Помоги проекту - поделись книгой:
Он сжал кулаки, наблюдая, как садится солнце за небоскребом на другой стороне Темзы. За Тауэрским мостом, потом парочка прыжков через тени строго на запад, а потом еще совсем немного пешком. Где-то там находилась Скай. И ей грозила опасность. Из-за него. И из-за воровки, которая значила для него больше, чем ему хотелось бы.
Бастиан заставил себя вспомнить, что он – тенеходец и хранитель кольца. Он не мог поддаваться чувствам. Не должен. Прежде всего ему предстояло выполнить свой долг. И для этого он собирался сейчас закрыть свое сердце. Эбби нельзя доверять.
Не оглядываясь, он почувствовал, как она шевельнулась в кровати. Услышал, как она откинула одеяло и медленно подошла к нему. Ее рука легла ему на плечо, потом скользнула по его груди. Всем своим телом Эбби прижалась к его спине.
– Скай нужно ее кольцо, Эбби, – сказал он так тихо, что не был уверен, слышит ли она его. Она склонила голову на его плечо, и он увидел ее отражение в оконном стекле. Она выглядела такой несчастной. Такой беззащитной и потерянной.
Медленно он повернулся к ней и заглянул в глаза, подведенные черным карандашом. Его ярость стихла. Поглощенная ненависть Гвиннеда вполне удовлетворила ее. И все же он жаждал большего. Это была человеческая тоска. Ему хотелось поддаться своим слабостям. Нет, нельзя. Не сейчас.
– Ты должна вернуть его мне, Эбби, прежде чем произойдет непоправимое…
Вот он стоял у окна, совершенно разбитый. Это я отлично понимала, потому что сама постоянно испытывала это чувство. И поэтому я скорее встала с постели, завернулась в одеяло и подошла к нему. Он чуть сгорбился. Неудивительно – ведь на его плечах лежала непосильная ноша. Сколько же ему пришлось вынести… Машинально я потянулась к нему, прижалась к нему, надеясь, что он простит меня и продолжит любить, хотя мое сердце все еще билось для обоих Тремблэев. Но я знала, что испытывала к Бастиану настоящие чувства. И хотела вернуть их все. Я вздрогнула, когда он наконец повернулся ко мне. Он смотрел на меня с таким нескрываемым сожалением, что мне стало страшно. Жалел ли он, что взял меня с собой? Что целовал меня? Или он жалел…
– Ты должна вернуть его мне, Эбби, прежде чем произойдет непоправимое.
Непоправимое уже давно произошло. Я встала на цыпочки и обвила руками его шею. Одеяло сползло на пол, и я прижалась к нему. Потом наши губы соприкоснулись.
Я чувствовала, что он колеблется. Чувствовала, как он борется с собой. Он так крепко целовал меня, словно наказывая меня, а может, и себя тоже, и при этом так крепко прижимал меня к себе, словно никогда больше не хотел отпускать. Его руки скользнули мне под рубашку, коснулись моей талии, затем начали подниматься выше по позвоночнику. Меня снова охватил жар, но я знала, что в этот раз мне ничего не грозит. Я гладила его шелковистые темные волосы. Наконец мы снова вместе. Это чувство опьяняло меня. Я так скучала по нему. Так жаждала снова почувствовать искреннюю любовь к нему в своем сердце, и вот это случилось. Чувства, снова вспыхнувшие во мне, были неподдельными и сильными. И бесценными. И им ничего больше не грозило, по крайней мере, сейчас, потому что кольцо сердца исчезло.
Бастиан словно прочитал мои мысли. Его поцелуй изменился, стал нежнее, глубже.
– Что такое? – прохрипела я, когда он вдруг опустил голову, так что мои губы коснулись его лба.
– Мы не можем этого сделать. – Бастиан потер затылок, отстраняясь от меня. Черты его лица стали жестче, и он избегал смотреть мне в глаза. – Я не затем тебя выслеживал, чтобы…
– Чтобы быть со мной? – грустно спросила я, опуская руки.
Челюсть Бастиана чуть дрогнула.
– Сейчас на карту поставлено нечто большее – и ты это прекрасно знаешь.
Я отступила и растерянно посмотрела на него.
– Нет, не знаю, – тихо отозвалась я, обходя письменный стол. – А знаешь почему? – я не дожидалась, пока он ответит. – Потому что каждые пять минут ты говоришь мне что-то другое! – тут я повысила голос. – Ты говоришь, что не доверяешь мне, а потом снова целуешь меня. Ты считаешь меня причиной всего этого хаоса, но снова обнимаешь… – я покачала головой. – Ты спасаешь меня от жара, от холода бездны, целуешь меня, но думаешь при этом только о своем долге. Как человек вообще может быть таким? – вызывающе бросила я, опираясь на столешницу. – Я просто не понимаю, что у тебя в голове.
Бастиан кивнул. Он поднял голову, и его полный отчаяния взгляд встретился с моим.
– Ты хочешь знать, как человек может быть таким? – он говорил очень тихо. – Так ведь я не человек, Эбби. Я не мог бы спасти тебя ни от жара, ни от холода, если бы я был простым человеком. Возможно, в этом случае любовь или поцелуи действительно имели бы ценность. Тогда я бы мог дать волю своим чувствам и просто наблюдать, что произойдет, если я обниму тебя сильнее… – он покачал головой и провел рукой по волосам. – Но я не человек. Я несу колоссальную ответственность. А ты своими поступками доставляешь мне немало хлопот. – Он шагнул ближе, и я даже испытала облегчение, что между нами стоял стол, потому что выглядел он пугающе. – Что бы ни случилось с тобой сегодня – это очень опасно и ничуть не нормально. Я не простой человек с простыми чувствами, Эбби… Но и ты тоже, – он снова покачал головой. – И кем бы ты ни была… сейчас ты оказалась по другую сторону баррикады. Пора покончить с этим. – Он отвернулся, скользнул в ближайшую тень и оказался уже на другом конце комнаты.
Это прозвучало довольно неожиданно, и по спине у меня пробежали мурашки. Я потерла руки, наблюдая, как он достает из шкафа два стакана и бутылку воды. Он наполнил стаканы и поставил их на столик перед диваном.
– Ты это о чем? – спросила я, так как он, похоже, не собирался сам продолжать разговор.
Он залпом осушил свой стакан.
– Оуэн сможет объяснить, что с тобой случилось, – чуть слышно ответил он и сел на диван. – Завтра же мы отправимся в поместье Каерхеев. – По его взгляду я поняла, что возражений он не потерпит. – Тогда же мы выясним, где кольцо сердца.
Я обошла стол.
– Что ты имеешь в виду? Я же сказала тебе, что не знаю, где оно.
По его взгляду, скользящему не по мне, а по тому, что меня окружало, я поняла, что он пытается найти черные плетения лжи.
– Да, сказала, – трезво согласился он и подал мне второй стакан. Когда я забирала его, кончики наших пальцев соприкоснулись, и он чуть поморщился, словно у него появились неприятные ощущения. – Но я не поверю, пока этого не подтвердит Оуэн.
– Что? – я вздрогнула, так что немного воды выплеснулось на пол.
Бастиан схватил меня за руку и удержал. Его глаза были холодны, как замерзшее озеро.
– Только не надо ничего усложнять, ладно? – попросил он, хотя у меня создалось впечатление, что это скорее приказ. – Обойдемся без драм.
– Я уже тысячу раз говорила тебе, что не хочу, чтобы Оуэн…
– Сам я не смогу получить то, что хочу, – сказал он, и его взгляд задержался на моих губах. – И ты не сможешь сама найти объяснений тому, что с тобой случилось. Что ж, такова цена ошибок, которые мы совершили.
– Ты не посмеешь, – прошептала я и вырвала у него руку. – Ты не отдашь меня Оуэну!
Но Бастиан оставался непреклонным и кивнул на кровать.
– Отдохни лучше. Завтра вставать рано.
– Ты что, не слышишь, что я говорю, Бастиан?! – закричала я и швырнула стакан с водой через всю комнату. Он разбился о стену, и осколки посыпались на пол. Вода стекала вниз по стене. Но я ошиблась, предполагая, что это произведет впечатление на Бастиана. Он равнодушно смотрел на осколки и лужу воды на полу. Это еще больше разозлило меня. Как он мог оставаться таким спокойным? – Оуэн меня не тронет, ты слышишь…
– Он уже пробирался в твои воспоминания, так что ты переживешь это и во второй раз.
Я сжала кулаки.
– Неужели тебе действительно все равно? – разочарованно воскликнула я. – Он же увидит все, что происходило между нами. Каждый поцелуй, каждый момент, когда мы были близки!
Бастиан покачал головой.
– Это его интересует меньше всего. Он просто хочет найти кольцо так же, как и я.
– Но я, черт возьми, действительно не знаю, где это дурацкое кольцо! Все, что знала, я уже сказала. Я спрятала его в медвежонке. И как раз собиралась забрать его оттуда и вернуть тебе, когда ты нашел меня у Флоренс. Да, я хотела вернуть его тебе, потому что…
– Потому что – что? – По его взгляду стало ясно, что он не верил ни одному моему слову.
– Потому что я… Я больше не доверяю отцу. Я думаю, что он… солгал мне. Он обманул меня.
– Солгал, значит? – Бастиан сел прямо и указал на место рядом с собой. – В каком смысле солгал?
Я нерешительно села на диван, в последний раз посмотрев на осколки стекла на полу, которые казались мне осколками моей жизни.
– Каким образом Джек обманул тебя? – допытывался Бастиан, глядя на часы. – И где он вообще, черт возьми? Эбби, эта ночь будет очень долгой, если ты наконец не скажешь мне правду.
– А ты поверишь мне, если я скажу тебе правду?
Бастиан наклонил голову.
– Зависит от того, насколько убедительными будут твои доводы.
Он снова посмотрел плетения, окружавшие меня. Я знала, что он делает. Он ищет ложь. И я злилась на него за то, что он может вот так запросто это сделать.
– Ненавижу тебя, – выдавила я, и Бастиан нахмурился.
– Ты можешь лучше, – прорычал он, глядя мне в глаза. – Давай-ка еще раз – только не лги мне больше.
Среди орхидей
Поместье Каерхеев было просто огромным. Я чувствовала себя крошечной и жалкой, когда Бастиан вышел со мной из тени и повел меня по длинной подъездной дорожке к дому. Желто-золотой фасад сиял в свете утреннего солнца, и туман медленно растворялся. Начинался новый день. Где-то заржала лошадь, и несколько птиц тут же вспорхнули с верхушек деревьев над нами.
Словно опасаясь, что я тоже сбегу, Бастиан крепче сжал мою руку и решительно повел меня дальше.
– Да отпусти ты меня! – в очередной раз крикнула я точь-в-точь как незадолго до этого в его комнате, когда он против моей воли потащил меня в тень.
Он улыбнулся.
Черт, он улыбался! Хотя я злилась на него. И выглядел он при этом просто сногсшибательно – этот придурок! Я попыталась высвободить руку, но он держал меня крепко.
– Бастиан, – прохрипела я, вонзая каблуки в гравий. – Я не хочу!
– Ничего, переживешь, – невозмутимо отозвался он. – И прекрати упираться, если не хочешь, чтобы я перекинул тебя через плечо, как мешок.
– Ты не посмеешь! – пригрозила я и ударила его по руке, но при этом сердце у меня ушло в пятки, потому что по его взгляду я поняла, что он не шутил.
– Иди уже.
Я не хотела входить в этот дом. Не хотела, чтобы Оуэн Кингсли смотрел мои воспоминания. Я хотела, чтобы Бастиан просто доверился мне, потому что я ему рассказала все как есть. Всю правду. Об отце, о нашем предке кузнеце, о том, как я побывала в святилище собора. Я все ему рассказала, все… Почему он до сих пор не доверял мне?
Но все же я уступила и последовала за ним, хотя и с большой неохотой, к особняку. Из конюшен, мимо которых мы шли, пахло лошадью, как вдруг отдаленный топот копыт заставил Бастиана остановиться.
– Что такое? – спросила я и снова попыталась высвободить руку.
– Сюда едет Викки, – пояснил он, кивая на холм перед нами, на котором возвышалась великолепная оранжерея. Ее стеклянные стены отражали утренний свет, так что она вся сверкала как бриллиант. Рядом с оранжереей я разглядела темный силуэт всадницы.
Я в очередной раз попыталась высвободить руку.
– Слушай, ну неужели нельзя просто…
Похоже, мои попытки вырваться вывели его из себя, и он резко заломил руку мне за спину. Я врезалась в его грудь, и он взял меня за подбородок, чтобы я никак не смогла увернуться от его взгляда.
– Ты сама во всем виновата, Эбби. Ты украла кольцо у Тристана и тем самым подвергла всех нас опасности.
Мы стояли так близко друг к другу. А как светились его прекрасные синие глаза, в которых сейчас отражалось солнце… Почему я обращала внимание на такие мелочи в подобной ситуации? В этот момент я сама себя ненавидела.
– Ты сам говорил, что все стало бы намного проще, будь ты простым человеком – без обязанностей хранителя кольца, – грустно заметила я, и мое сердце разрывалось оттого, что он находился так близко ко мне и в то же время так далеко от меня. – Так неужели было бы плохо, если бы…
– Если бы что? – От его взгляда повеяло холодом полярного моря, и я в какой-то момент засомневалась, не приснилось ли мне вчера, что он переживал за меня, обнимал и целовал.
Нет, никогда еще он не казался мне таким далеким, хотя мы стояли так близко друг к другу. На глаза наворачивались слезы. Как же это больно…
– Я имею в виду… неужели было бы так плохо отказаться от этой ответственности? Ты избавился бы от этих обязательств, если бы отец расплавил кольца.
Бастиан застыл. Викки как раз пришпорила своего коня рядом с нами, но он не обращал на нее никакого внимания, а смотрел на меня, не веря в то, что услышал.
– Да ты что такое говоришь? – голос парня дрогнул, и багровые плетения покрыли его кожу. Он растерялся, и это тут же ослабило его самообладание.
– Не могу сказать, что рада тебя видеть, Бастиан. Особенно после всего, что ты натворил. Но Оуэн обещал, что ты принесешь нам кольцо Скай, так что, считай – тебе повезло, – вмешалась подъехавшая Викки.
Я была даже рада, что Виктория здесь. Даже ее, как обычно, холодный взгляд по сравнению с ледяным молчанием Бастиана казался мне огоньком в камине.
– Медлить нельзя – Скай срочно нужно ее кольцо, – продолжала она. Потом она заметила, что Бастиан начал меняться внешне, и приподняла одну бровь. – Может, объясните, что здесь происходит? Бастиан? Я же с тобой разговариваю.
Он молчал. Просто потрясенно смотрел на меня, пытаясь собраться с мыслями. Наконец он глубоко вздохнул и повернулся к Викки.
– Где Оуэн? Он нам нужен, если… – он с пренебрежением покосился на меня, – если мы хотим найти кольцо.
Виктория побледнела. Она крепче сжала поводья и подъехала ближе.
– Что это значит? Разве кольцо сейчас не у вас?
Даже лошадь почувствовала напряжение, витавшее в воздухе, и беспокойно шаркнула копытом.
– Нет, – выдавил он. – Кольцо исчезло. И… с Эбби что-то не так. Она…
– С
Бастиан махнул рукой.
– Я имел в виду, что с ее
Викки покачала головой и поджала губы, покачивая ногой в стремени.
– Они все в оранжерее, – наконец сказала она, кивая в сторону холма. – Скай очень плохо. Только рядом с орхидеями ей на некоторое время и становится легче. – Викки с укоризной оглянулась на меня, и у меня мурашки побежали по коже. – Времени катастрофически мало.
Бастиан кивнул. Потом схватил меня за руку. Его пальцы овивали сердечные плетения, и даже в синеве его глаз уже мерцал сверхъестественный пурпур. Было видно, что он отчаянно пытается сохранить контроль.
– У нас у всех мало времени, потому что Джек Вудс собирается расплавить наши кольца.
– Расплавить? – Викки уставилась на меня, и я отвернулась под ее взглядом.
– Да, он хочет уничтожить кольца, – тихо призналась я, чувствуя себя виноватой. Однако тут же огрызнулась: – Но он это все не со зла. Просто это действительно неправильно, что кто-то распоряжается судьбами других людей, манипулируя душами, сердцами и воспоминаниями. Он не злой – по крайней мере, мне так казалось.
Поделиться книгой: