой. Тихо, словно боясь его побеспокоить, она прошептала:

– Мне страшно возвращаться.

– Так не возвращайся. Мы можем попросить инквизитора защитить нас, нужно только рассказать, как Киаран обращался со мной… Со всеми нами…

– Но, Дув, он заменил мне отца… Я не могу его ослушаться. – Она всхлипнула, – Он прав, у меня скверный характер. Я должна усмирить себя… Должна.

– Нет! – Дув сел на кровати, – Нет! Твой муж плохой человек! Отец Киаран плохой человек!

– Не говори так! – Шёпот стал громче, Дейрдре ужаснули слова Дува, – Не смей! Он защищал нас! Он воспитал нас! Он даль нам кров, еду, возможность жить! Без него мы бы оба умерли ещё в лесу. Замёрзли бы насмерть…

С улицы послышался шум, возле часовни вспыхнули факелы. До слуха Дува донеслись громкие мужские вскрики, будто охотник загонял зверя. Затем свет резко погас: нечто огромное заслонило собой окно так, что даже звуки стали звучать глуше. Тёмный туман просочился в комнату сквозь толстое стекло. Он стелился по полу, заползал в каждый уголок. Постепенно туман стал гуще, он взвился столбом к потолку и опал, оставив в центре комнаты высокую женскую фигуру.

– Ведьма! – Дейрдре жалобно заскулила, натягивая на себя шерстяное одеяло.

Дув же не смел говорить, он сразу узнал эту женщину. Казалось, он понял, что это она ещё тогда ещё, когда мистический туман только подобрался к окну.

– Ведьма? Хм… Интересно, – бледная кожа женщины, отражала далёкие всполохи света факелов. Она медленно наклонилась к Дейрдре, почти касаясь её кончика носа губами, и вдохнула, – От тебя пахнет смертью. Так сладко. Я могу помочь тебе. Только попроси. Хочу, чтобы ты попросила.

Голоса стали ближе, мужчины поняли, куда делась добыча.

– Но сейчас нет времени. – Безумная госпожа повернулась к Дуву, – Мне нужно спрятаться. Ты так славно прислуживал мне. И мне нравится, как пахнет твоя кровь.

– Что ты хочешь? Ты убьёшь нас?

Женщина подошла к его кровати, забралась с ногами и нависла над Дувом, глядя присмиревшему от страху мальчишке в глаза.

– Нет, не хочу. Мне интересно, что будет дальше.

Тонким пальцем она отодвинула одеяло, ещё одно, Дув почувствовал, как холодная рука касается его бедра и опускается всё ниже. И вот вместо руки по его ноге ползёт нечто напоминающее огромную крысу, а госпожа исчезла, вновь растворившись в тумане. Крыса заёрзала в ногах, добрела до щиколотки, а затем снова начала двигаться вверх. Она остановилась у внутренней стороны бедра, и Дув ощутил, как её острые зубы одним резким движением впились в кожу, но не прокусили её. Юноша понял, что одно неверное движение, одно неверное слово, и крыса вгрызётся в его ногу.

Тут же в комнату ворвался инквизитор. Держа наготове заряженный арбалет, он ткнул им сперва в Дейрдре, а затем в Дува. С острия болта на пол капала густая бордовая жидкость. Инквизитор осмотрел потолок и жестом указал вошедшему следом Киарану проверить под кроватями. Упав на колени пресвитер провёл перед глазами факелом.

Крыса начала медленно сжимать челюсть.

– Что случилось? – Дув старался изобразить сонный хриплый голос.

– Не задавай глупых вопросов! Лежи смирно и не смей лгать! – Отец Киаран поднёс факел к лицу мальчика слишком близко, так что волоски на бровях оплавились, – Мы ищем демона.

– Мы спали и ничего не слышали. – Жар щипал глаза, но Дув не смел отодвинуться.

– Она могла укрыться в подвале или на крыше, здесь есть тёмные места? – Инквизитор опустил арбалет, – Ей нужно где-то спрататься от солнца. До рассвета не так много времени.

Продолжая переговариваться и рассуждать вслух, в какую щель мог заползти демон, мужчины ушли. И только когда их голоса исчезли в отдалении, крыса отпустила Дува и соскочила с его кровати на середину комнаты. Откинув одеяла, мальчик осмотрел ногу. Но бедре виднелись красноватые бусины крови, но её было совсем немного. Крыса облизнулась, села на задние лапки и начала умываться.

– Если вы поможете Дейрдре, я спрячу вас от солнца. И от инквизитора… Вы согласны?

Но крыса не удостоила его ответом. Она вгрызлась в старые доски, проела себе ход и исчезла под полом.

– Ты хотел заключить сделку с… д… – Дейрдре не договорила, у неё не хватало смелости произнести это слово, настолько она была напугана.

– Послушай! Я помогу тебе любой ценой. Я не позволю тебя снова увезти.

– Но я должна вернуться, Дув. Я была плохой дочерью. Позволь мне быть хорошей женой…

– Ди! Приди в себя! Я не узнаю тебя… ты словно сломана. – Подбородок Дува задрожал, его глаза наполнились слезами.

Перебарывая боль, девушка спустила ноги на пол и заставила сделать себя несколько шагов. Она медленно опустилась у кровати Дува, положила руки на его щеки и вытерла слёзы:

– Господь, ты прав, ты прав…

Дува больше не беспокоил неприятный запах, исходивший от Дейрдре, он обнял её и уткнулся носом в плечо, продолжая плакать. Тёплая ладонь мягко гладила его по волосам, но внимание Дейрдре было приковано к маленькой дырочке в полу. Ей казалось, что там в темноте поблёскивают два блестящих красных глаза. Что крыса внимательно следит за ней и ждёт её.

Выхода нет

Тени и румяна оставили на наволочке грязные чёрные и розовые полосы. У Сью не хватило сил умыться перед сном. Она уснула сразу, как девушки вернулись в комнату. На соседней кровати спала Индия, она накрылась сверху подушкой и натянула на голову одеяло, так что его не хватило, чтобы закрыть ещё и ноги. От плаката над её кроватью осталось едва заметное потемневшее пятнышко. Сью вспомнила вчерашний концерт и лицо Ричарда. “Он совсем другой на сцене. Почему он мог бы быть таким же со мной?” – девушке вдруг захотелось ещё разочек взглянуть на него. Она открыла верхний шкафчик тумбочки и потянулась к конверту с фотографиями. Сейчас они казались лишь отголосками прошлой жизнью, Сью с трудом припоминала, о чём думала, когда делала эти снимки.

В коридоре послышались торопливые шаги. Сью спрятала фотографии обратно в конверт и убрала его на место. Она едва успела задвинуть шкафчик, когда в комнату влетела Мисти. Ещё на пороге она набрала воздуха, чтобы в свойственной для себя манере заголосить очередные невероятные новости. Но, покосившись на спящую Индию, Мисти тихонечко выдохнула, прокралась к Сью и села рядом.

– Говори уже, – забавное поведение соседки вызвало у Сью лёгкую улыбку.

– Возле душевых повесили объявление, – Мисти шептала, но делала это так громко, что Индия недовольно заёрзала на кровати, – Студентам из второй группы запрещено покидать территорию колледжа!

– Что? Это законно? – Сью удивилась слишком громко, и в следующий момент в неё полетела подушка, а недовольная Индия плотней завернулась в одеяло.

– Ну… – протянула Мисти, – Они вроде как не запрещают, просто указали, что если вам всё же нужно уехать, то вам придётся оформить академ и вернуться только в следующем году… То есть это по сути не отчисление даже, но приятного мало.

– Это всё есть в объявлении?

– Ага, оно длинное, там ещё что-то про то, что нас ждёт беседа с детективом и напоминание, что в колледже работает психолог. Его двери всегда открыты. Но, знаешь, я как-то не особенно доверяю психологии. Она выглядит, как выдуманная фигня. – Мисти закатила глаза.

– То есть в доску Уиджа ты веришь, а в настоящую науку нет? – Из-под одеяла высунулась недовольная Индия, она так же, как и Сью не успела смыть макияж, но в её случае не было большой разницы между только что нанесённой косметикой и той, с которой она успела поспать.

– Психология? Наука? – Мисти фыркнула, но встретившись с грозным взглядом Индии, смолкла и виновато потупилась.

В дверь деликатно постучались, а затем сразу же низкий мужской голос просил:

– Дамы, вы одеты? Это детектив Винчестер, мне нужно задать вам пару вопросов.

Мисти прыгнула к шкафу и тут же начала подбирать наряд, она прикидывала одно платье за другим, взглядом спрашивая у Сью, какое лучше. Индия же не дала ей шанса переодеться, она рывком села на кровати и закричала:

– Всё в порядке, мы готовы, входите! – А затем ехидно улыбнулась и подмигнула раскрасневшейся Мисти.

Мисти в панике накинула на плечи куртку Индии и попыталась придать себе непринуждённый вид. Всё это время Сью думала, что растёкшаяся по вискам подводка не поспособствует хорошему первому впечатлению, но как-то исправить это она не успевает. В последний момент, когда дверь уже начала открываться, Сью решила хотя бы пригладить волосы, чтобы хоть чуть-чуть выглядеть аккуратней.

Детектив Винчестер оказался внешне весьма необычным для детектива. Во-первых, что бросалось в глаза, он был индейцем. Во-вторых, он был довольно молодым и красивым мужчиной. При его виде брови Мисти от удивления поползи вверх, но когда из-за спины детектива вышел Рори, Мисти смутилась и опустила взгляд в пол. Индия с наслаждением наблюдала, как Мисти готова сгореть со стыда. Сью же больше волновал детектив, в памяти всплыл долгий допрос, который ей устроил Грег, и у девушки не было никакого желания переживать всё это вновь.

– Доброе утро, дамы, – мужчина старомодно поклонился и тут же добавил: – Прошу прощения, я думал, что вы одеты.

– Всё нормально, сейчас же не викторианская эпоха, – Индия откинула одеяло, оказавшись в одной майке и трусах. Ей доставило удовольствие наблюдать за детективом, который тут же отвернулся к стене.

Рори же недовольно скривил губы, поднял одеяло и бросил его обратно Индии:

– Хочу напомнить, что подобное поведение недопустимо в стенах колледжа имени Махарба Де Парадайз.

Сью чувствовала себя всего лишь зрителем на этом спектакле абсурда. Она так и не успела раздеться, и теперь сидела на кровати в том же, в чём вчера ходила на концерт. Жалела лишь о том, что одежда помялась и выглядела неопрятно.

Детектив вновь повернулся к девушкам, он бегло взглянул в лицо каждой. Сью стало не по себе от этого холодного взгляда, она поняла, что мужчина относится к ним, как к подозреваемым.

– Моё имя Деймон Винчестер, я расследую смерть Лизы Вайнер. – Он достал блокнот и сразу же сделал несколько записей, – Не буду спрашивать, слышали ли вы об этом, все мы знаем, как быстро разносятся сплетни по общежитию.

Мисти прикусила нижнюю губу, с тех пор как в комнату вошёл Рори, она старалась держать спину ровно и потому замерла в неудобной позе, словно испуганная ящерица.

– Спрошу, в каких отношениях вы состояли с погибшей. Мисс Вайт?

– В таких отношениях, – Индия снова легла на кровать, допрос её совершенно не волновал, как и посторонние в комнате, – Что только что узнала её имя.

– Хорошо, – Деймон вновь что-то записал, – Тот же вопрос к вам, мисс Берри.

– Пару раз пересекались в коридоре и столовой. Мы даже ни разу не разговаривали.

– Мисс Хоп?

Стыдливо заправив влажные волосы за ухо, Мисти ответила, не поднимая взгляд:

– Поскольку она соседка Нарциссы, я старалась не встречаться с ней в коридоре лишний раз.

– Вы говорите о мисс Хьюз, верно? – В ответ на вопрос детектива, Мисти кивнула. Деймон черкнул что-то в блокнот и продолжил: – Я так полагаю, что у вас с мисс Хьюз сложились напряжённые отношения. Вы пытались как-то навредить ей или её репутации? Возможно, распускали слухи или…

– Нет! Нет! – Мисти замотала головой, – Ничего такого! Мне просто не хотелось находиться в её компании и всё.

– Я понял. И, последний вопрос на сегодня. – Деймон обратился сразу ко всем девушкам: – Где вы были вчера целый день, дамы? Мисс Берри, вашу машину видели уезжающей рано утром, сразу после обнаружения тела Лизы Вайнер, а вернулись вы только поздно ночью.

Подруги замолчали, Мисти не могла побороть смущение, а Индия попросту не хотела отвечать. Когда молчание стало подозрительным, начала говорить Сью:

– Мы ездили на концерт группы “Бледный Граф”, у нас есть билеты.

– Концерт начался утром и растянулся на целый день? – От пристального стального взгляда детектива, Сью забыла, как дышать, ей казалось, он читает её мысли.

– Мы хотели подготовиться к концерту, прогуляться по магазинам, поесть мороженного, покататься по городу. Это же не противозаконно? – Увидев, что Сью впала в ступор, Индия переключила внимание на себя, – У нас в соседней комнате вообще-то человек умер, как вы думаете, насколько сильно нам хотелось находиться рядышком с трупом? У меня вот чуть паническая атака не случилась! Я очень мнительная! Мне нужен был воздух! А девочки в коридоре шептали, что убийца бродит где-то рядом, я чуть с ума не…

– Я понял. – Деймон захлопнул блокнот, заставляя не в меру разговорившуюся и явно переигрывающую Индию замолчать. – Благодарю за сотрудничество. На сегодня на этом всё, но хочу предупредить, что в ближайшие дни вас, возможно, пригласят для личного допроса. Доброго дня!

Как только Рори закрыл за собой дверь, и девушки остались в комнате одни, Мисти подскочила и набросилась на Индию:

– Ты ненормальная?! – Она размахивала руками, пытаясь вцепиться соседке в волосы, но Индия легко сдерживала миниатюрную девушку. – Что теперь подумает обо мне Рори?

– Может, ты ему в таком виде наоборот больше понравишься! – Смеясь Индия вдруг притянула Мисти к себе, обхватила ногами и резко перевернула на спину, а сама уселась сверху: – Девочка, тебе бы поучиться драться, ты же такая беззащитная. Остыла?

– Да, отпусти…

Освободившись, Мисти обиженно надула губы.

– Ну извини… Впрочем, если ты и правда ему нравишься, ему должно быть без разницы, как ты выглядишь, – пошла на примирение Индия, – А если нет, то он не стоит твоих нервов. И вообще, сохни лучше по Брендону. Она же гораздо симпатичней, чем этот.

При упоминании Брендона Мисти снова смутилась, а Сью закрыла лицо руками, до вчерашнего дня она и не представляла, как соскучилась по нему и по Ричарду, и по остальным участникам группы.

– Кстати, – Мисти сняла куртку и аккуратно положила её рядом с Индией, – У тебя нет ещё одного плаката? А то без него комната выглядит скучно.

– Не-а. Но я что-нибудь придумаю, как только эта свистопляска кончится и нам снова разрешат свободно гулять по городу.

– Да, об этом! – Мисти ринулась к шкафу, чтобы одеться, – Мне нужно позвонить адвокату. Не хочу больше встречаться с этим детективом неподготовленной. Он какой-то жуткий.

– Постой, – засобиралась Сью, – Я пойду с тобой, хочу позвонить отцу.

– Наконец-то мне дадут поспать! – Индия завернулась обратно в одеяло и стала похожа на огромную мягкую гусеницу.

Быстро переодевшись, Мисти и Сью бесшумно покинули комнату, Индия к тому моменту уже видела седьмой сон.

***

В главном кампусе пахло мокрым ковром и смесью разнообразных освежителей воздуха, которые, видимо, использовали, чтобы перебить неприятный запах, исходивший от ковра, но только лишь подчеркнули его. Сью уже закончила разговор с отцом и ждала, когда наговорится Мисти. Девушка оживлённо жестикулировала и всё время переспрашивала. Чтобы не стоять у неё над душой, Сью села на один из диванчиков.

Телефонный разговор с отцом вышел сухим, Сью не хотелось тревожить его лишний раз, а потому рассказывать ей оказалось нечего. Она упомянула соседок, пожаловалась, что не может выбрать профильные предметы, поэтому её расписание перегружено и на прочие бытовые мелочи. Отец же рассказал, что нынче в отеле много гостей и что Алекса уехала из города почти сразу же вслед за Сью, передал последние сплетни Хопвилла, и на этом темы для разговора иссякли.

Закончив свой звонок, Мисти нашла взглядом задумчивую Сью и жестом поманила за собой к выходу.

– И что тебе сказал адвокат? – Свежий воздух улицы тут же унёс прочь все воспоминания о душном холле кампуса.

– Всеми силами содействовать расследованию, но не путаться под ногами. – Мисти свернула в сторону столовой, – Давай зайдём, купить чего-нибудь. И Индии возьмём.