Помоги проекту - поделись книгой:
Блеск бриллиантов вообще сводит женщин с ума. Повариха голову сломала бы, пытаясь угадать, откуда это счастье ей свалилось. О том, что такие цацки счастья отнюдь не приносят, она б не догадалась очень долго. Иная баба не догадалась бы и вовсе никогда. До самой смерти, не исключено, тяжкой и мучительной.
А эта… сторожиху к алмазам-изумрудам догадалась выставить? Скумекала и приняла решение за какие-то минуты?! Нет. Таких баб не бывает. Обитаем все-таки в реальном мире, стряпуха Вероника Полумятова — не сказочная Василиса Премудрая. Наверное, эта тетка все же здесь живет. Не захотела дверь открывать, услышала, как он замок вскрывает и… Забыть. Сейчас это не важно. Котов поборол желание тут же исчезнуть из квартиры. Перешагивая худые ноги мертвой женщины, стянул с лица очки и маску, заставил себя стать привычно хладнокровным, примечающим любую мелочь.
Открыл ближайшую дверь — ванная комната. Точнее, совмещенный санузел с душевой кабинкой, стиральной машиной и прочим. Здесь пахло стерильной гигиеной, но не больничной, с примесью хлорки, а витал вполне достойный аромат лаванды, флер от бабских притирок и шампуней.
Котов мазнул взглядом по стаканчику с
Вор приподнял крышку корзины для грязного белья. Увидев стопку белоснежных тряпочек, аккуратно переворошил ее, насчитал два поварских комплекта и три колпака, видимо копящиеся и стирающиеся разом. Синего мешочка со звездочками в плетеном коробе не оказалось.
Жаль, пока в точности непонятно — перебирала она сумку или нет.
Котов вышел из санузла, постарался не зацепиться взглядом за лежащую в прихожей покойницу с раскрытым глазом и двинулся к кухне. К рабочему месту кулинара.
Но пробыл там недолго. Исследование ванной комнаты уже многое сказало ему о хозяйке: чистюля и педант, грязную одежду складывает лучше, чем иная дамочка заботится о кофточках на выход. Такая аккуратистка бриллианты в гречневую крупу не закопает и в унитазный бачок не спрячет, даже трижды обернув в пакеты и скотчем обмотав. Ювелирные украшения попросту не совместимы для ее мозгов с пылью, грязью или туалетом. Да и ореховых крошек на кухонных поверхностях не видно, кругом идеальная чистота. Здесь явно никто мешочек не перебирал и не вытряхивал. Надо идти в спальню. К складу душистого отглаженного белья.
Проходя по коридору от вылизанной кухни, Котов обратил внимание на «лишнюю» дверь рядом с совмещенным санузлом. Открыл ее и обнаружил кладовую внушительного размера. Нашарил выключатель… Первое, что бросилось в глаза, — безупречно ровная стопка ярких тканевых мешочков. Синих, с пропечатанными золотыми звездочками. Они сияли среди кастрюль, припасов и непонятных поварских агрегатов, как елочные игрушки в диком лесу.
Убедившись, что мешочков все же несколько, слегка воодушевленный Котов заглянул во все углы огромной кладовой, поискал наполненный орехами, использованный мешочек. Но орехи нашел только в плотно закупоренных стеклянных банках.
Не повезло. Обшарив каждую отдраенную кастрюлю, задумчивый Котов вышел из кладовой. Вообразив, что под ногами лежит бревно, снова перешагнул покойницу и очутился в еще одном безупречно вылизанном помещении — гостиной. Открыл единственный здесь шкаф-сервант. Практически не исследуя, глянул в выдвижные ящики тумбы под телевизором…
В спальню. Только в спальню. Учитывая психотип хозяйки и возникший у нее цейтнот, ценности она спрячет под постельным бельем или прикопает под отутюженными майчонками-сорочками.
Котов умело, не стронув с места ни единой наволочки, с привычной скрупулезностью обыскивал зеркальный шкаф. Он заставлял себя действовать размеренно и планомерно, не психовать, не мандражировать. Попутно вспоминал каждое слово из разговора с Жанной. Вдруг что-то упустил?
«Черт побери! — ошпарило воспоминание. — А ведь действительно упустил! Жанка сказала, что в мешочке были орехи с
Котов быстро вернулся на кухню и исследовал помойное ведро. Вполне в манере этакой чистюли не глядя вытряхнуть орехи, перепутанные с фруктовыми кубиками. Своим безупречным педантизмом она клиентов привлекает, деньги зарабатывает, ей легче что-то выбросить, чем опозориться, когда заказчик обнаружит на цукате налипшую соринку от орешков!
Орехов, цукатов и бриллиантов среди мусора, увы, не оказалось. Котов вернул миниатюрное ведерко в шкафчик под мойку; оставшись на полу, сел, опираясь спиной о стену, и крепко-крепко задумался.
Выражаясь простонародно, но по существу, он оказался в полной заднице. Гусыня Жанка засветилась (не перед ментами, на ментов плевать). Сам Котов стал убийцей. Пускай он только защищался, но на это уже никак не плюнуть и не растереть, в скобки не поставить.
А самое паршивое, все эскапады — бесполезны: «сильфиды» нет. Жанку завтра-послезавтра возьмут в жесткий оборот, она, наивная, в таких переплетах еще не бывала. Растечется, как кисель по блюдцу, на котором, как считала, бриллиант преподнесла…
— Куда же ты цацки-то запрятала?! — разглядывая кухню, простонал теперешний убийца. — Аккуратистка, мелочная чистюля… В сапог или валенок ты их не ссыпешь — цацки носят на руках и шее, а это таки обувь, грязь…
Котов закрыл глаза, расслабился; вообразить себя самозабвенным педантом получилось просто — сам, можно сказать, недалеко ушел… Пусть его действия всегда просчитаны с точки зрения рационализма, но это очень близко и понятно…
«Куда она могла запрятать побрякушки… Она приехала уставшая… достала сумку из багажника… Мусор! Дьявол! Она могла элементарно вытряхнуть орехи, перепутанные с цукатами, в мусорный контейнер во дворе! Одним движением, даже не взглянув, что высыпалось!» Мысль подбросила Котова вверх, он вскочил и подбежал к окну. Сбоку, от холодильника, стараясь не мелькать в «пустой» квартире, посмотрел на улицу. К его огромному сожалению, парковку, на которой приехавшая от Сальниковых девчонка оставила автомобиль, отсюда не получилось разглядеть. Зато прекрасно был виден ряд мусорных бачков, как раз и загородивших желтый фолькс от наблюдающего тогда Котова. Девчонку, достававшую из багажника тяжелую сумку, он увидел, лишь пройдя через весь немаленький двор.
Могла повариха, прежде чем направиться домой, вытряхнуть из мешочка остатки орехов? Да запросто. Орехи, что-нибудь еще. Крохотное мусорное ведерко на ее микроскопической кухне мало что вмещает.
Котова заколотил нешуточный озноб. Вор, ставший душегубом, представил, как среди отходов роются бомжи, из мусора лучами бьет многомиллионная «сильфида»… Жесть. Котов пристально-пристально пригляделся к мусорным бачкам, тем, что были ближе к автомобильной парковке. Их, к сожалению, слегка скрывала кирпичная ограда, разделявшая два ряда контейнеров. Но разбросанных мусорных пакетов он там все же не увидел, а это обнадеживало. Если бы бомжи наткнулись на россыпь драгоценностей, они исследовали бы хоть один кагат до самого дна. Все разбросали бы по сторонам!
Приняв решение, Котов стремительно подошел к женскому телу в прихожей. Поднял его на руки — легонькое, безвольное,
«Хорошо, что квартиру на нервяке не перевернул вверх дном, — похвалил себя Игнат. — Хотя, вполне возможно, что сумку она хранит как раз в кладовой, а там…
Нет. Сумку, которую переворошили чьи-то грязные руки, чистюля не поставит на хранение. Унесет в кухню или ванную и будет спиртом оттирать свои ножи и прибамбасы».
Размышляя, Котов все-таки остановился у входной двери, опасение, что он не слишком тщательно здесь поискал, никак не отпускало! Но страх, что ценности могли найти бомжи или другой случайный человек, возобладал. Разобравшись с дверным замком, вор стремительно бросился вниз по лестнице. Заторопился.
…Ближайшие к парковке мусорные бачки оказались заполненными до середины. Котов, перегнувшись через железную стенку кагата, не пытался их разворошить, он пристально разглядывал содержимое. Искал ореховую крошку, присыпавшую наполненные отходами пакеты, прилипшие к ним яркие кубики сушеных фруктов…
Надеялся, что выглядит не слишком подозрительно возле помойки — в очках, маске и перчатках. Жилец, случайно выбросивший в отходы нечто важное, голыми руками в контейнер не полезет и постарается защититься от гадкого запаха.
В одном из контейнеров что-то блеснуло! Котов, уже догадываясь, что это обыкновенное стекло, скорее всего, разбитая бутылка, все же осветил внутренности бачка фонариком мобильного телефона.
Пустышка. Все-таки стекло. Надежда таяла, руки начали подрагивать, а в горле пересохло. Котов равномерно вытаскивал пакеты с мусором на землю. Планомерно и упорно докапывался до каждого днища. По его вискам струился пот, одежда пропиталась мерзким запахом, надетая под застегнутую куртку рубашка облепила влажный торс…
Скопившаяся ненависть вырвалась рыком на подошедшего пропойцу, предложившего помощь:
— Хошь, я за триста внутрь залезу? Помогу найти чегой-то.
— Пшел отсюда, шваль!
Алкаш обиженно засопел. Отойдя на приличное расстояние, приложил Котова по матушке. И закурил в кустах неподалеку, у столика со скамейками.
Вор продолжал трудиться. Он уже понимал, что принял неправильное решение: нужно было дожидаться повариху дома, допрашивать и добиваться правды. Выбить из нее «сильфиду»!
Вернуться в квартиру?
Котов скосил глаза на стайку оборванцев, присоединившихся к обиженному им алконавту. Компания наблюдала за явно расстроенным мужиком в маске, вероятно, прикидывала: ежели он махнет рукой на некую пропажу, может, стоит самим в мусоре пошарить? Авось чего-то ценное обломится.
Дьявол их всех побери! Лимит гадости и гнуси категорически не желал исчерпываться! Специалисту суперкласса происходящее казалось ирреальным, чудовищным, немыслимым. Бывало, он исследовал чужой мусор, искал в нем некие догадки, способные помочь решить задачу, но чтобы так… по уши… час назад прикончив женщину…
«Такого быть со мной не может!» Жанка — глупая гусыня, напортачила, а он теперь расхлебывает!
Когда Котов уже решился идти обратно в квартиру, на парковке появился желтый «фольксваген». Переполненный разочарованием, перепачканный вор стянул с рук перчатки. Зашвырнул их в бачок. И посмотрел в спину девушки, тащившей к подъезду клетчатую «челночницу».
Поздно. Теперь идти за ней нельзя, девчонка насторожена. Недавно ее заманили к черту на кулички, распотрошили сумку и машину, колесо проткнули… На два метра не позволит незнакомцу подойти! Визгом всех соседей переполошит.
А потому стоит признать — сегодня день неправильных решений. Когда девчонка обнаружит мертвую подругу, то, если умная, отдаст полиции «сильфиду». Или те сами найдут цацки при обыске квартиры.
Так что… финита ля комедия. От этого дома, от поварихи следует держаться подальше. Есть ситуации, когда проще принять проигрыш как неизбежное и оставить сцену.
Позвонившей, пополдничавшей Жанне он так и заявил:
— Думаю, «сильфида», моя милая, сейчас уже в полиции. Забудь о ней.
Обвинять подельницу в провале операции Котов не хотел: сам тоже много накосячил. Никак не мог понять, как он, опытный человек, под влиянием нелепого «озарения» покинул квартиру и бездарно тратил время на исследование мусорных бачков! Подозревал, что страх подействовал и в спину подтолкнул. Став убийцей, вор-чистодел дрогнул и попросту сбежал из квартиры с мертвым телом.
Но когда Жанна принялась негодовать и упрекать: «Ты не облапошил какую-то лохушку-повариху?! Котов, я тебя не узнаю! Я преподнесла тебе камушек…» — Игнат не выдержал и прошипел:
— Заткнись! В квартире твоей
— Ты… убил кого-то?.. — Жанка замолчала. — А как же я?!
— Уходи из больницы и ложись на дно. Или оставайся и держи морду веником.
— Тебе все равно?
— Нет. Я ничего не контролирую и не могу советовать.
— На тебя могут выйти? По убийству…
— Надеюсь, нет. Если только через тебя.
— Понятно, — прошептала Жанна. — Тогда я остаюсь в больнице. Сейчас приму еще одну таблетку от давления, авось, менты больную
— Не знаю. Я теперь ничего не знаю, Жанна! Уверен лишь в одном: «сильфида» для нас потеряна и станет моим страшным сном.
Говоря это, Котов еще не подозревал, что жуткими станут не его сны, а жизнь в реале. На следующий день он в точности узнал, что девчонка-повариха
А его кареглазая хохотушка Жанна, узнав, в какой переплет они попали, со страху переборщила с таблетками от гипертонии и умерла в больнице.
«Молодой» розовый бриллиант стремительно собирал жатву из покойников.
Кто следующий, интересно?
…Котов посмотрел на склонившуюся над картами девчонку, фантастическую жадину с поразительно крепкими нервами и, удивительно, прежней дикой ненависти к ней не испытал. Все, как ни крути, получилось честно: Жанка сама эту девочку выбрала и проиграла ей. Повариха не просила использовать ее как «чемодан», не захотела становиться лохом в чужих темных играх.
А Котова, стоит признать, прилично раздражала привычка любовницы обзывать
Видимо, натура такая, не переделать. Жанка попыталась уйти от уголовщины, нашла небедного мужика, который, хоть и оказался прижимистым, женился и прописал ее в трехкомнатной квартире. Но вот судьба-злодейка догнала.
— И что там у меня еще выходит? — продолжив глядеть в окно, поинтересовался Котов. — Жизнь шикарная и долгая мне выпадет? — хмыкнул.
— Этого не знаю, — серьезно ответила повариха и шмыгнула аккуратным, чуть вздернутым носиком. — Расклад не тот, не на прошлое-настоящее-будущее. Но вижу… — гадалка наморщила лоб, — что в руках у тебя напрасные надежды.
— Напрасные? — на самом деле заинтересовался «курьер».
И Вероника испугалась. Зачем разболталась?! Если при гадании обманывать нельзя, то попросту помалкивай в тряпочку! Ведь не хотела злить убийцу!
— Ну… — заюлила Ника. — У тебя же не получилось запланированное, да? И я не виновата, что прибыль ты не в голове или руках держишь, а в ноги себе положил.
— Ну-у-у… да. В какой-то степени я
— В голове твоей застряла безнадежность, —
«Курьер» внезапно вскинул руку, прерывая Веронику. Быстро, как-то даже суетливо, выдернул из кармана архаичный кнопочный мобильник, видимо стоящий на беззвучном режиме, и, активировав его, приложил к уху. Коротко кого-то поприветствовал:
— Да, внимательно.
Ника еще никогда воочию не наблюдала, как человек — уверенный, спокойный, сильный мужик! — бледнеет прямо на глазах, буквально за секунду. Глаза еще недавно невозмутимого «курьера» остекленели, взгляд остановился на одной точке, на стене за спиной Вероники. Из-под бейсболки выкатилась крупная капля пота и скользнула за воротник так и не снятой форменной куртки.
Вор какое-то время слушал, замерев. Потом сказал:
— Мне сейчас неудобно говорить…
Но его собеседник, судя по всему, чихать хотел на неудобство и продолжал. А вор покорно слушал.
— Нет! — выкрикнул внезапно. — Я все решу сам! — послушал еще некоторое время, оборвал связь, перевел незрячий взор на Веронику и убрал сотовый в карман. Руки его, кажется, дрожали.
Перепуганная его реакцией девушка прошептала:
— Что-то случилось? Кто это был?
«Курьер» через силу усмехнулся:
— Карабас-Барабас.
— Барабас? — удивленно переспросила Вероника. — Я взрослая девочка и давно не верю в сказки.
— Тогда… профессор Мориарти.
— Страшный? — Ника пыталась поддержать шутливый тон явно занервничавшего убийцы.
— Очень.
Котов стиснул пальцы на кармане куртки, где лежал телефон с единственным забитым в него номером, и в который раз проклял день и час, когда решился позвонить Тополеву. И дела нет, что ничего не обещал, а лишь спросил, интересует ли Константина Федоровича «Поцелуй сильфиды»! Розовый бриллиант, которым нельзя будет похвастаться.
Костя-Топляк вцепился в неявно выраженное предложение всеми акульими зубами. Кстати, вполне ожидаемо. Нельзя сказать, что он был единственным знакомым Котова, способным купить алмаз чистейшей воды с мутной историей. Зато он точно являлся тем, кто выложит за него максимально возможную цену. Котов давно подозревал, что раритеты Костя коллекционирует по принципу «а чтобы было у меня, а не у другого».
В первый раз Топляк перезвонил, когда Котов уже мысленно простился с «сильфидой». Вечером, сразу после разговора Игната с пополдничавшей Жанной.
— Котик, мой дружок, — пророкотал из трубки, — я, кажется, могу тебя поздравить?.. Слыхал, слыхал… вся ювелирная Москва бурлит. Блестящая работа. «Сильфида» уже у тебя?
— Нет, — просипел Игнат и отчеканил: — Мимо пролетела. По независящим от меня причинам. Поверь, мне очень жаль.
— А уж как мне-то жаль, — пробурчал Тополев и замолчал. Игнат, неплохо знавший нынешнего финансового воротилу, разбогатевшего на самом гнусном криминале, представил, как тот в расстройстве надувает щеки. Барабанит толстыми волосатыми пальцами по столу или кожаному автомобильному сиденью. — Надеюсь, что ты не финтишь… Но в любом случае ты меня сильно разочаровал, Кот.
— Я ничего не обещал, — напомнил вор.
— Да, — подумав, согласился воротила. — И все же — жаль. Ну что ж… звони, если еще что-то интересное возникнет. Или «сильфида»
Но Котов, тогда полностью уверенный, что бриллиант вот-вот вернется к Сальникову, поставил на «сильфиде» крест:
— Нет, Костя, здесь уже ничего не выгорит. Этот камушек я упустил.
На следующий день вор очень удивился, когда ему снова позвонил Топляк и начал разговор с наезда.
— Кот, ты за кого меня держишь, гнус?! — зарычал, не поздоровавшись. — Хитришь, рамсы попутал?! Я тебе кто — простак-ларечник?!.
Оторопевший, специалист сумел вставить в несущиеся на него угрозы и ругательства лишь честное:
— Не понял.
Поделиться книгой: