Помоги проекту - поделись книгой:
– Я буду тебя держать, не бойся. Может плаваю я не очень хорошо, но ныряю лучше всех. Если что-то пойдет не так, я смогу вытащить тебя.
Изношенные одежды девочки насквозь пропускали ветер. Она вся продрогла.
– Почему ты так легко одета? – заволновался Кенваль.
– У меня нет пока другой одежды. Во дворце должны скоро выдать новые.
Мальчик снял своей верхний кафтан и одел на маленькие плечи Элары.
– Не нужно, ты чего.
– Одень. Всё равно мне его снимать перед испытанием. Он будет сковывать движения.
– Спасибо, – произнесла девочка и расплылась в улыбке.
Кейл совсем извелся от того, что происходило между ними. Элара чуть повернулась и посмотрела в его сторону. Он тут же опустил голову и вновь взялся за шнурки. Взгляд Элары оставался на нем до тех пор, пока не проревел горн. Весь люд начал собираться около висячего полотна, под которым был уготован царский трон. Окрал начал зачитывать место из предания:
– В воде есть сила и жизнь. Тягучесть её есть гибкость, глубина её есть терпение, а форма её есть способность приспосабливаться ко всему. И тот, кто способен обуздать её, познает тело и разум свой, ибо тяжело человеком обладать собой.
Окрал закрыл книгу и величаво обратился к народу.
– Второе испытание вода, объявляется открытым. Участники будут перевезены на лодке вместе с командующим на противоположный берег. После указательных знаков, они должны переплыть реку оказаться и по эту её сторону.
После речи окрала Кенваль с грустью повернулся к Эларе.
– Не волнуйся, ты справишься, – произнесла она и поцеловала в холодную щеку.
Мальчик стал весь светиться и не отрывал взгляда от неё. Тут между ними прошёл Кейл и растолкал их в разные стороны. Он должен был сделать вид, что это вышло случайно. Однако его настроение из-за Элары настолько ухудшилось, что желание притворяться хорошим у него напрочь было отбито.
– Эй, – крикнул возмущённо Кенваль ему в след.
Но он не хотел даже слушать его и целенаправленно шел к лодке.
– Мне нужно идти, – сказал Кенваль и нехотя начал шагать к маленькой посудине.
Все мальчики, прижавшись друг другу еле уместились на деревянном транспорте. Место было настолько мало, что приходилось прижимать под себя ноги. Когда последний участник гельнеи ступил на борт, то лодка тронулась. Кенваль смотрел на людей на берегу, жаждущих зрелищ. "Хотел бы я оказаться на вашем месте", – думал он. Никто не говорил друг с другом. И только Горацио утомляло сложившееся молчание:
– Говорят, на дне реки куча трупов маленьких мальчиков. Все, кто не проходит испытание, оказываются полными лёгких воды в окружении водорослей и рыб. Были слухи, что тела доплывали даже до Ксанта. Довольно странно увидеть мертвого мальчишку, когда купаешься в реке.
Улыбка не сходила с его лица. Он хотел напугать своих соперников. Заставить испытывать страх, вместе с которым придет неуверенность и поражение.
– Если и встретить труп мальчишки во время плавания, то только твой, – произнёс Кейл.
– Скорее им окажешься ты. Видимо, ты с пришел из деревни, позабыв о своих козах и сене для лошадей и не знаешь, что я лучший пловец в Фуре.
– Кто же жаловал тебе этот титул? Царь?
– Нет.
– Тогда никакой ты не лучший пловец, Горацио из Ксанта. Ты лишь балабол, который не знает цену своим словам.
Его начало распирать от злости. "Кто он такой, чтобы оскорблять меня? Несносные фермерские сынки". Горацио с неутомимым желанием разорвать гада на куски смотрел ему в глаза. Тот лишь скорчил лёгкую улыбку. Дно лодки со скребём коснулось земли и качнуло всех пассажиров.
– Приехали, – проговорил командующий.
Все по очереди ступили на берег и ждали дальнейших указаний. Окрал на той стороне реки стоял с вытянутой рукой, ожидая позиции участника для подачи знака.
– Как мы определим, кто будет первый? – спросил Кенваль.
– Жребий все решит за вас.
Командующий достал несколько маленьких палочек и скрыл их длину, сжав кулак.
– Кто вытянет самую длинную из вас, тот будет первым пловцом.
Каждый призванный вытягивал жребий и с облегчением вздыхал. Все они были короткие. Очередь дошла до Кейл. Он потянул за щепку: длинная. Однако ему было всё равно. Никого не минует эта учесть. В конце концов, либо все они будут стоять на противоположном берегу, либо отправятся на дно водоема. Исход однозначен. Мальчик, недолго размышляя, подошёл к воде и ждал жестка окрала. Тот махнул рукой и Кейл побежал, оставляя за собой мокрые следы на песке. Всплеск воды от его прыжка был настолько громким, что он словно кинулся с утёса.
– Как думаешь, нас смогут спасти в случае чего? – заволновался Кенваль.
– Они не успеют. – начал Вайдан. – Чаще всего мальчики доплывали почти до середины реки, прежде чем начать тонуть. И с той и с другой стороны уйдет слишком много времени для его вызволения из водяной тюрьмы.
– Значит, либо проходишь испытание, либо смерть?
– Похоже на то…
– Что, Кенваль? Готовишься стать частью подводного царства? – съерничал Горацио.
– Только после тебя.
– Я видел, как ты плаваешь. С такой техникой как у тебя и в ванной можно утонуть.
Кенваль с озабоченным видом смотрел на Кейл и старался игнорировать глупые издёвки своего знакомого.
– Да, он явно это делает лучше тебя, – сказал Горацио, когда заметил, что пловец уже добирается до земли.
– Кейл, вода! – послышались крики на той стороне реки.
Мальчик еле топал по песку. С его одежд струями сочилась вода. Видно, что это испытание далось ему гораздо труднее, чем предыдущее. Он весь запыхался и ноги уже перестали идти.
– Тяните, – вновь произнёс командующий.
Ребята подошли к нему и стали снова вырывать палочки из ладони спутника. Жребий пал на Силура. Все его внутренности словно сжались. Ему было тяжело дышать. Волнение захлестнуло его рассудок, как двадцатиметровая волна судёнышко. Ноги сами привели его к краю берега. Он устремил свой взгляд вдаль и ожидал знака окрала. Поднятая рука опустилась, и он кинулся в реку. "Сможет ли?", – думал каждый про себя. Этот азарт, эта игра на жизни людей. Для них ничем другим более оно не является. Они не понимают каково это, быть по ту сторону. Стоять и ждать своей очереди. Изводить себя бесконечными мыслями о провале или того хуже о грядущем конце. Они делают ставки на том, чего никогда не испытают.
Силур плыл из-за всех сил. Слишком тяжело. Его руки давно устали и скоро начнут сдавать позиции. Дыхание и вовсе перехватывало всякий раз, когда он опускал голову под воду. Он не успевал сделать глоток воздуха. "Ну, же плыви. Ты должен", – переживал Кенваль. Скорость мальчика значительно снизилась и его стало немного уносить течением.
– Он не справится, – будто с удовольствием сказал Горацио.
Мальчик совсем ослаб и опустил руки. Его начало нести по реке вниз.
– Держись, Силур! – кричал Кенваль.
– Ловите его, – приказал окрал своим людям.
Они побежал вдоль берега, высматривая мальчика. Он еле успевал вдохнуть воздух и снова уходил под воду с головой. Один из членов отряда прыгнул в реку и поплыл к нему. Весь народ стоял и смотрел за происходящим. Позади послышались некоторые выкрики, которые позже вылились в скандирование толпы. Они не желали его смерти, другой исход их привлекал больше. Мужчина доплыл до Силура и ушел на глубину, чтобы его вывести наверх. Когда он скрылся из поля зрения, то все затаили дыхание и затихли. Через полминуты мужчина вытащил кашляющего мальчика со дна и поволок к берегу. "Да", – вновь восторгался народ. Кенваль с облегчением выдохнул.
– Слабак, – произнёс презрительно Горацио.
– О чём ты? Он чуть не умер! – заступился за него Кенваль.
– Поэтому и говорю, слабак. Был бы он не таким немощным, то без всяких проблем пересёк бы реку.
– Откуда в тебе столько…
– Чего? – прервал его мальчик.
– Злости и гордости.
– Это то, что помогает людям выживать. Ты когда-нибудь встречал добрых и честных людей, которые сумели приспособиться в этом мире? Нет, – протяжно отрицал Горацио. – Всё великие люди жестокосердны и горделивы.
Это то, что привело их к вершине. Именно гордость заставляет человека стремится к тому, что сделает его значимей остальных. Запомни это, Кенваль.
– Это неправда.
– Может ты не такой сильный, но голова на плечах у тебя есть. И ты понимаешь, что я не лгу. Осталось только убедить в этом самого себя.
– Тяните, – проговорил командующий.
Кенваль с опустошенным взглядом подошёл и взялся за край щепки. "Это не так", – размышлял Кенваль. "Мой отец великий человек, но он не такой. Он самый честный и добрый".
Горацио вытянул длинную. Без особых раздумий он приблизился к реке. Небольшие волны омывали его лодыжки. В смирении он ждал знака окрала. Когда его рука опустилась, то мальчик отправился в плавание.
Молодой харон тащил Силура, схватив его торс. Когда они вылезли на берег, то весь народ стал аплодировать ему. Они искренне восхищались его смелостью. Родители мальчика скорее подбежали к сыну.
– Боже мой! Спасибо вам! Вы спасли ему жизнь, – восклицала мать, помогая им встать с песка.
Силур наглотался воды и пытался выкашляться. Аленда прижала его к груди, словно не видела сына несколько лет. Она мысленно уже попрощалась с ним, когда он не смог доплыть.
– Как вас зовут? – спросил отец.
– Тицей, ваша милость.
– Чем мы можем отблагодарить, Тицей из Фура, за вашу мужественность?
– Не из Фура, ваша милость. Я не из здешних земель. Благодарность честных людей лучшая награда.
– Мы довольно знатный род. Ваше всякое желание будет исполнено. Ведь вы защитили самое дорогое, что есть в нашей жизни.
Юноша задумался после чего дал уверенный ответ.
– В этих краях оружие делается из версахской занны, добытой в шахтах. Он низкого качества поэтому и мечи получаются не столь крепкими. Я буду благодарен, если вы подарите мне меч из аскорского иридия. Я знаю, что он очень дорого стоит и…
– Не слова больше, – прервал его Неклар, – ваше желание будет исполнено.
– Премного благодарен.
Тицей взглянул на испуганного мальчишку, который не выпускал из объятий маму. В его глазах была видна тоска. Глубокая скорбь, которая проходила через всю его душу. Достаточно было посмотреть в них и понять это. Юноша поклонился и ушел.
Тем временем Горацио уже доплывал к противоположному берегу. Силы были на исходе, однако сноровка давала о себе знать. Он не в первый раз переплывает Тельзу. Как говорил его отец: глотать молоко матери и плавать это первые вещи, которые он знал с рождения. Порой действительно казалось, что вместо крови у него течет вода.
– Горацио, вода! – прокричал окрал.
Весь народ снова повторил его высказывание. Харон у таблицы внёс результат в таблицу, расчеркав металлическим прутом по глине две волнистые линии напротив имени мальчика. С каждым днём их становилось меньше. Наверное, так и должно быть, ведь, в конце концов, должны остаться самые сильные и волевые участники. Не все смогут нести знамя мужа Нильшерта, хоть многие и хотят его.
Судьба распорядилась, чтобы следующим участником был Кенваль. Когда мальчик вытянул длинную палочку, то он испугался. Казалось, он должен перестать бояться всего, что с ним происходит и с высоко поднятой головой преодолевать все трудности, которые ему преподносит жизнь. Однако колени его чуть не дрожали при ходьбе. Неужели ему придётся каждый раз переступать эту черту? Он смотрел вдаль и в глазах всё расплывалось: люди, шатры, лошади, повозки, ларьки. Весь их говор, цокот копыт и дребезжание деревянных колес повозки, слышались так будто он уже на дне реки и поет рыбам сладкую песнь смерти. Рука окрала опустилась и Кенваль не раздумывая кинулся в плавание. Он яростно пробивался сквозь толщу воды, ощущая в себе силы. Но с каждым замахом её становилось всё меньше. В плечах мальчика уже начала чувствоваться резь из-за постоянной нагрузки на них. К середине реки он был настолько изнурен, что не мог двигаться дальше. Ему казалось, что он стоит на месте, когда смотрел оставшееся расстояние. "Я не доплыву", – твердил он себе, безуспешно работая руками и ногами. Он остановился, пытаясь удержаться на плаву и не поддаться течению. "Что делать? Это слишком большое расстояние. Если я стану плыть дальше, то и вовсе начну тонуть как Силур. Думай, Кенваль, думай…". Весь народ смотрел на царского наследника и ждал, что он начнет плыть дальше после небольшой передышки.
– Что-то не так… – произнесла Грендель, когда заметила, что остановился.
– Почему он не плывёт? – задался вопросом Сотар.
– Он не может плыть дальше. Скорее, направь к нему харонов.
– Нет. Слишком рано. Он ещё наплаву.
– Ты не видишь? Он даёт тебе знак, что сейчас утонет. А ты сидишь и спокойно смотришь на это.
– Я не могу ничего предпринимать, пока он не начал идти ко дну или его не начало нести течением. Что люди подумают об этом? Что я даю поблажки своему сыну?
– Что ты человек, у которого есть сердце.
Сотар понимал озабоченность своей супруги, однако не принял во внимание её просьбы о том, чтобы вытащить Кенваля из воды. Он переживает за него так же, как и она, но долг твердит громче. Ни один из призванных ранее не получал таких поблажек. Что будет если он сейчас проявит такое отношение к Кенвалю? За кого они сочтут своего царя? Как сказано в предании о водном испытании:
Возможностей двигаться вперёд больше нет. Кенваль осматривался вокруг себя и пытался понять, что делать дальше. В какой-то момент он глубоко вздохнул и ушел под воду. Никто не понял, что произошло. Люди начали перешептываться между собой: "Где он?"; "Он утонул?"; "Куда он делся?". Взволнованность народа перешла и родителям мальчика. Сотар и Грендель нервно смотрели на место, где Кенваль исчез и ждали, когда он вновь покажется. Никого не было. Они готовы были уже отправить кого-то за помощью, как из воды показалась голова, жадно вдыхающая воздух. Однако он вылез в месте поближе к берегу. Мальчик еле надышался и вновь сделал долгий вдох, скрывшись под толщей воды. Он опускался на дно и передвигался по нему. Так было проще и он прилагал меньше усилий, чтобы продвигаться вперёд. Когда он очередной раз показался, то народ возликовал и стал скандировать его имя. Они поражались изворотливости Кенваля и находили его самым занимательным участником среди других. Его нестандартный ход мыслей вызывал искреннюю улыбку и восхищение. К нему невозможно было оставаться равнодушным. В конце концов, он в прямом смысле вышел из воды. Последний шаг и Кенваль уже не мог держаться на ногах. Колени упали на холодный песок, после чего мальчик уселся и начал приходить в себя. Он сделал это. Лицо Мидека не выказывало радости в отличии от других зрителей. Скорее оно было полно скрытой злости. Теперь он обязан что-то сделать, чтобы остановить этого любимца толпы. Ведь чем больше он получает их одобрения, тем больше это приближает его к трону. Легитимность власти всегда стояла наравне с её легальностью. Возможно, последнее же даже уступает первому, так как узурпатор, которого все знаю, любят и уважают, лучше, чем истинный наследник, которого все ненавидят.
Бэриель тут же подбежала к мальчику и накрыл голову пледом.
– Пройдёмте в покои, ваша милость. Там намного теплее.
Харон помог Кенвалю подняться и вел его к шатру держа за локоть. Мальчик совсем окоченел. Нужно было переодеться в сухое. Однако его никак не отпускала мысль о своей новой подруге. Он вертел головой и высматривал её среди толпы.
– Вы не знаете где Элара? – спросил он Бэриеля.
– Они помогает с подготовкой праздничной трапезы.
– А…
– Вы хотите её видеть? Я могу привести её.
– Нет, нет. Не нужно. Все хорошо.
Поделиться книгой: