Помоги проекту - поделись книгой:
— Да какой выбор?! Я хочу домой! У меня там папа, сестра! Да я Ризе видеть не хочу после всего этого!.. — осеклась, вспомнив разговор Энвера и Месута…
— Что происходит?.. — прошептала, вглядываясь в лицо гостя.
Энвер продал меня… Кому? Кемрану? Но он к апартаментам отношения не имеет и вообще удивлён, что я не в клетке. Кто тот сын Месута, которому меня продал мой «уважаемый господин»?
— А что происходит? — вздёрнул бровь парень, насмешливо глядя на меня.
— Так, — я растерялась, но постаралась взять себя в руки. — Я хочу домой. Мне не нужен ни этот дом, ни эта страна, ни эта работа. Ты обещал помочь, если я проведу для тебя экскурсию. Я готова начать.
— Я за тем и приехал. В Ризе есть небольшой книжный магазинчик, недалеко от пляжа, там русский эмигрант продаёт литературу для бывших соотечественников.
Мне пришлось опустить взгляд, чтобы скрыть, как загорелись мои глаза — может быть, мне повезёт, и в книге окажутся номера телефонов русского посольства?
Мы с Кемраном в сопровождении двух охранников, одним из которых был мужчина, которого я приняла за хозяина дома инвалида — Халим, кажется, его имя — медленно шли по полосе рыхлого песка — парню трудно было двигаться по нетвёрдой поверхности, но его целеустремлённость и упорство не уступали моим, когда я пыталась сбежать.
Магазинчик оказался совсем маленьким — просто небольшой контейнер с полками по периметру, коробками с книгами под ними, картами в тубусах, торчавших в зонтнице, и мужчиной в коротких шортах и майке, сидевшим на раскладном кресле рядом со столиком от походного комплекта. Он что-то читал и потягивал через трубочку из высокого стакана воду со льдом и долькой лайма.
— Доброго дня, любезный, — поздоровался торговец с Кемраном, будто знал, что он «уважаемый господин». И лишь потом обратился ко мне: — Проходи, дорогая, что тебе нужно?
Закралось ощущение, что до меня мой «благодетель» тут уже побывал.
— Карту с достопримечательностями и какую-то литературу для туристов о городе. На русском языке, — добавила поспешно.
— Есть такое, есть! — обрадовался продавец и вынул откуда-то из коробки толстое издание в красочной, как сам город, глянцевой обложке. Протянул мне и тут же ухватил из зонтницы один тубус. — А вот и карта, с телефонами и адресами заведений и популярными туристическими маршрутами.
Я очень надеялась, что это будет карта Турции, а одним из заведений — русское посольство. Но, развернув свиток, увидела лишь карту Ризе. Едва сдержалась, чтобы от досады не повело лицо и не вылетели так и стремившиеся с языка ругательства. Пролистала опус на триста страниц крупным шрифтом и расстроилась окончательно — книга с множеством фото тоже не содержала ни одного полезного телефона. Увы.
— А есть другие справочники?
— Мне кажется, этот неплох, — подошёл Кемран и взял у меня из рук книгу. Веером пролистал страницы и вернул мне. — К тому же я знаю, куда хочу попасть, тебе нужно лишь составить маршрут… Берём, — бросил торговцу и направился из лавчонки.
Мне осталось лишь тайком вздохнуть и отправиться следом за парнем, отправившемся не в сторону оставленной на пляжной парковке машине, а к кромке воды.
— Не хочешь искупаться? — спросил, не оглянувшись. — Я себе в этом удовольствии отказывал три года, но с тобой хочется.
— Я слегка не одета, — засомневалась. На мне были лишь кружевные трусики и сарафан, я ведь не собиралась…
— Здесь купаются и топлес, а чуть дальше — нудисты, мы можем пойти туда, — он повернулся ко мне, остановившись у края воды. Прищурился от солнца и совершенно спокойно добавил: — Я хочу увидеть тебя обнажённой…
Ну да, «
Кемран будто прочитал мои мысли:
— …Всё-таки нудистский. Там мы будем в равном положении, — усмехнулся он и пошёл вдоль кромки воды. — У тебя красивое тело, Валя, тебе незачем бояться.
Его тело тоже было вполне себе привлекательным. Не таким, как у Энвера, более худым и не таким мускулистым и широкоплечим, но не хилым.
— А потом мокрые поедем назад? — задала наиглупейший вопрос — под таким палящим солнцем даже трусы покроются ровным золотистым загаром, не то что высохнут за пару минут.
Кемран не ответил, но шестым чувством я поняла, что он предсказуемо усмехнулся.
Охранники шли за нами, ни книги, ни тубуса в их руках я не увидела.
Зато у одного на плече висела небольшая сумка. Из неё и появились на свет покрывало и пара полотенец. Мы устроились на краю нудистского лежбища. До трусов разделись даже охранники, помогли Кемрану снять экзоскелет и устроили его сидеть. Отошли от нас подальше и уселись в тени зонтика в креслах.
— Поможешь раздеться? — спросил парень, расстёгивая хлопковую рубашку. — Только сначала сними своё платье.
Не могу сказать, что я стеснялась. Ничуть. Меня столько незнакомых мужиков распинали во всех позах… Но всё же, когда с голой грудью опустилась на колени, чтобы стянуть с Кемрана штаны и трусы, почувствовала, как от его взгляда по коже поползли мурашки, а соски застыли камешками. Он буквально глотал мою грудь взглядом, чуть не пуская слюну, но не трогал. Турки очень любят тактильный контакт и стараются прикоснуться к собеседнику, и он мог сделать это, но не трогал. Судя по его вполне работоспособному члену, упруго выстрелившему из трусов, он завёлся не на шутку. Я нервно отодвинулась от парня на край покрывала и сдёрнула трусики, проклиная день, когда решила полететь в Турцию. Знойный роман, который я рисовала себе в мечтах, протекал совсем не так скоропалительно и нагло.
— Не сиди, иди, купайся, — он всё-таки протянул руку и провёл пальцами по моему позвоночнику.
— А ты? — повернулась к нему, обняв колени и спрятав грудь от его взгляда.
— Я присоединюсь, — заверил и убрал руку.
В море лучше, чем с ним рядом, хотя эту Чёрную лужу я уже успела возненавидеть. Вырвусь из этого ада и если и буду ездить куда-то отдыхать — максимум на озёра. Хватит с меня морей на всю оставшуюся жизнь.
Я встала и пошла в воду на деревянных ногах — взгляд парня сковывал, будто меня уже насадили на член и долбили от души — так всё сотрясалось внутри от некомфортной компании. Скрылась от чёрных глаз в волнах с великим удовольствием, ныряла и старалась подольше оставаться под водой. А когда в очередной раз вынырнула и смахнула с лица солёные струи, сердце сжалось от дикой картинки — Кемран полз к воде на коленках, а безвольные лодыжки тянулись за ним по песку, оставляя на песке две борозды. Сердце сдавило крабовой клешнёй — жалкое зрелище, даже унизительное. Но, возможно, для него ещё унизительнее просить охранников занести его в воду?
Бросила взгляд на нудистов — никому не было до него дела, да и устроились мы с ним нескольких метрах от редких тел. Встретила его, подойдя ближе, присела к нему спиной:
— Держись, только не задуши.
Сначала пришлось тяжело, но Кемран, поднявшись на колени, сам входил в воду как мог. Потом стало легче — вода растворила тяжесть мужского возбужденного тела — его твердая часть устроилась между моих ягодиц. Игнорировать мысли о том, что наш с ним секс не за горами, было уже почти невозможно. Пламенное тело молодого турка вопило о жажде плоской любви.
Мы вошли уже по грудь, покачиваясь на волнах, когда парень вдруг оттолкнулся от меня рывком, чуть не швырнув в море с головой, и поплыл, размашисто загребая руками. Я вернулась и села на мокрый песок, позволяя волнам ласкать мои ноги, смотрела на далеко заплывшего Кемрана и ждала, сама не зная чего…
— Поехали, — скомандовал полукиборг, когда облачился в экзоскелет и поднялся с покрывала. — Ночь проведёшь у меня.
Я только бросила на парня быстрый взгляд — кто бы сомневался! Уже мысленно готовилась к тому, что этот возбуждённый мужчина ещё в машине нагнёт мою голову к своим чреслам. Но доехали мы без всяких попыток Кемрана ускорить события.
Странно было вернуться в этот дом. Однажды он показался мне хорошим вариантом затаиться, а теперь я видела в нём один из вариантов удрать из турецкого плена. Мне нужно было лишь кое-что уточнить…
— Кемран, сколько ты планируешь посетить мест, и сколько времени займут экскурсии? — спросила, когда поднялись на его этаж.
Парень открыл дверь на широкую лоджию с длинным узким креслом под разросшейся пальмой с широкими толстыми листьями, бросавшими на лежак уютную тень. Рядом стоял небольшой столик, а чуть дальше был подвешен полосатый гамак.
Кемран немного помолчал, будто только вне этих стен у него открывается разговорный клапан, и ответил возмутительно просто:
— Сколько захочу…
«Заманчивые» условия… Я размечталась потратить максимум неделю на возню с этим «уважаемым господином» и с его помощью — или хотя бы без его вмешательства — отбыть домой. Но это «сколько захочу» прозвучало так, будто…
— …Ты принадлежишь мне. И я получу то, за что заплатил.
— И сколько я стою? — взвилась с кресла, едва присев на него, а в голове лихорадочно прокручивались варианты предложить выкуп за себя.
Папа продаст своё хозяйство, чтобы выручить меня, а оно оценивалось уже года три назад в немалые деньги: десятки гектаров сельскохозяйственных земель и полный комплект техники. Ферма с коровником и свинарником, а птиц — от простых кур до цесарок и страусов — вообще не счесть. Да и квадратный километр теплиц — это не копеечки.
— Денег? Нисколько, — усмехнулся нагло и самоуверенно. — Не всё в этом мире продаётся за деньги.
Я буквально услышала звон рассыпавшейся вдребезги надежды.
— И что же стало платой за мою ничего не значащую персону? — токсично съязвила, внутренне закипев.
— Ты должна знать только одну вещь: степень свободы женщины определяется владеющим ею мужчиной. То есть мной. Остальное тебя не касается.
Он ответил это так спокойно и терпеливо, будто объяснял как пройти в туалет. А я снова вспомнила…
Кемран — сын Месута? Отправившего нас с Энвером на смерть мерзавца?!
Что, чёрт возьми, происходит?!
— И почему же я живу в доме Энвера? — спросила задумчиво.
Парень едва заметно пожал плечами:
— Скоро принесут еду, а пока можешь смыть соль в душе.
— С удовольствием воспользуюсь твоим предложением, — снова съязвила и встала, чтобы уйти в ванную.
— Зови меня просто по имени…
Глава 8
Я провела в ванной почти час. Мне нужно было время, чтобы прийти в себя, разобраться в той каше, в которую угодила, и настроиться на ночь с этим чудовищем. Не меньшим, чем Энвер. После случая на море уже казалось — гораздо большим. Все говорило именно об этом.
Кемран вернул меня в клетку, отдав в руки толпе надзирателей, а его папаша вообще обрёк на участь ещё более ужасную — в этом не сомневался даже Энвер, иначе бы не затеял ту заварушку. И совершенно не факт, что Кемран не имел к этому отношения, хоть Месут и говорил
Хотя нет, зачем покупать невольницу, чтобы потом убирать её? Парню явно нужно что-то от меня, и экскурсии — это ширма, за которой скрывается… что?
Я запуталась. Чем больше думала, тем больше крепло подозрение, что Энвер… жертва? Как и я? Почему он забрал меня в свой дом и даже подлечил?
Что, чёрт возьми, происходит?! И что меня ждёт? Кемран разделит меня с отцом? От этой мысли стало совсем плохо. Воображение рисовало, как папаша и сынок распинают меня на двоих в самых немыслимых вариациях.
Я ушла под воду с головой и не сразу услышала стук:
— Ты не утекла ещё в канализацию, моя прелесть? Ужин остыл.
Утекла бы, будь она побольше, а я поменьше…
— Уже выхожу, — буркнула и вылезла из остывшей пенной воды.
Обтёрлась полотенцем и натянула свой сарафан. Но когда вышла, Кемран протянул мне чистую тунику:
— Надень это.
Взяла из его рук тонкую тряпицу и вошла в комнату.
Столик у кресла ломился от обилия еды, сразу побежали слюнки — аромат неземной. Я всё никак не могла наесться, и один только вид и запах пищи заставлял меня трепетать от голода.
Сдернула с себя сарафан и натянула чью-то выстиранную и отглаженную очень просторную тунику. Спрашивать, чья она, не было никакого желания — наверняка той женщины с ребёнком. Мы не встретили никого в доме, когда возвращались, и я от этого даже вздохнула свободнее.
Села в кресло и молча принялась за еду. Нарезанная тонкими пластиками бастурма вприкуску с острым томатно-куриным остывшим супом, пирзола — особым образом приготовленные на гриле куриные голени — прекрасно сочетались с салатом табуле, а халва и холодный чай довершили трапезу.
— У тебя хороший аппетит, — заметил Кемран, всё это время что-то писавший в планшете.
Почему-то была уверена, что он общается в какой-то соцсети или в мессенджере.
— Не поешь с моё… — ворчливо парировала, втайне стараясь поддеть парня.
— В Турции есть легальная проституция, если тебе интересно… — начал, не поднимая головы, но я перебила.
— Не интересно.
— Тогда тебе не интересно будет знать, что тебя должны были вернуть не в клетку, а в хостел.
— Именно поэтому пятеро мужиков собирались меня изнасиловать?
Поделиться книгой: