Помоги проекту - поделись книгой:
– Видите? Нижняя часть стен закрыта деревянными панелями. Как думаете, почему?
Над панелями мрачные картины: мужчины одеты, будто женщины, а женщины одеты, будто на маскарад: юбки широченные, как бочки. Комнатные собачонки. Лошади. Длинные-длинные столы из темного дуба. Стулья с высокими спинками, тоже из темного дуба. Скамьи. Длинная-длинная темно-красная ковровая дорожка пролегла через холл, первую комнату, вторую комнату…
– Примерно в тысяча шестьсот тридцатом году этот дом построил очень богатый человек. Кто знает, какой король правил в Англии в тысяча шестьсот тридцатом году?
За холлом тянулся коридор. В конце высокое окно. Под окном дубовая скамья.
На скамье сидел мальчик. Тоби отвернулся от учительницы, камина и ребят всего на секунду и увидел его. Мальчик застыл неподвижно. Его темные волосы спадали длинными густыми кудрями. Он был одет во что-то наподобие туники.
– Андреас?
– Тоби, ты с нами в тысяча шестьсот тридцатом году или в какой-то другой эре?
– Извините, – пробормотал Тоби.
Он снова повернулся к портрету, который они все разглядывали. Человек, построивший Клотен-Холл. На голове причудливая черная шляпа, брови выгнутые и злые. Лицо высокомерное.
Когда Тоби снова поглядел на скамью, мальчик исчез.
Они ходили по дому за миссис Миллс. Им раздали анкеты. Тоби склонил голову над старинным сундуком с железной оковкой. Остальные бродили туда-сюда, читали вопросы, строчили ответы, спрашивали у миссис Миллс то одно, то другое, чертили примерный план дома.
Тоби подобрался к компании в задней части комнаты и спрятался за спинами двух мальчиков. Никто его не заметил. Миссис Миллс отвернулась и указывала на что-то на дальней стене.
Тоби ускользнул неслышно, как тень.
Вот винтовая лестница с низкими каменными ступенями. Тоби спустился по ней без единого звука.
Казалось, в доме никого не было, кроме экскурсантов.
Тоби шагнул в открытую дверь и почувствовал себя Ионой в чреве кита: он очутился внутри вытянутой галереи. У стен через каждые несколько футов стояли дубовые сундуки. Между ними – дубовая скамья. А крыша – грудная клетка кита, выгнутая и обшитая деревянными панелями, покрашенными белой краской. В дальнем конце галереи было окно. Высокое окно. Солнечные лучи рассекали пол, будто острые клинки.
Он был там. Смотрел. Ждал.
– Андреас?
Он молчал. Тоби очень тихо и медленно направился к нему через огромную пустую галерею.
Это точно был Андреас. И все же он изменился. Кожа бледнее. Волосы длиннее. Но сидел он точно так же, застыв неподвижно и выжидая. Не сводя глаз с Тоби.
– Так, значит, ты отсюда? Вот где ты все это время был? Ты здесь живешь?
Мальчик улыбнулся.
Тоби подошел ближе и хотел сесть, но Андреас тут же поднялся и поспешил прочь.
– Пожалуйста, не уходи. Я по тебе скучал, с тех пор как… Андреас!
Мальчик остановился.
– Почему ты не отвечаешь?
Мальчик обернулся. Теперь они стояли совсем близко друг к другу.
Может быть, это все-таки не Андреас? Мальчик не разговаривал, не двигался, не улыбался, как Андреас. И все же это был он. Тоби знал это. Точно знал.
– Тоби Гарретт!
На каменной лестнице послышались шаги.
– Это что за фокусы? Знаешь ведь – одному здесь бродить нельзя! Возвращайся к группе. Ну, если опять поймаю… А теперь, мальчики, остановитесь и посмотрите на этот потолок. Перед вами один из лучших потолков Якобинской эпохи в форме цилиндрического свода из тех, что сохранились в стране. Не правда ли, он прекрасен? Просто дух захватывает, верно? Обратите внимание: каждую панель покрыли лепниной и украсили…
На глазах у Тоби мальчик медленно растворялся, будто шербет, тающий на языке. Ребята не просто вышли на улицу, а вырвались, будто птицы, выпущенные из клетки. В воздухе закружилась поднятая ими пыль.
Тоби выходил последним. Оглянулся. Солнечные клинки. Покрытый лепниной потолок, напоминающий свадебный торт.
Мальчик исчез.
Андреаса нигде не было.
– Вернись. Пожалуйста. Вернись, – разнесся по галерее шепот Тоби.
Но нет.
– Тоби Гарретт, иди сюда сейчас же!
– Миссис Миллс, когда мы пойдем в подземелье?
– Извини, Адам, подземелья здесь нет.
– Почему?
– Это же не замок.
– А привидение увидим?
– Привидений тоже нет…
– Очень даже есть! Вот, миссис Миллс, почитайте, что в буклете написано.
– Там много чего написано. Надо же как-то посетителей привлекать. Это называется «маркетинговая уловка», Джошуа. Ладно, побегайте еще пять минут, а потом возвращаемся в автобус и берем контейнеры с обедами. Тоби, ты себя нормально чувствуешь?
– Да, спасибо.
– Тогда встань с земли и побегай… Потом идем осматривать кухню и буфетную. Анкету не потерял?
Он сидел на траве и открывал свой контейнер с обедом. Над ним навис Сэм Хилдер.
– Чудной ты, Гарретт.
Напрашивался ответ «я знаю».
– Извини.
– За что?
Тоби достал сэндвич с яйцом и помидором и впился в него зубами. Сэндвич – это палец Сэма. Сок помидора – его кровь.
– Что с тобой не так?
– Ничего.
– Ты странный.
Тоби вздохнул и посмотрел мимо Хилдера на возвышавшуюся за его спиной заднюю стену дома. В одном из окон наверху Тоби разглядел лицо. Голова и плечи. Бледная кожа. Черные волосы. Потом видение растворилось. Может, померещилось?
– Тобс, помощь не нужна?
Дэвид О’Хара – парень неплохой. Дружелюбный. И с Тоби нормально общается, и к Андреасу относился по-доброму.
– Он реально странный.
– А от тебя воняет. Шел бы ты отсюда, Хилдер.
О’Хара сел рядом с Тоби на траву и стал грызть яблоко. Солнце грело их лица.
– Тут есть привидение, – сказал Дэвид. – Женщина. Умерла от разбитого сердца. Ее мужа убили на гражданской войне. Она скользит вверх по лестнице.
– Я ее не видел.
– Я тоже. А Кейбл врет, что видел. Говорит, у нее на платье пятно крови. Там, где сердце. Ты в них веришь? В привидения?
Тоби торопливо запихнул в рот остатки сэндвича.
Да. Нет.
Да.
– Я вот не знаю, верить или нет, – произнес Дэвид О’Хара и встал. – Ну, пока.
– Пока.
На траву, примятую Дэвидом, опустился Андреас. Контейнера с обедом у него не было. Он смотрел на Тоби.
– Куда ты пропал? И почему? Лучше бы ты остался.
Но травинки распрямились, и Андреас опять скрылся.
Автобус подъехал к главному входу в половине третьего.
– Наконец-то закончилась эта скукотища! – воскликнул Дэвид О’Хара.
– А мне на конюшне понравилось.
– Что это за конюшня – без лошадей?
Тоби стоял в пятой паре с Гарри Флетчером.
– А теперь выстраиваемся по одному, друг за другом. Правила вы знаете… Перед автобусом останавливаемся и, пока я вас не посчитаю, внутрь не залезаем.
Вереница мальчиков медленно продвигалась вперед.
– Один… садись… два… три… Эдвард, не задерживайся… четыре…
Тоби оглянулся на дом. Осмотрел все окна. Первое, второе, третье, четвертое. Никого.
Пятое…
Точно ли тот мальчик – Андреас? Он на него похож. Очень похож. Но он ли это?
– Семнадцать… восемнадцать… девятнадцать… двадцать… двадцать один… Стоп! Айзек Вемис, вернись. Кто стоял перед тобой?
– Бен.
– Да, точно. Бен, иди сюда, пожалуйста. Выйди из автобуса. Давай спускайся. Спасибо. Значит, Бен двадцатый. А Айзек – двадцать первый.
– Миссис Миллс, что с вами?
– Спасибо за беспокойство, все в порядке. Вот только выезжали мы с двадцатью мальчиками, а обратно поедем с двадцатью одним. А этого быть никак не может.
– Миссис Миллс…
– Простите, мистер Гант, но придется ребятам опять выйти. Еще одному мальчику взяться просто неоткуда.
– Лучше на одного больше, чем на одного меньше.
– Ох, не уверена. Мальчики, послушайте меня внимательно. Все высаживаемся из автобуса в том порядке, в каком только что заходили. И постройтесь опять. Потому что я вас неправильно сосчитала, Джордж. Но надежнее перестраховаться. Итак, все сначала.
Прошло пять минут.
Поделиться книгой: