Наследник. Том 1. Проклятая кровь

Разошлись не прощаясь. Дракон куда-то исчез, явно не ожидая ничего хорошего от дальнейшего общения с графом. Просто исчез и все. Никто не видел. А лазить по поистине «бездонном» подвалу, который этот «чокнутый профессор» себе соорудил в скале Всеволоду не хотелось. Они там годами могли играть в кошки-мышки. Поэтому он пошел будить Ридлиана.

— У вас глаза светятся… — протерев свои и для надежности поморгав, заявил темный эльф.

— Шепот Илуватора.

— Что?!

— Эта чешуйчатая скотина использовала на мне шепот Илуватора. Что это за пакость?

— Долго?

— Сначала там, на стене. Ну вы видели.

— Вот мерзавец! Так это был шепот! А я еще подумал, что похоже, но действие другое.

— Да, я уже в курсе, что должен был обмочиться и упасть без чувств после первого удара сердца. Но почему-то не упал. Потом он, при Велене и других гостях еще раз его применил. В этот раз держал сто сорок три удара. И держал бы дальше, если бы я не разозлился и врезал ему по челюсти. Скотина! И смылся! Найдете его — пробейте от меня по печени пару раз. Ну или хотя бы по яйцам, но от души.

— Но это невозможно… — покачал головой Ридлиан с каким-то потерянным видом.

— Что невозможно? Не сможете его ударить?

— Нет, нет, — замахал руками темный эльф. — С удовольствием! Но сто сорок три удара шепота Илуватора. Это невозможно!

— Но факт. Свидетели видели. И ты говоришь, у меня глаза светятся?

— Да. Светло фиолетовым светом. И легкая дымка из них идет. Словно это заклинание на вас до сих пор действует…

— Вот сволочь! Гад хвостатый! Вы знаете, что это за плетение?

— Очень древнее. Я знаю только то, что его изредка используют во время пыток. Зачем оно применялось раньше — не знаю. Высшее ментальное плетение вряд ли кто-то создавал для пыток. Скорее всего это неприятный побочный эффект. И ваши глаза… очень странно… Паарнахтур точно знает больше. Вы ведь смогли разглядеть темных жрецов даже в клубящейся тьме, когда он применил к вам это плетение. Неожиданно. Никогда бы не подумал об этом.

— Я бы расспросил его, да он сбежал. Видимо боится наказания. Ждет, пока я остыну.

— Очень похоже на него, — серьезно произнес Ридлиан. — Он большой проказник. Его ведь за это свои и прогнали. Точнее хотели убить, а он сбежал и тут спрятался. Дал клятву полной верности вашему приемному отцу. За ним сюда его родичи прилетали, но узнав о клятве согласились не убивать, решив, что этого наказания будет достаточно.

— Мой приемный отец может знать, что-то про это плетение?

— Может. Я учился в Маджере, школе воинов, а магию осваивал с учителями дома по остаточному принципу. Он — наоборот. Учился в школе магов — Сорцере, а фехтование осваивал с мастерами дома. Он может знать.

— Хорошо. Тогда мне нужно посетить склеп.

— Я распоряжусь. Заходите через полчаса в портальную залу для дальних переходов…

С этими словами Ридлиан ушел. Да чего уж там — испарился, словно пытаясь сбежать. Никогда так раньше не делал. А Всеволод, безмерно раздраженный всем происходящим, отправился на кухню. Еда как правило поднимала ему настроение. Но не сейчас. Поэтому велев повару собрать ему корзинку для пикника, граф отправился с ней в портальный зал.

Туда он прибыл заметно раньше. Не прошло и четверти часа. Но все было готово. И хранитель, свинтус, глаза отводил, избегая встречаться взглядом. Всеволод фыркнул. Взял разовый портальный камень, должным образом активированный в главной арке, и шагнул в голубое марево перехода.

В склепе царила тьма. Полная. Непроглядная. А он, баран, забыл взять с собой хоть какой-нибудь светильник. Впрочем, как это ни странно, несмотря на полное отсутствие света он видел все. Странно так. Необычно. Но да какая разница?

Жертвенники убрали, крышку саркофага починили. Да и вообще навели здесь порядок. Вон — и кости разрушенных скелетов тоже под ногами не валялись, а сдвинутые ими надгробья стояли на своих местах.

Он прошел к саркофагу. Постучал по крышке и сел на пол, откинувшись на стенку этого каменного гроба.

— Выходи. Поговорить надо. — Произнес граф, вслушиваясь в собственный голос, очень необычно звучавший в этой каменной конуре.

Но никто не выходил.

Тишина. Она поначалу давила и прямо звенела. Но уже через несколько минут стала ласкать слух. А вместе с ней и темнота. И легкая прохлада. Все это настолько умиротворяющее на него подействовало, что он волей-неволей провалился в сон. Слишком уж сильное потрясение…

Очнулся от того, что его как будто трясли.

— Тебе пора… — прогудел знакомый голос.

— А ведь я звал тебя… — произнес Всеволод с укором, открывая глаза. — Почему не пришел?

— Ого! Где это ты так вляпался?

— Чертов ящер постарался! Скотина чешуйчатая!

— Шепот Илуватора?

— Да.

— Сколько?

— Сто сорок три удара сердца.

— Он сбежал еще до того, как ты очнулся?

— Я не терял сознания! Как это вообще понимать? Почему я вижу в этой тьме? Что за дрянь использовал этот чокнутый гад?

— Не терял сознание?! — В голосе призрака чувствовалось совершеннейшее изумление.

— Нет. Сначала было больно, но терпимо. Потом боль совершенно ослабла и чувствовалась только тяжесть. Словно на плечи пару троллей посадили.

— Интересно… — с той же подозрительной интонацией, что и Паарнахтур, произнес этот призрак и навернул вокруг Всеволода пару кругов.

— Я пришел узнать, знаешь ли ты, что этот засранец сотворил?

— Меня никогда не интересовали древние работы этого безумного мага.

— И все-таки. Ридлиан предположил, что ты можешь знать хоть что-то.

— Ты ведь меня не так видишь, как в прошлый раз?

— Ну… — задумался Всеволод, присматриваясь. И да, призрак был куда более оформлен в антропоморфную фигуру, чем в прошлый раз. Даже черты лица хорошо проступали. — Да. Увидев тебя живым, я бы узнал.

— Любопытно. Мда. Я специализировался на боевой магии, поэтому многого рассказать не могу.

— Да хоть что-то.

— Давным-давно жил очень сильный и талантливый маг — Илуватор. Однажды он был захвачен иллитидами и провел у них в рабстве пару веков. Почему его не убили — неизвестно. Его крепкое, здоровое тело прекрасно подходило для симбиотического слияния. Да и вообще. В общем — он смог выжить. А потом и сбежать, каким-то образом освободившись от их магии. Но бесследно она не прошла…

— И с тех пор стал сумасшедшим?

— Именно, — кивнул призрак. — Он хотел найти способ противостоять иллитидам. Проводил бесчисленные опыты на рабах самых разнообразных народов. Больше, конечно, налегал на людей и орков, но и светлыми эльфами не брезговал, если удавалось их поймать. И все бы ничего, но выяснилось, что этот безумец ловит темных эльфов, убивая в лаборатории. То есть нарушает одно из главных запретов Богини во взаимоотношениях ее народа — не попадаться. Учитывая, что его к тому моменту ненавидели и боялись практически все, смерть у него получилась долгой и мучительной. ОЧЕНЬ мучительной. Его помощники смогли выдать только шепот Илуватора — это было единственное плетение, которое он им доверял. Его попытались использовать в пытках, но быстро отказались. Сломленные и пускающие слюни жертвы, лишенные даже проблеска разума, не годились даже для нормального принесения в жертву богам. Так что сейчас — это все просто история, лишенная всякого практического смысла. Записи то зашифрованы непонятной магической печатью, хоть и сохраняются бережно в библиотеке Сорцере.

— Я этой ящерице хвост вырву! Тварь! Скотина реликтовая! Экспериментатор хренов! — Прошипел разъяренный Всеволод.

— С первого раза такого результата не добиться.

— Я буду долго его мучать! Пока не оторвется!

— Я не о том. С первого применения шепот Илуватора не портится здоровье. Там нужно раз пять его хотя бы использовать. Да, чтобы болевые ощущения прогрессировали и с каждым разом было все хуже и хуже. И это сложно отследить во время обычной пытки. Это дракон эмоции чувствует, а темные эльфы — нет. Только мощные ментальные маги, которые редко участвуют в такого рода делах.

— И что это меняет? Как он вообще посмел так со мной поступить?!

— Так он такой же чокнутый, как и Илуватор, — со смехом в голосе произнес призрак приемного отца. — Только не настолько кровожадный. Хотя иногда мне казалось, что они были знакомы или состояли в переписке из-за его оговорок. Вот. И да, я понимаю, звучит все это дико и тебе, наверное, не понятно, зачем я вообще с ним связался. Но он дракон. Это очень важно. Я посчитал, что иметь под рукой дракона — очень полезно. Пусть и слегка безумного. Тем более, что он дал мне полную клятву. А значит, что осознанно угрожать жизни или здоровью представителей моего дома не мог. А если нечаянно убил бы — погиб бы следом, промучившись в жутких корчах сутки. Вот больно сделать может, да. Но только если считает, что таким образом он помогает и не вредит.

— Помогает?! Вот свинья чешуйчатая!

— Ты ведь сам, наверное, неосторожно его попросил о чем-то? Да?

— Попросил, — хмуро буркнул Всеволод, понимая, что сам себе злобный буратино. А ведь он еще там, в подвале понял, что дракон ему попался с «обширно протекающей крышей». Хотя по неопытности списал это на разность менталитетов. — Этот дурной эффект сойдет? — Спросил граф, махнув рукой перед глазами. — Не очень хочется пугать окружающих.

— Не знаю. У тех, на кого продолжали воздействовать плетением после потери сознания свечение пропадало примерно через полчаса. Вне зависимости от того, как долго воздействовали. Ты первый, кто выдержал столь продолжительное воздействие не теряя сознания. И понятия не имею, какой эффект это дает.

— Долго я тут спал?

— Часа два. И они хорошо светятся сочным таким цветом, ярким. И легкий фиолетовый туман парит. Возможно нужно подождать подольше. Хотя бы пару суток. Но лучше опросить Паарнахтура. Он может знать.

— Почему я не отключился?

— Не знаю. Могу только предполагать.

— М?

— Во-первых, у тебя полное открытие магических каналов, а этот псих Илуватор не разу так и не добрался до владетельного аристократа. Во-вторых, ты прибыл из очень далекого мира. Может у вас там мозг как-то иначе развивается из-за острого дефицита маны. Такие миры практически не изучены. И да — очень тебе советую — доведи ритуал до конца…

— ЧЕГО?!

— Полный ритуал шепота Илуватора требует воздействие не меньше часа на того, кто сохраняет сознание. Желательно без перерывов. А лучше пару часов. Именно это говорили под пытками его прислужники.

— И зачем мне это делать?

— Любопытство и закрепление полезных возможностей. Нет? Зря. Видеть в полной тьме полезно.

— Мне это без надобности, — хмуро возразил Всеволод.

— Как знаешь, — пожал плечами призрак. — Ты зашел в ритуале достаточно далеко, и никто не знает, какие побочные эффекты это несет. Во всяком случае считается, что сам Илуватор прошел его полностью. А свихнулся он задолго до этого, еще у иллитидов. Так что полное успешное прохождение ритуала точно не убивает, ибо жил он после этого не меньше сотни лет. — Произнес призрак и замолчал.

— Спасибо за сведения. Будешь? — Произнес Всеволод, вынимая из корзинки бутылку вина, после затянувшейся паузы.

— Хорошая шутка, я оценил, — усмехнулся призрак приемного отца. — Ты бы мне сюда еще шлюх привел, предлагая поучаствовать.

— Извини, не догадался, — ответил наш герой с таким выражением лица, словно это действительно хорошая идея, которую он упустил, и нужно ее взять на вооружение.

— Ладно, иди уже. Шутник.

— Так оставить? — Кивнул Всеволод на корзинку.

— Оставь. Пусть порадует хотя бы своим видом.

Граф кивнул. Встал. И протянул руку призраку, чтобы пожать. Чисто на автомате. Тот хмыкнул. Протянул свою. И они соприкоснулись. Да так, что Всеволоду от острой, пронизывающей боли в ладони резко захотелось в туалет по-маленькому. С трудом перетерпел боль, наблюдая усмешку на лице приемного папаши. Видимо шутка с вином ему совсем не понравилась. И, активировав портальный камень, шагнул в мерцающую синеву перехода. Не в склепе же справлять малую нужду? Местного обитателя это может так расстроиться, что «справлялка» отвалится…

Часть 1. Глава 10

Вернувшись в крепость Ро и сдав артефакт хранителю, Всеволод навестил уборную, отдал распоряжение найти ему Паарнахтура, хоть по частям, и отправился в Южный замок. Потому как гости не стали ждать хозяина этих земель, желая, как можно скорее, заняться делом. Например, лишить некромантов подходящего материала. И Ридлиан не стал им перечить. Отправил куда следует. Дело же говорят?

Граф вышел из портала и прошел на стену, откуда открывал прекрасный вид. Именно там он и обнаружил своего майордома… с бутылкой вина.

— Что с вами? — Спросил его Всеволод.

— Нервы, — буркнул он, глядя куда-то в поле перед замком. Граф глянул туда же и сразу понял причину треволнений своего помощника. Там, забравшись на небольшой пригорок, руководила толпой молодых ребят обоих полов и целой россыпи народностей темная эльфийка.

— О! Откуда она тут?

— Дипломатическая миссия в Холинделе. Случайно узнали, что мы с темными жрецами воюем. Решили поучаствовать. Советница Викония Де’Вир.

— Темная эльфийка… — тихо произнес Всеволод с очень задумчивым видом. — Как и интересно. Поправь меня, если я не прав. Возможно у меня не верные сведения, но у темных эльфов же очень жесткое государство… с матриархатом…

— Так, — кивнул майордом. — Уже кто-то рассказал?

— Там, откуда я пришел есть сказки о темных эльфах. Страшные сказки. Про богиню-паучиху, правление редких стерв-матриархов и чудовищную безжалостность всего народа… ибо иначе не выжить в тех страшных условиях, в которых они живут.

— Интересные у вас сказки… — произнес Ридлиан, совершенно диким взглядом посмотрев на Всеволода.

— Чего только не придумают люди, — улыбнулся парень и пожал плечами. — Мда. Так вот. И эта богиня может принимать разный облик. То огромного черного паука. То прекрасной темной эльфийки. То этакого кентавра — сверху эльфийка, снизу паучиха. Надо же было такое выдумать… — покачал головой. — Да имя у нее странное — Ллос…

— Ллосиралиа[1], - глухим голосом ответил Ридлиан.

— Что? — Несколько удивленно переспросил Всеволод.

— Называть ее кратко крайне оскорбительно для тех, кто не близок к ней. Но таких вольностей она даже высшим жрицам не позволяет. Ни один темный эльф ее так не посмеет назвать. Как Ллосиралиа ее знают только темные эльфы. Остальным она известна под другими именами. И это очень странно. Ты ведь говорил, что в том мире, откуда ты пришел, нет магии… нет темных эльфов. Как вы о ней узнали?

— Вопрос явно не ко мне. Я о ней только сказки и легенды читал. — Произнес парень и развел руками. Темный эльф молча кивнул. А потом, после небольшой паузы, спросил:

— Почему вы о ней спросили?