Помоги проекту - поделись книгой:
В полдень барон повёл в розарий девицу. Романтичные особы предположили, что невесту. Однако рационалисты сомневаются. Как поделились сплетнями слуги, в сопровождающей парочку свите находятся мать и брат этой особы, туда же пристроился нарядно одетый пузан, волшебник из Гильдии, а так же сухой и строгий дворянин из какого-то столичного комитета. Какое тут свидание?! Скорее показ достопримечательностей. Что ни говори, кроме самой башни и вида на озеро с верхотуры, интересного в округе не так много.
Два форта по обеим сторонам озера? Чего в них привлекательного? На месте закладки храма груды тёсаных булыжников, несколько траншей и глубокие лужи посреди чавкающей грязи. Великолепное зрелище — отворотясь не наглядишься!
Вот цветочки они да, интересны женскому полу. Девчата обожают собирать весенники, морозники и подснежники. А, говорят, в розарии всю зиму роза цвела.
Хоть и праздник, но муж ранним утром по делам покинул дом. Жена не ругалась, наоборот, на её челе лежало несколько предвкушающее выражение. Впрочем, к завтраку глава семейства вернулся, скинул шинель, остался в ладном мундире из дорогой материи. Подчёркнуто не обращая внимания на вопросительные взгляды жены, окликнул сына:
— Теодосий! Встань передо мной во фрунт, на военную ногу.
Гимназист вытянулся перед отцом в стойку “Смирно”.
— Его милость поздравляет тебя с праздником! Цени! — Небольшой кошелёк перешёл из рук в руки. — А это нам, дорогая. Поздравление и доплата к жалованию.
Стоит ли упоминать, что приятно звякающее содержимое второго мешочка, было сразу пересчитано хозяйкой? Она хотела бы проверить и кошель сына, но наткнулась на упрямый взгляд и поняла, что без серьёзного разговора деньги не получит. И то едва ли.
Зарождающуюся напряжённость разрядил дверной звонок. Знакомый городовой, хоть из другого околотка, но зашёл поздравить губернского секретаря с наступившим Праздником Весны.
— Ваше благородие, вас и семейство ваше с праздничком! Не побрезгуйте подарочком, картузиком чая. У контрабасов изъял, — и тише: — Тут на листочке записал, что интересного случалось.
— Спасибо! А его милость изволил вас поздравить, ну и доплата…
— Премного благодарны! Здоровьечка его милости. — Кошель исчез в кармане. — Так я пошёл?
— Даже рюмочку не выпьете?
— Разве быстро. Дела!
Следующим с поздравлением явился коллежский регистратор Робур Вольф, из судейских. Он тоже оставил бумажку, принял стопку горькой и получил поздравление с доплатой. Затем визитёры заезжали ещё и ещё. К обеду запас нумерованных мешочков закончился, зато стопка бумаг ждала прочтения и обработки.
А рачительная мама так и не смогла добраться до кошеля сына.
Вечером отец внимательно перечитал записки. Ничего секретного там не было, только то, что знают все. Но “все” для городового, гоняющего контрабандистов, для судейского и для мелкого чина в Иностранных дел коллегии были совершенно разными людьми. Если свести два десятка… будем называть вещи своими именами… донесений, то складывалась полная и интересная картина жизни столицы. Пожалуй, даже иногда полезная, а часто и поучительная.
Авторы писали записки не за несколько серебряных талеров, а из уважения к барону. А доплата она так… за труды. Жалование-то маленькое!
Картограф свёл сведения в единый документ, особо выделив некоторые происшествия, описанные ранее, а сейчас получившие развитие. Завершил обзор своим анализом событий, случившихся в столице и некоторых королевских учреждениях. Закончив дело, пересмотрел написанное и решил, что его милости будет интересно почитать о столичной жизни.
Какой-то у меня грустный праздник получился. Нет, не день рождения, а Праздник Весны. Начиналось всё отлично — первой до башни добралась моя конкубинка. Не одна, с братьями, один из которых только вернулся из Колоний, и Тиной, своей лучшей подружкой.
Вторым появился главный гильдейский артефактор Леонард, вместе с парой тяжёлых сундуков с подарками. Официально человек приехал чуть поправить свой вес. А по-настоящему хочет помолодеть годков эдак на десять.
Затем приехала семья Мостовых, Лидия, её мать и брат. Сразу преподнесли шкатулку с амулетами. Тоже вроде подарок, но реально откупные за Розу Некроманта.
На том приятные визитёры закончились, приехал официальный чин из Геральдического Комитета для приватной беседы.
Слегка перекусили в обеденной зале. Мимика сидела рядом со мной, а приехавшие с нею гости в самом конце стола, подальше от дворян. Что поделаешь? Они простолюдины. Это хорошо, что сейчас такой праздник, иначе пришлось бы их отдельно кормить.
После закуски дворяне двинулись в розарий, а остальные остались дома. Вроде оно по протоколу, никто не обиделся, однако согласитесь, как-то это неправильно. Вот и настроение у меня уже не то.
Дальше — больше. Лидия бросила на шипы куста с дюжину живых птичек. Похожи на уток, но немного мельче. Затем, бормоча нараспев непонятные заклинания, причём не на Драконике, но хоть и не на Тёмной Речи, она костяным кинжалом вскрывает себе вену и обильно поливает цветок, а затем его срезает. В это время брат накладывает на сестру простенькое заклинание Лечение Лёгких Ран. Впрочем, обряд уже завершён. Девушка меня благодарит, заявляет, что никогда не забудет и вместе с членами семьи отправляется к порталу.
Конечно, у меня не было в отношении Лидии Мостовой особых матримониальных планов, но она прислала крайне лестное для моего самолюбия послание… ну и вообще… Семья, конечно, отдарилась шкатулкой, но, знаете ли, несколько обидно. Настроение упало ещё ниже.
Господин из Геральдического Комитета не нашёл времени остаться на банкет. Зачем только приехал? Впрочем, именно он увлекается историей и после опроса на соответствие требований к наследнику графства Гоуи, растолковал, чей герб “глаз с тремя белыми зрачками треугольником в центре чёрного круга”. Тогда же обещал “прелюбопытнейшую книжицу о династии Мхотепов”, а сейчас привёз её подарком.
Хороший человек и далеко не бедняк. Пришлось отдариться несколькими золотыми прутками из наследства прабабушки. Деньги он точно бы не взял, а от такой исторической диковинки никак не смог отказаться. Раритет же это, не взятка.
Разговор наедине начался с прямого вопроса:
— Стах, что вы думаете о титуле “граф дю Гоуи”?
— Ваше превосходительство, я считаю, что утверждение меня наследником графства в данной ситуации невозможно.
— Отчего же? Вы того не знаете, но наш Комитет собрался сразу после скорбного события. В числе прочих рассмотрено и ваше дело. Короче говоря, вас утвердили наследником. Но! Из-за маленькой технической ошибки — описки секретаря, дата утверждения оказалась на день раньше смерти старого графа. Увы! Все мы не совершенны!
— А из-за утверждения завещания до кончины завещателя, оно сразу вступило в силу. Но для появления нового графа нужна подпись короля.
— Вы хорошо учили Делопроизводство. Конечно, любые слухи об описке, если такие случатся, Комитет будет пресекать. Честь мундира, знаете ли.
— Сами понимаете, роспуск слухов совсем не в моих интересах.
— Понимаю.
— Да и вообще, не ошибается только тот, кто ничего не делает.
— Золотые слова! Так вот, его величество оказался в немного неловкой ситуации — он же давал личное поручительство за вас. А в текущей ситуации дворянство королевства хочет неуклонного соблюдения положенных нам вольностей и исполнения всех, подчёркиваю ВСЕХ, обязательств, гарантий, обещаний. Ваш пример очень нагляден. На нём можно отследить, как относится короноситель к благородному обществу. Сейчас я задам серьёзный вопрос: Чем вы готовы поступиться, чтобы принять графство под свою руку?
— Честно? Ничем. Оно мне не нужно. Мне бы баронство удержать.
Мой собеседник довольно улыбнулся:
— Ваша позиция — всё или ничего? Я правильно вас понимаю? Или графство без дополнительных к завещанию условий, или оно вам не нужно?
— Именно так. Хотя оно мне никак не интересно. Могу дать вам слово.
— Дайте слово доверить дело о завещании Геральдическому Комитету и не принимать любые предложения помимо нас.
— Даю своё баронское слово. Но если бы вы знали, как я не хочу лезть в политику!
— Это прекрасно. Да и не пристало вам, в ваши года, заниматься такими материями. Вопрос с завещанием мы решили. Других дел к вам нет. Вот разве проинформирую, что герцоги Ранбранды подумывают сочетать браком свою дочь Терезу со вторым сыном герцога Бальдассаре, дабы улучшить отношения с соседними землями. Впрочем, пока всё на стадии прикидок.
— Я понял невозможность строить серьёзные отношения с Ранбрандами после их прошлого сближения с соседями.
— Да, понимаю. Однако граф Заозерский напротив расположен к знакомству с вами. Я за него не хлопочу, а просто информирую. Засим, позвольте откланяться. Дела, знаете ли. Многочисленные неотложные дела.
Проводил человека, а настроение совсем упало. Вроде, кто мне Терезочка? Никаких планов на неё не было. Отношение с Ранбрандами давно холодными стали. А всё едино как-то досадно!
Да ещё в политические игры затягивают играть. Причём, не игроком, а так… болванчиком, без права голоса, или мелкой фишкой, которую не жалко смахнуть со стола.
В ожидании банкета для офицеров гарнизона болтал в салоне с конкубинкой. Её подруга Тина тоже сидела здесь, рядом с одним из моих шуринов, но старательно на него не глядела, хотя парочка о чём-то разговаривала. Мимика, мечтающая пристроить свою приятельницу замуж, довольно шепнула:
— Они уже поцеловались! Только сегодня. Тинка не знает, что делать — идти или не идти в кафе. Ведь если согласится, то получится свидание, а она не хочет гулять с мальчиками. Пойдёт, конечно.
— Тина, согласитесь — вы изрядная фантазёрка! Паровая машина на торговом судне? Игра ума, красивая фантазия, но никак не реальный проект.
— Вы не понимаете…
— Хорошо — хорошо! Давайте поспорим, но если я докажу вам, что паровик на судне вреден, то вы проиграете и будете должны поцеловать меня. Если я проиграю, то поцелую вас.
Умная девушка сразу поняла, что в предложении есть какой-то подвох, но молодой человек не дал ей времени на размышление, а привёл серьёзный аргумент:
— Судить станете вы сами. Я верю в вашу беспристрастность.
Не дождавшись ответа, парень сразу начал давить цифрами:
— Мы с братом учились на суперкарго, затем сходили в рейс. Вот посмотрите — я набрасываю заготовку формы для росписи товаров в трюме. Мы не будем считать стоимость перестройки корабля, а просто прикинем, чем нам придётся пожертвовать.
Тина взяла в руки разлинованный лист.
— Итак, мы установили паровую машину. Вы знаете её вес и объём помещения для установки?
— Конечно!
— Тогда уменьшите в “Свободно” количество ресурсов. Прекрасно. Сколько и какого топлива потребляет машина за всё плавание? Нет! Не говорите! Вновь сократите вес груза и объём трюма. Отлично! Забортная вода для заливки годится?
— Нет, но можно установить опреснитель. Правда, для дистилляции воды тоже необходимо топливо.
— Вычёркивайте — вычёркивайте! Это всё?
— Почти… Смазка, инструменты и… Но там сравнительно немного.
— Тогда пропустим. Тина, разница в свободном объёме трюма и весе перевозимого товара вам видна?
— Да, но…
— С этим разобрались. Прикиньте стоимость закупки потребного топлива. Теперь штатное расписание команды корабля с помесячными выплатами. Вычёркиваем судового волшебника и его помощника. Вместо них впишем обслугу машины — механик, пара помощников, смазчики, кочегары…
— Я поняла.
— Где пополнять топливо?..
— Я же сказала, что поняла. Вы выиграли.
Тина неожиданно почувствовала, что стоит на цыпочках — молодой человек её обнял, чуть приподнял и сейчас целует. И при том заявляет:
— Я целую не вас. Я целую судью за проявленную честность.
Невзирая на слабое сопротивление, девушку заставили заплатить проигрыш, причём как бы не в многократном размере. Только угроза немедленно уйти остановила вымогателя.
Впрочем, парень обещал хорошенько подумать и при случае рассказать о более выгодных способах применения паровых машин. Однако для понимания ему надо бы лучше узнать возможности техники. Для того нужна дополнительная информация, которую Тина может дать, например, при следующей встрече… Скажем, в кафе…
Угроза познакомить с папой, который знает о машинах всё, не испугала парня. Он заявил:
— Что делать? Всё равно когда-нибудь придётся!
За банкетным столом мой гильдейский гость Леонард не чинился, сам предложил сесть всем вместе и дворянам, и простолюдинам. Кушал хорошо, с большим аппетитом, вино пил с удовольствием, но, как практически все волшебники, не злоупотреблял, рассказывал забавные истории и вообще был душой компании. Невзирая на полноту, даже умудрился станцевать пару раз с жёнами офицеров.
При женщинах офицеры пили умерено, никаких “охот на тигров” или “прохождения дистанции” себе не позволяли. Зато танцевали много и с удовольствием. Благо, при гарнизоне завёлся собственный оркестр. С гордостью могу похвалиться, что он значительно лучше, чем который при Зеленоземском полку.
После десерта дамы отправились пить чай к Микаэле, а мужчины налили себе крепких напитков, закурили и начали разговаривать о нашем, мужском, сокровенном… В основном, о женщинах, но и о многом другом тоже.
После банкета до ночи осматривал подарки. Шурин вернулся из Колоний, мне достался необычный посох из огромной кости ящера. Магии в нём нет ни капли, зато много искусной резьбы и полудрагоценных каменьев. Очень красиво и эффектно. Спасибо, конечно. Но родич привёз и короб с разными разностями для его величества! С этим что делать?
В прошлый рейс был подарок для королевской четы. Вдруг они и сейчас ждут? Но как передать? Я же в опале. Пришлось вызвать эксперта. Кидор тоже затруднился ответить, однако взялся через знакомых служителей вызнать позицию государя.
Мостовые презентовали шкатулку с амулетами, хотя памятуя о заклинании, вплетённом в другое на подушке — думочке, мне как-то страшновато ими пользоваться. Кто знает, что на уме семейки некромантов. Едва ли там что-то есть, тем более плохое, однако как-то боязно. Решил отложить проверку амулетов на когда-нибудь “потом”, если найдётся время и желание потренироваться.
Леонард привёз множество редких реагентов, несколько книг по артефакторике и два сундука, которые оказались зачарованными под длительное хранение ингредиентов.
В полночь, уже по отработанной схеме накладываю Маленькую Смерть и понимаю, что человек ни мудрец, ни архимаг, да и бороду бреет. А ведь единственный компонент заклинания — волос из бороды мудреца или архимага. Хорошо, что сохранились волоски предыдущего пациента.
Клиент изменился, хотя не так, как старик — алхимик. Чуть похудел, чуть посвежел, чуть более блестящими стали волосы. Впрочем, когда утром Леонард благодарил, чувствовалось, что все его ожидания оправдались. Он уехал радостный, а на меня заботы навалились по полной.
Заявились все мои управляющие разом, а эконом с нескрываемой грустью поведал — этот год “гнилой”, урожай будет плох.
Глава 4
— Итак, прошу коротко пояснить — кто и что теряет в “гнилой” год?
— Ваша милость, в наших местах не так плохо — неурожайный лишь один год из пяти — семи. Если совсем коротко и не вдаваясь в подробности, то доходы баронства упадут на четверть или треть, а расходы не уменьшатся.
— Ясно. Что грозит селянам? Голод?
— Не на наших землях, ваша милость. Уж себя прокормить только ленивый не сможет. Но ваши арендные платежи пропорционально снизятся и никаких лишних поборов селяне не потянут.
— Что с гарнизоном?
— Прокормим, на жалование наскребём, но никаких закупок. Им придётся обойтись запасами крепости.
Поделиться книгой: