Помоги проекту - поделись книгой:
Мероприятия, считал специалист, должны готовиться, продумываться до мелочей. Каждый шаг необходимо просчитать, обмозговать и взвесить. Предвосхитить максимум неожиданностей, отработать пути отхода на любой поворот событий.
Мысленно обругав Жанну экзальтированной гусыней, Котов прихватил джентльменский набор вора и бросился к своей машине. Выехал. Пока стоял у первого светофора, загнал в навигатор адрес поварихи. Застряв в небольшой пробке на проспекте, пробил через Интернет непосредственно персону Вероники Полумятовой и ее контакты. Еще чуть позже, доехав, меньше чем за час, до дома кондитера, зашел на веб-сайт старшей дочери Сальниковых. Девчонка, по словам Жанны, регулярно получала от родителей по шапке, но чихать на них хотела и выкладывала в электронный дневник отчеты о событиях, посещаемых местах, курьезах и фотографии тарелок.
Сегодня девочка успела запечатлеть и разместить не только фото подарков и нескольких гостей с медийными физиономиями, но работу и кулинара Полумятовой. Готовившей английский десерт и одновременно рассказывающей анекдоты об этих самых англичанах. (Примеры, кстати, приводились. Шутки показались Котову не совсем избитыми.) Игнат оставил машину неподалеку от нужного дома, проверил подходы и легко вычислил подъезд кондитера. Прикинув обстановку, перевел автомобиль поближе к месту действия, но подальше от сидящих под осенним солнцем бабушек и мамочек. Дожидаясь поварихи, постарался чуть расслабиться. Подумал о том, как бы действовал он сам, доведись ему использовать кого-то в качестве «чемодана». Специалист терпеть не мог ненужного насилия! Квалификация не позволяла.
Поглядывая на игровую площадку, усыпанную пожухлыми листьями и украшенную яркими пятнами детских курточек и шапок, он принялся привычно комбинировать. Поставил во главу угла уединенность места действия — шумный двор категорически для этого не подходил. Добавил в схему важный фактор: «чемодан» понятия не имеет о том, что перевозит, а потому светиться возле него нет никакой необходимости. Ценности нужно извлекать так, чтобы доставщик продолжал оставаться в неведении.
Сам Котов так и сделал бы. Когда бы не цейтнот и не навязанный сценарий. Он вызвал бы повариху в укромное местечко, вынудил ее привезти с собой тот самый «чемодан», что был у Сальниковых…
Да. Все можно было сделать тихо и красиво. И место для этого имеется. Пару недель назад знакомый хакер, помогавший Котову в особо сложных компьютерных вопросах, попросил его о помощи. Лукьянов оставил в доме почившего приятеля безумно дорогие коллекционные шахматы, с наследниками друга фиг договоришься, они из дома не позволят пуговицу вынести. Лукьян уговорил Котова наведаться с ним в запертый дом и потихонечку изъять оттуда шахматный набор.
Дом в дачном поселке, на длиннющей пустынной улице прекрасно подходил для операции. Но это все мечты, мечты… В реальности — «гусиные» мероприятия с разбоем. В такое вписываться, блин, себя не уважать!
Но вот приходится.
Увидев въезжающий во двор ярко-желтый «фольксваген», Котов нацепил на лицо медицинскую маску и солнцезащитные очки. Надел бейсболку и отправился к подъезду, поглядывая на Веронику Полумятову, не без труда выволакивающую сумку-«челночницу» из разверстого багажника. К подъезду Котов и кондитер должны были подойти одновременно.
Но не срослось. Параллельным им обоим курсом к железной двери семенил старикан с кудрявой собачонкой на руках. Котов слегка замедлил шаг…
Дедок, поздоровавшись с девушкой-соседкой, галантно придержал перед ней входную дверь подъезда.
— Как матушка и батюшка поживают? — поинтересовался. — Давненько не показывались. Совсем на дачу перебрались?
— Да, — ответила кондитер, пинком бедра пропихивая «челночницу» в подъезд. — В город их теперь не заманишь, блаженствуют на грядках.
— Ну дай бог, дай бог… Увидишься, поклон передавай.
Котов прошел мимо подъезда, куда проскользнула худенькая, переломанная от тяжести сумки девчонка вместе с пенсионером и погавкивающей шавкой.
Облом.
Что делать? Немного подождать или сразу же идти в квартиру? Пристукнуть, как советовала Жанка, и сумку отобрать? Нецелесообразно. Вообразив подобное, Котов невольно передернул плечами. «А если она крикнет? Если не одна живет? А с сестрой, мужьями и целым выводком родных детей и сестринских… Да и вообще — какой из меня налетчик, к дьяволу?!» Нет, лучше перестраиваться на ходу, привычно. Благо предварительная элегантная зарисовка уже имеется.
Котов достал из кармана мобильный телефон — профессиональная память не подвела и верно выдала ряд нужных чисел из кондитерского сайта, — заговорил с ускользнувшим «чемоданом»… Уверенно повел легенду про забывчивого папу.
«А может быть, оно и к лучшему, — подумал, шагая уже к своему автомобилю. — Зачем напрасно засвечивать кондитера? Пускай менты шерстят прислугу и гостей, мы все сделаем — художественно и нарядно».
До дачного поселка Котов домчался без проблем, на загородной трассе не застрял. Оставил машину на параллельной улице и легко проник в пустой заросший двор. Еще в дороге он прикинул, где лучше поджидать девчонку, вспомнил, что к сплошному железному забору приникает небольшой дощатый сарайчик…
Легко открыв его навесной замок, Котов обнаружил внутри дизельный электрогенератор и кучу железного хлама на прогнувшемся под тяжестью деревянном верстаке.
Вышел из сарая, поколдовал снаружи над планкой замка — осторожно вытянул шурупы из подгнившей планки, потом вновь вошел внутрь постройки и прикрыл за собой дверь, ловко поместив шурупы обратно в дырочки.
Порядок. Снаружи на дужках висит замкнутый замок, догадаться, что в сарае кто-нибудь находится, совершенно нереально. А наблюдать за происходящим во дворе получится через мутноватое окошко. Тут главное — не чихнуть в ключевой момент. Пылища в сарае — убийственная.
Котов взял с верстака пожелтевшую газету, развернул ее чистой стороной и сел на табурет со стальными ножками. Прикрыл глаза и приготовился к примерно получасовому ожиданию. Вероятно, девочке понадобится еще не менее тридцати минут. Ей нужно было собраться для экстренного вызова, долететь до незнакомого поселка и отыскать в нем дом под номером пятьдесят восемь. Нумерация участков, надо сказать, здесь подгуляла. Кондитеру впору посочувствовать.
О пыльное стекло окошка билась шумная толстая муха, Игнат, прикрыв глаза, думал о Жанне, заварившей эту невообразимую кашу.
Поругивал себя за скрытность. Но тогда решение — ничего не говорить ей об отлете в Ниццу — показалось ему верным. Во-первых, Котов не хотел нервировать свою кареглазую хохотушку, поведение Жанны не должно было измениться и на йоту. Но прежде всего и честно говоря, он не хотел нервировать себя: узнав, что «сильфида» может вот-вот поменять владельца, Жанночка весь мозг ему бы вынесла ненужными вопросами. Тот еще клещ. Вцепится, не отпустит: «Когда, как, где, ты все продумал…»
И суеверие имело место. Не кажи «гоп», пока не перепрыгнешь.
В кармане Котова завибрировал один из телефонов, поставленных на беззвучный режим. Вор извлек оживший аппарат, им оказался тот, через который он поддерживал связь с любовницей. Но на дисплее высветился незнакомый номер.
— Да, — осторожно сказал Котов в трубку.
— Игнатик, это я! — раздался голос Жанны. — Я в больнице, все в порядке. Как у тебя дела?
— Пока — жду. Откуда у тебя телефон? И почему ты в больнице?!
Его хохотушка хмыкнула:
— О, это целая история. Могу рассказать, если время есть.
— Валяй, — сказал Котов, чувствуя, как подвело живот. Веселость Жанны его, мало сказать, пугала, легковесный тон наводчицы нагнал на чистодела такую жуть, что волоски на темени встопорщились.
И было от чего, как оказалось. Невзирая на то, что драгоценности Жанка умыкнула на самом деле просто и по случаю — детишки расшалились.
При большом стечении гостей в обязанности Жанны входил присмотр за туалетами и ванными большого дома. Проверив порядок на первом этаже, она, в хозяйственных резиновых перчатках, поднялась на второй и пробежалась там. Возле хозяйской спальни притормозила — из-за неплотно прикрытой двери доносились голоса детей. Жанна глянула на них в щелку… и обмерла. Перед зеркалом туалетного столика, привстав на цыпочки, крутилась девочка. Буквально с ног до головы увешанная драгоценностями.
Жанна замерла, несколько минут наблюдала, как малышка примеряет то диадему, то браслет на ножку… Просит совета у валяющегося на кровати Вани: что лучше подходит к ее бантам-оборкам, синий камушек или зеленый? А жемчужный браслет на ноге — в тему?
Нет. Сползает, решила девчушка и стянула с ноги один из трех браслетов.
Ивану уже надоела роль советчика, мальчик вскарабкался на стул возле окна, откинул занавеску.
— Эрика, фокусник приехал! Пойдем!
— Я еще не готова, — важно заявила девочка. — Где у вас тут большое зеркало? А то я все подпрыгиваю…
Иван, не отвлекаясь от окна, махнул рукой:
— В ванной. Или в гардеробной.
Эрика вначале навестила гардероб. Зажгла там свет и покрутилась. Судя по звукам, уронила какие-то коробки, ойкнула и снова появилась в спальне. Высокомерно фыркнула в спину глупого мальчишки, наблюдающего за дурацким фокусником, а не за ней, красивой и нарядной, прошла в ванную комнату.
— Эрика, ну хватит! Пойдем! Фокусник уже надувных зайцев раздает!
Соблазнившись надувными зайцами, Эрика выбежала из ванной, походя швырнула на атласное покрывало кровати жемчужное ожерелье…
Малышня стремглав выскочила из спальни; Жанна едва успела юркнуть за гардину у проема, ведущего в боковую анфиладу! Смиряя бурное дыхание, послушала, как топочут детские башмачки по лестнице… Услышала тихий вскрик Эрики и недовольный шепот Вани…
Через пару минут переругивающиеся шалуны вновь показались из-за поворота к лестнице. Иван ворчал на Эрику, потерявшую какое-то кольцо, девочка оправдывалась: «Оно мне велико! Соскользнуло с пальчика!» Проказники снова заскочили в спальню, вскоре малышка показалась на площадке второго этажа уже без драгоценных побрякушек. Иван тянул ее за зайцами.
Жанна, уже не дожидаясь, когда стихнут их шаги, быстро прошла к спальне. Оглядела засыпанную драгоценностями кровать… Увидела отъехавшую от стены широкую тумбу-подставку для плоского антикварного вазона. За тумбочкой, как оказалось, скрывалась дверца сейфа. Раскрытого. А раньше Жанна была полностью уверена, что сейф у Сальникова — в кабинете.
— Хороша бы я была, Игнат, — смеясь, докладывала наводчица, — когда б направила тебя в кабинет! Случайность, милый мой, случайность!
Пару месяцев назад Жанна исхитрилась сделать подробные фотографии бронированной дверцы, спрятанной за большой батальной картиной в кабинете хозяина. Котов тогда, помнится, прилично удивился, разглядывая снимки. Ведь вроде — ювелир, продвинутый человек, а сейф можно смело назвать навороченным барахлом. Мало-мальски опытный специалист вскроет его не запарившись.
Жанна продолжала, веселясь, рассказывать: прикинув варианты, она стремительно сгребла с кровати несколько перстней и бриллиантовый браслет, взяла с подзеркального столика ожерелье с «Поцелуем сильфиды». Как ни смешно, маленькая модница это украшение отвергла, похоже даже не примерив.
Все остальное — кольца, жемчуга, браслеты, диадему, — оставила без сожаления. Эрика, не исключено, могла что-то не снять, случайно или для
Размышляя, Жанна на минуту застыла возле лестницы на второй этаж. Мимо нее проскользнула официантка с подносом, полным пустых фужеров, повернула к господской кухне. На повороте к удобствам для прислуги мелькнула фигура кондитера-аниматора, в руках эта Вероника держала что-то из одежды, видимо, направилась переодеваться…
Решение пришло мгновенно. Жанна семенящей деловой походкой вышколенной прислуги продефилировала до рабочей кухни. Склонилась над огромной собранной сумкой кондитера и разыскала там непрозрачный тканевый мешочек в звездочках. С орешками и примешанными к ним разноцветными цукатами. Недолго думая, высыпала из перчатки ценности прямиком в орехи, плотно завязав тесемку мешочка, поворошила его, перемешивая содержимое…
Успела ускользнуть из кухни прежде, чем вернулась Вероника.
Скрывшись в подсобке, Жанна позвонила Котову и сообщила, кто и куда привезет ему «сильфиду» — на блюдечке! Достала из мобильника сим-карту и смыла ее в унитаз. Потом тщательно помыла руки дезинфицирующим средством для сантехники. С хлоркой, чтобы наверняка смыть запах сушеных фруктов из кондитерских припасов — ничто не должно связывать горничную с сумкой поварихи, если та попадется! Телефон незаметно подложила в шкафчик в комнате охранников, там таких старых и непонятно кем забытых аппаратов — тьма-тьмущая! Попробуй догадайся, что новый среди них возник.
— А дальше, Котов, я такое учудила! — посмеивалась Жанна. Став более серьезной, добавила: — И все благодаря тебе — ты столько лет меня натаскивал, учил, как не попасться… Короче, я стащила у бабки Сальниковых таблетки от гипертонии, их у нее целая тумбочка. А ты ведь помнишь, какое низкое у меня давление, да?.. Достаточно самой слабой таблетки, чтобы в обморок свалилась. Осталось только время рассчитать, чтоб рухнуть грамотно и вовремя.
— Рухнула? — мрачно воткнул Котов.
— А то! Перед всем строем! Когда охранный шеф начал нас всех обыском пугать. Я ж тебе главного не сказала, слушай. Для отвода глаз я умыкнула из холодильника баночку с черной икрой. Знала, что шеф обязательно прогонит нас всех через полиграф, а тех пилюль, что ты мне давал, когда меня при приеме к Сальниковым прокатывали, не было под рукой, разумеется. Детектор обязательно выдал бы результат: сегодня Жанка Елизарова чего-то сперла… — Жанна, вспоминая свои ловкие проделки, довольно хохотнула. — В общем, Котов, я решила спутать им все показатели: проглотила таблетку от давления, икру положила в свою сумочку — доказывайте, что полиграф отреагировал на кражу черной икры, а не «сильфиды». Но этого и не понадобилось: меня на «скорой» от Сальниковых под сирену вывезли! Без всякого допроса и гинекологического обыска. И кстати, очень греет душу, что назавтра меня вышибут с работы пинком под зад за кражу чертовой икры. Не нужно будет честную труженицу изображать! Здорово, да?
— Новый телефон ты из тумбочки охранников взяла? — не поддерживая радужного настроения напарницы, хмуро поинтересовался Котов.
— Я что — ненормальная? — беспечно фыркнула Жанна. — В приемном покое, в больнице сперла. Туда какого-то обоссанного типа привезли, в алкогольной коме. Пока персонал ругался, кто этого вонючку будет скипидарить, я заметила, что у него из кармана джинсов уголок мобильника торчит. Ну и выудила незаметно. Переживать не надо, — уверила, — этот алкаш только через сутки начнет вспоминать, как его зовут. Не то что про мобильник. Денег, кстати, на этот номер кинь.
— Хорошо. Как ты себя чувствуешь?
— Нормально. Капельницу поставили, могу кросс бежать. Ты, главное, не подведи…
По засыпанному гравием пятачку возле ворот зашуршали автомобильные шины. Котов резко оборвал любовницу:
— Все, Жанна. Повариха подъехала. Вечером перезвоню.
— Нет! — поспешно воскликнула любовница. — Я телефон в туалете спрячу, сама перезвоню, после полдника!
— ОК, — буркнул прислушивающийся Котов.
Ворота перед домом номер пятьдесят восемь распахнулись. Вор подошел к мутному окошку — пока все шло по расписанному сценарию — и достал из кармана следующий одноразовый телефон. Увидев, что кондитер, озираясь, поднимается по крыльцу пустующего дома, произвел набор и, прикрывая трубку ладонью, покаянно затараторил:
— Простите, извините, мой друг не смог вас дождаться…
Историю с мифической Антониной Николаевной Вероника Полумятова проглотила легко. Вор наблюдал, как девушка кривит лицо, обманывая «все нормально, я схожу за ключами». Как недовольно оглядывает заросший и замусоренный двор. Но все же топает на улицу, не запирая свой автомобиль…
Да даже если б она заперла «фольксваген», то никаких проблем. Котов уже давно наловчился, не хуже Артурчика, вскрывать автомобильные замки.
Но девчонка озаботилась только сохранностью чужой замусоренной собственности: выйдя за калитку, бдительно ее прикрыла.
Котов выскочил из сарайчика, домчался до багажника желтого фолькса…
Когда в клетчатой сумке, точнее, в звездчатом мешочке, не оказалось драгоценностей — только орехи, о которых вскользь упоминала Жанна, — Котов в первую минуту нешуточно опешил: что за чепуха?!
Потом осатанел. Яростно, заново перерыл всю сумку, вытряхнул и перебрал до косточки, обыскал машину и ураганом разбросал вещички кулинара вокруг автомобиля, по двору.
«Сильфиды» — не было. Орехи, матерчатый мешочек в звездочках, кондитер в желтом фольксе — все на месте. А розовый бриллиант неимоверной стоимости как будто растворился.
Бред и чепуха.
«Девчонка взяла другой мешок с орехами? — прикидывал на нервах Котов. — Тех, что возила к Сальниковым, ей показалось недостаточно, она взяла другой мешочек… Точно такой же, что ли, синий в звездочках, их у нее десяток?! Не проще ли было недостающих орехов попросту подсыпать?»
Казус. Или провал. Девчонка стала добавлять орехи, заметила сверкание камней…
Ага. Повариха, ставшая обладателем многомиллионного состояния, помчалась на вызов, чтобы готовить по двойному тарифу?!
Нет, это точно чепуха. Поверить невозможно. Обычная стряпуха не смогла б прийти в себя и выровнять дыхание за ничтожный отрезок времени. Она б ополоумела и напрочь позабыла о работе. Или, по крайней мере, задержалась бы.
Но она практически не отступила от сценария и расписания. Примчалась вовремя, без полоумного сверкания очей.
Она хитра необычайно?
Или Жанна ошиблась?
Да нет, какая, к дьяволу, ошибка?! Все остальное — в масть! Жанка же не сумасшедшая!
Так. Надо успокоиться, проверить, убедиться. Жанна в точности описала мешочек, значит, он существует… но их вполне может быть несколько. Кондитер торопилась, взяла другой мешочек… Крепкий профессионал, чтобы не путаться в процессе работы, одинаковое помещает в одинаковое.
Да. Надо ехать к девочке. «Сильфида» наверняка у нее дома.
Дабы обеспечить себе дополнительный резерв времени, Котов проткнул ножом колесо «фольксвагена» и зашвырнул в высокую траву домкрат кондитера. Пробежал до своего автомобиля и помчался к городу. «Судя по словам соседа с шавкой, родители поварихи живут на даче, — успокаивал себя в дороге. — Обручального кольца на ее пальце я сейчас не заметил, и это точно: она по телефону разговаривала и крутилась. Черт, а если она его не носит или у нее все-таки есть брат, сват, столетний дед сидит в квартире?!»
Не паниковать. Не дергаться. Решать проблемы по мере их возникновения.
В подъезд старого пятиэтажного дома Котов проник элементарно, используя универсальный магнитный ключ. Перед дверью квартиры на третьем этаже утихомирил бурное дыхание. Надел перчатки и нажал на кнопочку звонка. Прислушиваясь, старался вовсе не дышать. Похоже, никого. За дверью тихо, никакой столетний дед не засопел и не зашаркал. Вор еще раз позвонил, опять послушал… Осторожно вскрыл немудреный замок и проник в квартиру, не снимая медицинской маски и очков. Оглядываясь, замер.
Прямо, судя по виднеющемуся холодильнику, кухня. Налево гостиная. Припасы профессиональный повар, скорее всего, хранит…
Ломая его размышления, из кухни, с ревом и замахом, выбежала тощая побитая гражданка в ситцевом халате с надорванным рукавом! Один глаз растрепанной бабы был полностью закрыт распухшим фиолетовым фингалом, в замахивающейся руке она держала немаленький тесак для рубки мяса и неслась на Котова, пожалуй, с несомненным намерением — прирезать!
Котов рефлекторно отклонился — тесак вжикнул возле самого уха! — инстинктивно вмазал психованной бабе по подбородку…
Разъяренная гражданка, получив нехилый хук от ошарашенного вора, отлетела к тумбочке под зеркалом, ударилась об ее угол затылком и растеклась по полу, словно кальмар с жидкими щупальцами. Из разжатых пальцев на коричневый ковер с геометрическим узором вывалился поблескивающий тесак. Прежде чем умереть, психичка дернулась и глубоко вздохнула. Как будто попрощалась с этим гнусным миром. Но продолжила его разглядывать одним раскрытым глазом с бледно-голубой радужкой.
Котов на несколько минут окаменел. Не мог поверить, что это происходит с ним!
Провалы у него, естественно, случались. Но он, высококлассный специалист, никогда не скатывался до насилия! Пальцем никого не тронул! Предпочитал стратегический отход без шума и следов.
А тут… Мертвяк. Труп! С одного удара.
Черт, откуда взялась эта потертая шальная баба?.. Почему не открыла дверь после звонка?! Он же позвонил в квартиру — дважды!
«Повариха нашла бриллианты и поставила к ним охрану? Решительную тетку с тесаком?» Мысль казалась настолько фантастической и нереальной, что Котов ее отогнал. Даже его поднаторевшая наводчица Жанка не сумела бы так быстро опомниться и принять верное решение: нельзя резко менять привычное поведение, нельзя выделяться, честная труженица обязана поехать на работу, на вызов по двойному тарифу.
Поделиться книгой: