Помоги проекту - поделись книгой:
– Болезни выкидываем в любом случае, – сообразила Любава.
– И боль, – вырвалось у Кристины.
– Насчет боли… – Варвара чуть повела бровью. – Не все так однозначно.
– Да, ты обещала дополнить тему боли, – вспомнили царевны.
– Есть еще два пункта, – признала Варвара. – Боль от удовольствия и удовольствие от боли.
Рты разинулись, девичьи лица вытянулись, словно у изображения на экране формат сменился с широкого на узкий.
Варвара быстро продолжила:
– Это просто для информации, чтобы знать, что в нашей многогранной жизни бывает и такое. Итак. – Она подвела итог. – Помним о болезнях и боли и думаем о детях и удовольствии. Вопросы есть?
– Когда доберемся до четвертой составляющей?
– Как раз подошли, – успокоила Варвара собравшихся.
Когда возбужденный гул утих, она спросила:
– Что нужно для удовольствия?
– Муж, – предположила Клара.
– Любой симпатичный мужчина, – процедила Антонина.
– Любой мужчина, – со смехом выдала Ефросинья.
– Не весь, – последовало ироничное уточнение Ярославы.
– Взаимная симпатия, – внесла свое видение Амалия.
– Отсутствие посторонних, – уведомила Александра.
– Ну, я бы поспорила, – не согласилась Ярослава. – Иногда…
– Темнота, – перебила Майя.
– Свет, – не сдавалась Ярослава.
– Постель, – снова рискнула вставить Клара.
– Вот уж без чего можно обойтись, – фыркнула со своей стороны Ефросинья.
– Нежность, – мечтательно поделилась Любава.
– Жесткость, – отпарировала Ярослава.
– Романтика, – опасливо косясь на Ярославу, проговорила Феофания.
Белокурая красотка красноречиво хмыкнула, но смолчала.
– Искренность, – оживилась Кристина.
– Ощущение тайны, – осмелела Майя.
– Раскрепощенность, – выпалила Александра.
– Свободное время, – сыронизировала Антонина, сразу показав мимикой, что так не думает, а только шутит. Но как бы просит не забывать, что в каждой шутке есть только доля шутки.
– Чапа, а ты что молчишь? – внезапно вспомнила обо мне преподавательница. – Выскажи мужское мнение. Интересно послушать соратника и противника в одном лице.
– Желание, – проворчал я.
Переглянувшись, ученицы кивнули.
– Все сказанное может быть правдой, – согласилась Варвара. – Но. Удовольствие от ловиласки невозможно без доверия между партнерами.
– Правильно! – колыхнулись ученицы в едином порыве. – Это главное!
– Чапа, – пришпорила Варвара мои бедра своими, – сколько партнерш отведали твоей ловиласки?
– Что за допрос?!
– Отвечай, это необходимая часть урока, без которой нельзя идти дальше.
– Не я учусь, а вы!
– Мы учимся на тебе. Перечисляй. Тома – раз. Или кто-то был до нее? Постой, почему так скривился по поводу Томы? У вас не было?!..
Я молчал, прикусив язык и мечтая, чтобы дурной сон поскорее кончился. Лица вокруг изумлялись, недоверчиво хмурились, любопытно высовывались. Ниже хоровода лиц выпячивалась невероятная гирлянда из молочно-белых шаров и шариков. Варвара ликующе наседала:
– Не было?! Если не было даже с Томой… – Она обвела всех торжествующим взором. – Девочки! У нас идеальный объект!
– Алле хвала! – оглушили восторженные крики с разных сторон.
Если нас ищут, сейчас врагу стоило просто прислушаться, и – приходи, бери голыми руками. Успокаивало одно: ночь. Здесь ночью не воюют. И не без причин.
Варвара торжественно проговорила:
– Муха Еленин прозвищем Чапа, готов ли ты в присутствии полутора десятков благородных свидетелей объявить о своей чистоте, зная, чем грозит ложь?
Я вновь попытался вырваться. Все равно, что тле спастись из лап и жвал орды муравьев. Там, где меня прижимали весом, теперь еще схватили руками, даже на грудь оперлись и облокотились для пущей надежности.
– Мы ждем ответа. Честного, искреннего, безусловного.
– Чего вы хотите?!
– Просто ответь. Ты возвращался в лоно любви?
– В каком смысле «возвращался»?
Варвара с укором покачала головой:
– Ты же как-то родился? Или ты черт, возникший на причале?
– Я родился! – Несмотря на общий жар, лоб покрылся испариной. – Моя мама – Елена!
– Вот, – довольно кивнула Варвара, приняв мою панику за намерение сотрудничать. – Возвращался ли ты еще в какое-нибудь женское лоно?
Я стал красным на фоне насевших на меня бледных созданий, которые вцепились, как вампиры в жертву.
– Нет, – выдавило горло.
– Все слышали? – громко воскликнула Варвара. – Он сказал «нет»!
– Алле хвала!
Меня сломали. Отжали, перемололи, развеяли по ветру. После выдачи секрета столь интимного, со мной можно было делать все.
– Что еще от меня хотите? – устало бросил я.
– Еще одного ответа, столь же честного и однозначного. Дарил ли ты ловиласку способами, состоящими или включающими комбинации лишь из трех составляющих?
Слишком заумно. Голова не работала, но край сознания понял и выдохнул за меня:
– Тоже.
– Тоже – что? – Царевнам требовалась конкретика.
– Нет.
– Нет! – во всеуслышание повторила Варвара, вертя головой. – Нет!!
– Алле хвала! – откликнулся радостный хор.
– Все? – спросил я. – Довольны? Ты сказала, это был последний вопрос.
– Вопрос – да.
– Что же еще?!
– Обычно урок завершается демонстрацией способов ловиласки по всем видам, как включающим, так и исключающим третью составляющую.
– Демон… – я поперхнулся, – …страцией?!
– Затем – практические занятия.
– Практи… кхм. – Уши слышали, мозг не верил. – Общие, что ли?!
– Какие могут быть еще? Желающие практикуются, нежелающие совершенствуют наглядную теорию. Предмет обязаны освоить все. Можно не владеть копьем, но нельзя прожить без основополагающего – без умения дарить и принимать жизнь.
– У него тысячи жизней на пособии, – напомнила Амалия.
– Помню. – Варвара привстала на коленях. По шатру голов поползли беременные звездами трещины. Небо заглянуло в душу. Там оказалось так же пусто. – Поэтому начнем с…
Лежащий крестом, я нес свой крест, презирая себя, как последнего человека на свете. Увы, мне было хорошо. От этого было плохо. Так плохо, что еще больше хотелось быстрее насладиться хорошим – пока не от меня зависит дальнейшее, пока ситуация сделала меня вещью, а я не смог… или не нашел сил возразить.
Не нашел сил – глупое оправдание. Детское. В переводе на взрослый – не захотел. Почему не захотел? Потому что – природа. Человек – животное. Как человолк. Отличается тонкой, легко рвущейся пленкой разума. У меня, видимо, порвалась. Я плыл по течению. Мной управляли. Меня использовали. А чтобы не возмущался, использовали весьма приятно для меня самого. Все эти приемы я читал на сайтах в разделе «искусство управлять». Заставлять других делать то, что нужно тебе, но чтоб они сами хотели.
Хотел ли я? Глупый вопрос. Еще как. Борясь, сомневаясь и проигрывая по всем фронтам. Гомо сапиенс? Как бы не так. Человек разумный – недостижимая блажь. Существует только человек управляемый. К вашим услугам. Впрочем, вы сами такие. Мной распорядилась бойкая девица, с подачи мамы хорошо попрактиковавшаяся в менеджменте, или как он тут называется. Вами тоже кто-то вертит как хочет. И это не плохо, хотя и не хорошо, это – данность. Так идет испокон веков. Большинством управляет меньшинство, меньшинством – жажда. Власти, денег, ощущений. Так и живем, притворяясь, что решения принимаем исключительно сами. Ведь так легко говорить «да», если тебе от этого хорошо. И так сложно сказать в такой ситуации «нет».
Правда?
Глава 7
– Тревога! – завопила вдали Марианна. – Рыкцари!
Ученицы посыпались с объекта изучения, как яблоки с сотрясенной яблони, и помчались к оружию и одежде. В долю секунды я оказался освобожден. Подбежавшая Марианна ошалело глянула на распластанного меня, но доложила, как положено, по всей форме:
– Трое. На миг вышли со стороны озера. Уже светло, я разглядела. Они сразу спрятались.
Сев и подняв колени к груди, я тоже спрятался от ее напряженно-вдумчивых глаз, где-то внутри разразившихся бранной отповедью при одновременном оправдании меня, как игрушки неподконтрольных мне высших сил. Типа, что с него возьмешь? Одно слово – мужчина.
Именно. Хорошая логика, разрешаю продолжать в том же духе.
– Ушли? – спросил я, не решаясь поднять лица.
– Не знаю. Увидели меня и скрылись.
– Нападем? – Распалившаяся Антонина кровожадно выкатила глаза, прыгая на одной ноге, чтобы попасть во вторую штанину.
– Догоним? – поддержала Ярослава.
Эта уже опоясывалась мечом.
– Хватаем, что можем, и уносим ноги, – объявил я, придя, наконец, в себя и из пособия вновь превращаясь в командира. – Нас обнаружили и чего-то ждут, значит скоро к противнику подойдет подкрепление.
Амалия, еще в одной рубахе, но с перевязью меча через плечо, смущенно протянула мне мои вещи.
– Спасибо. – Я принялся быстро одеваться.
Марианна тактично отвернулась.
– Если убить передовой дозор…
– Основной отряд знает, куда ушли разведчики. – Я покачал головой. – Уходим! Мешки за плечи, в руки по паре палок, которые вчера заготовили. Не забудьте часовых с других сторон!
Поделиться книгой: