Демон меня отбери!

Лукасгар приподнял бровь и покачал головой. Кажется, я немного перегнула. Ну и ладно. Он меня и так подозревает, хуже не будет.

— И ещё раз напоминаю: от вашего рейтинга зависит ваше будущее — не забывайте, что вас снимают.

Точно! И вот что мне необходимо сделать первым делом, так это добраться до сетевого экрана и посмотреть рейтинги, да и вообще репортажи. Страсть как хочется узнать, на каком я месте! Не думает же инкуб, что я буду страдать ни за что и не воспользуюсь тем, что живу в его доме?

— А теперь распределение, — прервав восторги, вновь перешёл к делу генерал-командор.

Стоит признать, что было во всем этом безобразии под названием «отбор» и кое-что полезное. На границе служили сильные опытные маги, специалисты наивысшего уровня в своих направлениях, и на эти две недели их назначили нашими учителями.

— Ривольвера Браунис, встаньте. Вы у нас иллюзионист, — именно с подруги инкуб начал распределение. — Поступаете в распоряжение гарнизонного иллюзиониста Клавдиуса Фильда. За время подготовки вам необходимо научиться создавать прочные материальные иллюзии. Это уменье поможет вам в строительстве деревни. Можете идти на место прохождения практики.

Рива покинула класс, а следом по мере получения назначений и остальные птенцы. Оборотень — к охотникам на тварей Серой пустоши. Да-да, там и такие водились. Некромант — к охотнику на сущности, призраков и нежить: к сожалению, и эти порой в нейтральную Серость просачивались. Четверо стихийников — к гарнизонным созидателям, им предстояло научиться сложным заклинаниям, призванным обеспечить нам выживание в «новом мире». Наш портальщик отправился учиться удерживать искажающееся пространство. А единственный тролль — к боевикам, совершенствовать атакующую магию. В резерве, помимо эльфа с арфой, оказалась наша третья девушка — Заряна, она зельевар и друид-менталист.

— А вы, дорогие мои, тоже важная часть команды. На вас ложится приготовление пищи и любая помощь, которая понадобится основному составу, — торжественно, пытаясь ободрить статистов, объявил инкуб, когда в классе из птенцов остались только мы четверо, — отправляетесь сегодня на кухню, а завтра за вашу подготовку будут отвечать домовые феи. И так через день.

Мне показалось, что резервники прожгут меня завистливыми взглядами, которые они не отводили, пока покидали помещение.

Ну вот зачем гарн Септер меня выделяет?

— А я почему последняя? — спросила, не скрывая раздражения, как только мы остались наедине.

— Поговорить хотел, — демон, наоборот, был благодушен. Бдительность усыплял, не иначе. — Скажи-ка мне, Шелли, тебе тоже кажется ненормальным такое поведение остальных птенцов?

Ну вот и настал этот миг, когда решение нужно принять очень быстро и очень правильно. Но что мне ему ответить? Что?

— Немного, — осторожно согласилась, внимательно наблюдая за его реакцией — распознанию она не поддавалась.

— И как думаешь, с чем это связано, а главное, почему ты реагируешь иначе?

Ага! Так я тебе и созналась, коварный заговорщик! Не дождёшься! И нечего мне так мило улыбаться, на меня не действует.

— Я просто от природы менее эмоциональная, не умею так бурно радоваться. А вообще…

И тут он опять как заржал! Ну сколько можно?! Что я такого смешного сказала на этот раз?

— Ладно, Шелли, пока беги в лазарет, — смилостивился инкуб, утирая выступившие от смеха слёзы, — вечером поговорим.

Пронесло.

***

Вечером он ко мне вообще не приставал с разговорами, потому что после обеда в гарнизон прибыла торговая делегация из-за границы, и Лукасгар занимался с ними до самой ночи, а когда пришёл, я прикинулась спящей.

Он тоже не стал долго рассиживаться и лёг. Через десять минут я на цыпочках подкралась к его комнате и, глянув в замочную скважину, убедилась, что инкуб спит. Пустила тонкой струйкой в щелку заклинание укрепления сна — для надёжности, и побежала в его кабинет. Сетевой экран находился там.

Я ненавязчиво обыскала дом ещё после ужина, пока находилась в нём одна. Боялась, что генерал-командор нагрянет внезапно, поэтому глянуть, что делается в сети во время обыска, не рискнула. Зато сейчас совершенно спокойно уселась за письменный стол в кресло Лукасгара и нажала на «пуск».

Пока экран грузился, обшарила взглядом стол и внезапно наткнулась на конверт с гербовой печатью «Министерство магии королевства Тьмы» — вечером тут ничего подобного не было, я точно помню. Ого! Шпионская переписка? Сердце застучало в горле, я потянула руку к конверту и тут прямо из столешницы стремительно вылетела тёмная бесформенная сущность и вцепилась мне в волосы.

— А-а-а! — заорала я, не жалея лёгких, и попыталась её с себя скинуть.

— Хозяин! Тревога! Светлый грабитель! — заорала сущность громче меня, и в кабинете задрожало пространство.

Я знала, когда такое происходит — это точно открывается портал.

Глава 13

Но орать я не перестала, даже когда из портала вывалился растрёпанный со сна гарн Септер в боевой ипостаси и красных шелковых трусах с лейблом известной заграничной марки на причинном месте. Просто тональность немного сменила с испуганной на испуганно-восхищенную. Ну а как тут удержаться? Никто бы не смог. Полуголый инкуб во всей красе — зрелище не для слабонервных. В этой форме у Лукасгара появились блестящие красные рога, великолепный хвост с острой раскаленной пикой на конце, когти, клыки, глаза, горящие магическим светом, а могучее прекрасное тело расчертили витиеватыми рисунками энергетические каналы, ослепляя красным сиянием струящейся по ним магии. Он был просто великолепен, и если бы не вцепившаяся мне в волосы тварь, я бы сейчас точно рухнула на колени и рассказала ему, как он прекрасен. Так что спасибо ей, наверное…

— Котовасия, отпусти её! — рявкнул гарн Септер. — С ума сошла, это же Шеллин!

Сущность заткнулась и, выпустив из плена мои волосы, приняла форму большой чёрной кошки с хищным женским лицом. Она улеглась на столе и уставилась на меня сощуренными жёлтыми глазами, демонстрируя неприязнь и недоверие.

— А-а-а? — уже тихонечко, по инерции, протянула я, опять сменив тональность на изумленную.

Демон держит на службе тёмную сущность, запрещенную в империи законом? Ну теперь точно не может быть никаких сомнений в его коварных замыслах. Правда, почему-то он виноватым и испуганным не выглядел совершенно. Убьёт? Меня пробил озноб.

— Девчонка протянула свои светлые ручонки к твоему письму, хозяин! Она враг, я чувствую её глупые мысли, и они далеки от добрых! — промурлыкала бестия, глядя на демона влажным обожающим взглядом, и именно в этот момент включился сетевой экран, откуда задорный голос главного ведущего Листока Простока произнёс:

— …Итак, подводим итоги, мои любимые зрители. Таковы рейтинги сегодняшнего дня отбора, и их сотворили именно вы! Прошу, не забывайте, что каждый ваш голос влияет на участников и их позиции в таблице, а также я предлагаю вам сделать ставку на нашем самом честном тотализаторе… — он выдержал интригующую паузу. — И самый популярный вопрос, волнующий абсолютно всех нас: как вы думаете, щедрые наши зрители, станет ли Шеллин — единственная дочь главы ордена светлых целителей Бианки Верис — следующей энергетической помощницей отважного, несравненного, сногсшибательного генерал-командора Юга Лукасгара гарн Септера? Не упустите шанс выиграть, азартные мои! С вами был…

На этом месте «отважный» и «несравненный» выключил экран и уставился на меня грозно светящимися глазами, а я аж захлебнулась от возмущения.

— Шеллин, ты нарушаешь правила отбора. Птенцам нельзя смотреть новости! — и это всё, что ему есть мне сказать?

— Она на письмо покушалась, хозяин! Тьма с ними, с этими новостями, — изумилась бестия, не дождавшись от инкуба желаемой реакции.

Видимо, тварь рассчитывала, что тот меня пришибёт сразу, без разговоров. А я воспользовалась отсрочкой и швырнула обратно на стол злосчастное послание, которое до сих пор сжимала в руке, и вдохнула воздух, готовясь к словесной атаке. Лукасгар проследил за его полётом и опять уставился на меня.

— Шеллин, что всё это значит? И как ты посмела вновь применить ко мне заклинание сна?

Воздух их лёгких как-то сразу вышел. Шумно. Ох, мамочки! Вот и смертушка моя пришла… Всё внутри замерло, но тут перед глазами встал дед, который позор семьи, и в которого я пошла, по словам родственников, он помахал перед лицом рукой. Дорогой предок всегда говорил, что умирать надо с музыкой и желательно вцепившись врагу в глотку…

Мгновенно решила последовать его завету.

— Задумал государственный переворот, да? Но не рассчитал немного? Не ожидал, что я встану на твоём пути, изменник? — я подскочила с кресла и обличительно наставила на инкуба палец.

— Ох, бедная девочка, — гарн Септер вздохнул, покачал головой, принял обычную человеческую форму и протянул мне руку.

— Не трогай меня! — заверещала я. — Моя смерть не сойдёт тебе с рук! У меня есть сообщники! Они всё про тебя знают и выведут на чистую воду!

Я отпрыгнула от демона как можно дальше, а бестия подскочила на столешнице, выгнула спину и зашипела, обнажая клыки. Она, скорее всего, только и ждала команду хозяина, чтобы с радостью привести приговор в исполнение. Зря радуется. Я не сдамся без боя — пустила в ладони магию, готовясь отбиваться.

— Маленькая, птенчик, успокойся, — ласково-ласково заговорил со мной инкуб, пытаясь действовать хитростью, — сядь в кресло, давай поговорим? Сбрось заклинание, оно бесполезно. Я выставил щиты от целительский магии ещё после прошлого раза, а на Котовасию оно вообще не подействует…

— Нет! Не подходи, я не дам себя уничтожить просто так! Верисы не…

Договорить я не успела. Лукасгар явно грязно выругался незнакомыми мне ругательствами и, сделав молниеносный бросок, подхватил меня на руки и перенёс на кожаный диван, стоящий в кабинете. Он прижал меня к себе и, не переставая гладить, начал шептать всякие разные милые слова, смысл которых доходил до меня с трудом.

— Шелли, малышка моя, всё хорошо, никто тебя не обидит. Я с тобой. Испугалась Котовасию? Не надо, она не тронет. Что за родители такие, что пустили больного ребёнка в академию? Ну ничего, ничего, птенчик, я всё исправлю… — и много ещё чего говорил непонятного.

Неожиданно для самой себя я начала успокаиваться: меня перестала бить нервная дрожь, тело расслабилось, я обняла инкуба за плечи, уткнулась в могучую шею и разрыдалась.

Не могу сказать точно, сколько длилась моя истерика, но через какое-то время гарн Септер оторвал меня от себя, вытер глаза и чмокнул в лобик. Чтоб его! Всё испортил. А так хорошо сидели…

— Успокоилась? — спросил, вглядываясь в глаза, и я кивнула, — тогда давай поговорим как взрослые люди…

— Ты на меня сейчас воздействовал очарованием, да? — перебила, решив прояснить все до конца.

Просто потому что ну очень странная апатия на меня сейчас навалилась. Я даже не психанула, что он опять обращается со мной как с карапузом, а не как с взрослой девушкой. Я просто сидела и наслаждалась теплом его голого торса, сводящим меня с ума запахом его тела и мягкими поглаживающими движениями — а это ненормально.

— Шелли, я честно не понимаю, в чем ты пытаешься меня уличить. Я не нарушаю законов нашей империи и не использую свой природный дар на обычных людях, — в его голосе звучало усталое недоумение, будто он притомился убеждать меня в своей невиновности.

— Да? Странно, — мысли в голове были какие-то вязкие. Я словно хлебнула чего-то горячительного и пребывала немного навеселе. Наверное, поэтому язык решил действовать самостоятельно. — Но мне сейчас так хорошо, что это пугает.

Видимо, так у меня проходил откат после резкого выброса адреналина. Лукасгар пришёл к такому же выводу.

— Всё нормально, малышка…

— Не называй меня малышка!

— Ладно, ладно, — его покладистость немного настораживала, но лишь немного. — Просто ты испугалась, я тебя успокоил, но, Шелли, ты же не думаешь, что я способен поступить с тобой бесчестно?

— Зачем же ты меня тогда выделяешь из остальных птенцов? В доме поселил… — пусть уж будет последовательным и поступает бесчестно, а не включает заднюю.

Мне показалось, что на миг в его глазах мелькнула растерянность, но инкуб быстро нашёлся с ответом:

— Понимаешь, Шеллин, мне идеально подходит твоя энергия для поверхностного насыщения, и так как у меня сейчас нет помощницы, твоя близость очень кстати. — В этот момент я вспомнила, в чем инкуб вывалился из портала, ощутила на чем сижу и, вмиг покраснев, подскочила с его колен. — Вот. Я об этом. О твоих эмоциях, — торжественно заявил Лукасгар. — И мне их вполне достаточно, чтобы продержаться до конца отбора. Я никогда не переступлю черты, Шелли, не волнуйся.

Не волнуйся? Не волнуйся?! Что он несёт такое?! А потом он начнёт искать новую заряжалку?! Иррациональная обида заставила меня плеваться ядом:

— А это законно? На это разве не требуется моё согласие?

— Нет. Шеллин, успокойся, ну что я опять сказал не так, что ты завелась? Поверхностную энергию инкубы могут черпать из окружающей среды, понимаешь? Ты её просто выплескиваешь, а я подбираю, она уже ничья…

— Что-то ты темнишь, генерал-командор. И не только в этом! — решила перевести разговор с обидной темы. — Например, бестия в услужении и письмо из министерства королевства Тьмы!

Обличительно сверкнула на заговорщика глазами.

— А что с ним? — он вообще не впечатлился.

— Из королевства Тьмы! — я постаралась голосом донести до него всю серьёзность обвинения.

— Да. Из него. Дальше что?

— Ты переписываешься с вражеским государством, — уже не так уверенно продолжила я.

— Та-ак, все ясно… Скажи-ка мне, птенец мой, а какие у тебя оценки по истории, политологии, расоведению и мироустройству?

Вопрос мне не понравился, потому что заставил задуматься. А вдруг я чего-то действительно не знаю и выгляжу сейчас глупо? Я ведь и правда в этом всем плохо разбираюсь.

— Какая разница, какие у меня оценки? — огрызнулась от бессилия.

— Большая. Садись на диван, я сейчас схожу, быстро оденусь, а Котовасия пока принесёт нам с тобой ночной перекус с горячим морсом. — Бестия спрыгнула со стола и, прошипев что-то невнятное, покинула кабинет. — И я попробую ответить на все твои вопросы, чтобы развеять подозрения. В чем бы ты меня там ни подозревала. А ты потом ответишь на мои вопросы. Идёт?

— Идёт — сдалась, понимая, что упираться глупо.

Хотелось, конечно, сказать инкубу: не стоит утруждаться одеванием и тратить на него время. Рассказывай всё прямо в трусах. Но вдруг он подумает, что мне уж очень сильно понравилось на него пялиться, поэтому я сдержалась.

Лукасгар ушёл, а я крепко задумалась: возможно, я зря на него взъелась? Как ни крути, отношение к гарн Септеру у меня предвзятое. Та детская обида за разбитое сердце, может быть, и прошла бы, но он же постоянно добавляет к ней новые. То посмеется, то заявит, что никогда не станет рассматривать меня как женщину, то вообще нянчится как с дитем малым. Тьфу на него три раза, конечно, но выслушать инкуба надо. Странность отбора никуда не делась, и вдруг я за своими мелочными обидами пропускаю что-то важное?

Лукасгар вернулся очень быстро, когда здравомыслие ещё не успело меня покинуть, а следом в кабинет вплыла Котовасия, приняв вид женщины с соблазнительными формами и головой кошки. Жуткая тварь несла в руках поднос с блюдом маленьких ароматных пирожков и чайником с дымящимся травяным морсом. Бестия расставила всё на журнальном столике и скрылась за дверью, покачивая бёдрами.

— Шелли, ты же понимаешь, что сущности — это не люди, да? — спросил Лукасгар, проследив за моим осуждающим взглядом.

— Они запрещены в нашей империи!

— Да. Запрещены. Всем, кроме тех, кто прибыл в империю, уже привязав к себе бестию. Ты ведь помнишь, что все генералы-командоры, и я в их числе, создавали серую границу с нуля?

Вот, блин, засада! Конечно же, я знала, что гарн Септеру много веков от роду и что он стоял у истоков создания Серой империи, но почему-то у меня в голове его внешность и возраст никогда не складывались. Закусила губу, чувствуя себя полной дурой.

— А письмо? — дрожащим голосом, готовая расплакаться от того, что оказываюсь во всём не права, с надеждой спросила я.

Может, хоть оно противозаконное?

— На, читай, — инкуб, протянул руку к столу, и конверт в неё плавно влетел, подчиняясь магии получателя. Он вскрыл конверт и протянул мне послание из министерства королевства Тьмы.

Пробежала взглядом по бумаге и ничего не поняла. Это был форменный бланк с разрешением на въезд.

— Зачем тебе туда? — посмотрела на демона с замиранием сердца, подозревая услышать худшее.

А вдруг генерал-командор решил вернуться обратно? Вдруг я его никогда больше не увижу? От этой мысли стало не по себе, засосало под ложечкой. Такого исхода я раньше себе никогда не представляла — он мне категорически не нравился.

— Ну ты же не думаешь, что в нашем мире всего четыре высших инкуба, правда?

— А что, больше? — охнула я.

— Шелли, Шелли. Двоечница ты моя. Все инкубы — высшие и обычные, которые обрели пару, остались там, где родились…

— А почему же вы…

— Драконы забрали почти всех людей с собой за серую границу, и молодые демоны, которым грозила смерть от истощения, последовали за ними.

— Да? Я не знала…

Нет, я, конечно, знала, что они от безысходности покинули свои дома, но не думала, что в королевстве Тьмы остались другие инкубы, возможно, даже родственники наших. Так жалко вдруг стало Лукасгара и остальных…