Помоги проекту - поделись книгой:
— Спросил.
— Что?
— Давай уже на «ты». Надоело кривляться.
— Почему ты о ней спросил? — После небольшой паузы, повторил вопрос Ридлиан.
— Скажи. Смерть жены и детей моего приемного отца как-то связана с конфликтом, из-за которого он… вы покинули свою Родину?
— Я не хочу об этом говорить.
— Да или нет? Это крайне важно.
— Да.
— А та темная эльфийка, что прибыла. Ты знаешь ее? — Ридлиан напрягся как пружина. — Итак?
— Я не знаю ее.
— Кто-нибудь из твоих собратьев, служивших моему приемному отцу, знают ее?
— Я не спрашивал.
— Расслабился ты, старик. Расслабился. Даже у меня, выросшему на сказках о вас, подозрений воз и маленькая тележка. А ты… ты же жил здесь? Хотя не печалься. Вечно в напряжении жить нельзя. Свихнешься.
— Или станешь темным эльфом… — мрачно произнес Ридлиан.
— Об этих вопросах моих помалкивай, чтобы кривотолков не пошло. Может я дую на лед, опасаясь обжечься. И присматривай за ней. Только одна темная эльфийка? Других твоих сородичей не прибыло?
— Только одна.
— Хорошо. Теперь ответь мне, зачем они это все это делают?
— Чтобы затруднить некромантам атаку.
— И зачем ты им это позволил делать?
— Разумная же мысль.
— Мы нашли способ быстро и легко уничтожать всю эту мишуру некромантов. А значит могли нанести им серьезный урон в запасах маны. Они ведь уже прорву накопителей потратили. Так? Вот. И могли бы потратить еще. Поправь меня, если я ошибаюсь, но накопители не так просто заполнять. Тем более быстро и в таком количестве. И чем больше эти темные жрецы будут здесь лбом долбиться в каменную кладку, тем лучше. Так?
— Так… — нехотя признал Ридлиан.
— Так чего же ты их туда пустил? С таким тылом мы могли бы выжать темных жрецов досуха. Если повезло бы, то еще одного или двух из них прибить. Хотя бы отправив на перерождение. Тоже вряд ли простая и приятная процедура. А ту прорву маны, которые некроманты вливали бы в нежить тоже можно было бы как-то использовать. Хоть жертвенные печати под стенами нарисовали бы. Например, массовое принесение нежити в жертву. Звучит мерзко, но может кому и сгодится. Чего добру то пропадать? Мда. На тебя что, так девица подействовала? Раскис ты за эти годы изоляции… Э-эх! Ллос тебя за ногу да иллитидов в мошонку!
Сказал и заметил, как эта эльфийка отчетливо вздрогнула, выдав тот факт, что слушала их разговор. Магически, вероятно. И, возможно даже, что с самого начала. Так как говорили они тихо-тихо, и ветер был в лицо, то есть, даже в двадцати метрах ничего не услышать, а тут — с сотни.
По правде сказать, Ридлиан тоже вздрогнул и тихо зашипел:
— Я же просил! НИКОГДА ЕЕ ТАК НЕ НАЗЫВАЙ!
— Да брось, — отмахнулся Всеволод, — никто же не слышит.
— Я слышу!
— И что? Побежишь ей жаловаться? Ллосина… Ллосасина…
— Ллосиралиа! — Перебил его Ридлиан.
— Точно! Ллосинария!
— Ллосиралиа!
— Ллос-ира-лиа. — Медленно, по слогам произнес Всеволод. — Так?
— Так.
— Вот я и говорю. Прибежишь. Придумаешь, как ее вызвать. Что, полагаю, само по себе не просто. Она ведь не всегда сама приходит даже на ответственные ритуалы.
— Я не знаю этого.
— Да брось, она та еще ленивая жопка, — усмехнулся Всеволод. — Так вот. Придумал ты, значит, как пробраться в ее храм. Сообразил, как привлечь ее внимание. Именно ее, а не какой-то там хрени с бантиком. И что ты ей скажешь? Что там какая-то скотина человеческая ее по имени обзывает? Так или нет?
— Нет, — покачал головой Ридлиан. — Я никогда так не поступлю.
— И правильно. Ибо бред! Да и что неуважительного в том, чтобы называть ее по имени? Чай не на официальном приеме. Это там нужно долго и нудно лицемерить, врать и изящно нести великосветскую чушь. А тут… ну какая разница? Вот серьезно? Этот хвостик к ее имени — значит что-то действительно важное?
— Он означает «сумеречная госпожа».
— Ой, ну так и кто сомневается в этом? Я? Может ты? Все это знают и за то ее уважают… ну или боятся. Кто-как. Сам видишь — я не темный эльф. Зачем мне играть в ваши игры и ритуалы? Тем более, проживая так далеко от ваших земель.
Ридлиан нахохлился, но возражать не стал. А потом вдруг спросил.
— В ваших сказках только Ллосиралия упоминается?
— Из богов темных эльфов?
— Да.
— Нет. Там их было несколько, но я имен прочих не запомнил. Ллос, как по мне, самая яркая из них. Прекрасный пример того, на что способна обиженная женщина. По нашим легендам у нее с мужем не заладилось. Не поделили кто в доме хозяин или что-то в этом духе. Вот она и злобствует. Видимо до сих пор болит. Может даже любит, но боится признаться даже самой себе.… А пойти и помириться не может. Гордая. В общем — классика. Тяжелая бабья доля… Мда… Жаль ее… и темных эльфов жаль. Попали под раздачу за просто так.
— Тебе нельзя к темным эльфам… — тяжело вздохнув, произнес Ридлиан. — Такого пренебрежительного отношения к нашим богам я еще не встречал. Тем более к таким опасным.
— Слушай, чего ты хочешь? Неделю назад я был уверен, что они существуют только в сказках. Дай мне время. У меня они даже в голове пока не укладываются. Как факт.
— Они всегда вмешиваются в жизнь тогда, когда их не ждешь… — произнес Ридлиан с очень серьезным лицом.
— Так семью моего приемного отца сожрали ее пауки?
— Пойдем, — произнес старый темный эльф, не отвечая на этот вопрос. — Познакомишься с гостями. А то мы тут договоримся до того, чего даже упоминать не стоит. И я очень тебя прошу — думай, что говоришь этой темной эльфийке. Она не я. Может пролиться кровь. И хорошо, если просто кровь. Мстить Ллосиралия и любит, и умеет, и воображение у нее богатое.
И они пошли. За кадром же остался тот факт, что эта темная эльфийка, стоявшая к ним спиной, нервно сжимала кулачки. Она слышала весь разговор. То, что наговорил этот человек уже достаточно для медленной, мучительной смерти. Но бесил он ее тем, что разыграл этот спектакль специально для нее. И она это прекрасно поняла. От нее ускользала только мысль — зачем? Впрочем, когда он вышел через ворота к гостям, она уже взяла себя в руки и встречала его холодной, но вежливой улыбкой.
[1] — ira — суффикс, переводимый как «сумерки», — lia — «госпожа». То есть, «Ллосиралиа» можно перевести как «Сумеречная госпожа Ллос».
Часть 2. Глава 1
Мультфильм «Иван Царевич и Серый волк 2»
Глава 1
— Темные жрецы атакуют! — Произнес Ридлиан, войдя в зал, где гости Всеволода сидели за поздним ужином, немало выпив да расслабившись…
Эти семь дней пронеслись совершенно незаметно. Словно слились в одну длинную, безвкусную колбасу. Было тихо. Настолько, что все почти поверили в победу. Будто темные жрецы отступили, понеся первые серьезные потери в известную им историю.
Из значимых событий этих дней стало появление Паарнахтура тем же днем, как его начали искать. Он таки пришел с повинной. Рассказал, что знал и продолжил ритуал, следующие три часа прессуя мозги Всеволода магическим воздействием. Мог бы и дольше, но им столько времени не дали. Отвлекли.
Основной и единственной целью ритуала было повышение стойкости психики к воздействию природной магии иллитидов. Все остальное — побочные эффекты. Расчетный период обретения полного иммунитета — сутки. После чего даже попытка симбиотического слияния будет приводить к сохранению личности и контролю над иллитидом-симбионтом. Во всяком случае, над обычным.
Всеволод проникся и решился на полную правку мозга. Очень уж жуткие вещи этот чешуйчатый рассказывал про «личинок Ктулху», именуемых здесь иллитидами. И работали они очень плотно, выбирая свободные часы. Ведь всякие болевые ощущения к исходу первого часа ушли полностью. А вот если делать перерывы больше суток — все пришлось бы начинать с начала. То есть, с той самой жуткой боли, словно от раскаленных спиц, втыкаемых в мозг.
На третий день, после десяти часов совокупного воздействия, постоянное сияние глаз ушло. В обычном состоянии. Оно стало намного сильнее и ярче, но проявлялось лишь в моменты воздействия шепотом или при всплеске тяжелых эмоций.
— Уже дело… — констатировал граф, потирая ногу, спешно залеченную магией после травмы.
Этот чешуйчатый проверяя свою гипотезу уронил Всеволоду на ногу тяжелый шкаф, сломав ее к чертям. Да чего уж там — размозжив! Сразу глазки засветились. И лапки сами потянулись подержаться за чешуйчатую чешую. Чуть до драки не дошло. Хорошо хоть сам все быстро вылечил.
О! Это были незабываемые мгновения! Магическое лечение — это не в больнице лежать месяц после долгой операции по сбору того крошева обратно в ногу. Это раз и готово. Только пару часов фантомные ощущения помучили и все. Ну не раз, а р-а-а-а-а-з, то есть, пару минут осколки костей на живую ползали по мясному месиву…
В остальном все было тихо и спокойно. Даже эпопею с завершением ритуала никто из гостей не заметил. Ну перестали глаза у графа светиться — и хорошо. Значит прошел остаточный эффект от проказ этого чешуйчатого злодея.
И тут — нападение.
Оживление наступило — ух! Даром, что в каждом визитере сидело по литру вина минимум. Кое-где даже и три да крепленого. Возможно на это и был расчет темных жрецов. Мда. Но если так — они ошиблись.
Вырвавшись на стену Южного замка семьдесят два молодых, изрядно поддатых мага обрушили на нападающих настоящий Армагеддон. Благо, что все были под завязку забиты маной и имели минимум по десятку полных накопителей. Не все работали индивидуально. Кое-кто объединился в круг, что многократно усилило эффект. Из-за чего у Всеволода волосы дыбом стояли, норовя отцепиться и удрать нафиг. ТАКОГО он не видел никогда. Даже в фильмах и игровых заставках.
Над предпольем Южного замка нависли тяжелые, черные тучи, из которых почти непрерывно били ветвистые молнии. Да такие мощные, что те, кто попадал под их удар, испарялись. Бам и все. Только горстка пепла. Небольшая. Ну и кислота капала какая-то. Вместо дождя.
А сверху, сквозь тучи, с жутковатым ревом пролетали и били в землю пылающие метеориты. Небольшие такие — всего с полметра в диаметре. Однако от их падений создавались впечатления, будто там не камешки, а гигантские лайнеры сыплются. И от каждого оставалась воронка, словно от тяжелого снаряда.
Время от времени сквозь эту тучу, вперемежку с камнями, пробивались чудовищные по своей силе лучи света. Раз. И там, куда они ударили, оставалась лишь лужа магмы, ибо то, что там не испарялось — расплавилось.
А вокруг бушевали беспорядочно гуляя волны всех стихий, которые запускались с веселым улюлюканьем от стен. Летали какие-то хрустальные сферы, разбивавшиеся и замораживающие все вокруг… на мгновения, на жалкие мгновения, но и этого хватало, чтобы со звоном разбить замороженные цели. Крутились компактные буруны небольших смерчей, раздиравших пылью и пеплом, что набились в тугой воздушный поток, всякую плоть за секунды. Из грунта то и дело резко выступали острые каменные конусы, норовившие «посадить на кол» любого, кто не увернется. Ну и прочие кошмары, на фоне которых гудящий рой огненных шаров, непрерывно срывающийся со стены, выглядел малозначительной мишурой.
Когда все эти пьяные маги прекратили хулиганить и отправились праздновать победу, перед Южным замком наблюдался ТАКОЙ ландшафт, по сравнению с которым лунный выглядел Эдемом.
— Ну и кто нас атаковал? — Тихо спросил Всеволод пустоту перед собой.
— Темные жрецы, — также тихо ответила Викония Де’Вир из-за его спины. Специально же осталась наедине, если не считать нескольких воинов на стене. Но те демонстративно отвернулись, дабы не мешать их разговору. Почему она задержалась? Хотела что-то обсудить? Тот разговор, который она, вероятно, прекрасно слышала? Опасный момент, но… Всеволод не стал нервничать. Ему почему-то было плевать.
— И кого они в этот раз применяли? — Поинтересовался он, развернувшись к ней и посмотрев прямо в глаза. Она не отводила взгляда и не испытывала никакого явно проявляемого дискомфорта от такой игры. Видно привыкшая к таким делам.
— Большая орда скелетов, — произнесла Викония Де’Вир, — тысяч в пятнадцать-шестнадцать, двадцать три мурта, семьдесят восемь драургов и сто пятьдесят три вампира. Кажется, еще было дюжина личей и семь темных жрецов, но за стеной клубящейся тьмы их непросто разглядеть.
— Драурги? Что это?
— Высшие зомби. Сухие, необычно быстрые и сильные. Очень живучие.
— Это ведь все требует какого-то безумного количества маны.
— И материалов. Драуги получаются только из сильных воинов, отдавших свою жизнь добровольно. Пусть под магическим или иным воздействием, но не сопротивляясь преображению.
— Да? Их же сначала убивают, а потом поднимают как зомби.
— Не драургов. Тех живьем начинают преображать. Не самое приятное зрелище и согласие их требуется только в самом начале. Но все равно — материал для них найти очень сложно. Двадцать три мурта — это вообще бездна. Они, наверное, пустили на них всех своих рабов.
— А вампиры? Они же разумные…
— Драурги тоже разумные. Очень даже. И опасны никак не меньше вампиров, если не больше. Особенно в замкнутых пространствах.
— Вроде пещер и склепов?
— Именно.
Помолчали.
— Получается, что мы их победили.
— Ненадолго.
— Победа в битве, не победа в войне, — согласился с ней Всеволод. — Но это победа. И она лучше поражения, каким бы славным оно не было.
Темная эльфийка загадочно хмыкнула. Обозначила поклон и отправилась к порталу, ведущему в крепость. Не очень уверенным, пьяным шагом. Из-за чего походка ее получилась излишне вульгарной, вызвав всплеск совершенно неуместного сексуального желания у графа.
Всеволод, подавив слегка дебильную улыбку отвернулся, с ужасом осознавая опасности такой страсти. Он не понаслышке знал, что алкоголь — лучший сват. И вот — снова, чуть лапки свои не потянул куда не стоит. Там, на Земле, это закончилось просто неудачным романом. А чем обернется тут? Эта темнокожая девица — не забитая рабыня с плантаций, а древняя стерва, неопределенного возраста. Могущественный маг. К тому же дипломат. Страшно было даже подумать, чем закончатся пьяные приставания к ней.
Так он и простоял на стене около получаса, стараясь думать, о чем угодно, кроме этой удивительно соблазнительной женской попки, что призывно виляла перед его взором… в его воображении. И лишь совершенно успокоившись, решился вернуться к гостям…
Часть 2. Глава 2
Поделиться книгой: