Помоги проекту - поделись книгой:
Комментарий. Во-первых, один свидетель — это ненадёжно. Во-вторых, КГБ почему-то не запрещал снимать Высоцкого в других фильмах, и вот это уже — крепкий факт. В-третьих, фильм был на специфическую тему: «Молодой врач-психиатр из Ленинграда, воспользовавшись туристической поездкой, „выбирает свободу“ и остаётся за рубежом». Такое кино выглядело как подталкивание Высоцкого к невозвращенству. В-четвёртых, а КАК было Высоцкому комментировать запрет? Наверное, не «я же столько для них делаю, а они…»
Далее, Альберт Филозов высказывался о своём попадании на роль несколько иначе (там же):
«Ассистент режиссёра картины „Вид на жительство“ ходила по театрам, искала актёра „с ненадёжной внешностью“ и увидела в фойе мой портрет, разыскала, пригласила на пробы.»
У Высоцкого «ненадёжная внешность», да?
Кстати, про уникальность и незаменимость Высоцкого. Всё та же Кристина Безбородова («Пять несыгранных ролей Владимира Высоцкого»):
«„Земля Санникова“, 1973 г. Режиссеры фильма — Альберт Мкртчян и Леонид Попов — очень хотели, чтобы Крестовского сыграл Высоцкий, а невесту Ильина — Марина Влади. Поэтому пробы никто особо не проводил. Однако перед началом съемок песни Владимира Семеновича передали по „Немецкой волне“. В радиопередаче барда представили бунтарем и диссидентом. Естественно, Высоцкого и Влади снимать запретили. Так же как и вычеркнули из картины песни Владимира Семеновича — „Белое безмолвие“, „Баллада о брошенном корабле“ и „Кони привередливые“. Заменил их исполненный Олегом Анофриевым и ставший шлягером на все времена зацепинский „Есть только миг“.»
В общем, когда было очень надо, то успешно заменяли потихоньку и как бы незаменимых, причём никто из посторонних подмены не замечал, а результаты радовали массы.
Ещё про еврейство Высоцкого. С сайта isroe.co.il, статья «Высоцкий поет на еврейском языке»:
«Немногие знают, что у всенародно любимого барда и актера есть еврейские корни, а еще меньше людей слышали песню на идише, которая когда-то звучала из уст Высоцкого в самом начале его блистательной карьеры.»
«Запись исполнения Высоцкого песни „Здравствуйте, мое почтение“, к счастью, сохранилась и дошла до наших дней. Информации об этой музыке немного. Предположительно ее записывали в студии в 1963-1964 годах.»
«Исполнял он ее часто, есть даже несколько студийных записей, но в Интернете можно найти только одну. Позже песню вытеснили из программы собственные произведения. В записи Высоцкий поет строчки на идише быстро, уверенно и просто. Иногда даже комкая слова, но нет сомнений — певец разбирался в языке.»
(На самом деле там песня на русском, но про еврея, а из идиша в ней только припев «а зухтер махтер их бин а-фартовер ят» плюс ещё несколько отдельных слов — «цорес», «менхетуним» — и еврейский акцент.)
Напомним себе, что еврейство — не преступление, а нюанс. Нехорошее начинается только в случае, если, к примеру, выбиваешься в «духовные лидеры» какого-то этноса, принимающего тебя за своего в доску, но внутренне остаёшься с немного другим этносом, и оказываешься по сути засланным казачком — в условиях более-менее «тёрок» между этими этносами: персоной, которая при более жёстких «тёрках» — войне — подлежит вообще-то высылке или интернированию, а при менее жёстких — немножко отторжению (в зависимости от жёсткости «тёрок»). Где-то так. И это характерно для всех здоровых этносов, определяется инстинктом и здравым смыслом — и по большому счёту обеспечивает этносам выживание. Скажем, смог бы в Израиле выбиться в народные любимцы какой-нибудь полуараб, который в частной жизни солидаризуется и кучкуется с «палестинцами»? Полагаю, что нет.
Кстати, «тёрки» ведь как раз и возбуждаются, когда многовато «душек» и «лапочек» одной и той же [нетрадиционной] нетитульной национальности выбивается на видные (= денежные и влиятельные) места. У людей, конечно же, складывается впечатление, что над ними формируется иноэтничный привилегированный класс. Пробраться «наверх» — это вообще очень трудно, а когда добавляется этнический барьер, это дело становится ещё труднее, и общественность, конечно же, дополнительно беспокоится.
Одно дело, когда люди идут «на Высоцкого» и т. п. добровольно — зная, что это за человек по происхождению, с кем кучкуется и от кого идейно подпитывается за кулисами — и другое, когда его «впаривают», затушёвывая этнический нюанс. Это — своеобразное мошенничество, вроде продажи поддельных товаров. Со второй половины 1980-х началось именно что «впаривание» Высоцкого.
Скажем, Александр Розенбаум был в этом отношении честен, чем и внушал в своё время уважение (теперь уже нет). Так что лучше бы Высоцкий имел и песни на идише в своём репертуаре. Кстати, я слушаю такое охотно, если что. А под «Хава нагила» могу и станцевать.
Литература
Геннадий Брук, Виталий Хазанский «Высоцкий и еврейский мир» (с сайта berkovich-zametki.com).
Геннадий Брук «Еврейская свадьба внучки Высоцкого. Отныне Наама Высоцкая стала украшением ортодоксальной общины Нью-Йорка».
Петр Ваиль, Александр Генис «Шампанское и политура. О песне Владимира Высоцкого» (с сайта irrkut.narod.ru).
Юрий Визбор «Он не вернулся из боя».
Марина Влади «Владимир или Прерванный полет».
Марк Дейч «Феномен Высоцкого», журнал «Я», январь, 1991 г.
Юрий Колкер «Высоцкий без гитары».
Крыжановский М., Раззаков Ф. «Высоцкий — суперагент КГБ».
Акбар Мухаммад «Слово о Владимiре Высоцкомъ».
Валерий Перевозчиков «Правда смертного часа».
Юрий Сушко «Мой черный человек в костюме сером».
Марк Цыбульский «Алиса в Стране чудес».
Марк Цыбульский «Владимир Высоцкий в Одессе».
Марк Цыбульский «Высоцкий в Закавказье».
Сайт v-vysotsky.narod.ru
Сайт wysotsky.com
«Агентурное имя — „Виктор“», сайт http://newrezume.org/news/2016-11-21-17913
Из обсуждения
06.02.2013:
«„Интервенция“ мне всегда казалась жутко русофобской фильмой. С тонущим в финале кораблем „Империя“ (не японская империя, не британская и не австро-венгерская, осмелюсь заметить, а своя). Еврейская пачкотня.»
Но делегация черносотенцев там забавно показана: бородатики с топорами. И делегация евреев — тоже (если я не путаю с «Опасными гастролями»). Для меня основное еврейское в этом фильме — всякие условности. Почему-то наших еврейских братьев по разуму такие вещи особенно умиляют. А что «Империя» затонула на экране, так это же потому, что фильм — советский. Или, по-вашему, одни евреи дискредитировали советское, другие — досоветское, а вместе получалась дискредитация русского? Кстати, против корректной русофобии я не возражаю: по-моему, всякому народу полезно знакомиться с критическим на него взглядом.
07.02.2013:
«Евреи, дискредитировавшие досоветское, русское прошлое, для меня, прежде всего, ассоциируются с фильмом „О бедном гусаре“. С совершенно безумным сюжетом, где какой-то гражданский шпак в мирное время требует от полковника регулярной армии на своей территории бессудного расстрела без какой-либо санкции со стороны вышестоящего командования некоего бунтовщика (полковник ведь не знает, что это мистификация, но он прекрасно знает, что имеет право и что не имеет права делать русская армия) — и это при том, что к осуществлению смертных казней русская императорская армия в мирное время никогда не привлекалась. Полковник должен был бы немедленно арестовать Мерзляева и, подав рапорт вышестоящему командиру, препроводить его по инстанциям, после чего ему явно светила глубина сибирских руд. Однако, пнуть Россию и ее спецслужбы, боровшиеся с революционной заразой, и государя Николая Павловича („царь дурак“ — ну да, конечно, царь дурак, ставропольского техникума сельского хозяйства не заканчивал), тов. Рязанов не постеснялся. Но это уже явный офф-топ, пардон.»
Никакого Вам пардона. Точка зрения интересная. Я никогда этого фильма целиком не видел: скучно. У меня Николай Павлович — в положительных персонажах, а режиссёр Рязанов — в отрицательных. По поводу «Иронии судьбы» крепко высказался С. Кара-Мурза (кн. «Манипуляция сознанием» или что-то в этом роде), по поводу «Гаража» — даже я сам.
08.02.2013:
«В детстве творчество Высоцкого нравилось, но в одной альпинистской песне коробили слова „так лучше, чем от водки и от простуд“. То есть, альтернатива — либо водка и простуды, либо альпинизм с риском для жизни. Человек крайностей. Ну, и про „внизу не встретишь, как ни тянись, за всю свою счастливую жизнь десятой доли таких красот и чудес“ он, конечно, перегнул.»
25.02.2013:
Во-первых, сравнение некорректное уже потому, что это разные жанры. Высоцкий — это бардовская (или как он сам определял, „авторская“) песня. Эстрада — это эстрада. Это всё равно как сравнивать „Битлз“ и, допустим, джазового пианиста-виртуоза Оскара Питерсона (я слышал и такие сравнения: мол, битлам в плане владения инструментами до джазменов далеко). На что я отвечал, что это довольно глупое сравнение, потому что битлы не занимались джазовой импровизацией,предполагающей в основе своей виртуозность, а Питерсон не писал песен и не пел из со сцены на три голоса. Поэтому сравнивать Высоцкого, который не был профессиональным музыкантом, с композиторами-песенниками типа Р. Паулса или О.Фельцмана по меньшей мере странно. Да он и не „лазил“ на их поляну, шансов стать членом Союза композиторов СССР у него не было никаких, да он и не стремился туда. Другое дело — эстрадные поэты-песенники той поры, такие, как И. Резник, А. Дементьев, Л.Дербенёв. Хотя на их „поле“ ВВ тоже не заходил и для эстрадных артистов типа Пугачёвой и Леонтьева ничего не писал, всё же, думаю, нет смысла сравнивать поэтическое дарование ВВ и вышеупомянутых товарищей. Последние в лучшем случае были крепкими ремесленниками — сочинителями. Если почитать, к примеру, стихи (не песни) Дементьева или Р. Казаковой, то это очень посредственная и просто плохая поэзия. И если возможно прибегать к каким-либо авторитетам, то, например, Иосиф Бродский Высоцкого как поэта ценил, а упомянутые товарищи для него, судя по всему, вообще не существовали. А уж в чём в чём, а в поэзии Бродский понимал и как минимум знал её отлично. Второе. Конечно, в советской эстраде были хорошие песни и талантливые авторы. Но не надо слишком идеализировать советскую эстраду, потому что в массе своей она была не лучше (а с какой стати?), чем советское кино, советский автопром, советский общепит и пр. Дряни там было несравнимо больше, особенно в масштабах страны, просто мы про это подзабыли и хотим помнить „Московские окна“ и „Тёмную ночь“. А Никита Богословский, между прочим, и Титон Хренников написали ещё очень много плохой и бездарной музыки. в т.ч. и песен. Но это всё сдано в архив.»
Высоцкий как раз отмежёвывался от «бардов» (но я соглашусь, что он на них похож). За деньги он пел в основном с эстрады и, после ухода из театра, числился эстрадным артистом (таки профессиональным музыкантом, но я понимаю, что Вы имели в виду композитора, а не исполнителя). Песни Высоцкого, записанные им студийно для пластинок, аранжированы вполне эстрадно (но я соглашусь, что звучат они менее интересно, чем самострельные записи на концертах).
Я сравнивал музыкальные вещи из разных жанров не по качеству звука и т. п., а по месту в массовом сознании. Это корректно. А если Высоцкий не попал в Союз композиторов, то ведь не из-за того, что не проходил по качеству и количеству сочинённого. Если бы он дожил где-то до 1989 года, думаю, был бы туда принят.
Чтобы разбираться в качестве поэзии, мне не нужен в помощь такой предвзятый эксперт, как Иосиф Бродский. Что стихи Высоцкого в основном крепкие, я не отрицал. Даже у Пушкина с Лермонтовым далеко не все их произведения впечатляют, и это совершенно нормально. И у Высоцкого есть блеклые песни, но его «вклад», как и «вклад» других, мы будем ведь оценивать по лучшим вещам, а не по худшим и не по «среднеарифметическим».
Я не идеализирую советской эстрады, советского кино и т. п.: я просто нахожу там много действительно ценного — и до сих пор этим ценным пользуюсь. И хорошего там за двадцать последних советских лет было создано побольше, чем за двадцать первых антисоветских, а в части насозданных мерзостей соотношение обратное.
«Это не так. Во-первых, у самого Юрия Лозы тоже нет больше ничего, стоящего рядом с „Плотом“, а музыкой он занимается очень давно, и песен написал много. Ну, „поймал“ вот один раз. Алябьев тоже написал „Соловья“, и кучу одинаковых романсов, кто их помнит. У Высоцкого есть ряд прекрасных лирических песен, ничем не уступающих „Плоту“ ни в мелодике, ни, уж конечно, в тексте. Например, „Если друг оказался вдруг“ — песня с прекрасной мелодией, не зря же она стала своеобразным „гимном“ альпинистов. Вообще у Высоцкого музыка часто была весьма однообразной, „дежурного“ характера, но вместе с тем есть очень интересные и изобретательные мелодии — с точки зрения и ритмики, и развития, и в гармоническом плане он бывал порой очень небанален. Про Сергея Трофимова ничего сказать не могу, кроме песни про Сочи ничего не знаю. Но точно знаю одно. Ни Трофимов, ни Лоза никогда бы не справились с задачей написать песни к сказке Л. Кэррола „Алиса в стране чудес“, да ещё так тонко, глубоко, остроумно и проникновенно, как это сделал ВВ. Это уже другой уровень мастерства. Это уже вам не русский шансон, согласитесь.»
По поводу того, как соотносится эффектность лучших лирических песен Лозы и Высоцкого, спорить нет смысла, потому что мера отсутствует.
К альпинизму я отношусь прохладно, как и вообще ко всяким формам эскапизма и «экстрима», особенно если они дорогостоящие и за чужой счёт (но я не отрицаю значения альпинистских навыков в военное время). Кстати, из-за некорректного поведения довольно многих альпинистов накапливается мусор в горах. Поэтому своей впечатляющей пропагандой альпинизма Высоцкий меня только огорчает.
Cказка Л. Кэрролла «Алиса в стране чудес» — абсурдистская, разрушающая мышление (объяснять, каким образом, — долгая песня). Лучше бы её игнорировать.
26.02.2013:
«Ок, спор так спор. Высоцкий не всегда „отмежёвывался“ от бардов, разве что от плохих. Когда его на одном концерте спросили, не в курсе ли он, как обстоят дела у его „коллег“ Окуджавы и Кима, он доброжелательно о них отзывался (это я знаю от своего отца, котрый был на том концерте) и вообще относился к ним (и не только к ним) хорошо. Конечно, он не мог не понимать, что он — не единственный, кто поёт свои песни под гитару и умеет это делать талантливо. „Отмежёвывался“ он, скорее всего, от всякой самодеятельности типа КСП, что вполне понятно — вряд ли и „Машине времени“ хочется стоять в одном ряду с пту-шными „подвальными“ рок-группами, которые выучили три аккорда, хотя формально они занимаются одним делом.
Что касается эстрады, то если ВВ можно считать „эстрадным“ артистом, то сугубо формально, если даже он и пел в одних концертах с „Землянами“ и работал от филармоний. Понятно, что с художественно-стилистической точки зрения его песни к профессиональной совэстраде никакого отношения не имели, да и сам он был бесконечно (насколько мне известно) далёк от мира пугачёвых-леонтьевых. Ну то есть если Шевчук выступает на тех же площадках, что и „Ласковый май“, это ж ещё не повод записывать его в „попсу“.
И кстати, „студийные“ записи ВВ, в частности с ансамблем „Мелодия“, лично я бы воспринимал не более чем эксперимент, который, в общем-то, экспериментом и остался. У „Мелодии“, надо сказать, было довольно специфическое звучание, и оно действительно было „эстрадным“, но Высоцкий тут ни при чём.
Насчёт Союза композиторов. Не знаю, был бы ВВ принят туда. если бы дожил. Союз композиторов — организация очень „кастовая“ и узкопрофессиональная, они неохотно принимают в свои ряды людей, не имеющих диплома о композиторско-теоретическом образовании, а уж у людей, не знающих ноты (Высоцкий их не знал) шансы и вовсе равны нулю. Так было тогда, так остаётся и сейчас (правда, по непроверенной информации, Макаревич всё-таки вступил, но точно не знаю). Но дело даже не в этом. К началу 90-х Союз композиторов утратил свои монопольные права на написание музыки в нашей стране, и вступать туда людям калибра Высоцкого уже не имело и особого смысла, они могли сочинять музыку (за деньги) и в обход этой чудесной организации, уже было можно.
Одним словом, я полагаю, что даже и в наше время ВВ вступить в СК было бы непросто — эта „контора“ очень сильно отстаёт от требований эпохи представляет собой что-то вроде закрытого клуба, куда есть вход только „своим“. Это я знаю хорошо.
Что касается „деструктивности“ „Алисы“, то вопрос этот, как Вы понимаете, более чем спорный, и если абсурдистское искусство, большим поклонником которого (но талантливого) лично я являюсь, что-то там и разрушает, то да здравствует разрушение. Хотя на мой взгляд абсурдизм есть как минимум терапия, „защитная реакция“ на безумие окружающего мира. Но я эту книгу привёл лишь как пример того, что Высоцкому этот материал был по плечу, равно как и песни для „Робин Гуда“ или сказки „Иван да Марья“, а Трофима и Лозу в этой ипостаси я представить ну никак не могу (хотя вот Лоза вроде как пьесу написал, но что-то я не слышал, чтобы какой-нибудь театр её поставил).
То есть я о чём? Масштаб художника познаётся в сравнении, в т. ч. и сравнении возможностей.»
Факт отмежёвывания Высоцкого от «бардов» Вами не отрицается, а уточняется. Я не против.
Касательно вступления Высоцкого в Союз композиторов. Припомните политическую атмосферу конца 1990-х. Подозреваю, что не только бы приняли его, но даже сами предложили бы вступить. А вот ДО или ПОСЛЕ того периода — согласен: возможно, зажались бы.
Мир безумен только в глазах абсурдистов. В глазах людей с нормальным мышлением он только сложен, труднопонятен и отягощён абсурдистами, которые мутят массам мозги и путаются под ногами у здравомыслящих деятелей.
По поводу абсурдизма я здесь спорить не буду: это был бы уход от основной темы. Ограничусь обещанием добавить в статью что-нибудь об абсурдизаторских «заслугах» Высоцкого.
Уже добавил «тезисы о Высоцком».
27.02.2013:
Возможно, что это и так, но это мало что объясняет, особенно в 21-м веке, в эпоху всеобщей глобализации. «Национальный» признак художника и вообще творческого человека далеко не всегда что-то определяет. Разве каким-то образом в песнях Окуджавы прослеживается «грузинский» след? Разве в творчестве Ю. Кима как-то заметно, что он — чистокровный кореец? Чего такого уж «еврейского» в песнях Розенбаума, особенно самых известных, про казака и пр.? А Достоевский вроде как вообще по крови — поляк… а уж Пушкин…
Поделиться книгой: