Изоморф-4. Магистр

Фу.

Поганые твари рассыпаются слишком быстро. Даже если прыгать в самую гущу, монета Олерона Аввима все равно успевает порядком их проредить, отчего у меня во рту постоянно скапливается эта пахнущая тленом гадость.

— О… Олег… — недоверчиво крякнул Макс, когда я остановился и, покрутив башкой, шумно выдохнул. — Вы что это натворили? А главное, как?!

Совсем недавно буквально кишевший некко коридор был девственно чист, только усыпал пеплом и мертвыми телами по самую щиколотку. Твари, которые решили на нас поохотиться, и впрямь оказались крупнее тех, с которыми мы обычно имели дело. Но против источника даже они оказались бессильны.

В общей сложности меньше, чем за пятнадцать ун, мы уничтожили более четырех десятков взрослых некко, причем не особенно при этом напрягаясь. Самые умные, правда, успели отступить, но я отправил за ними вдогонку Пакость. Вон опять рычит, мелкая. Одну точно прикончила. А еще парочку добьет чуть позже. Да и Первый успел сегодня славно порвать тварям глотки. А Изя вообще красавец. Сколько пиявок он снял зубами прямо с потолка и скольких успел оплевать в процессе охоты…

«Да хватит уже, угомонись, — фыркнул я, когда хвостяра ужом ввинтился в ближайшую щель и принялся азартно там ковыряться, надеясь, что внутри найдется хотя бы одна неразумная тварь. — Всех, кто был поблизости, мы уже перебили. Остальных напугали. Но дальше стопроцентно найдутся новые, и наверняка не все из них успеют от тебя убежать».

Поняв, что предвидится еще одна драка, хвостяра тут же вернулся и умильно потерся об мою щеку. Мол, молодец, хозяин, не забываешь про потребности своего верного друга. Маньяк. Правда, свой маньяк, поэтому да, будет ему еще драка. Некко тут осталось порядочно. Нам не на одну ночь хватит.

Изя от таких новостей совсем размяк и от счастья чуть не пустил слюни. Макс, сидя внутри источника, продолжал что-то растерянно бормотать. А когда из ближайшей норы вынырнула жутко довольная собой Пакость, следом за которой, скалясь во все сто зубов, вылез Первый, он пораженно умолк, вероятно, все-таки сообразив, что из нас четверых сугубо по физиологическим причинам никто не был способен ответить на его вопросы.

На всякий случай велев улишшу и Изе обрушить ближайшие норы, я двинулся дальше, надеясь если не найти перемычку, то хотя бы очертить для себя фронт грядущих работ.

Коридор при этом еще больше раздался, постепенно изгибаясь, углубляясь в недра гигантской горы и уводя нас все дальше от поверхности. Несколько раз на нас пытались напасть, к неописуемой радости Изи и восторгу Пакости. Из-за этого продвигались мы несколько медленнее, чем хотелось. Да и твари от раза к разу действительно становились все крупнее и серьезнее.

Спустя еще рин коридор расширился настолько, что там без помех могли разместиться в ряд трое взрослых нурров. А еще через половину рина мы, наконец, наткнулись на первую пещеру. Вернее, я едва не свалился прямо в нее, когда тоннель внезапно закончился и оборвался почти под самым потолком.

Говорят, в старых горах со временем образуются естественные полости и каверны, причем некоторые бывают весьма внушительных размеров. Более того, порой там складывается совершенно уникальный микроклимат, произрастают удивительные растения, а среди животных и насекомых эволюция идет по совершенно особому пути.

Нам, походу, попалась именно такая пещера. Громадная, словно вымытая древним подземным озером, от которого за века не осталось даже воспоминаний. Правда, из живности тут водились лишь некко, зато в таком неимоверном количестве, что даже я при виде них озадаченно крякнул.

Нет, мы и раньше натыкались на крупные скопления душ, особенно в непосредственной близости от перемычек. Но в этой каверне тварей обитало столько, что за ними даже стен было не видать. Некко водились буквально повсюду — грузно переваливались по полу, словно гигантские каракатицы, лениво колыхались в углах, стекали сплошной черной массой со стен. И даже на потолке селились целыми гроздьями, словно чудовищно большая колония плесневого грибка, обзаведшаяся громадными уродливыми наростами.

Я их поначалу принял за сталактиты — слишком уж они были здоровыми. А когда осознал, что среди скопившихся в пещере тварей не имелось ни одной, что была бы меньше меня ростом, то всерьез призадумался, стоит ли соваться сюда очертя голову.

Определенно, перемычка должна быть где-то поблизости. Не исключено, что прямо в стене или в полу, густо покрытом живым ковром, иначе сюда не набилось бы столько тварей.

Собственно, сейчас от их навязчивого внимания меня спасало лишь то, что фэйталовая чешуя играла роль естественного экрана… щита, благодаря которому некко обращали на меня гораздо меньше внимания, чем обычно. Для них в этой форме я выглядел как полностью закованный в металл (глаза не в счет) и, соответственно, несъедобный объект. Улишши и Макс живыми в полной мере этого слова вообще не являлись. Ну а Пакость даже сумеречным взором не определялась, поэтому даже как угрозу некко начинали воспринимать ее лишь после того, как она принималась атаковать.

Впрочем, как показала практика, на движение они тоже реагировали, не полагаясь всецело на зрение или чем там они определяли наличие живых. И уже по этой причине вблизи логова следовало вести себя осторожно. Так что я постоял, помолчал, подумал. После чего развернулся и, прежде чем ввязываться в драку, решил заглянуть в соседние тоннели, а заодно проверить, нет ли поблизости еще одной каверны, обитатели которой всенепременно заинтересуются шумом, который я планировал здесь произвести.

И знаете что?

Все оказалось даже хуже, чем я предполагал. Потому что пещера тут была не одна, а целых пять, соединенных несколькими тоннелями. Правда, те каверны были заметно меньше первой. Да и некко в них водилось не так много. Вот только с размерами возникла неувязочка, потому что чем меньше внутри было тварей, тем крупнее они становились. И вот когда я увидел громоздкие туши в последней каверне… когда прикинул, во сколько раз они превышают по размерам тварь, которую я угробил возле перемычки в Гоаре… то окончательно передумал тревожить это осиное гнездо. По крайней мере до тех пор, пока не заберу из сундука тагор.

— Я раньше о таких тварях даже не слышал, — шепотом признался Макс, когда мы с улишшами и Пакостью осторожно отступили вглубь тоннеля, стараясь при этом не шуметь. — Одно хорошо — ни одна из них сюда уже не пролезет. Они для этого слишком велики.

«Да, — мысленно согласился я, пятясь задом и аккуратно ставя лапы на камни. — Отожрались так, что одной такой тушей можно развалить по камешку половину города. Такие наверх уже точно не выберутся. Зато щупальца у них наверняка очень длинные, так что нужно убираться отсюда поживее».

— А еще страшно представить, сколько лет этим монстрам и какое количество душ им понадобилось поглотить, чтобы накопить такую массу, — добавил Макс после небольшого раздумья. — Сотни? Тысячи? Или, может быть, больше?

Я в очередной раз промолчал, но про себя подумал, что Макс задал очень правильный вопрос. Ведь если верить Шэду, то некко — это души разумных существ. Да, озлобленные, черные, падшие, так сказать, но все-таки души. Что с ними происходит, когда их поглощают другие? Исчезают ли они насовсем или же их еще можно спасти? А если от них ничего не остается, то сколько же тогда за прошедшие века успели загубить народу эти твари? И скольких разумных Ирнелл лишился раз и навсегда, просто потому, что какие-то идиоты решили не пускать сюда собирателей?

Хотел бы я верить, что для этих душ еще не все потеряно, но надежды на это было мало. Недаром возле пещер мелких некко совсем не осталось. Наверное, когда-то их тут обитало немало, но потом более сильные пожрали слабых. Естественный, так сказать, отбор. По итогам которого у так называемых боссов, самых крупных, тяжелых и опасных, образовался своеобразный паритет. Они, насколько я успел заметить, были примерно равны по массе и, скорее всего, бороться друг с другом больше не станут. По крайней мере до тех пор, пока кто-то один не наберет больше силы, чем остальные. Хотя если у них есть хоть капля мозгов, то двое или трое могли бы объединиться, чтобы поглотить остальных. Или же наведаться в гости в соседнюю пещеру, так чтобы в итоге из всех мега-некко остался только один.

Впрочем, какими бы хитрыми эволюционными путями твари ни развивались, с ними в любом случае нужно будет что-то решать. Но не сейчас. Пока я не был готов с ними бодаться. Да и время поджимало — всего через несколько ринов снаружи займется рассвет. А мне еще нужно было успеть сменить личину, помыться, переодеться и желательно выспаться, чтобы поутру продолжить поиски учителя.

Ладно. Дорогу к пещере я все равно запомнил. И как только придумаю, каким образом раздолбать тут все к чертовой матери, непременно вернусь. Ну а пока…

Я бросил прощальный взгляд на пустой тоннель с множеством ответвлений и, досадливо щелкнув зубами, двинулся в обратный путь.

* * *

Утром я продрал глаза гораздо позже, чем собирался, и все равно умудрился не выспаться. Вчерашняя прогулка никак не шла у меня из головы, поэтому спал я плохо, проснулся не в лучшем расположении духа. А на улицу выбрался лишь потому, что прекрасно понимал — проблема мастера Ю Чжи не разрешится сама собой, даже если у меня совершенно нет настроения ею заниматься.

Ло, стоило отдать ей должное, оказалась мудрой девушкой, тонко чувствующей мое настроение и благоразумно не стремящейся испортить его еще больше. За завтраком она была тиха и незаметна, как тень. На нервы мне не давила. На мозги не капала. А когда я отправился по разведанному ночью адресу, не стала задавать лишних вопросов и вообще не произнесла ни единого слова, пока мы добирались до нужного места.

Я же, слегка подобрев после завтрака, решил по дороге проверить полученные от Мэй навыки и активно завертел головой, прислушиваясь к разговорам на улице.

Не могу сказать, что вот так сразу стал с легкостью понимать сиульский — язык оказался сложным, с множеством переносных значений, подтекстов, кучей нюансов в интонациях и массой одинаковых по звучанию, но совершенно разных по смыслу слов. Но по мере того, как я прислушивался к царящему на улице галдежу и обращался за подсказками к чужой памяти, становилось все легче. Так что спустя полтора рина пешей прогулки я уже неплохо ориентировался и даже, пожалуй, смог бы поддержать разговор. Только над произношением следовало еще поработать.

По мере того, как мы шли, а я проговаривал про себя слова, Ло начала проявлять первые признаки беспокойства, а затем и посматривать на меня со все возрастающим подозрением. Видимо, заметила, что я больше не плутаю по местному лабиринту. Да и чувствую себя более чем уверенно, несмотря на то, что мы уже довольно долго шли по местам, которые она мне раньше не показывала.

Еще через пол-рина она все-таки не выдержала и тихонько поинтересовалась:

— Таор, куда ты меня ведешь?

— На девятый круг. В восточную его часть, где предположительно может проживать многоуважаемый мастер Ю Чжи.

— Откуда ты узнал адрес? — с еще большим подозрением спросила Ло.

Я неопределенно пожал плечами.

— Ты что, ходил по городу без меня?! Один?! Но когда ты… — у нее вдруг вырвался странный звук. — Хотя о чем я спрашиваю? За эту неделю мы ни разу не ночевали вместе. Ночь — единственное время, когда я не могла тебя увидеть.

Я только улыбнулся, не став напоминать, что по понятным причинам и на корабле у нас не было близости, а Ло снова надолго замолчала, полностью доверившись моим новым талантам.

Нужную улицу и примеченный еще с вечера дом я нашел быстро, несмотря на то, что он был спрятан в настоящем лабиринте из улиц и переулков. Располагался далеко от оживленных дорог. Был искусно прикрыт кронами раскидистых, очень старых, но явно ухоженных деревьев. Из-за них с улицы даже крыши было не видать. Да и вообще, если бы не поросший плющом кирпичный забор, опутанный к тому же сложной сетью заклинаний, было сложно догадаться, что здесь кто-то живет.

Возле единственной двери, которую мне удалось найти, никого, разумеется, не оказалось. Ни охранника, ни слуг, ни даже обычного колокольчика. За забором не виднелось ни караулки, ни просто лавочки, на которой мог бы присесть одинокий сторож. Это было странно. Для известного мага так и вовсе непонятно. Неужели к нему совсем никто не ходит, и он вообще никого и никогда не ждет?

Прекрасно понимая, что до хозяина мы с улицы не только не достучимся, но и не докричимся, я подошел к едва угадываемой под плющом деревянной двери, вытянул руку и бесцеремонно дернул за наложенную на нее сигнальную нить.

Нет, ну а что? Как еще прикажете выманивать старика? Судя по всему, гостей он не жаловал, а вот на тревожный звоночек, свидетельствующий о нарушение границ, точно должен был отозваться.

И он отозвался. Огромной, слепяще-белой молнией, без предупреждения выстрелившей из забора и ударившей в то самое место, где я только что стоял.

Едва успел отпрыгнуть, чтобы не испортить одежку. И уважительно присвистнул, увидев выжженный круг на каменном пятачке перед дверью.

Круто.

Неудивительно, что пятачок был чистым, словно его недавно помыли, тогда как в щели между камнями пробивалась свежая травка. Если ее время от времени удобряли всякими проходимцами вроде меня, то переть она должна была как на дрожжах.

Не вняв предупреждению, я велел Ло и спрятавшемуся на изнанке Первому отойти в сторону и снова подошел к калитке. Ну? Сколько раз я еще тут должен похулиганить, чтобы хозяин соизволил явиться лично?

Вторая подряд молния заставила меня насмешливо хмыкнуть.

Безобразие. Никакой изобретательности! Нет чтобы в сторону шмальнуть. Так нет же, ударила в то же самое место, видимо, действуя по заложенной программе. Хотя нет… погодите-ка…

Стоило мне расслабиться, как Первый подал тревожный сигнал, и я едва успел отступить, чтобы не быть сожженным еще одной молнией. Причем эта ударила со стороны двери. Прямо из-под плюща, испепелив не только его, но и недавно пробившуюся травку под моими ногами.

— Господин… — забывшись, позвала меня разнервничавшаяся Ло. — Может, не надо?

— Надо, милая, надо, — пробормотал я, в третий раз подступаясь к двери и с резко возросшим интересом присматриваясь к защите. — Забавно тут все устроено. Снаружи вроде обычная защитная сеть, а под ней спрятана вторая, уже с атакующими элементами, и даже, кажется, третья…

Пришлось остановиться, чтобы ненароком ничего тут не активировать.

Нет, за себя я не боялся. А вот Ло вполне могла попасть под раздачу, поэтому глупостей делать я не стал, а просто наклонился, чтобы рассмотреть необычную защиту получше.

— Не советую тебе пробовать ее на себе, — неожиданно раздался из-за закрытой двери голос. Очень даже сильный, совсем еще не старческий и наполненный тщательно скрываемым раздражением. — Что тебе нужно? Кто ты?

Я усмехнулся.

— Как много вопросов, уважаемый… не хотите сперва открыть дверь?

— Не считаю нужным пускать на порог непрошенных гостей, — сухо отозвались с той стороны. Правда, не на сиульском, как поначалу, а на чистейшем ирале.

— Хм. Это я как раз хорошо понимаю. Прошу прощения, если причинил вам беспокойство, уважаемый, но я потревожил ваше уединение в надежде услышать ответ на вопрос: не здесь ли проживает достопочтимый мастер-артефактор Ю Чжи, о котором очень хорошо отзывается Гоарский магистрат и в частности многоуважаемый мастер Наир Шоттол?

За дверью воцарилось недолгое молчание.

— Нет, — наконец, неохотно отозвался хозяин дома. — Мастер-артефактор здесь давно не проживает.

— Очень жаль, — непритворно вздохнул я. — А я привез для него письмо от старого друга… что ж, нет так нет. Еще раз прошу простить меня за беспокойство.

На этот раз ответа изнутри не послышалось, однако уходить я не торопился. Сумеречное зрение подсказывало, что хозяин никуда не исчез и по-прежнему стоил возле двери, наверное, точно так же разглядывая меня, только не сумеречным, а магическим зрением.

Наконец, с той стороны послышался тихий щелчок. Дверь медленно отворилась, а перед нами возник низенький (в лучшем случае макушкой до подбородка мне достанет), сухощавый, наголо обритый мужичок в длинном цветастом халате, широких черных шароварах и с босыми пятками.

Я присмотрелся и мысленно потер ладони.

Есть контакт!

Прическа у старика за последние сорок лет кардинально изменилась, но готов поклясться, что именно это лицо осталось в памяти магистра Ноя, хотя сейчас оно выглядело намного старше, жестче и суровее, чем тогда.

— Что за письмо? — осведомился мастер Ю Чжи, вперив в меня неприязненный взгляд.

Хм. И все-таки кое-что меня в нем смущало: стоящему напротив магу я бы дал от силы шестьдесят, но никак не восемьдесят с хвостиком лет. Он прекрасно сохранился. На его лице не было ни одной глубокой морщинки. Ни тебе шамкающей речи, ни сморщенного рта, ни обвисшей кожи на шее… разве что выцветшие от времени глаза выдавали почтенный возраст? Но во всем остальном мужик был в самом расцвете сил. Кто вообще мог поверить, что у него серьезные проблемы со здоровьем?!

— Так что за письмо? — повторил он, опасно прищурившись.

Я демонстративно порылся сперва в одном кармане, затем в другом, в третьем. Сделал озабоченное лицо, после чего виновато развел руками и вынужденно признал:

— Похоже, я его выронил. Но мне прекрасно известно его содержание, так что, если вы уделите мне еще пару ун своего драгоценного времени, могу его процитировать.

Мастер Чжи, не поменявшись в лице, молча захлопнул перед нами дверь и активировал защиту на заборе, да так, что у меня при одном только взгляде на нее зарябило в глазах.

— А он хорош, — со смешком констатировал я, заметив, как сквозь первый слой защиты проступила вторая, третья и даже четвертая. А затем восхищенно прищелкнул языком, обнаружив, что под ней прячется еще и пятый слой. — Вот уж и правда, мастер. У такого грех не поучиться.

Ло, на всякий случай отступив подальше, зябко повела плечами.

— Мне кажется, уважаемый господин маг не больно-то расположен к общению.

— Это да, нам здесь не рады, — не стал отрицать я, с любопытством пройдясь вдоль забора. — Но тут дело такое… если ты заперся в своем маленьком мирке и очень не хочешь контактировать с посторонними, то сперва поинтересуйся, каким именно образом тебя нашли.

— И каким же? — нерешительно переспросила Ло.

— У мастера очень приметная защита. На заборе она кажется обычной даже при очень близком рассмотрении, однако на доме он не посчитал нужным ее спрятать. Магические сети такого уровня сразу бросаются в глаза. И, разумеется, я не мог пройти мимо такого ориентира.

— Подожди, но дом же не виден с дороги! Его будет видно…

Девчонка покрутила головой.

— Только вон с тех крыш, наверное?

— Совершенно верно, — кивнул я и, обернувшись, заговорщицки ей подмигнул. — Но я человек любознательный и упорный.

— Это я как раз заметила, — смерив меня выразительным взглядом, отозвалась Ло, после чего подумала и отступила еще дальше.

И правильно. Я как раз приблизился к забору вплотную и всерьез заинтересовался строением той самой, пятой, магической сети. Как я уже говорил, сумеречное и обычное магическое зрение давали несколько разные картинки, в первую очередь по цветовому решению, так что в сумеречном я видел все цвета с уклоном в зеленый спектр, а в магическом — более или менее нормально. При этом обычное зрение не давало такой четкой картинки в отношении базовой магии, поэтому я пользовался попеременно то одним, то другим спектром, чтобы получить более четкое представление о ситуации.

И я не ошибся: в защите мастера Чжи присутствовало чрезвычайно много базовых заклинаний. При ближайшем рассмотрении оказалось, что она не просто сложна, а многоярусна и сплетена таким образом, что казалась монолитной. Ночью я не уделил ей должного внимания — тогда меня интересовало другое. Зато сегодня, когда появилась возможность присмотреться получше, стало ясно: здесь был использован тот же принцип, что и в творении мастера Олирона Аввима, которое я некоторое время назад так удачно вскрыл. Но там каждый слой защиты был расположен по отдельности и перекрывал один другой, как листы бумаги, сложенные в стопку. А здесь они оказались переплетены, словно лепестки в едва распустившемся бутоне, и при раскрытии превращались в сложную многомерную структуру, которая вызывала искреннее восхищение.

В очередной раз взглянув на забор сумеречным зрением, я присвистнул, обнаружив, что внизу защитная сеть раскрылась до конца, образовав несколько сквозных отверстий. И оттуда в нашу сторону целыми толпами полезли невесть откуда взявшиеся некко. Старый мастер при этом никуда не ушел. Он по-прежнему стоял недалеко от двери, а на его правой руке пульсировал какой-то артефакт, смутно напоминающий браслет карателя.

Ули немедленно передал, что по сумеречной стороне разносится ритмичный звук на очень высоких частотах, которые Первому показались излишне навязчивыми и даже раздражающими. А когда некко высыпали на улицу и стали целенаправленно нас окружать, малыш обеспокоенно добавил, что в нашу сторону летит подозрительно знакомое заклинание.

Заклинание я, правда, и сам увидел, после чего мысленно велел Ули увести Первого подальше.

Та штука, которая неторопливо выползала сейчас из-за забора, напоминала обыкновенную поисковую сеть, которой я тоже когда-то пользовался в личине мастера Шала. Исходила она из все того же браслета. Имела сходную структуру, цвет и даже скорость перемещения с заклинанием карателей. А единственным ее отличием было то, что она имела вдвое меньшие размеры и не трогала скопившихся вокруг нас некко.

Это было необычно и интригующе, ведь до сегодняшнего дня я не подозревал, что мертвыми душами можно управлять. Однако мастер Чжи сумел во второй раз меня удивить, и я про себя решил, что теперь уж точно от него не отстану.

— Лорна, иди-ка сюда, — хмыкнул я, когда мертвые души протянули к девчонке невидимые простому глазу щупальца. — Иди-иди. Встань у меня за спиной и не вздумай сделать ни шагу в сторону.

— Почему? — шепотом переспросила Ло, тем не менее выполнив просьбу.

— Тут как-то неуютно стало. Похолодало что-то. Но рядом со мной ты точно не замерзнешь.

Висящая на моей груди монета «барьерников» неожиданно потяжелела. Следом что-то едва слышно пробормотал Макс. А еще через миг по изнанке словно невидимый вихрь пронесся, отчего ближайшие некко внезапно остановились, а потом в панике шарахнулись прочь.

Похоже, друг слегка подвинул барьер, чтобы активировать источник, и тот принялся добросовестно выкачивать жизнь из оказавшихся поблизости некко. Тех, кто не успел отползти на безопасное расстояние, он попросту иссушил. Ну а остальные торопливо попятились, ценя свою псевдожизнь гораздо больше, чем приказ хозяина.

— Кто ты? — раздалось задумчивое из-за забора, когда вокруг нас образовалось пустое пространство, границ которого некко так и не смогли преступить. — Зачем ты меня искал?