Костяной Скульптор. Часть 7

— Была такая идея, да.

— Зачем? Почему ты продолжаешь меня мучить? Что я тебе сделала? — похоже понимание того, во что она могла превратиться, лишило эльфийскую святую деву последних сил к сопротивлению.

— Почему? Хороший вопрос, — я сел на край кровати и навис над её лицом. — Ты мне действительно ничего не сделала, мне не за что мстить, наоборот, я за многое тебе благодарен. Но к тому, что я собираюсь сделать, это не имеет отношения. Просто я ХОЧУ это сделать, ни больше, ни меньше.

— Упиваешься властью, да? — выплюнула Лира, глядя мне в глаза.

Власть…

У меня в голове вдруг что-то щёлкнуло. Власть подчинять своей воле, власть уничтожать и разрушать, власть менять всё вокруг по своему желанию, власть присваивать себе чужое, власть, что распространяется на всех и каждого, власть давать, власть отбирать и власть контролировать сущность самой силы. Этим ведь и были мои способности — формами моей власти над реальностью. Не просто магией, что создаёт фаэрболы и святые стены, но нечто более исконное и первобытное, сила семи древнейших страстей и грехов человеческих, родившихся вместе с разумом в первые секунды существования цивилизации. И с самого первого дня, что я появился в подземелье некроманта, я искал этой власти, даже если сам того не осознавал. Продвигался по этажам полигона, сражался, убивал — всё ради того, чтобы расширить свою Власть.

Чёрный вихрь в моём энергетическом центре вдруг ускорился и я ощутил, как стекается ко мне отовсюду энергия смерти, несмотря на то, что Лиорат и Пожирание молчали. Но я не недоумевал, я точно знал, что это значило. Это не было проявлением способности Обжорства, это была реакция моей души на то, что я нашёл тот самый аспект, о котором говорили сначала Рей, а потом и Демиурги монстров. Аспект Власти — желание подчинить себе всё и вся. Не знаю, произвели бы слова Лиры тот же эффект, если бы я не знал об аспектах и не пытался на подсознательном уровне отыскать долго ускользавший от меня ответ. Но теперь это произошло и я мог сказать эльфийке лишь: «Спасибо». Не вслух, разумеется. Вслух я сказал совсем другое.

— Да, я упиваюсь властью над тобой, дорогая! — очень давно у меня не было настолько хорошего настроения. — Я сделаю с тобой всё, что захочу и буду с наслаждением смотреть, что из этого выйдет! А ты можешь противиться, можешь вырываться, брыкаться, кричать, материть меня, можешь смириться и утихнуть — это будет не важно, потому что любое развитие событий и любой исход будут мне в радость!

Взяв бывшую святую деву за подбородок я запечатал её губы поцелуем. Она попыталась сопротивляться, а потом и укусить меня за губу, но куда силе Солдата против Правителя, мне не было даже капельку больно. Довольно рассмеявшись, я покинул комнату, нужно было заняться подготовкой к ритуалу.

* * *

Власть. Да, аспект власти — это именно то, что нужно. И теперь я понимал, о чём говорили Демиурги, предостерегая меня от насильного выбора аспекта. Суть была не в том, что аспект — это что-то, что я захотел. Аспект был тем, что мне идеально подходило, что отражало меня самого. На самом деле, я бы вполне возможно и сам бы выбрал аспект именно власти, но даже тогда это не было бы правильно. Всё равно как просыпаться по будильнику: даже если ты успеешь выспаться, даже если проснёшься за минуту до звонка — это всё равно будет не то же самое, что сон до упора, сколько возможно…

Стоп. Будильник? Я остановился на середине шага и схватился за голову. В моём мире не существовало будильников. Это были слово и вещь из воспоминаний Короля. Такое уже случалось, я и раньше вспоминал вещи, которых не должно было быть и о которых не должен был знать, но сейчас всё было по-другому. Потому что ещё ни разу подобное воспоминание не было естественным. Воспоминания о лампочках, макраме, парашютах, коммунизме и клеточном строении вещества приходили словно из тёмного чулана, чужие и запылённые, отличить их от своих собственных мыслей было легко. Но на этот раз я лишь через какое-то время смог осознать, что что-то в этом сравнении с будильником неправильно, лишь осознать! На то, чтобы понять, где собака зарыта, у меня ушло ещё секунд тридцать. Получается, появление Короля ускоряется? Было ли это из-за проявления аспекта?

Хорошее настроение вылетело в трубу. Понятно, что иных вариантов всё равно не было, мне так и так нужна была сила, чтобы справиться с Воплощениями, Демиургами и самим Королём. Но тот факт, что с ростом моей силы он также становился сильнее внутри моей головы не мог не ужасать. Значило ли это, что в какой-то момент я и вовсе не смогу отделить свои мысли от его? Возможно в какой-то момент я просто-напросто перестану быть собой и меня заменит чужой разум? Сказать, что я был не согласен с таким развитием событий — значит ничего не сказать. И если раньше я считал, что дело терпит и можно подождать, отложить противостояние с, в каком-то смысле, самим собой, то теперь я понял, что, замешкавшись, я рисковал потерять всё, что имел.

Прикрыв глаза, я погрузился в воспоминания Короля. За прошедшие месяцы их у меня накопилось немало, причём теперь они были не только из его другой жизни, но и из той, что он провёл в этом мире. Пока что в них не было никаких ключевых сведений, ни о Войне Короля, ни о её причинах и том, как она закончилась, но это мне сейчас было далеко не так интересно. Куда больше я хотел узнать кое-что другое. Как говорится, познав своего врага, ты выйдешь победителем из сотни сражений. И я собирался узнать о Короле то, что десять минут назад узнал о себе.

Я помнил об аспекте Короля из рассказа Демиургов. Аспект вечности, бессмертный и неуничтожимый, именно он дал Королю возможность продолжать возвращаться в этот мир на протяжении целых пятнадцати тысяч лет. И именно он, похоже, разрастался во мне, явно намереваясь в итоге заместить меня собой. Не на того напал, ублюдок. Мой собственный аспект власти ещё не был проявлен до конца, он был, если так можно выразиться, в зачаточном состоянии, лишь небольшой отметкой на моей душе. Но это всё равно был самый настоящий аспект, воплощающий в себе меня самого. Собрав всё, что имел, в единый мысленный порыв, я отдал один-единственный приказ. И этого было достаточно, чтобы, углубившись в воспоминания своего «предка», заставить проявиться небольшой фрагмент памяти, что до того был скрыт.

Не было никаких изображений, ни звуков, ни запахов, ни ощущения тела — ничего. Лишь отголоски эмоций и мыслей, что терзали Короля в тот момент, когда проявлялся его собственный аспект. Я делал это не просто из прихоти. Осознав свой аспект, я понял, что в момент его проявления человек показывает свою истинную суть, то, какой он на самом деле, без самообмана и каких-либо лишних мыслей. И я хотел понять Короля, хотел узнать, почему он проявил именно такой могучий и величественный аспект, осознать его стремления в надежде найти в них способ противостоять ему.

Вот только главным, что я ощутил в памяти Демиурга, поставившего на колени и едва не уничтожившего пять миров был…

Страх.

Король боялся. Дико боялся смерти, боялся надвигающейся угрозы, я не мог понять какой, но она бесспорно пугала моего «предка» до мокрых порток. И в этот момент он всей своей душой хотел не умирать. Более того, он понял, что вся его предыдущая жизнь, всё, чего он достиг и что создал, было именно для этого — избежать забвения. Любой ценой, любыми средствами, любыми способами избавить себя от небытия, остаться в этом мире на целую… вечность.

Открыв глаза и обнаружив себя всё ещё в коридоре замка вампирского клана Атолли, я сел прямо на пол и глупо захихикал. И ЕГО я боялся? О НЁМ переживал? Да, сила и могущество Короля достигли невероятного уровня, позволившего ему в одиночку противостоять всем остальным Демиургам древности и едва не выиграть свою разрушительную войну. Да, он создал невероятную магию, позволившую ему воплощаться вновь и вновь в тысячелетиях и заставившую Воплощения современности полностью вырезать из истории упоминания о той войне и её причинах. Но за этими силой и магией скрывался трусливый мальчишка, боящийся расстаться со своей маленькой, такой маленькой на фоне вечности жизнью.

Определённо, его репутация сыграла Королю на руку. Но больше я не собирался поддаваться на эти чары. Вечность? Ну что же, посмотрим, что случится: твоя вечность захватит мой разум или я задавлю тебя и отправлю в самый дальний уголок своего сознания, где ты сможешь прятаться от смерти хоть до скончания времён!

От Автора: спасибо, что продолжаете читать мои книги. Помните, что ваши оценки, отзывы комментарии, при чём даже не обязательно положительные — это невероятная мотивация для меня писать как можно лучшие истории.

Глава 202

Пока Лира лежала в комнате закованная в кандалы, я приступил к первому пробному ритуалу. В отличие от переноса душ процесс превращения в истинного вампира раньше я мог испытывать только мысленно и с помощью Книги. Так что, прежде чем подвергать процедуре мою святую деву, нужно было всё опробовать. И первой подопытной стала более взрослая эльфийка, к моему появлению уже лежавшая на алтаре, обездвиженная особым артефактом. При этом она находилась в сознании, так что в её глазах, направленных на меня, я легко прочитал ужас. В отличие от Лиры, рабыни понятия не имели, что с ними собирались сделать и скорее всего рассчитывали на не самую приятную и довольно постыдную, но в целом сытую жизнь сексуальных игрушек. Они прекрасно знали, сколько за них отдали денег и должны были предполагать, что просто выпивать их вампиры ни за что не станут — всё равно что спустить тысячи тонн золота в унитаз.

Однако реальность оказалась куда печальнее фантазий. Лишь пару месяцев им было позволено наслаждаться жизнью, а после — всё, пора отрабатывать заплаченные миллионы. На моей ладони зажглось чёрное пламя. Нужно было выжечь на теле жертвы фокусирующие символы, чтобы энергия от ритуала не рассеивалась бесцельно, а направленно поглощалась телом будущей истинной вампирессы. Можно было, конечно, просто вырезать символы ножом, но это было и дольше, и не так точно, и могло повлечь слишком обильную кровопотерю. Это после ритуала она превратится в псевдо-нежить, а пока что остроухая ещё была живой и должна была таковой оставаться.

Пламя расширилось и укутало тело эльфийки наподобие экзотического одеяния, состоящего из переплетающихся линий, кругов и спиралей. А после я просто разрешил чёрному огню жечь её плоть и остроухая, несмотря на то, что была обездвижена, выгнулась дугой от дикой боли. Рефлекторный ответ тела артефакт отменить не мог. Впрочем, как и с той эльфийкой, что стала сосудом для Лиры, долго пытка не продлилась. Уже через несколько секунд пламя вернулось ко мне в руку, оставив на коже остроухой сложный пепельно-серый узор, покрывавший всё тело от пальцев ног до лица и бровей. Волосы пришлось сжечь, чтобы оставить метки и на голове тоже. В результате эльфийка стала выглядеть словно дикарка из какого-нибудь отсталого восточного племени человеческого мира, где люди вставляли в носы кости животных и не знали ни письменности, ни магии. Хотя, с какой-то стороны ей это даже шло, придавало некой экзотичности уже начавшей увядать красоте.

Вообще мне было сложно поверить, что в своём мягко говоря преклонном возрасте эта остроухая оставалась невинной. Понятно, эльфы были куда менее плодовиты чем любая другая раса и даже пытаясь всю свою долгую жизнь женщина могла так и не забеременеть, из-за чего многие бросали попытки. Но секс — это ведь не обязательно про детей, это понимали даже остроухие. Неужели за все те тысячи лет, что она прожила, ей так ни разу и не захотелось испытать столь приятной вещи? Впрочем, тут уж точно не мне судить. Девственница — и ладно, лишь бы ритуал правильно провести.

Убедившись, что все узоры нанесены верно, я отошёл чуть назад и кивнул Асту. Истинный вампир, как наиболее знакомый со всей процедурой, управлял основным комплексом артефактов, что должны были собирать и направлять энергию смерти из окружающего пространства, а также энергию крови из заранее подготовленных кристаллов. По сути ритуал был устроен довольно просто. В тело жертвы насильно вводились две запретных энергии, которые особым образом меняли саму структуру её существования на нечто среднее между живым и мёртвым. Энергия крови в данном случае выступала в качестве стабилизатора, мостика между силой жизни и силой смерти. Поэтому же создатели этого бросающего вызов логике ритуала выбрали именно вампиров, как наиболее близкую к нечисти и живому нежить. Попытайся они таким же образом создать, к примеру, зомби — как бы ни была чиста жертва, это неизбежно привело бы к провалу.

Да, это был важный пункт. Невинность подразумевала чистоту тела, физическую и, что важнее, энергетическую. После первого секса энергия девственника или девственницы загрязнялась чужой энергией и чем больше предаваться пороку, тем «нечистот» было больше. Для самого дефлорированного это не имело никакого значения, «загрязнение» на самом деле было настолько крошечным, что определить его не смог бы ни один сколь угодно могущественный и талантливый маг. Но для ритуала даже такая мизерная доля была фатальной, поскольку энергии жизни и смерти должны были смешаться в идеальном балансе, любое отклонение могло привести к полному краху и провалу ритуала. По этой же причине с эльфами работало лучше — их тела, на постоянной основе подпитываемые силой природы, в целом были чище человеческих. Кстати, именно поэтому я мог не волноваться, что на сей раз святость души Лиры станет помехой. Даже наоборот, как идеальная чистота и святость, она должна была пройти ритуал лучше чем кто бы то ни было. И напоследок я её оставил только потому, что хотел для начала убедиться, что во всём остальном не было никаких проблем.

А между тем проблемы всё-таки начались. Артефактный комплекс работал отлично и в узорах на теле остроухой не было никаких проблем, но вот главная структура алтаря — то, что должно было контролировать весь процесс поглощения энергий телом жертвы, вдруг начала давать сбой за сбоем. Пока что это были совсем незначительные, крошечные отклонения от нормы, практически незаметные на фоне мощного потока энергий, но я уже мог видеть, как, накапливаясь, эти мелкие огрехи в итоге приводят к провалу. И я понимал, что сам был причиной этих ошибок. Именно на эту структуру я потратил большую часть своих времени и усилий. Если артефактный комплекс и фокусирующий узор Аст помнил почти идеально и их воспроизвести не составляло особого труда, то вот сложную энергетическую структуру он просто не мог помнить со своего ритуала тысячелетней давности. Тогда он был лишь маленьким эльфом, ничего не знавшим о высокой некромантии и токах энергий. И хотя за последующие века Аст смог изрядно поднатореть в теории подобных структур, он сам не был некромантом и не мог нормально проверить свои выкладки и расчёты. В результате все его предыдущие ритуалы проваливались даже не дойдя до середины из-за слишком грубых ошибок в главной структуре. Мы с Лиоратом при поддержке Книги смогли значительно улучшить наработки истинного вампира, даже после поглощения телом эльфийки двух третей энергии смерти структура всё ещё была относительно стабильна, но одной теории всё равно было недостаточно для успешной практики.

Подскочив к алтарю, внутри которого и находилась управляющая структура, я активировал Пожирание и принялся судорожно латать появляющиеся дыры. Поначалу это помогло, но, когда оставалось процентов десять до успешного финала, заплат стало необходимо слишком много и я банально не успевал уделить внимание каждой ошибке. В результате буквально за пятнадцать минут до триумфа эльфийка, чьё тело до того лишь содрогалось в конвульсиях дикой боли вдруг переборола действие парализующего артефакта и, издав душераздирающий вопль в прямом смысле взорвалась, забрызгав всё вокруг кровью и ошмётками плоти.

— М-да… — я призвал чёрное пламя и сжёг с себя всё лишнее. — Неприятно.

— Опять провал! — Аст в сердцах пнул один из артефактов-сборщиков и тот жалобно тренькнул, едва не покрывшись трещинами.

— Не переживай, я исправлю все пробелы в структуре и в следующий раз всё получится.

— У нас осталось только две попытки, — напомнил мне истинный вампир, взмахом руки собирав всю разбрызгавшуюся кровь в небольшую сферу и после втянув её в себя, словно пил коктейль через трубочку. Куски мяса и костей поспешили убрать слуги.

— Я знаю и обещаю, что минимум одного истинного вампира ты получишь, а скорее всего и двоих.

— Ладно, я и так уже поставил на тебя всё, что имел, чего уж теперь.

— Мне понадобится ещё где-то неделя, чтобы выявить все недостатки структуры, потом проведём второй ритуал.

Аст кивнул.

— Я всё подготовлю.

Как я и обещал, второй ритуал с мелкой остроухой прошёл удачно. Благодаря Книге я смог в подробностях изучить каждую секунду провального ритуала и найти каждое слабое место, после чего устранить их было уже не так сложно. В конце второго ритуала опять начались кое-какие сложности и Аст, похоже, уже подготовился ко второму провалу, но по сравнению с предыдущими проблемы структуры были куда меньше и я смог довести дело до конца, продолжая латать появляющиеся дыры. Следующий раз с Лирой должен был пройти без сучка и задоринки.

Сказать, что Аст был в восторге — значит ничего не сказать. Можно было просто упомянуть, что новорождённую истинную вампирессу, а вернее вампирочку, ей вряд ли было больше четырнадцати-пятнадцати лет, он лично отнёс в одно из самых тихих и охраняемых крыльев замка на реабилитацию. Такой ритуал, понятное дело, не мог пройти бесследно, одна только энергия смерти, полностью пропитавшая кровь и плоть, в другой ситуации была бы неизлечимым ядом. Что уж говорить о полностью изменившейся структуре души и также оставшейся в организме энергии крови. Хоть всё и прошло удачно, жертве нужны были дни, а то и недели на то, чтобы восстановиться.

А я между тем стал дожидаться, пока Аст соберёт ещё одну порцию ингредиентов для последнего ритуала Лиры. В голове я уже продумал, что мелкая вампирочка станет служанкой святой девы — такое развитие событий было бы идеальным. Естественно, Аст о моих задумках был ни слухом ни духом, во-первых потому, что вряд ли оценил бы, что я раздаю роли его новым истинным вампирам, а во-вторых потому, что мне не слишком-то хотелось делиться с главой клана Атолли своими мыслями и планами. Мы не были друзьями, нас свёл чисто-деловой интерес. Ему нужен был кто-то, кто сможет повторить древний ритуал некромантов, а мне нужен был источник богатств, так как сам я по-тихому собирал бы такое количество ресурсов не один год.

Вероятнее всего, он планировал с моей помощью захватить власть в империи Затхлой Крови, заплатить мне за услуги добром уничтоженных кланов зомби и призраков, а после вежливо попрощаться, фактически послав меня куда подальше. Обеих же истинных вампиресс Аст, можно было предположить, собирался сделать своими жёнами и, пользуясь властью императора, достать для них достаточно свежей крови для максимально быстрого подъёма в силе. После чего клан Атолли с тремя Правителями неизбежно стал бы железобетонной основой империи Затхлой Крови и уже никто и никогда бы не позарился на его суверенитет. Вот только отдавать ему Лиру я совершенно точно не собирался.

* * *

— Просыпайся, спящая красавица! — я мог почувствовать, что Лира уже очнулась и теперь только притворялась. А с учётом того, что теперь она была наполовину нежитью, спать ей уже в принципе никогда было не суждено.

Иронично, в каком-то смысле мы поменялись местами. При первой нашей встрече я был мёртв, а она живее всех живых, а теперь, хоть эти границы у нас обоих значительно размылись, но всё-таки во многом я был куда живее неё. Застонав, Лира попыталась поднять руку, но тело слушало её ужасно и всё, что она смогла сделать — это немного дёрнуть кистью.

— Я теперь… нежить? — сиплым голосом, едва выдавливая слова изо рта, спросила она.

— Частично. Твоё тело отныне не использует энергию жизни, но ты всё ещё стареешь, хотя и очень медленно, у тебя остались прежние чувства, ты можешь есть и пить, хотя большая часть пищи будет казаться практически безвкусной, а также, что меня радует более всего остального, ты всё ещё можешь получить удовольствие от секса! — щека святой девы дёрнулась. — Я бы ни за что не поместил тебя в тело, которому предназначена смерть всех наслаждений. Кстати об этом, ты ведь теперь вампир. Хочешь попробовать крови?

— Нет! — на лице Лиры отразилось искреннее отвращение.

Однако её мнение прямо сейчас меня мало интересовало. Подозвав одну из служанок, я аккуратно надрезал её запястье и протянул руку девушки над лицом святой девы. Сейчас Лира была слабее цыплёнка, для неё было подвигом даже повернуть голову, так что от меня потребовалась лишь небольшая помощь, чтобы её ротик приоткрылся и в него начала капать алая амброзия. Да, для вампиров не было ничего вкуснее и Аст успел мне рассказать, какой экстаз ощутил, впервые испив крови после ритуала. По его словам, в мире не было большего наслаждения. И хотя я мог поспорить с тем, кто до ритуала ни разу не пил и не был с девушкой, факт оставался фактом: для истинных вампиров кровь была едва ли не большим наркотиком, чем для обычных вампиром-нежити.

И как бы святая дева ни сопротивлялась этому, изменённая физиология была сильнее. В какой-то момент я убрал руку с её подбородка, но Лира не только не сомкнула губы, но наоборот, раскрыла рот ещё шире, стараясь не упустить ни единой капли драгоценной жидкости. В конце концов эта служанка закончилась, кровь перестала течь и я отпустил бледную шатающуюся девушку перевязать рану, а святая дева пришла в себя. И выражение ужаса от собственных действий на её лице было до невероятия сексуальным.

— А моей крови… хочешь попробовать? — улыбнулся я, доставая из-за пояса Гуйар, принявший форму короткого лезвия, и протягивая свою руку надо ртом Лиры, как только что держал руку служанки. Мне было по-настоящему интересно, была ли кровь, пропитанная чёрным огнём, вкуснее обычной, или наоборот.

— Не хочу! — слишком быстро бросила Лира.

— Ну как хочешь. — Я тут же спрятал кинжал. — Лежи, переваривай вкусняшку. Тебе так валяться ещё минимум пару недель, я обещаю почаще навещать тебя, чтобы покормить.

Подмигнув святой деве на прощанье, я вышел из комнаты. Оставалось ещё одно дело в клане Атолли, которое я должен был завершить.

* * *

— Я хочу девяносто процентов.

— Ну хватит так шутить! Половина — уже отличное предложение!

Аст, похоже, был готов расшибить голову о стол от того, насколько трудно со мной было вести переговоры. Речь шла, естественно, о доле добычи из городов призрачного клана Гартрот и Коалиции Мёртвой Плоти. Я хотел получить больше, глава вампиров тоже. Поначалу он предложил лишь тридцать процентов от добычи, тогда как я потребовал девяносто. В итоге он уступил уже двадцать процентов, а я всё ещё требовал девять десятых всего награбленного. Это отлично показывало, насколько мы ему необходимы и насколько он для нас бесполезен.

— У меня в команде девять Правителей, а ты пока что один. Так что девять к одному — это вполне честно. Вот вырасти своих новых истинных вампиресс — тогда и поговорим об иной сумме.

— Ты посчитал в качестве членов команды своего коня и питомца Лаэны, — недовольно буркнул Аст, уже зная, что я на это отвечу. К сожалению, ему просто гордость не позволяла промолчать в такой ситуации.

— Карадор и Сиона — тоже часть моей группы, к тому же они действительно оба Правители. Не вижу здесь никакого противоречия. Либо девять на одного, либо убивай призраков сам.

— Ладно, семьдесят процентов! Оставь мне хоть немного, на какие деньги я буду закупать кровь для Миасы и Лиры? — Миасой звали мелкую вампирочку.

— Ты станешь императором, твою-то мать! Может я брежу, на как по мне, император вполне способен обеспечить себя всеми видами богатства. А если будешь и дальше спорить, я и за клан Атолли возьмусь, мне не сложно.

Аст вздрогнул и посмотрел на меня недовольным прищуренным взглядом. За эти уже почти три месяца он привык к нам и, похоже, не считал, что мы сможем вдруг его предать, но мои слова полностью разрушили его уверенность.

— Хорошо, девяносто процентов для твоего коня! — наконец выдавил он.

— Я ему обязательно передам твои наилучшие пожелания, — улыбнулся я, вставая из-за стола.

Да, всё-таки власть над другими — великая и невероятно приятная форма власти.

От Автора: спасибо, что продолжаете читать мои книги. Помните, что ваши оценки, отзывы комментарии, при чём даже не обязательно положительные — это невероятная мотивация для меня писать как можно лучшие истории. А те, кто решится поддержать меня ещё и денежкой https://www.patreon.com/ThecleverestRei получат не только мою огромную благодарность, но и немало приятных бонусов.

Глава 203

Битва Правителей в любом виде считалась нарушением установленных Воплощениями правил. Не важно, сражались ли мы, в принципе находящиеся «вне закона», или же другие Правители, в любом случае такой бой не мог не привести к масштабным разрушениям, что непременно раскрыло бы миру существование существ выше Живых Крепостей. Так что, чтобы нормально скрестить клинки Правителям было необходимо отправиться в какую-нибудь пустошь ну или по крайней мере закрыть пространство барьерами, чтобы не просочилось даже капельки энергии. И если Аст собирался устроить государственный переворот в империи Затхлой Крови, ему нужно было придумать способ, как выманить глав двух других кланов.

К счастью, после выходки Веска вампиры, выступившие миротворцами в конфликте призраков и зомби и даже не потребовавшие за своё вмешательство никакого вознаграждения, заслужили определённый кредит доверия. Естественно, ни клан Гартрот, ни Коалиция Мёртвой Плоти ни на секунду не поверили в то, что Атолли действительно исходили из чисто-альтруистических соображений. В мире мёртвых в принципе не существовало такой вещи как альтруизм. Однако не вернуть услугу они не могли, это была, если так можно выразиться, вынужденная политическая вежливость. Так что, когда вампиры отправили просьбу о помощи, призракам и зомби пришлось на неё откликнуться.

На территории империи, принадлежавшей кровососам, находился крупный горный хребет, называемый Пустым кряжем. Пустым, потому что очень многие местные горы были пронизаны сетями пещер и тоннелей, то ли вымытых водой в незапамятные времена, то ли прорытых какими-то мёртвыми монстрами, то ли сформировавшихся естественным путём вместе с самими горами из-за особенностей рельефа. Так или иначе, больше половины пиков Пустого кряжа можно было в буквальном смысле пройти насквозь, пусть и проплутав много дней по лабиринтам естественных коридоров. Из-за такой странной геологии в этих горах были очень часты обрушения и лавины и селиться здесь было крайне опасно, так что кряж населяли лишь неразумные монстры. Многие из них обитали как раз в этих тоннелях, иногда создавая целые некротические муравейники наподобие того, что я когда-то встретил на втором уровне подземелья некроманта.

В большинстве случаев нежить Пустого кряжа для жителей империи была безвредна. Она не покидала хребта, а даже если и появлялась в долинах, оставалась довольно слабой, так что справиться с ней могла и местная стража. Однако всегда были исключения. Уже пару недель поселения поблизости от Пустого кряжа страдали от нападений неизвестного монстра. Тварь размером со слона обладала огромной силой, почти непробиваемой бронёй и, казалась, была безумна, потому что после нападения не успокаивалась, пока не стирала всё в радиусе нескольких километров в порошок. Только тогда она, удовлетворённая устроенным хаосом, возвращалась в Пустой кряж. Единственным спасением было бегство и даже Воители не могли ничего ей сделать. Ещё хуже было то, что атаки монстра не имели никакой схемы, нежить нападала в случайных местах по всей южной оконечности хребта и предугадать её следующую цель было невозможно.

Так что в конце концов вампиры решили отправить несколько Живых Крепостей в сам Пустой кряж, чтобы не ждать появления монстра, а выследить его самостоятельно и прикончить прежде, чем он учинит очередной беспредел. Однако даже для Живой Крепости горный хребет сотню километров в длину и три десятка в ширину — территория для изучения крайне обширная. Тем более с учётом всех пещер и трещин, что наполняли Пустой кряж. А потому было принято решение попросить поддержки у двух других кланов империи. И, как уже было сказано, отказать Атолли ни призраки, ни зомби не могли без уважительной причины, так что довольно быстро сформировался охотничий отряд из семи Живых Крепостей, три от кровососов и по два от Коалиции и Гартрота, более чем двух десятков Воителей и сотни Воинов. Кого-то ниже рангом брать не имело большого смысла, они для чудища были всё равно что семечки.

Собравшаяся сила была достаточной, чтобы захватить небольшую страну и в успехе операции никто не сомневался, вопрос был лишь в том, как скоро буйную нежить поймают. Вот только ни призраки, ни зомби не могли и представить, что никакого чудища на самом деле не было. Похожей на помесь ящерицы с сороконожкой тварью был я, впервые за много лет использовавший способность Жадности для создания совершенно новой формы. Ничего удивительного что справиться со мной не мог ни один Воитель. Правда, силы за гранью Живой Крепости я не показывал, и магии и способностей не использовал, атакуя лишь грубой силой, так что никаких проблем быть не должно было. За две недели я разрушил семь или восемь поселений и, надо сказать, это было довольно весело, а всё для того, чтобы создать идеальную легенду и выманить как можно больше сильных призраков и зомби. Естественно на подобное я получил полный карт-бланш от Аста.

Суть была проста. Несмотря на то, что мы вдевятером вполне могли устроить тотальный геноцид всех не-вампирских кланов империи, фактически это было невозможно из-за ограничений Воплощений. Даже если бы нас не искали по всем мирам, демонстрация силы Правителей, даже опосредованная, была под запретом, как и сражения сильнейших. А потому единственные, с кем мы могли напрямую помочь Асту — это главы Гартрота и Коалиции, те самые банши и высший драугр. С остальными кровососам нужно было разобраться самим, причём, опять же, без помощи истинного вампира. То есть с Живыми Крепостями должны были справиться Живые Крепости.

Но так было только если речь шла о полноценной войне. На заброшенной территории вроде Пустого кряжа всё было по-другому. Там мы могли действовать как угодно, с оговорками на сокрытие мощи Правителей, но тем не менее. И возможность лишить противника четырёх Живых Крепостей была очень заманчивой. Стоило лишь сказать, что всего в империи Затхлой Крови официально было одиннадцать Живых Крепостей: три у вампиров, три у призраков и четыре у зомби. Неофициально с добавлением скрытых резервов это число увеличивалось раза в полтора, но всё равно четыре из десяти-одиннадцати — отличный результат. В грядущей войне это очень помогло бы кровососам, значительно снизив разрыв в силе. А также это обязательно привело бы в бешенство глав Гартрота и Коалиции, в результате чего Асту было бы намного легче выманить их на бой.

Лишним было упоминать, что в Пустом кряже всё прошло как по маслу. Действуя парами: я с Найсом и Лаэна с Веском — один создавал защитный купол, а второй атаковал, мы без проблем покончили с четырьмя Живыми Крепостями. Однако на одного противника я всё-таки потратил почти час времени. Не потому что убить его было сложно, а потому что я хотел получше понять, как с ним сражаться.

С призраками в подземелье некроманта я имел дело только раз, на семнадцатом этаже. И тогда это были лишь банальные бестелесные сущности, которые максимум могли проникнуть в тело противника и начать разрушать его изнутри. Однако на уровне Живой Крепости и тем более Правителя это уже были существа совсем иного уровня силы, обладавшие куда большим набором крайне неприятных умений, которые мне стоило изучить. Как говорится, знай своего врага. И в каком-то смысле мне повезло — одна из двух Живых Крепостей призраков была, как и глава их клана, банши.

С первого взгляда даже нельзя было сказать, что это существо не имело физической формы. В отличие от прозрачных и аморфных привидений банши выглядела как закутанная во множество слоёв ткани женщина. Из-под вороха тряпья были видны ладони, голые ступни, не касавшиеся земли и довольно милое лицо, ничем кроме бледности не намекавшее на мёртвое происхождение банши. В руках она держала пару хищно загнутых серпов, которые, в отличие от оружия обычных призраков, не были материальными. Эти серпы невозможно было блокировать физическим воздействием и, намеренно пропустив атаку таким серпом в плечо, я ощутил, как моя душа, после становления слившаяся с телом, задрожала и словно бы застыла, а плоть начала усыхать. Если бы я всё ещё был Живой Крепостью, эта атака вполне могла и вовсе отсечь часть души, что была в руке, в результате чего вся моя душа понесла бы огромный урон и вряд ли бы когда-нибудь восстановилась, а сама рука стала бы недееспособной. Кто-то рангом ниже банши после единственного пореза такими серпами весь бы превратился в мумию за несколько минут или даже секунд.

Однако даже не это было главной проблемой при столкновении с этим видом призраков. Банши также были известны как глашатаи смерти, потому что их крик в буквальном смысле мог уничтожать жизнь. Вопль банши оказывал эффект куда меньший, чем успешная атака серпом, но проблема была в том, что от него нельзя было защититься. И затыкание ушей было бесполезно, так как по сути этот вопль был лишь во вторую очередь звуком, а в первую — волной энергии смерти, оказывавшей воздействие на всё в радиусе поражения. И хотя моё тело также было пропитано этой силой, деструктивную мощь вопля я не мог игнорировать. Приняв эту атаку я ощутил, как замедляется ток крови в венах, застывает плоть и стопорятся мысли. Без сомнений, в случае в банши-Правителем ни в коем случае нельзя было позволять этой атаке достигнуть меня без какой-либо защиты.

К счастью, универсальным солдатом банши не была. У неё были свои слабости, главной из которых было слабое сопротивление магии. Против зомби, полагавшихся лишь на грубую силу и вампиров, чьей главной магической силой был гипноз, банши могли сражаться крайне эффективно и это выливалось в то, что клан Гартрот, по сути, был сильнейшим из трёх в империи. Но чёрное пламя, тем более дополненное Усилением, было их немезидой. Не имея физического тела, банши не могла сопротивляться даже небольшому огоньку, вынужденная покрывать себя с ног до головы барьером из энергии смерти. Для сравнения тот же Лиорат, даже без своей магии демилича, если бы мне не удалось погрузить искру чёрного огня в его тело совсем рядом от энергетического кристалла, вполне мог бы выстоять несколько секунд под полной мощью тёмного пламени, а уж про призванного им рыцаря смерти я вообще молчу. Вывод: если я буду осторожен и буду помнить про защиту, справиться с банши-Правителем будет не так сложно.

Вернувшись в город Атолли с безоговорочной победой, мы отправились рассказать обо всём Асту. Истинный вампир, естественно, был в полном восторге и тот факт, что вскоре ему придётся столкнуться с совместным гневом призраков и зомби, его, понятное дело, нисколько не смущал. Наоборот, он тут же начал готовить новую ловушку, на этот раз уже для глав Гарторта и Коалиции, что мне было только на руку. Чем раньше всё будет закончено, тем раньше я смогу провернуть свой собственный план.

Сам я между тем взял Найса и вернулся в Пустой кряж. Убивать уже никого было не надо, я хотел собрать энергию смерти и добраться до средней стадии Правителя. После того, как я смог осознать аспект своей души прошло уже какое-то время и я начал понимать, что изменения, связанные с аспектом, на самом деле куда глубже, чем я мог изначально подумать.

Изначально я думал, что аспект необходим для вознесения в ранг Воплощения лишь в качестве некоего ориентира. Условно говоря, выбор аспекта должен был выступить в роли чего-то вроде самогипноза, позволившего бы пересечь невидимую границу между рангами. Однако реальность оказалась куда сложнее и интереснее. С каждым днём я ощущал всё большие и большие изменения, к примеру, в способностях грехов. Раньше контроль над ними я делил с квартирантами поровну, мы словно смешивались сознаниями и решали, что именно надо сделать, сугубо коллективно. Именно поэтому я не мог использовать делегирование, пока не подчинил себе Паттиса и поэтому же мне было столь важно сотрудничество Лиората. Но теперь я всё больше и больше ощущал свою… власть, да, именно власть над ситуацией. Грубо говоря, пятьдесят на пятьдесят уже превратилось в шестьдесят на сорок с моим главенством и процесс этот даже не думал останавливаться. Это меня, понятное дело, очень радовало. Также проявление аспекта затронуло и мою энергию. Она стала более непокорной и бурной, мне стало сложнее проводить тонкие манипуляции, а масштабные и размашистые удары, наоборот, посылать стало проще, а сами они стали мощнее. Хорошо что это произошло уже после того, как я закончил с Лирой.

И теперь я ощущал, что вполне могу подняться на одну стадию без какого-либо ущерба прогрессу и дальнейшему вознесению. С учётом того, что глава Коалиции, высший драугр, находился на поздней стадии Правителя, это было своевременно. Я бы в любом случае не испугался боя с ним, но сейчас, на обитаемых территориях, мне также было необходимо думать и о Воплощениях, так что рисковать не стоило. Весь процесс занял больше недели и вернулся в замок Аста я уже Правителем средней стадии как в телесной, так и в стихийной магии, значительно подняв свою силу.

Узнав, что накал страстей между тремя кланами становится всё интенсивнее и уже сравнительно скоро может начаться крупномасштабная война, я этим удовлетворился и отправился к себе, немного отдохнуть после долгого и нудного накопления энергии. Помогать Асту ещё и в его политических играх у меня не было ни малейшего желания. Мы и так помогали клану Атолли, слабейшему из трёх в империи, вознестись к трону. Если бы истинный вампир провалился даже в интригах, значит император из него получился бы в любом случае дерьмовый.

Куда больше меня сейчас интересовала Лира. Процесс ассимиляции души эльфийской святой с телом истинного вампира шёл куда медленнее, чем у первой вампирочки, Миасы. Та уже активно бегала по замку Аста и в огромных количествах пила кровь покупаемых истинным вампиром людей и нечисти. Юная даже по человеческим меркам эльфийка приняла свою новую сущность очень быстро и, похоже, по полной наслаждалась растущей мощью. А вот Лира до сих пор была прикована к кровати. Она уже могла вставать и ходить, опираясь о стены, но до полного возвращения сил, похоже, нужно было ждать ещё не меньше месяца. Аста такое развитие событий немного тревожило, но я высказал вполне резонное замечание, что ритуал вполне мог на разных людей действовать по-разному и в иных сроках адаптации не было ничего странного, чем глава кровососов вполне удовлетворился. В принципе я и не соврал, лишь умолчал о святой сущности эльфийки.

Её, правда, в Лире с каждым днём становилось всё меньше. По крайней мере в тем моменты, когда она с жадностью вгрызалась в запястья служанок, святости в ней не ощущалось ни на грамм. После, когда я отрывал её от пиршества и она осознавала, что наделала, Лира искренне раскаивалась в содеянном и даже просила у своих жертв прощения, но я видел, что с каждым разом её сопротивление становится всё слабее и слабее. Может быть Лире и было больше шестидесяти лет, когда я её убил и захватил её душу, но большую часть этого срока она провела в тепличных условиях. Она хотела быть достойной титула святой девы, старалась выполнять свои обязанности, помогать своему народу, но ей всё ещё не хватало опыта и, главное, твёрдости характера. Ненавидеть меня ей было просто и было за что, признаю, в том числе и за превращение в вампира, но вот ненавидеть саму себя в достаточной мере, чтобы раз за разом стойко переносить искушение кровавой амброзией было для неё куда сложнее. Тем более что она понимала: назад уже ничего не вернуть и единственным выходом была смерть. Вот только умирать без надежды на возрождение Лира боялась, я это чувствовал. И это было нормально, что уж там, страх небытия был одним из столпов существования, не то что живые, даже мёртвые не могли его избежать. Да что там, даже Король не мог.

В результате святая дева медленно, но неотвратимо приближалась к точке невозврата. И сегодня, вернувшись из Пустого кряжа, я собирался подтолкнуть её к краю.

От Автора: спасибо, что продолжаете читать мои книги. Помните, что ваши оценки, отзывы комментарии, при чём даже не обязательно положительные — это невероятная мотивация для меня писать как можно лучшие истории.

Глава 204

— Как сегодня себя чувствует моя святая дева? — довольно улыбаясь, я вошёл в комнату.

Лира полулежала в кровати, глядя на меня полными злобы глазами и, естественно, ничего не отвечая. В этом не было ничего нового, такой взгляд я встречал каждый раз и уже привык. В каком-то смысле так было даже интереснее, наблюдение за тем испарится эта злоба, принесёт ещё больше удовольствия.

— Ты сегодня уже ела?

Она снова промолчала, но я и так знал ответ на этот вопрос, потому что сам приказал ничего не давать эльфийке, пока буду на Пустом кряже. Её ломка должна была достигнуть максимума. Взяв одно из широких кресел, что стояли у стены, я поставил его напротив кровати и сел, глядя на Лиру. Несколько минут мы провели в тишине.

— Чего тебе надо?

— Ничего особенного, просто хотел тебя увидеть, — я развёл руками.