Настоящая фанатка. Умертви грех

– Ещё хоть слово, и я запру тебя в шкафу на все выходные! – Прорычала Индия, накрывая голову подушкой и подтаскивая к лицу одеяло.

– Одна из учениц найдена мёртвой! – Мисти выдержала паузу и зловеще добавила: – Прямо в своей кровати!

Сон как рукой сняло, Сью резко села на кровати и опустила на пол ноги, готова сорваться с места, чтобы увидеть всё своими глазами. Но окончательно проснувшись она поняла, что у неё это вряд ли получится. Скорей всего зеваки, слетевшиеся на шум, просто не дадут ей даже по коридору пройти.

– Кем она была? Мы её видели? – Голос из пересушенного горла звучал низко и скрипуче.

Мисти тут же подскочила к своему столику и налила для Сью воды из графина.

– Вроде её звали Лиза… или Алиса, или Евангелина? Неважно. Она была соседкой Нарциссы. На той просто лица нет! Сидит бледная, лицо в цвет волос!

По непонимающему взгляду Сью, Мисти прочитала, что та не знает девушку с таким именем, и ей пришлось уточнить:

– Та полненькая блондинка, которая таскается за Рори!

– А-а-а… Та хамка! – дошло наконец до Сью, – Бедняжка…

Увлёкшись болтовнёй, девушки не сразу заметили, что Индия откинула в сторону подушку и теперь лежит, почти не моргая глядя на потолок.

– Ты такая жутка иногда! – Мисти передёрнула плечами.

Всё так же не моргая, словно ящерица, Индия перевела на неё взгляд, заставив Мисти тихо пискнуть от страха и спрятаться за спиной Сью. Затем Индия встала, прошлась по комнате, взлохмачивая непослушную копну волос руками. Резко остановилась и начала собирать разваленную всюду косметику в сумку:

– Собирайтесь! Живо! Если хотим попасть на концерт, надо делать ноги!

– Но я даже не успела причёску сделать… – жалобно протянула Мисти.

Но Индия проигнорировала её, обращаясь к Сью:

– Тебе ли не знать, что ещё немного и всех начнут вызвать на допрос, который может продлиться хоть до завтра! Шевелись!

Коротко кивнув, Сью открыла дверцу шкафа, выловила шёлковую бежевую рубашку, бриджи и длинный джинсовый жакет. Ей казалось, что в этом она будет максимально незаметной в толпе.

Пока соседки собирались, Мисти глупо хлопала глазами и только когда поняла, что её сейчас оставят в комнате одну, спохватилась и, не сумев выбрать что-то одно, схватила сразу кучу своих нарядов и начала пытаться запихнуть их в чемодан.

– Они у тебя всё равно все одинаковые! Пошли уже! – Индия сцапала вырывающуюся Мисти и выволокла её из комнаты прямо в пижаме.

Порыскав взглядом, Сью нашла на стуле косуху, схватила и набросила её на Мисти, когда они уже бежали к парковке. Хоть куртка и принадлежала Индии, она ничего не сказала против.

На улице царило оживление: всё больше и больше студентов тянулись к их общежитию, пытаясь засунуть свою любопытный нос куда поглубже. Девушек почти никто не замечал, так что они быстро достигли цели. Всю дорогу Сью опасалась, что выезд может быть закрыт, но напрасно. На парковке и вовсе было почти пусто. Только Рори стоял у одного из свободных мест. И Сью бы вовсе его не заметила, если бы не тихий шёпот Мисти:

– О нет, я же совсем ненакрашенная! – она втянула голову в плечи и прикрыла лицо курткой, – Чего он тут стоит?

– Без понятия! – Сью бросила на парня короткий, лишённый интереса взгляд и подтолкнула соседок в сторону своей машины, – Залезайте скорей.

– Наверно, ждёт кого-то? – Не унималась Мисти, она забралась на заднее сиденье и теперь не скрываясь наблюдала за своим любовным интересом.

Воспользовавшись, что её внимание отвлечено, Сью завела машину без помощи ключей. Индия удивлённо вскинула бровь, но опять же ничего не сказала. Додж плавно вырулил во двор, и вот их маленький побег завершён. Ворота позади, Сью встроилась в плотный поток машин и облегчённо вздохнула. Ей совсем не хотелось отвечать на вопросы. Она всё равно ничего не видела и не слышала, толку от её показаний ноль.

Облегчение почувствовала и Индия, она положила на колени сумку, достала зеркальце и начала краситься. Каждый раз, когда Сью удавалось наблюдать за этим действием, она удивлялась, насколько легко и просто миловидное девичье личико преображается до неузнаваемости, становится хищным, отталкивающим. А стоит всего лишь добавить на него немного карандаша для глаз, чёрных теней и фиолетовых румян.

– А ты можешь сегодня меня так же накрасить? – Идея зародилась в голове у Сью мгновенно.

Индия молча согласилась и продолжила подводить нижнее веко. Тут же между водительским и пассажирскими сидениями возникла Мисти:

– Раз у нас ещё полно времени, Сью, помоги мне подобрать пару вещей. Ты классно одеваешься!

– Спасибо, хорошо!

– Я бы на твоём месте не обольщалась, – губы Индии скривились в злой усмешке, – Мисти просто заметила, как Рори пялился на тебя

– Что? Нет, зачем ему! – Сью попыталась вспомнить, куда смотрел парень, но это совершенно вылетело у неё из головы, а Мисти обиженно надула щёки.

– Не волнуйся, его взгляд скорей говорил “Какого чёрта ей тут нужно?”, Мисти, можешь выдохнуть.

– Если он тебе тоже нравится, я не расстроюсь, только скажи честно! – в глазах девушки заблестели слёзы.

– Нет! Нет! Он мне вообще не нравится! Он не в моём вкусе! – запротестовала Сью, о чём тут же пожалела, потому что обе соседки тут же навострили уши.

– А кто в твоём вкусе? – блеск в глазах Мисти сменился на игривый.

– Не отвлекайте меня от дороги!

И чтобы наверняка прекратить неудобный разговор, Сью включила радио. Из динамика тут же раздался голос Брендона под гитарный аккомпанемент Ричарда. “Разумеется!” – пальцы Сью плотнее сжали руль. Индия тут же принялась подпевать любимой группе, ей и правда безумно нравились их песни.

– Это же Бледный Граф? Я только читала о них, но никогда не слушала и не смотрела их выступления. – А вот Мисти поскучнела, она слегка наклонила голову, прислушалась и заключила: – Мне не нравится.

Усердие

Восхождение на второй этаж всегда давалось Дуву особенно сложно, и не только потому что приходилось тащить в руках кадку с водой, но и потому что мальчику казалось, что однажды его встретит хозяйка. Протянет к Дуву худые бледные руки из темноты коридора, схватит и вспорет ему живот одним движением острых ногтей. Но время шло, а женщина всё так же лежала в своей кровати, не двигаясь. Дув боялся поворачиваться к ней спиной и старался убраться в её комнате как можно быстрее, за что Полина всегда его хвалила, и даже разрешала кухарке кормить мальчишку обедом.

К зловещей комнате Дув подходил с неохотой каждый раз, ставил ведро у самой почти кровати и всё время поглядывал на спящую женщину. Вот и сегодня он осторожно, словно боясь разбудить хозяйку, окунул руки в воду, поморщился: едкий раствор щипал кожу, а касаясь царапин, разъедал их особенно злостно. Отряхнув щётку, Дув отошёл в дальний угол комнаты и принялся усердно натирать пол. Его взгляд снова и снова возвращался к лицу женщины. И каждый раз оно выглядело точно так же, как в предыдущий. Каждый локон лежал на том же самом месте, что и минутой ранее. Под конец страхи всегда отступали, и Дув полностью сосредотачивался на работе. Так случилось и в этот день.

Раны на руках чесались, кожа на кончиках пальцев сморщилась и кое-где покраснела, но Дув не предавал этому значения, стараясь поскорей закончить и выйти обратно в “безопасный” коридор. Наконец, пол в комнате был вычищен. Мальчик поднял кадку и попятился к выходу. Он только один раз опустил взгляд, чтобы не запнуться о край ковра, и в этот самый миг услышал тихий мурлыкающий голос:

– Я что, английская королева? Почему не поворачиваешься спиной ко мне?

От страха тело Дува свело судорогой. Он медленно поднял глаза. Женщина сидела на краю кровати, откинув одеяла в сторону и потягиваясь как кошка.

– Кровь! Твоя кровь пахнет знакомо.

Она медленно опустила длинные ноги на пол, подошла к окаменевшему Дуву и присела на четвереньки, чтобы оказаться с ним на одном уровне. Одной рукой она без усилий вырвала из оцепеневших рук кадку и поставила её рядом. Другой осторожно коснулась подбородка мальчишки и приподняла, заставляя смотреть на себя. Холод, исходивший от неё, казался осязаемым.

– Ах, я тебя вспомнила! Они, что, жестоки с тобой? – Хозяйка ногтем подняла рукав просторной рубашки, которая Дуву была совсем не по размеру. На тощей ручке виднелись как свежие ярко-алые полосы, так и успевшие затянуться.

Вместо ответа, Дув упал на задницу и беспорядочно перебирая руками и ногами выполз из комнаты, в коридоре он нелепо поднялся, всё ещё не владея собственным тело, и припустил бегом вниз. Мимо в бешеном темпе мелькали ступеньки, картины, ковры, огарки свечей на стенах. Всё перед глазами сливалось в одно пятно. Сердце стучало в пятках, горло саднило при каждом вдохе, так что казалось, будто станет легче, если вовсе перестать дышать.

– Стоять! – Строгий голос Полины вывел Дува из транса.

Мальчик остановился, поднял голову и молча уставился на домоправительницу. Та немного замешкалась, не сразу поняв, чего он ждёт, но вскоре махнула рукой, разрешая говорить.

– Хозяйка проснулась… Мем.

– Господь милостивый! – Полина подобрала юбки, чего не делала прежде никогда при Дуве, – Ты свободен, ступай в приют, завтра можешь не приходить, я пошлю за тобой, когда ты снова понадобишься.

Она говорила сбивчиво, от нетерпения переступая с ноги на ногу и, едва распорядившись, убежала на второй этаж. Дув же с радостью понёсся в противоположную сторону, наскоро поклонившись кухарке, он выскочил через заднюю дверь и убежал прочь, не разбирая дороги и не оглядываясь. Родную часовню он нашёл ближе к ночи, когда разум вернулся к нему.

Увидев издалека Дейрдре, мальчишка совсем успокоился, верная подруга ждала его, вглядываясь в темноту. Она тоже увидела его и помахала, но тут же прижала руки по швам и обмерла. На голову Дува опустилась тяжёлая рука. Отец Киаран развернул мальчика.

– Бездельник! Думал, я не узнаю, что тебя отпустили до заката? Шлялся весь день невесть где! Знать не хочу, что ты успел натворить, пока я за тобой не приглядывал! Шагай! И карманы выверни, не украл ли чего… – Он пошёл к часовне, продолжая держать голову Дува.

Едва поспевая за высоким мужчиной, Дув старался изо всех сил, чтобы не оступиться. Он прилежно вытащил подклад карманов наружу, показывая, что кроме дырок в них ничего нет. Краем глаза он заметил, что Дейрдре всё ещё наблюдает за ними. Но стоило Киарану мельком глянуть в её сторону, девушка тут же прижалась к стене, слившись с чернотой тени.

– Ты вынуждаешь меня наказывать себя! Господь послал тебя мне, как испытание, и я справлюсь, как бы ты не сопротивлялся!

Услышав заветное слово “наказание”, Дув привычно закатал рукава и вытянул перед собой руки ладонями вверх. Но отца Киарана это не устроило:

– Нет, нет! Это смирение не от чистого сердца, ты лжёшь! Ты сопротивляешься! Ты думаешь, я учу тебя только грамоте? Думаешь, мне нравится бить тебя?

Надавив на голову Дува, он заставил его опуститься на колени. Другой рукой он сжал мальчику щёки и силой открыл рот. Дув ощутил мозолистый палец святого отца на языке. Киаран задержался, ощупывая зубы воспитанника, а затем резко убрал руку, ненароком царапнув нежное нёбо ногтем. Пресвитер кивнул, он сделал шаг ближе к Дуву, затем ещё, так что мальчишка теперь почти дышал ему в пах. Не понимая, что Киаран от него хочет, Дув ждал, он был готов к чему угодно. Он так думал. Киаран шумно выдохнул и приспустил штаны…

Физическая боль прежних наказаний и издевательств была ничем перед тем унижением, которое Дув испытал сегодня

Напоследок Киаран толкнул мальчишку в грязь и приказал не попадаться на глаза.

Набрав горсть грязного снега, Дув тут же отправил её в рот и разжевал. Подержал немного и сплюнул, а затем повторил. Он делал так всю дорогу до приюта, но мерзкий привкус, оставленный отцом Киараном, никак не исчезал.

Дейрдре ждала его в комнате. Она сидела обняв ноги и вздрогнула, когда Дув вошёл. Винить её мальчишка не мог, пусть его подруга и храбрая, она ничего не смогла бы сделать. Ничего. Дув сел на свою кровать и заговорил, как ни в чём не бывало:

– Та жуткая женщина очнулась.

– Что? – Дейрдре снова дёрнулась.

– Да! Встала, заговорила со мной! Ужасно жуткая, думал, сожрёт меня на месте.

– Ты не шутишь?

– Нисколько! Она такая бледная и высокая! Думаю, мне нужно взять с собой какое-то оружие, когда снова придётся вернуться в тот дом.

Лицо девушки посветлело. Она что-то придумала, слезла с кровати и приподняла старый рваный матрас. Пошарив рукой в одной из дыр, Дейрдре вынула ножик. Маленький самодельный ножик. Она протянула его Дуву со словами:

– Вот, возьми! Я сама его смастерила! Правда здорово?

– Очень! – Мутное лезвие ножа приятно холодило ладонь. – А он острый?

И чтобы проверить, Дув подошёл к подоконнику и осторожно царапнул доску. От ножа осталась отчётливая тонкая полоска.

– Ого! А хочешь я кое-что покажу?

Не дожидаясь ответа, Дув выцарапал на камне: “Ту де Синде”. Дейрдре заворожённо следила за его движениями.

– Что это значит?

– Моё имя, от… – Дув порывисто выдохнул, зажмурился, сглотнул неприятный ком в горле и продолжил, – Отец Киаран научил меня писать его. Ту де Синде. Он сказал, моя блудливая мать дала его мне.

В памяти девушки всплыли полузабытые воспоминания – запах морозного леса, испуганное худое женское лицо и ребёнок, очень тихий, будто и не живой вовсе… Дейрдре уже слышала это имя, оно и вправду когда-то принадлежало Дуву.

В коридоре послышались шаги и ворчание. Вероятно, их возня разбудила Эбигейл. Не сговариваясь дети нырнули под одеяло на кровати Дейрдре и зажмурились, изо всех сил изображая сон. День выдался для Дува утомительным, и едва оказавшись в тепле и безопасности, рядом с лучшей подругой, он заснул. Крепко обвив израненными руками шею Дейрдре, он почти сразу мирно засопел. Стараясь не тревожить его, Дейрдре подоткнула одеяло и тоже скоро уснула.

Утром их разбудил Киаран. Он приказал Дейрдре одеваться, забыв про завтрак. Всё утро на девушке не было лица, она наказала Дуву спрятать нож, слушаться Эбигейл и беречь её. У самой уже повозки Дейрдре, поборов страх подняла глаза на святого отца и тихо спросила:

– Могу я остаться?

Но Киаран ей не ответил. Сохраняя молчание, он подождал, пока девушка залезет в повозку, и сразу же умчался прочь, громко подгоняя лошадь. Вечером он вернулся без неё. И на следующий день, и ещё через день… И даже к рождеству. Дув понял, что он остался в приюте один, не считая Эбигейл и калек.

Поклонница

День прошёл сумбурно: после спешного побега из общежития, соседки перекусили и отправились на шоппинг. Сью, как и обещала, подобрала Мисти несколько стильных вещей. И это оказалось утомительней, чем кажется. Огромные прозрачные витрины пестрели нарядами: здесь были и разноцветные пайетки и ядовитого цвета легинсы, и чопорные классические «двойки». Сью впервые видела многие модели вживую, а не на страницах журнальных вырезок. Но Мисти, как на зло, всё время рвалась к однотомным длинным юбкам и тонким блузкам с кружавчиками, будто специально оттаскивая Сью от красивых вещей. В конце концов удалось убедить Мисти надеть что-то интересное, Сью даже подобрала ей изумительную пару туфель-лодочек на небольшом удобном каблучке, правда сама всё это время поглядывала на вычурные ботфорты с кусачей ценой. Взбудораженная обновками Мисти убежала гулять по торговому центру дальше, а Сью вернулась в машину, чтобы Индия её накрасила. Когда она закончила, Сью не узнала себя в отражении, но ей всё ещё казалось, что для полной маскировки чего-то не хватает.

– Мои волосы… – Она попыталась собрать их в хост, но так только снова стала похожей на себя обычную

– Хочешь их убрать? – Индия придирчиво осмотрела причёску подруги, – У меня есть одна идея.

Распихав в разные стороны косметику, кассеты и комиксы, Индия вытащила из сумки чёрный платок с серебряной окантовкой. Она накинула его на голову Сью и свернула в тюрбан, спрятав все волосы и оставив длинный хвост ткани сбоку. Головной убор не очень-то сочетался с остальной одеждой, но Сью понравилась идея, и она осталась довольна преображением:

– Ты настоящая волшебница! – Девушка осеклась, понимая, что в их случае это звучит нелепо, и попыталась исправиться: – Я имела в виду…

– Никакой магии! Только ловкость рук! – Индия сделала в воздухе пару дурашливых пассов.

Между тем времени до концерта осталось совсем ничего, а Мисти не спешила возвращаться. Индия настойчиво требовала бросить “опоздашку” здесь и вернуться за ней позже. А вот Сью начала беспокоиться, на время она заставила себя забыть о том, что их ждёт в общежитии, но сейчас мысли об убийстве сокурсницы вернулись с новой волной тревоги.

– Надо сходить проверить, вдруг с ней что-то случилось! – Сью открыла дверь и выставила ногу из салона.

– Да что с ней может случиться? С такими как она ничего никогда не происходит, поэтому таким милым девчулям всё интересно. Они будто чувствуют, что реальная опасность им не грозит. – Слова Индии прозвучали резко, казалось, она завидует этой черте Мисти, – Видела, как она воодушевилась утром? Она вообще не понимает, что случилось. Она с таким никогда не сталкивалась. Увидишь, Мисти завтра же начнёт играть в мисс Марпл, но всё равно даже случайно не наткнётся на убийцу.

Сью открыла рот, чтобы возразить, она-то знала, что невинные тоже могут пострадать, стоит им оказаться слишком близко к сверхъестественному, но ей не хотелось бередить эту тему, вместо этого Сью спросила:

– А ты? Разве ты не хочешь узнать, кто убийца?

– Нет. Я хочу остаться в живых. Чего и тебе советую. Поведение Мисти нам только на руку. Если она начнёт наводить суету, никто и не подумает, что мы что-то скрываем. Общежитие полно охотников, они справятся.

– Охотники…

Сью вспомнила об Анне, возможно ли, что она как-то связана со всем этим? События снова обрушивались одно за другим, не давая возможности отдышаться и всё как следует обдумать. Сперва Индия оказалась ведьмой, и сразу же в эту ночь происходит убийство. Может ли это быть просто совпадением?

– Секретничаете? – Мисти наконец-то вернулась. Она сразу же залезла на заднее сиденье и продемонстрировала подругам огромную деревянную доску с непонятыми выжженными символами.

Сью никогда не видела ничего подобного, а вот Индия сразу всё поняла: