Помоги проекту - поделись книгой:
Хотя, с другой стороны, подобные инциденты случались уже сотни раз, и всегда «кавасачки» возвращались домой, отделываясь, в общем-то, легким испугом.
Но то, что за неделю Хосода так и не появился, уже по-настоящему насторожило его. Так обычно ведут себя по отношению к обложенному со всех сторон полицией человеку. А ему даже не звонили. Хотя новую партию песка ожидали с нетерпением.
Все это могло означать только одно: он и Араи находились под колпаком. И выйти на него, чтобы предупредить, означало бы засветиться самим.
Но Сакамакэ-то мог бы предупредить! Как-никак с ним и начинали эту молодецкую забаву!
Хотя, с другой стороны, как? И обижаться ему по большому счету не на кого. Таковы правила игры…
И ему оставалось только одно: рвать когти. Вот только куда? Это как-никак Япония, и русскому здесь, на Хоккайдо, спрятаться трудно, хотя его соотечественников здесь было предостаточно. Да и как скроешься, если твоя фотография наверняка имеется у каждого постового…
А что, если проверить? Что он, собственно, теряет? Может, он напрасно нервничает, и задержка вызвана какими-то совершенно другими причинами?
Возный вышел на улицу и медленно двинулся к парку. Уж где-где, а там он сумеет расколоть кого угодно.
И он расколол. Да, за ним действительно следили…
Возный вернулся домой. Сварил себе кофе и, выпив пару чашек, закурил.
Итак, он под колпаком. Теперь предстояло решить извечный русский вопрос: что делать? Кто виноват, его пока не волновало.
Уходить? Однозначно! Как? Идеи были. Главное, куда? Впрочем, это он решит потом. Главное — уйти! Потом найдет Сакамакэ и пусть у него болит голова по его дальнейшему устройству!
По сути дела он ничем ни рискует. Ведь так или иначе его обязательно будут брать. Потом следствие и суд по японским плюс российским законам и длительный срок…
Нет уж! Пусть сидят другие! А он свое отмотал!
Собравшись, Возный вышел на улицу. Ни души… Но он-то хорошо знал, что на него сейчас устремлены взоры нескольких человек. Ладно, черт с ними! Уходил от своих, уйдет и от этих!
Он остановил вовремя подвернувшееся такси и по-английски, он уже в довольно приличных пределах говорил на этом языке, сказал:
— Быстрее в аэропорт, опаздываю на самолет! Если успеем, плачу две цены!
Водитель только кивнул в ответ, и в следующее мгновение его «мицубиси» полетел по ночным улицам Саппоро. И сразу же Возный увидел за спиной свет фар шедшей метрах в пятидесяти от них машины. Хотя его вряд ли пасли только на одной машине.
Но сейчас ему было на это уже наплевать. Он прикидывал, где ему выскочить из такси. Конечно, где-нибудь на повороте, где «мицубиси» на какие-то доли секунды скроется из глаз преследователей. А там ищи ветра в поле! Или, вернее, в поросших лесом горах, да еще ночью!
Так он и сделал. Когда водитель, сбавив скорость, пошел на поворот, Возный открыл дверь, и сложившись, как его когда-то учили на зоне, выкатился на асфальт.
«Мицубиси» с изумленным водителем поехал дальше, за ним промчались полицейские. Но даже и за эти секунды Возный успел углубиться в лес.
Впереди была пусть и относительная, но все же свобода…
Глава 21
Масано продержался только несколько часов. И немудрено, другой на его месте раскололся бы гораздо раньше.
Нет, Иэнага не пытал его, поскольку испытывал отвращение к подобной деятельности. Он просто… дрался с Масано, предоставив тому возможность защищаться.
Что ни в коем случае не уравняло шансы на победу. Хотя Масано был хорошо развит физически и отнюдь не выглядел мальчиком для битья…
Но куда ему было до Иэнаги, превратившего свое тело в великолепный боевой механизм. Даже учитывая то, что «работал» он с лейтенантом Кумэды далеко не в полную силу.
Получив в последнем кумите нокаут, Масано с трудом пришел в себя. Открыв глаза, он увидел все то же бесстрастное лицо, которое так поразило его еще в том чертовом лесу, где его взяли…
— Вставай! — приказал Иэнага.
Пошатываясь и чувствуя, что все плывет у него перед глазами, Масано с трудом поднялся на ноги.
— Защищайся!
Масано попытался было поднять руки и защитить лицо, но с ужасом почувствовал, что руки не слушаются его. Видимо, этот самурай бил в определенные точки…
Иэнага надел на Масано шляпу, потом легко подпрыгнул и, развернувшись в воздухе на триста шестьдесят градусов, сбил шляпу ногой.
— Если ты будешь продолжать молчать, — бесстрастно сказал он, — я ударю тебя в голову…
И Масано рассказал все. И о том, чем занимался в семье, и о своем левом доходе, и о Фукуде, и о советнике Инагаки Ихаре Комацу, от которого «Юдзивара-гуми» и узнала об «Эбису»…
Еще через полчаса об этом знал и сам Инагаки…
Глава 22
Такэёси Кумэда готовился к ритуалу.
По традиции ритуал проводился в чайном домике. Конечно, Кумэда не мог не понимать, что торжественные церемонии в чайных домиках да еще в кимоно выглядят несколько старомодно, но относился к ним с уважением.
Подпоясавшись, он не удержался от соблазна и взглянул в зеркало. На него смотрел человек, словно рожденный в кимоно. Подмигнув самому себе, Кумэда вышел в сад. Светила полная луна. И освещенный ее ровным белым светом сад с его небольшим прудиком, камнями, причудливыми растениями и чайным домиком казался сказочным…
Торжественно ступая по вымощенной красным камнем дорожке, Кумэда с наслаждением вдыхал полной грудью напоенный ароматом цветов ночной воздух. Дойдя до цукубаи — небольшого колодца, вырытого в саду, — он с той же торжественностью омыл себе лицо и прополоскал рот чистейшей ледяной водой. Теперь он готов к ритуалу…
В чайном домике его ждали. Согласно церемонии гости прошли в него несколько раньше и теперь, сидя в позе лотоса, почтительно ожидали появления оябуна. И когда он вошел, его приветствовали безмолвными поклонами. Усевшись посередине, Кумэда принялся любоваться композицией в токономе — специальной нише в стене, в которой располагался свиток живописи, ваза с цветами и курильница с благовониями. Так, в полном безмолвии, прошло десять минут. Наконец Кумэда занялся приготовлением чая. И когда он был готов, оябун, взяв чашку в правую руку, нарушил царившую в чайном домике священную тишину.
— Брат, — обращаясь к Асао, негромко произнес он, — сегодня в нашей семье великий и памятный день: она принимает своего нового члена. Этой чести удостаивается далеко не каждый, но ты доказал, что достоин ее! Но прежде чем ты станешь полноправным членом нашей семьи, я хочу сказать вот о чем. Будь храбрым, мудрым и милосердным. Думай только о борьбе и знай, что трус умирает сто раз! Развивай свой дух и свое тело, ибо это дух и тело вечного воина! Будь беспощаден к врагам и помни, что с этой минуты никто не сможет безнаказанно оскорбить тебя, ибо он оскорбит нашу семью!
Кумэда сделал небольшую паузу. Позабыв под влиянием минуты о всей условности ритуала, ему внимали лучшие из лучших его семьи. И ему очень хотелось верить, что сейчас в домике присутствует и дух великого Ямато…
— Помни всегда о смерти, — продолжал он, — и не бойся ее! Воистину храбр тот, кто встречает смерть с улыбкой. Каждое мгновение готовь себя к смерти, а когда твой час пробьет, умри как самурай! Путь воина есть путь смерти!
Кумэда сделал небольшую паузу и торжественно спросил:
— Готов ли ты стать членом нашей семьи?
— Да! — выдерживая немигающий взгляд оябуна, глухим от волнения голосом ответил Асао.
— Готов ли ты умереть во имя ее интересов?
— Да!
— Готов ли ты к беспрекословному подчинению старшим братьям?
— Да!
— Готов ли ты принять смерть в случае измены?
— Да!
— Хорошо, Асао, — проговорил Кумэда, ставя чашку с чаем на левую ладонь, покрытую шелковым платком, — помни о том, что произошло сегодня!
Сделав два глотка, Кумэда протянул ее Асао.
Низко поклонившись, Асао почтительно принял чашку из рук оябуна и, сделав большой глоток, протянул ее своему наставнику. Гоити, в свою очередь, передал ее сидевшему рядом с ним. Пройдя весь круг, чашка снова оказалась у Кумэды, который допил оставшийся в ней чай.
— Все, Асао! С этой минуты ты полноправный член нашей семьи! Поздравляю тебя…
Слегка поклонившись собравшимся, Кумэда вышел из домика. Ритуал был окончен…
Глава 23
Ямаока вернулся в свой кабинет не в лучшем настроении. Что же, все правильно. Теперь шефа интересовали только результаты… И Савадзима в довольно жесткой форме потребовал усилить работу по раскрытию обоих убийств…
Правда, в кабинете Ямаоку ждал приятный сюрприз. Некто Брюс Палаван из манильской криминальной полиции, не особенно вдаваясь в подробности, сообщал своему японскому коллеге, что поставками «живого товара» в Японию занимались служащие торговой фирмы «Джэпэн медикэл эквипмент»…
Отложив письмо, Ямаока посмотрел в раскрытое ок-но. У Савадзимы больше не должно быть поводов для высказывания своего недовольства…
Часть 2
На каждого тигра есть свой охотник
Глава 1
Глубоко задумавшись, Такэёси Кумэда смотрел в окно. На столе стояла недопитая чашка чая и полная окурков деревянная пепельница в форме свернувшейся змеи. Кумэда всегда много курил, когда думал, а в этот вечер ему было над чем поразмышлять…
Случилось нечто такое, чего не смогли предусмотреть ни Янагура, ни сам Инагаки… Мандзиро Масано, выдавший всех и вся, как только его отпустили, сразу же отправился к… своему оябуну…
Кумэда взял из пачки новую сигарету и чиркнул зажигалкой. Слабый огонек осветил неровным мерцающим светом погруженную в полумрак комнату.
У него не было ни малейшего сомнения в том, что участь Комацу решена. И возможно, он уже в эту минуту плавал в луже собственной крови. С другой стороны, Инагаки может повременить с наказанием и попытаться сыграть свою игру. Что бы он сделал сам на его месте? Сбросил бы неугодного ему мэра… Надо только сдать Масано полиции, а потом доказать ему связь с Фукудой. И мэр Кодэ уйдет в отставку… Это, в свою очередь, означает новый виток в борьбе за подряды на строительство Нью-Айленда, и еще неизвестно, чем этот виток закончится. Сам Кумэда в своих далеко идущих мечтах видел себя не только строителем, но и полно-властным хозяином построенного в море города-спутника…
Да, он всегда хотел стать хозяином… И когда в десятилетнем возрасте оказался на улице без иены в кармане, и когда эти иены у него появились, и когда он стал оябуном. И всегда грозная тень Инагаки мешала ему. Хозяин в городе должен быть один…
Стало темно… Кумэда встал с кресла и зажег свет. Не выпуская сигареты изо рта, прошелся по комнате. Да, он сделает так, как решил…
Подойдя к столу, Кумэда нажал кнопку звонка, и в комнате появился Томоо. Почтительно поклонившись оябуну, он вопросительно посмотрел на него.
— Приведи ко мне Масано!
Через минуту Томоо снова появился в комнате, на этот раз вместе с Масано, который за несколько дней осунулся и похудел.
Кумэда снова прошелся по комнате. Заметив, что тот жадно смотрит на сигареты, он милостиво разрешил:
— Можешь закурить!
Сделав судорожное движение кадыком, Масано выхватил из пачки сигарету. Несколько быстрых и глубоких затяжек, и он осторожно взглянул на оябуна, стоявшего к нему спиной.
В полнейшем молчании прошло еще несколько томительных минут. Наконец Кумэда повернулся и негромко произнес:
— Вот что, Мандзиро…
Говорил он недолго, но по мере того, как он доносил до предателя смысл задуманного, лицо Масано прояснялось. И когда оябун закончил, он, низко поклонившись, проникновенно воскликнул:
— Я все сделаю, Кумэда-сан! И поверьте…
Услышав это слово, Кумэда резко поднял голову и посмотрел на бывшего лейтенанта с таким презрением, что тот осекся.
— А теперь иди, — выдержав паузу, проговорил Кумэда, — и помни, что я прикажу живым изрезать тебя на куски, если ты вздумаешь крутить!
Отвесив чуть ли не земной поклон, Масано быстро покинул комнату.
Проводив его тяжелым взглядом, Кумэда снова подошел к окну. Игра началась…
Глава 2
Впрочем, она началась и для Кихатиро Инагаки. Оябуну «Кавагиси-гуми», как и его сопернику, тоже было над чем подумать.
Пока ему было ясно одно: свалить мэра он сможет с помощью Фукуды. Как только будет доказано, что помощник мэра и директор «Ниппон тойлз корпорейшн» связан с торговлей наркотиками, судьба того будет решена. Но для этого сначала надо было «подставить» Масано полиции, а уж потом опубликовать в прессе фотографии, на которых тот снят вместе с Фукудой…
Неожиданно Инагаки почувствовал, как на него навалилась усталость. Он поморщился. Проклятая старость! И если от нищеты он сумел найти лекарство, то старость излечить уже нельзя было ничем.
Сложив руки на животе, он закрыл глаза и упорядочил дыхание. Уже очень скоро по всему телу распространилось приятное тепло. Еще через пять минут Инагаки полностью забылся, уйдя в таинственный и чудесный мир медитации…
Спустя полчаса его голова была свежей и ясной. И первая же мысль, которая пришла ему на ум, поразила его. Настолько гениальной она ему показалась. Да, да, именно так он и должен действовать! Взглянув на яркую луну, Инагаки улыбнулся. Правы эти философы! Чтобы показать луну, совсем не нужен палец…
Глава 3
Внимание Ямаоки привлекла подъехавшая к главному входу в Управление полиции голубая «тойота». Ямаока облегченно вздохнул. Наконец-то!
Уже через минуту Симодзава появился в его кабинете.
— Порядок, Каматаро, — направляясь к холодильнику, улыбнулся он, — сейчас послушаем…
Достав из холодильника банку с пивом, Симодзава чуть ли не одним глотком расправился с нею.
Утолив жажду, он уселся напротив начальника и вытащил из кармана пиджака крошечный диктофон.
«— А зачем же надо было убивать таможенника?» — услышал Ямаока низкий баритон.
— Это Фукуда, — пояснил помощник.
Ямаока кивнул.
Поделиться книгой: