Тихой Ночью, или Добро Пожаловать

– Очень приятно, господин Сон, – приветливо улыбнулась Яна. Сон определенно ей нравился. – Вы пришли ко мне с предложением, но так и не озвучили его.

– Верно, мое предложение – о работе, – проговорил Сон, возвращая свой загадочный образ. – И работа эта исключительна и уникальна, как раз для тебя.

– Но у меня уже есть работа, – вдруг Яна вспомнила о недавно полученном звонке. – Уже приближается понедельник, мой первый рабочий день.

– Знаю, именно потому я постарался прийти как можно скорее, – его взгляд продолжал пылать. – Ты ведь не сможешь обмануть себя и снова все бросишь.

– Вы следите за мной? – с негодованием выпалила собеседница.

– Так и есть, – без обиняков сознался Сон. – Я всегда наблюдал за тобой, на протяжении всей твоей жизни. Из этого вытекает, что я с уверенностью могу сказать: именно ты предназначена на эту должность. И заранее проговорюсь, хотя многие этого не одобрят: если ты отклонишь предложение, то быть катастрофе.

– Вы, должно быть, смеетесь надо мной, – хмыкнула она. – Неужели существует такая работа, на которой я, Яна, можно сказать, незаменима.

– Более чем! – воодушевленно воскликнул господин.

– Так расскажите мне о ней скорее!

– Эта работа самая желанная и удивительная, какую только можно себе вообразить, – господин Сон вдруг разгорячился от нетерпения и даже поддался вперед. – Ты поступишь на службу, а служить ты будешь Дарителем снов.

Яна молча хлопала глазами.

– Не понимаю, ничего не понимаю.

– Твои обязанности будут довольно обширны, но главное – необходимо проследить, чтобы каждое живое существо получило свое послание, – благоговейно шептал Сон. – Это сверхважная работа, которую невозможно переоценить.

– А если не справлюсь? – Яна подалась ему навстречу.

– Справишься. Верь мне! Если не справишься ты, то, увы, уже никто не сделает это как надо, – и, словно опомнившись, он откинулся на спинку кресла и снова напустил маску холодного спокойствия.

– Я надеюсь, вы наблюдали за мной очень хорошо и не ошиблись сном, – ответила Яна, хоть и верила безоговорочно своему гостю по неведомым причинам.

Господин Сон облегченно выдохнул.

– Я предполагал такую мысль у тебя. Но нет причин думать, что это ошибка, здесь сомнений быть не должно.

– Хорошо, я почему-то верю вам или, скорее, хочу верить, – Яна тоже вернулась в объятия кресла. – Что же требуется от меня на начальном этапе?

Она по привычке начала рисовать в голове всевозможные варианты развития событий, но в этот раз вокруг были одни тупики.

– Как я буду работать, совершенно не зная, даже близко не понимая дело?

– Я буду твоим учителем. Но прежде чем мы начнем с тобой этот путь, есть одно условие.

Яна пытливо не отводила взгляда.

– Мне необходимо твое четкое и осознанное согласие. Я не тороплю тебя сейчас, а дам тебе на обдумывание сутки.

– Так даже лучше, – согласилась Яна.

Хозяйка сновидения снова обратила взор на пламя, но уйти в свои мысли у нее не получилось. Господин Сон ни в какую не отводил взгляд. Яна прям чувствовала, как он смотрит, заглядывает вовнутрь, созерцая ее ум, сердце и душу со всем их содержанием.

– Почему вы смотрите на меня?

– Думаю, – просто ответил Сон.

– О чем же? Если это касается меня, то предполагаю, вы можете поделиться со мной.

– Я расскажу как-нибудь потом, не сейчас. Сейчас мне пора, я должен идти.

Господин Сон поднялся с кресла. Перед уходом он взял руку Яны и поднес к губам. Оставив лишь дыхание на тыльной стороне ладони, он раскланялся и удалился. От гостя исходил холод, какого Яна никогда не чувствовала прежде, словно только что опустила руку в студеную воду со льдом где-нибудь в Антарктиде.

Почему-то ей безумно захотелось последовать за ним, но он ушел, и она не знала, как его позвать. Собаки, словно озвучивая грусть, нахлынувшую на нее, заскулили и опустили головы на колени девушки.

– Какая странная работа, – лепетала она себе под нос. – Неужели существует Даритель снов? Поистине необычно даже для сна, хотя он, стоит заметить, невероятно реалистичен.

Яна ущипнула себя на всякий случай, но ничего не почувствовала.

– Хм, действительно, все это только сон.

Еще долгое время она оставалась в кресле, наслаждаясь теплом, пока ее веки не отяжелели, и она не уснула.

Глава 9

На следующий день Яна никак не могла перестать думать о прошедшем сновидении. Она так же продолжала заниматься привычными делами и своим списком, но каждый раз мыслями возвращалась к ночному гостю – прокрутила в голове все сказанное не меньше тысячи раз, восстановила в деталях комнату и даже припомнила каждое плавное мановение руки господина Сна.

– Это был сон, в этом можно не сомневаться, ведь даже сам гость сказал тебе об этом, – пыталась она вразумить себя.

Но реалистичность сна зародила семя надежды. Если все же допустить на секунду, что это правда, и завтра ей не придется идти в офис… Там Яна ощущала себя чужой. Если другие сотрудники были словно фрагменты одного пазла, которые собрались, чтобы дополнить друг друга, то Яна каждый раз оказывалась деталькой из другой коробки. Ни форма, ни цветовая гамма ни в какую не подходили картине, как ни поворачивай. При мысли же о том, что она станет Дарителем снов, сердце ее окрылялось, а душа возвышалась. Вот оно, вот для чего она есть, и это именно то, что зовет ее в данный момент. Неожиданно Яна поймала себя на мысли, что совершенно забыла спросить господина, каким образом она должна дать ответ. После очередного размышления ей все же удалось успокоить себя следующей мыслью: вполне вероятно, что сегодня ночью, пока она будет спать, Сон снова придет во сне, и она тут же скажет ему, что согласна.

– Что за бред? – Яна продолжала держать оборону здравого смысла. – Это просто сон! В реальности такого попросту не существует.

Отталкивая упрямую надежду, Яна продолжала убеждать себя отказаться от нее для своего же блага.

– Только надежда приводит к отчаянию!

Из-за спутанных мыслей под конец дня Яна совсем расстроилась, и ей уже ничем не хотелось заниматься. Печальные думы окрасили весь мир в серый цвет. Не борясь с этим, она просто позволила всему идти своим чередом. Чуть позднее грусть сменилась тоской и скукой.

Яна как никто другой понимала, что жизнь соткана из чуда. Но все же с каждым годом она обнаруживала все больше доказательств того, что в этом мире ей словно нет места. Чтобы немного подлечить свое настроение, она достала целое ведерко мороженого, припасенного на экстренные случаи. Ведерко было опустошено разом; обычно это помогало, но на этот раз настроение не улучшилось. Яна, скорее, замерзла до косточек. Забравшись под одеяло, она постаралась переключить мысли на что-то мимолетное. По поводу завтрашнего дня больше не ощущалось мрачных предчувствий: Яна просто знала, что приложит все силы, чтобы не следить за часами, но все же будет поглядывать туда каждые двадцать минут.

В девять часов вечера девушка завела будильник, погасила свет и приготовилась ко сну. Но уснуть никак не получалось. Мысли, что терзали ее весь день, не пошли на пользу. Механизм в голове так разогнался, что теперь остановить его было невозможно. Такое частенько происходило, когда ею завладевали какие-нибудь идеи: в такие ночи она долго мучилась бессонницей и обычно засыпала только утром. В этот раз это случилось очень некстати.

Яна пробовала уснуть на левом боку, на правом боку, на спине, на животе, она пыталась очистить свои мысли, привести в гармонию дыхание, выпить теплого чаю, лечь в другую сторону головой. Но ничего не помогало.

Ближе к четырем часам утра Яна лежала без сил и безразлично смотрела на часы.

– Я упускаю такую возможность, и все из-за того, что не могу уснуть. Наверняка он подумает: раз я не явилась, значит, решила отказаться, – и больше не придет ко мне.

Чуть не плача от обиды, она убрала телефон подальше, решив, что лучше уж наблюдать, как постепенно светает за окном. Но рассвета так и не дождалась, ибо безжалостная ночь бежала прочь, а наступающее утро подарило утомившейся долгожданный покой.

Глава 10

Яна проснулась легко; по-видимому, проспала немало. Чувство бодрости после крепкого, здорового сна звало ее начать новый день, но она не спешила открывать глаза: так не хотелось вставать, еще бы чуть-чуть понежиться в кровати. В ушах гудел ветер, отовсюду слышался шум высокой травы и хор кузнечиков.

– Наконец-то наступило лето, – мысли в голове перетекали словно мед. – Хотя какое лето, ведь только позавчера выпал первый снег.

Яна резко открыла глаза. Она лежала в траве, на тонком матрасе и белоснежной простыне. Под головой была мягкая, как облако, подушка, а наверху голубое, чистое небо. Девушка приподнялась.

– Что я здесь делаю?

Она откинула одеяло, сотканное из пушистых одуванчиков, и миллионы парашютиков взметнулись в воздух. Яна была в хорошо знакомом ей месте. А неподалеку от ее ложа находился хорошо знакомый господин. Сон стоял спиной, расправив плечи, и делал вид, что не замечал ее пробуждения.

– Доброе утро! – подала голос девушка.

– И правда доброе, – послышался ровный голос.

– Как хорошо, я снова сплю, хвала небесам – вы снова мне снитесь. Я так рада вас видеть! – Яна не могла, да и не старалась скрыть искреннюю улыбку. – Я долго раздумывала и решила, что готова принять ваше предложение.

Господин Сон резко повернулся; солнце нисколько не затмило его красоты. Казалось, в нем что-то переменилось, но не во внешнем облике. Возможно, всему виной было приподнятое настроение и этот блеск в глазах.

– Право, не стоило затрачивать столько энергии, – он подошел к Яне и с ухмылкой добавил. – Ведь ты знала, что согласна, еще до моего ухода.

Яна смутилась и начала озираться по сторонам.

– Почему мы здесь?

– Здесь когда-то начался твой путь. Думаю, это лучшее место, чтобы его и завершить.

– Какой путь? – не поняла Яна.

– Твой земной путь. Он завершается, совсем скоро ты вступишь на новую тропу.

Яна в недоумении посмотрела на господина.

– Звучит так, словно ТАМ меня больше не станет…

– Совершенно верно прозвучало.

– О таких побочных эффектах я не была предупреждена!

– Да? Должно быть я совсем замотался… – Сон явно актерствовал. – В любом случае ты сможешь вернуться, но не думаю, что ты пожелаешь.

– А как же… – Яне сразу же захотелось столько всего выговорить, но все, что она нашлась сказать, – Как же мои собаки?!

– Они продолжат жить хорошей жизнью, я позаботился об этом. Не отрицаю, что они будут скучать, но это ненадолго: скоро вы снова увидитесь.

– Да?..

Яне вдруг стало грустно. Не то чтобы ее там держали незавершенные дела или что-то в этом роде, но все же она оставляла маленькую, хрупкую, притом все-таки семью.

– А где живет Даритель снов? – наконец она нарушила тишину.

– Везде, где ты пожелаешь, – господин Сон улыбнулся клыкастой, но добродушной улыбкой.

По непонятным причинам его улыбка придала Яне уверенности, и она снова слабо, но искренне улыбнулась в ответ.

– Тогда я хочу поселиться на Солнце.

– Думаю, Солнце не станет возражать.

Оба погрузились в молчание. В это время господин Сон праздновал в глубине себя, а Яна просто наслаждалась прикосновениями ветра к ее щекам и волосам.

– Для начала необходимо тебя переодеть, – перешел к делу Сон.

Он осмотрел Яну с головы до ног. Подопечная тут же последовала его примеру и посмотрела на себя. Только сейчас она поняла, что одета в длинную ночную рубашку, а обуви и вовсе на ней не было.

– Да, наряд у меня так себе.

– Сейчас я имею в виду не наряд, а твое тело.

Яна было открыла рот, чтобы что-то сказать, но Сон остановил ее.

– Эта процедура совершенно безболезненна, следуй за мной.

Он ступил на тропинку, резко уходящую вниз. Господин Сон спускался так, словно не шел, а парил над землей. Яна же, боясь поскользнуться и потерять под ногами опору, двигалась бочком, хватаясь за тонкие стебельки растений.

– Не могли бы вы идти помедленнее?

– Твой страх сковал тебя и лишил всех твоих способностей. Вспомни, как легко ты спускалась по этой тропе, когда тебе было семь лет.

Яна промолчала, ведь это было правдой. В детстве она походила на горного козла и могла покорить любые вершины в округе. Правда, и падала с них не раз. Однажды она соскользнула с края и кубарем покатилась вниз, разодрав колени и даже лицо, но, поднявшись на ноги, нисколько не чувствовала боли. В тот момент ей было настолько весело, потому она напрочь позабыла, что должна пострадать, хотя бы для приличия.

– Сейчас я не знаю, что мне с собой сделать, чтобы этот страх исчез.

– Этим мы и займемся.

Оказавшись внизу оврага, господин остановился и задумался на секунду. Сон был виртуозом, под его пальцами свершалась настоящая магия, но даже у богов есть ахиллесова пята. Чтобы немного ближе познакомиться с господином, давайте сфокусируемся на нашем драгоценном Сне. Мельчайшие эмоциональные порывы, проворачивающиеся в глубинах сердца этого служителя, тут же отображалась на его лице, в его повадках и даже голосе. Спасало же его то обстоятельство, что любые превратности чувств он крепко держал в узде; но были и те, о которых он со временем даже позабыл, которые остались необузданными и заставляли его изрядно прочувствовать последствия потери равновесия. Эти чувства и краски затаились в нем глубоко и достаточно умело, выжидая нужного момента, и этот момент наступил.

По своей природе господин Сон на все взирал через призму романтизма и авантюризма. Дух его был пропитан рыцарскими приключениями, соседствующими с надеждами достойных джентльменов. Посему он держался, как и подобает в любой ситуации, с высоко поднятой головой, смело смотря только вперед, вытянутый, как по струнке. Тем не менее в силу своего непостоянства дух его непрестанно метался от лихорадочной одержимости до покойного умиротворения. Его руки и ноги вечно ходили ходуном, когда он был страшно чем-то увлечен, и походили на плавные изгибы реки, когда он был преисполнен умиротворения.

Сон от рождения обладал множеством талантов, часто по своим свойствам противоречащих друг другу. Но одно было в нем постоянно: он не любил понапрасну лить речи и мог молчать веками, не роняя даже междометий. Свободное время от сверхурочной работы, что выполнял исключительно по своему желанию, он растрачивал на выращивание цветов и слушание их разговоров с ветром. Но даже в такие моменты он обдумывал или строил новые замыслы и планы для улучшения и процветания дела, ради которого он трудился. Сон не помнил себя без работы: он был занят всегда, даже когда спал, ведь Дарители снов тоже спят, хоть и вверх ногами, – точь-в-точь как летучие мыши! Интересно, и кто же им доставляет сновидения?.. Да, впрочем, это сейчас не столь важно.

И вот теперь, когда Яна шла следом за ним по дороге, ведущей в одном направлении, кредо его жизни, державшееся столько времени, пошатнулось. Он явно не ожидал такого от себя и тем самым был ошеломлен до верхушки своего цилиндра – проще говоря, Сон потерял концентрацию, сосредоточенность на работе, и сей факт озадачивал его еще больше!

Оказавшись внизу оврага, он ударил себя по лицу, да так сильно, что некоторые звезды сместились со своих насиженных мест. Пылающая лава просочилась в уголке его рта, растянувшегося в ухмылке. Он стер ее тыльной стороной ладони, взмахнул плащом и, не дожидаясь, пока пыхтящая Яна одолеет спуск, пустился в путь. Он так стремительно зашагал, что Яне пришлось перейти на бег, чтобы нагнать его.

– Куда вы вдруг так заспешили? За вами не поспеть…

– Ш-ш-ш, – зашипел он, приложив палец к губам. – Не спугни мое стремление.