Тихой Ночью, или Добро Пожаловать

Но Яна, словно не расслышав смысл его слов, догнала Господина и, дыша ему в спину, так как тропинка была слишком узкой, решительно продолжила опрос:

– Чем вы занимались после того как ушли из моего сна?

Ей безумно хотелось побольше узнать о деятельности Дарителя и поближе познакомится с господином.

– Ждал твоего ответа.

– Просто сидели и ждали?

– А разве ждать можно только в сидячем положении? – удивился Сон.

– Надеюсь, вопрос был исключительно риторическим, – насупилась Яна.

– Более чем.

– Хорошо, другой вопрос, – не унималась новоиспеченная ученица. – Зачем вы ждали, если уже знали мой ответ?

– Надеюсь, вопрос был исключительно риторическим, – с очень похожей интонацией передразнил он ее.

– Нет-нет, – тропинка расширилась, и Яна поравнялась с господином. – Я жду ответа!

Но Сон не спешил отвечать. То ли умышленно, то ли действительно по надобности он стал озираться по сторонам в поисках чего-то или кого-то. Яна тоже принялась вертеть головой в надежде увидеть что-то достойное внимания. Но, заметив, что в этом месте все по-прежнему такое, каковым она его знала, снова посмотрела на господина. Она не стала его отрывать от поисков, а молча наблюдала за ним. И чем дольше она смотрела, тем больше ей казалось, что в нем хранится множество секретов, тесно связанных с ней, Яной. А скорее, даже наоборот: в ней хранятся секреты, связанные с ним.

Прямо посреди раздумий Яны Сон так же резко и порывисто, как до того шел, остановился. Он отклонился от тропы и приблизился к дереву. Дерево это с неизвестных времен зовется ивой, и выглядело оно, как и все другие ивы, лишь с некоторыми отличиями. Но вопреки всему эта самая ива была особенной; конечно, не для каждого, но для Яны. Это было многолетнее создание, чьи ветви ниспадали к реке и едва касались кончиками листьев поверхности воды, создавая легкую рябь.

– Мы на месте. Здесь ты должна будешь покинуть свое материальное тело, – господин Сон выдержал паузу, на этот раз минуя наряд и приглядываясь к самому сердцу. – В тонком мире нет места ограниченной материи. Чтобы пройти в него, ты должна будешь обнажить свое духовное тело.

– Значит, это случится именно сейчас? – девушка невольно начинала поддаваться легкой панике. – Отныне Яны больше не будет?

– Ее след еще будет жить до поры до времени, но потом она уйдет и станет воспоминанием. Ты же переродишься и станешь носить имя леди Сновидение.

Можно понять переживания Яны, ведь пройти через заветную дверь порой не так-то просто, оказавшись подле нее.

– Не то чтобы я еще сомневалась, но что-то я немного переживаю, – вздохнула она. – Это же совсем не будет больно?

– Нет, но это будет трудно, – Сон щелкнул девушку по носу, не давая ее сознанию полностью отдаться переживаниям.

– Ай! – воскликнула Яна от неожиданности и принялась тереть кончик носа.

– Я понимаю твои волнения, но нам понадобится внутреннее равновесие и полное осознание, – наставительно сказал Сон.

Господин подошел к иве, отложив свою трость, опустился на колено и приложил обе ладони к корням дерева, выглядывающим из-под сухой, голой почвы. В то же время он начал что-то нашептывать, а дерево ему отвечало. Было безветренно, но крона дерева вовсю шелестела и склонялась. Затем он подошел к воде, и вода в ответ ему журчала. Когда он примкнул к земле, Яна могла поклясться, что земля задрожала. Сон все продолжал шептать солнцу и пел что-то прибывшему ветру, а напоследок поднял руки и молча стоял некоторое время.

– Готово, тебя ждут, – раздался его тихий голос.

– Куда? – не понимая, она подошла к своему наставнику, который продолжал стоять с прикрытыми глазами. – Кто меня ждет?

– Уверен, хоть и смутно, ты понимаешь…

– Возможно, – выдохнула она. – Но, похоже, настолько смутно, что ничего не понимаю.

– Для начала расположись под деревом, – его голос казался далеким и безучастным.

Устроившись поудобнее под ивой, она устремила испытующий взгляд на господина в ожидании дальнейших распоряжений. Но распоряжений не последовало. Сон открыл глаза и, не глядя в ее сторону, сказал:

– Не жди, что я скажу или покажу тебе, что делать, – обратился он к ней бархатным тоном, располагаясь рядом. – Если бы это было в моих силах, то я бы взял тебя за руку и повел нужным путем, устраняя любое препятствие, которое встретилось бы на нашем пути, но это невозможно. Ты должна идти по нему сама, встретить и победить любые преграды только сама.

– Но можно мне хотя бы подсказку? – умоляюще вопросила Яна. – Хотя бы крохотную.

– То, что я тебе сейчас скажу, будет для тебя не то чтобы подсказкой, а скорее, картой. Если ты будешь ее держаться, то не собьешься с пути.

– Надеюсь, это не будет слишком трудным для запоминания, – нервно засмеялась Яна. – Понимаете, я не очень дружу…

– Знаю, – перебил Сон. – Но это ты запомнишь. Слушай.

Ни с того ни с сего он понизил голос до шелестящего шепота, и Яне пришлось склониться к нему как можно ближе. Холод, исходящий от его лица, обдал ее, и, завороженная его сиянием, она жадно впитывала его слова:

– Победить коварного врага можно, только изучив его, а изучать его лучше со стороны. Враг твой держит в руках оружие, которое по праву принадлежит тебе. Победив его, хватай свой меч – он твой верный спутник, твой верный страж. С мечом в руках иди вперед по верному пути, на нем узреешь ты толпу перед собой. Все как один они похожи, но среди них есть те, кто служит тебе верно, и есть такие, кто жаждет твоего падения. Каждый будет приходить к тебе, и каждый будет говорить с тобой. Имеешь право ты решать, кто друг тебе, кто враг, – гляди в оба! Казнить тех вели, кто служит кому угодно, но не тебе, ибо не оставят они тебя в покое никогда. Те же, кто останется подле тебя, пусть соберутся вместе, разведут костер; за ним они срежут свои волосы, остригут ногти, соберут свои слезы и пот, вырвут свои зубы, выпустят кровь и все это отправят в котел. Легонько помешивай варево и, когда материал будет готов, ты во главе своих друзей спеши отстроить стены. Когда стены твоей цитадели будут завершены, приду я. Дальше я смогу снова делить с тобой твой путь.

– Что? – Яна отчаянно пыталась уловить смысл. – Как я должна это сделать?

– Как всем известно, ум коварен. Как хитро он уже начал обвивать кольца скользким телом вокруг тебя, – Сон умолк, давая время Яне сообразить, к чему он ведет. – Да, его нелегко одолеть, но это подвластно каждому.

– Это вселяет надежду, но я все же не совсем…

– Уничтожь надежду, – спокойно продолжал ее наставлять Сон. – Она есть плод ума.

– А как же вера?

– И вера.

– Но ведь любовь, любовь – она ведь настоящая?

– Любовь настоящая, когда ничего не требует, – господин Сон продолжал говорить загадками. – Голос любви будет тебе помощником.

Первые несколько минут Яна просто тупо смотрела на господина, но, постепенно обдумывая все услышанное, начинала понимать, что имеет в виду Сон. Наставник одобряюще улыбнулся, видя, как ее глаза начали просветляться от озаривших ее мыслей.

– Мне необходимо победить врага, забрать у него мой меч и идти на голос, что всегда звал меня!.. – Яна вскочила и тут же снова села на место. – Я поняла, господин Сон!

– Тогда за дело! – Сон хлопнул в ладоши и скрылся из ее поля зрения.

Яна решительно кивнула, готовая идти в бой. Чтобы как следует сосредоточиться, она закрыла глаза и сконцентрировала свой внутренний взор на песне, что тихо доносилась от ее сердца. Она часто слышала эту музыку и раньше, и приятнее тех звуков, она была уверена, не существует в мире, окружающем ее. Благоговение каждый раз захлестывало ее даже от предчувствия, что скоро она услышит отголоски той мелодии. Теперь перед Яной стояла задача пройти препятствие, что мешает ей расслышать и разобрать слова песни: без песни она не сможет отыскать верный путь. И, что немаловажно, ей необходимо было завладеть оружием, или она не сможет справиться со лжецами, что будут поджидать ее. Но эти на первый взгляд простейшие дела оказались вовсе не такими. Да, Яна быстро ухватилась за нить понимания, и ей вполне легко удалось прервать свои мысли обо всем на свете, но только и всего. Чуть только девушке удавалось заслышать первые ноты песни, как какая-то незначительная мысль обрывала ту и уводила прочь. И чем больше она старалась, тем на меньшее становилась способна.

– Не выходит! – вконец расстроилась Яна, открывая глаза. – Это невозможно!..

– Ты запамятовала, что лучше будет придерживаться карты, – ответил ей Сон. – К тому же ты слишком стараешься.

Яна была крайне удивлена, обнаружив господина не совсем в стандартном виде. По-видимому, ему стало скучно, а может, просто так размышлялось проще, и именно поэтому он размеренно прохаживался вверх тормашками. По пути он задержался подле своей ученицы, больно ткнув промеж ее глаз, где от упорства залегла морщинка:

– Чрезмерные старания проистекают из мыслей. Настойчивость полезна, но пока в ней нет необходимости, отпусти ее. Освободись, – Сон пошел дальше, поучая на ходу. – Смотри и узреешь, проси и получишь, слушай и услышишь.

Яна снова кивнула, хотя уже без былого энтузиазма, и принялась за работу. Несмотря на все трудности, она не отступала, применив все имеющееся мужество и стойкость, и старалась больше не пренебрегать наставлениями господина Сна. Все происходило постепенно, шаг за шагом, мгновение за мгновением. И тяжелая работа окупилась. Враг был побежден, его кровь окропила ее лицо и промыла глаза. Вещи начали видоизменяться по мере того, как видоизменялась сама Яна; все отбрасывало маски по мере того, как Яна избавлялась от своих. Все в округе начало представать перед ней в своем истинном обличии, когда она предстала перед всеми в своем. Это занимало время, но приносило плоды; в конце концов все требует времени, и время мечтает, чтобы его занимали. И чем тише становилось в голове, тем громче звучало сердце. Яну ждали. Оказывается, ее ждали всегда, в любую минуту готовые протянуть ей руку спасения, ожидая, когда она выплывет из пучины неведения, каждый раз призывая ее к свету. И наконец-то она выбралась на берег и вдохнула полной грудью.

– Как все прошло? – раздался взволнованный голос Сна, стоило Яне поднять веки.

К счастью, господин уже вернулся в стандартное положение.

– Лучше не бывает. Я чувствую себя обновленной, чистой… – Яна не могла подобрать верных слов. – Мне многое было рассказано, но все же я осознаю, как многого еще не знаю.

– Так и есть, тебе предстоит еще многое вспомнить и многому научиться, – Сон с восхищением озирал старательную ученицу. – Но с этим повременим, смотри что у меня имеется для тебя.

Господин Сон протянул подопечной платье, исполненное из белой невесомой ткани, нежнее, чем шелк. Оно было воздушным, несмотря на многочисленность юбок; его как будто сшили из невесомого газа, соткали из тумана, что сгущается ранним утром. Края подолов и рукава были украшены рюшами и бантами глубокого синего цвета. Кружева на вырезе груди и манжетах напоминали зимний узор на оконном стекле. Из-за крохотных камушков, размером с песчинку, ткани сверкали под лучами солнца и светились в глубине ночи мягким сиянием. Оно было безумно красивым, изысканным, словно наколдованным феей-крестной, и Яна не задумываясь сменила свою ночнушку.

– Это твое платье, платье леди Сновидение.

– Спасибо, Сон! – она радостно покружилась. – Скажи, как оно мне?

– Не хватает туфель.

Он протянул синие туфельки на небольшом каблуке, усыпанные камушками, как и платье, только размером с каплю росы, и перчатки выше локтя.

– И правда, какая леди без туфель? – засмеялась Яна. – Это что-то вроде моей униформы?

– Называй как пожелаешь, – господин Сон снова стал серьезен. – Впереди еще много работы, ведь ты леди Сновидение пока только наполовину.

– Верно, – спохватилась она.

– Отныне помни, что я сказал тебе ранее, и ты сможешь продолжить свой путь.

Будущая, как она надеялась, леди Сновидение молча развернулась на каблуках и спустилась к реке. На глади воды она увидела новую себя.

– Так мне даже больше нравится, – она приветливо помахала своему отражению.

Теперь она обрела очень схожие черты с господином Сном. Ее кожа окрасилась в черный цвет с сине-пурпурным отливом на ресницах. По всему лицу: на лбу, на щеках, скулах и висках вспыхнули звезды. Яна словно смотрела на ночное небо – как когда-то давным-давно глубокой ночью, оказавшись в чистом поле в поисках заблудшей козы, она подняла голову, а там над ней нависла целая Галактика со всем своим содержимым. Золотая копна волос была убрана в высокую прическу, но несколько непослушных прядей выбились и опустились на ее хрупкие плечи. Прелестную головку венчала миниатюрная тиара, украшенная витиеватыми узорами и инкрустированная солнечным камнем. Яна мерцала, отражаясь в колыхающейся поверхности реки, словно сама была звездой, которую небо потеряло прошедшей ночью.

Но был во всем этом блеске один секрет: на самом деле сияло не платье, не туфли и даже не звезды, что рассыпались на их лицах словно веснушки, то было сияние их душ. И если хоть на мгновение они бы отдались темным помыслам, то сияние бы померкло. А если они когда-либо сделают шаг навстречу тьме, то все звезды погаснут, возможно погибнут. И они упадут и будут долго падать, пока Отец не придет к ним на помощь.

Яна уже не была Яной, но еще и не стала полноправно носить имя леди Сновидение и соответственно только претендовала на место Дарителя снов. Она это отлично понимала и потому не желала попросту тратить время. Повертев головой и чуть утолив любопытство, она принялась за ранее начатое дело. Ее обитель была разрушена, стены превратились в руины, ее крепость, что была скрыта ото всех и долгое время даже от нее самой, была в упадке. Яне предстояла кропотливая, но очень значимая работа. Ей необходимо было поднять все архивы своих убеждений и верований, выслушать их и вынести бесповоротное решение. Чтобы продолжить путь, она должна была перебрать весь багаж, что скопила за свое длинное путешествие. Каждое убеждение и верование имело свой рот, и каждое жаждало говорить. Весь этот хор ей необходимо было разделить на две группы: ложь и истину.

Как много убеждений существует в человеческом мире. Человек уже перестал разбирать, что из этого на самом деле истина. И самое сильное заблуждение, которое есть у каждого мужчины, женщины и ребенка, – именно он знает, что такое правда. Яна же, к своему счастью, оказалась среди тех, кто смог в одно время заметить эту иллюзию, а затем и разобраться в ней. Но понять было только полдела; сейчас же необходимо было действовать.

Все скажут вам: кто человеку враг, тот не может быть другом.

– Отсекаем! – блеснуло лезвие меча.

Как часто Яна страшилась тьмы. Глубокие черные ночи – гадкие, кишащие ужасами, столь ненавистные.

– Отсекаем!

Вокруг столько невеж. Люди сквернословят, злословят, сеют семя злобы. Не все могут понять и ценить красоту этого мира.

– Отсекаем!

В этом мире живые существа рождаются, любят, смеются, наслаждаются. Но, о Боги, как они страдают. Мир полон несовершенства!

– Отсекаем!

Человек нуждается в другом человеке, но он способен только брать. Рождаемся и уходим в одиночестве – мы обречены.

– Отсекаем!

Мир заполнен поглощением: кто-то жаждет денег, кто-то удовольствий, кто-то зрелищ. Как мало людей творит, вкладывая в творение свое сердце. Далеко не каждый на это способен.

– Отсекаем!

И снова минуло много времени. Яна видела, как на глади воды Солнце сменялось Луной, а Луна затмевалась Солнцем. Но когда она завершила, материал для отстройки цитадели был готов. Фундамент и стены были заложены из истинного знания, отобранного с великим трудом и тщательностью. Не найти строения крепче во всей Вселенной. Она вошла и узрела заветную цель. Еще до того, как Сон объявил о своем приходе, Яна знала, что он рядом с ней.

Они были в храме, на противоположной стене которого находилась дверь. Дверь эта была на вид совершенно обычна – изумрудного цвета с золотым молоточком и круглой ручкой.

Господин Сон подошел к двери, но остановился подле нее:

– За ней находятся все пути без исключения.

Яна было уже хотела открыть дверь, когда Сон остановил ее:

– Постой.

– Но нам разве не туда? – Яна непонимающе взглянула на него.

– Верно, но еще рано, – Сон аккуратно опустил ее застывшую в воздухе руку. – Нам необходимо завершить пару дел, прежде чем мы войдем. Для начала тебе нужно познакомиться кое с кем.

– С кем же это?

– Даритель снов никогда не работает в одиночку, и будет вполне правильно, если ты представишься им первая и сделаешь первый шаг к большой дружбе.

– Без проблем, – делано воодушевилась Яна, – люблю новые знакомства.

– Твои саркастические нотки слышны в соседней Галактике! – воскликнул Сон, пока его брови взлетали под самый цилиндр.

– Ты ведь и сам знаешь, что до недавнего времени у меня было очень туго с друзьями и с обзаведением ими.

– Не волнуйся, они в своем роде очень дружелюбны.

– Понимаю, – Яна собралась с силами. – Придется не так легко?

– Просто немного упорства, и дело в шляпе! – Сон снял цилиндр и на манер фокусника закрутил его.

– Хорошо, хорошо, – насупилась она. – Думается мне, что без этого никак.