Вне себя

Я «принёс» ей два: от клёна и липы. Она взяла их и начала крутить в руках:

– О чём ты сейчас думаешь?

– Да, всякая ерунда в голову лезет.

– Надеюсь не банк ограбить. Мне бандюга не нужен.

– Нет, но тоже про деньги.

– У тебя же руки на месте. Голова есть. Какую ты мебель дочке хорошую сделал. Можешь запросто бизнес открыть.

– Для этого станки купить нужно.

– Я кредит возьму, мне дадут.

– Нет, ТЫ не возьмёшь. Я сам буду копить.

– Да ну что ты? Я тоже могу к тебе присоединиться. Вместе строгать будем. Анюту с Антоном подтянем.

– Сначала я себя починю.

Утром Катя ушла на работу, а мне пришло СМС от 900 с (1). В кабинете у Александра Васильевича.

– Смотрели телевизор? – начал он.

– Смотрел.

– Видели, как немцы извернулись? Двух наших дипломатов хотят выслать… Там им под руку попался гражданин России, был дважды судим в России. Сдать его, значит признаться. Пусть нам доказательства ищут. Будем упираться. А вот тебя, да, не опознали. Хорошая работа. Не хочешь в реабилитационном центре отдохнуть, потренироваться?

– А Сирия?

– Что Сирия?

– Ничего…

– Подслушивали, значит… Нехорошо… Анатолий Андреевич, Вы думали, что я Вас в Сирию прямиком отправлю?

– Надеялся.

– Из центра летать будете! В понедельник скорая помощь за Вами приедет. Предупредите родных и близких что опять месяц отсутствовать будете. Сообщите, что брать телефон с собой запретили, мол, будете в экспериментальном центре проходить лечение. По возможности сами позвоните. А точнее по разрешению… Можете идти. И починим мы Вашу эректильную функцию.

– Вы за мной следите?

– Мы тебя охраняем.

– Откуда вы всё про меня знаете?

– Знать всё и о всех это наша работа. Вы же не думаете, что я расскажу какими методами?

– Глазок в квартиру?

– Это – андроид приложение. Умный дом… Впускает по вписанным разрешённым биометрическим данным. По лицу, грубо говоря, и приоритетам. Всё, давайте. – Александр Васильевич крутнул пальцем, давая понять, что мне пора.

Уже дома, сидя в коляске, размышлял. Следящих людей за мною в окно не заметил. Откуда он знает про мою эректильную функцию? Катя? Точно она. Кроме неё никто не знает. Стала бы она со мной встречаться инвалидушкой. Ещё и прикидывается, что ничего не знает. А навещу-ка я её. Катя на работе, занимается пациентами. Всё выглядит вполне прилично, не ширма. Да нет, не может быть, чтобы она. Облетел свою квартиру в поисках жучков. Тоже не обнаружил. Может меня чипировали? До правды всё равно в своё время доберусь…

Реабилитационный центр, понедельник. После еды в конференц-зале Александр Васильевич рассказывал мне распорядок на предстоящий месяц:

– Анатолий Андреевич, эту неделю Вы полностью тренируетесь в этом центре, лечитесь, процедуры, потом на выходных мы увозим Вашего манекена в Сирию на базу Хмеймим. Проверяем, сколько времени Вам потребуется на дорогу. Насколько крепкая связь с манекеном, а потом, собственно, и задания.

Первую неделю опять проходил полный медосмотр. Куча анализов. Куча препаратов для применения. Даже не понял, что и для чего нужно. В моего манекена воткнули куклу для связи. Натянули военную форму Ратник. На голову резиновую маску, как кожу. Чёрную матерчатую маску, только место для глаз вырезано. И глаза в маске такие натуральные, только смотрят всегда прямо. Закрыли широкими зеркальными очками. В тренажёрном зале всю неделю отрабатывали натуральность бега и очень высокие прыжки. В пятницу вечером моего манекена забрали.

В воскресенье меня не кормили… Утро понедельника. Сделали клизму, и не одну. Привезли и подключили капельницу. Сказали, что я длительное время буду отсутствовать, и что лишняя пища в кишечнике мне совершенно не нужна. Дали отмашку найти свою куклу. Нашёл. Летел пару минут. Но не долетел метров двести: упёрся в купол, словно из стекла, который не впускал вовнутрь. Вот про какой купол говорил Александр Васильевич. Затем он резко пропал, и я влетел к своему манекену. Купол вновь появился. Военные, не замечая этого купола, перемещались сквозь него. Манекен находился в одном из жилых вагончиков. Внутри, как и полагается: холодильник, стол, стул кровать, даже туалет. В моём случае холодильник был пустым. Я втянулся в своего манекена и вышел наружу. Меня ожидал Владимир Емельянович:

– Анатолий…

– Да, Вова, я тут.

– Давай к тебе.

Мы вернулись в определённый для меня вагончик. Владимир Емельянович раскрыл папку с фотографиями и планами местности:

– Мы находимся вот тут. Недалеко от границы с Турцией есть несколько нефтедобывающих вышек и нефтеперерабатывающих мини заводиков, которые контролируют американцы. Воруют нефть сирийского народа. Не совсем наше дело, но деньги с продажи нефти уходят террористам, на которые они покупают оружие, с которым они воюют в Сирии опять же против нас. Американцы это место сильно охраняют. Поэтому тебе на форму нашили сирийские опознавательные эмблемы, чтобы к нам претензий не предъявляли. Вечером на вертолёте с базы вылетаешь в этот квадрат. Тебе в поддержку четверых людей из сирийского спецназа. Ни с кем не разговаривать. В каску вделана громкая связь и GPS. По ним мы будем вас отслеживать и давать целеуказания. Будут вопросы – излагаешь кратко. Попусту эфир не засорять. Пока отдыхай, в нужное время я за тобой зайду.

США. Пентагон. Отдел секретных служб. Снова молодой офицер с папкой у начальника:

– Сэр, источник в Сирии докладывает, что русские собираются испытать новую экипировку «Ратник» под видом сирийского солдата. Говорят, хорошо бронированная, и не оставляет теплового следа. Прибыл какой-то элитный офицер для испытания.

– Место проведения проверки неизвестно?

– Предполагают, что это будут нефтяные вышки на турецкой границе.

– Спутник-шпион есть над этим местом?

– Да, сэр.

– Следим за базой. Есть возможность «нашим» попасть вовнутрь?

– Нет, сэр. Там всё под колпаком.

– Как появится на экранах, выводишь ко мне в срочном порядке и связь с нашими на месте.

Вечер. В мой вагончик вошёл Владимир Емельянович:

– Толик, пора. У тебя будет автомат такой же, как у всех. Никакой взрывчатки. Как очутишься в нужном месте, бьёшь всё своим телом. Спички для поджога в кармане.

Мы вышли наружу. Стали подходить к куполу. Владимир Емельянович скомандовал по радиостанции:

– Можно.

Купол пропал. Я прошёл эту границу, и Владимир Емельянович добавил:

– Закрываем.

На стартовой площадке в вертолёте уже сидел сирийский спецназ. Я сел туда же.

Пентагон.

– Сэр, источник сообщает, что русский с сирийским спецназом сели в вертолёт и направляется в сторону нефтяных вышек. Как предполагали.

Начальник сразу скомандовал:

– Выводите на экран. Посмотрим, что там у них за прогулочная пижама.

Вертолёт приземлился и заглушил все моторы. Я вместе со спецназом сошли с него.

По громкой связи Владимир Емельянович начал направлять меня:

– Прямо четыре километра. Прогони спецназ легко бегом.

Понятно, что я не испытываю усталости в этом состоянии, а им ведь ещё возможно воевать. Но приказ есть приказ. Я побежал, взяв автомат в одну руку. Спецназ переглянулся и побежал за мной.

Пентагон. На экране полная слежка за отрядом. Начальник наблюдая:

– Какая примерно масса снаряжения у главного?

– Сэр, мы его просканировали. Очень много металла. Не меньше двухсот килограмм.

– Думаете экзо скелет?

– Скорее всего. И бежит он бодро.

– Выведите в инфракрасный режим.

На экране в тепловом режиме отобразились все спецназовцы, кроме того, кто в «Ратнике».

– От основного нет тепловых сигнатур.

– Русские умеют удивлять. Они уже приближаются к нашим позициям. Стрелок на месте?

По громкой связи:

– На месте.

– Никого не трогаем. Подпускаем ближе. Стрелок срезает основного, потом валим всех остальных. Костюм на базу. Посмотрим из чего оно сделано.

Командование российской группировки в Сирии. Владимир Емельянович по громкой связи:

– Анатолий. Впереди позиции начинаются. По аккуратнее там.

Мы прекратили бег и залегли. Сирийцы выдохлись. Пот струями покрывал их лица. Представляю, что там под одеждой творится. Почти стемнело. Мы на полусогнутых клином начали продвигаться к позициям. Я шёл впереди. Неужели нас не заметили?

Пентагон. Начальник спецслужб:

– Стрелок, бей в серединку груди, посмотрим на броню. И глушите им связь.

Выстрел бронебойной снайперской винтовки. Чёткое попадание в середину манекена. Пуля прошила «Ратник» насквозь и выбило несколько шариков со спины. Манекена отбросило от меня назад, и он упал. Сирийцы залегли. Они видели гибель того, кого они должны были охранять.

Пентагон. Начальник, под аплодисменты присутствующих отдал приказ:

– Мочите остальных.

Шквал огня накрыл сирийский спецназ. Я видел, как пули пробивали их тела, вырывая из них куски мяса и брызги крови. Впервые смотрел на смерть так близко. Я не стал использовать манекен, а полетел на позиции американцев и их же винтовками стал расстреливать на местах.

Пентагон. Молодой офицер:

– Сэр, что-то происходит на наших позициях.

– Покажите наши позиции.

К тому моменту как их показали, позиции покрывали только мёртвые тела.

– Больше масштаб, общий план.

Нигде никого.

Я вернулся в свой манекен и лёг в него. Рядом лежали тела сирийского спецназа. Приподнялся.

Пентагон.

– Сэр. Русский пришёл в себя.

Командир по громкой:

– Стрелок. Контрольный в голову. И выслать туда отряд с ПЗРК.

Пуля опять уложила навзничь. Но не прошла насквозь, а застряла в каске на затылке. Мне пришла идея, как найти стрелка. Пуля может служить для меня трассировщиком. Я снова лёг в манекен и рукой дотронулся до торчащей сзади пули.

Пентагон.

– Сэр, он снова шевелится!

– Да он что, бессмертный? Это не может быть роботом?

– Не знаю, сэр.

– Стрелок, разряди ему обойму в грудь.

Очередь прошила грудную клетку экипировки. Я по пуле нашёл стрелка и его же винтовкой размозжил ему голову, а затем сломал винтовку. Он сидел в замаскированной засаде километрах в четырёх от места боя. Странно… Мне не приходят указания от Владимира Емельяновича. Я вернулся к погибшему спецназу. Как мне их на базу вернуть? На мои запросы ответы не приходят. Для начала выполню задание. Лег в манекен. Поднялся и пошёл в сторону нефтяных вышек.