Кингчесс

— Заманчиво. Придётся часть проблем отложить на потом. Хорошо, я буду там без пяти десять.

— Жду вас завтра, — и Рокфеллер осторожно отпустил телефонную трубку на рычаги, которые ещё не отошли от предшествующего броска, пусть и аккуратного.

Встреча состоялась в назначенное время в оговорённом ресторане класса люкс. Джон Рокфеллер прибыл на автомобиле без двадцати десять, подъехав прямо к главному входу в итальянский ресторан. Закрыв дверцу автомобиля, он прошёл к двери, у которой склонился в поклоне дежурный швейцар.

Войдя внутрь, он увидел хозяина ресторана, с любезной улыбкой спешащего навстречу.

— О, мы так рады видеть вас в нашем заведении, сеньор Рокфеллер. Так рады! Давно вы у нас не были! Наш шеф-повар ужасно расстраивается, что не может приготовить вам ваших любимых лобстеров, а также накормить вас нашим знаменитым стейком и цыплёнком a la Keene! А ведь есть же ещё и…

— Дела, уважаемый маэстро, всё время дела, — оборвал поток его радостных восклицаний Рокфеллер. — Нет возможности посетить ваш ресторан в столь горячее для Америки время. Но сегодня… сегодня это время нашлось.

— Апартаменты для меня готовы?

— Да, сеньор, всё так, как вы и просили. Отдельная небольшая комната, стол на двух персон, изысканное и самое дорогое меню. Отсутствие посторонних ушей поблизости. У меня только лишь один вопрос.

— Слушаю?

— Что вы будете пить?

— Я? Ничего! Поставьте только минералку. А вот мой гость… Я не знаю его пристрастий, но пусть это будет Арманьяк и самый выдержанный ирландский виски.

— Будет сделано, сеньор Рокфеллер! Прошу вас! — и владелец ресторана радушно провёл своего клиента в сторону комнаты, подготовленной для деловой встречи.

Без пяти десять Рокфеллер опустился на мягкий стул в ожидании собеседника, который подъехал в это время к ресторану и также, принятый радушным хозяином, был проведён в подготовленную комнату. Ровно в десять Джозеф Кеннеди, обменявшись рукопожатием с Джоном Рокфеллером, присел на свой стул напротив него.

— Я вас внимательно слушаю, мистер Рокфеллер!

— Предлагаю, для большего доверия между нами, перейти от ненужного официоза к именам, которые дали нам наши родители. Мы всё же в ресторане, а не на заседании Конгресса!

Кеннеди смешно подвигал усами, усмехнулся чему-то и, мельком оглядев стол, согласился. На столе уже же всё было готово, кроме горячего. Взяв в руки колокольчик, лежавший на столе, Рокфеллер, на правах хозяина, позвонил в него. В дверях показался хозяин ресторана, понимающе кивнул и произнёс.

— Сей момент, господа! — после чего исчез, чтобы через полминуты впустить внутрь двух девушек. Девушки, исключительно приятной наружности, быстро поставив на стол блюда с приготовленным горячим, тут же удалились, оставив собеседников одних. Воцарилась тишина, во время которой собеседники рассматривали друг друга.

Через пару минут, как только девушки скрылись за дверью, оба собеседника приступили к приёму пищи, не начиная беседу, ради которой они, собственно, и прибыли сюда. Удовлетворив первый голод и промокнув жирные губы салфетками, они приступили к непростому разговору.

— Я вас внимательно слушаю, мистер Рокфеллер!

— Да. Несомненно, вы догадываетесь, о чём пойдёт у нас с вами разговор?

— В общих чертах, — уклончиво ответил Кеннеди.

— Меня интересует положение моих дел в Африке. В частности, угроза потерять с таким трудом полученные нефтяные прииски и созданный завод, по переработке и крекингу нефти. Особенно, завод.

— Да, я так и понял. Не вы один обеспокоены восстанием негров. Многие сенаторы имели там свои интересы. Кроме того, Трансатлантическая африканская компания также несёт убытки.

— Неужели? — высоко поднял тонкие брови Рокфеллер. Но ведь у неё нет интересов в Нигерии.

— Кто это вам сказал, Джон? Может, у компании и нет, а у её создателя и акционера, Иоанна Тёмного, есть.

— То есть, этой компанией целиком владеет он?

— Ну, я бы так не сказал. Владеем сейчас ею мы, но и не учитывать интересы человека, который обладает властью на всех тех территориях, с которых мы имеем прибыль, мы не можем.

— То есть, иными словами, если ваши интересы пойдут вразрез с интересами чёрного императора Иоанна Тёмного, то ваша компания будет банкротом.

— Примерно так, — признал Кеннеди. — Особенно, это очевидно в свете последних событий, которые, возможно, привели и вас к этому же мнению.

— Да, пример очевидный. Но чёрные повстанцы грозят поднять мятеж по всей Африке и уничтожить всю империю Иоанна Тёмного.

На эти слова Рокфеллера Джозеф Кеннеди громко рассмеялся, не удержавшись от проявления подобных эмоцией на деловой встрече, несколько удивив своего собеседника.

— Прошу прощения, дорогой Джон, за эти эмоции, но я был в Африке, — сказал Кеннеди, откупоривая бутылку Арманьяка и наливая немного ароматной жидкости себе в фужер. Вы не видели того, что поневоле видел я. Никакие Саиды, Абдурахманы, Меме, Пепе, и прочие, включая белых, не смогут захватить там власть надолго!

— Возможно, вы, наверное, понимаете, Джозеф, что за этим Саидом стоят не обычные негры, а кто-то другой, весьма умный и влиятельный?

— Понимаю! Стоят за ними, скорее всего, французы, если говорить об этом откровенно, Джон. Но, не пойман, значит, не вор!

— Я бы не был так уверен в этом, Джозеф. Возможно, это немцы, или даже англичане. В конце концов, у всех этих стран есть неподалёку их колонии.

— Возможно, возможно, но суть от этого не изменится. Мамбу боятся все негры, а кто не боится, того он уничтожает.

— Но Саид, получается, не боится?

— Не боится, значит, его уничтожат, так же, как и созданное им государство. Это лишь вопрос времени, и никто Иоанну Тёмному в этом не помешает. Отсрочат сам факт, это да, но предотвратить, нет!

— Вы так уверены в этом?

— Позвольте, но это простая логика! Белые не выживают там. Болезни, насекомые и прочая дрянь исключают применение в Африке больших армий, а небольшие с ситуацией не справятся. Мамба многих обучил владению огнестрельным оружием, а наша страна активно продаёт ему вооружение и строит корабли. Заметьте, боевые корабли, порта, правда, у него нет, но, если мы поможем ему в его постройке, он поможет и нам.

— То есть, вы полностью убеждены, что он, в конечном итоге, выиграет?

— Полностью, нам лишь стоит подождать. Да и потом, представьте, мы поможем ему, а он завоюет целый континент. С кем он будет вести дальше дела и торговать. С немцами? С французами? С англичанами? Нет! Он будет торговать с нами. А это миллионы долларов!

И, налив себе ещё арманьяка, уже полфужера, он выпил его маленькими глоточками, закусив цыплёнком, после чего продолжил.

— Я вас обманул, Джон!

—???

— Не миллионы долларов, а миллиарды, миллиарды долларов! Монополия! Концерн! Трест! Масштаб! Мы порвём всех конкурентов!

— Ну, а русские?

— А что русские? Русские — дураки, тот поток товаров и ценностей, получаемый оттуда, они могли бы увеличить в десять раз. А они?… Да? Это риторический вопрос! — заметив понимающую усмешку Рокфеллера, проговорил он.

— А мы нет, мы не упустим эту возможность. Мы — американские ирландцы, будем всех впереди, — и он допил арманьяк, предварительно плеснув его ещё в свой бокал. — Да, я совсем забыл. Мои люди докладывают мне, что вождь!

— Да, да, мы называем его вождём, — заметив слегка удивлённый взгляд Рокфеллера, уточнил он. — Так удобно, знаете ли. Так вот, он огласил недавно следующее пророчество, а именно: Российскую Империю ждёт революция, последствия которой будут весьма печальны. Ну и где тут будут русские?

Услышав это от Кеннеди, глаза Рокфеллера блеснули непонятным блеском, и он, выпив минеральной воды, ненадолго задумался.

— И вы верите его пророчествам? Послушайте, Джозеф. Я бы хотел иметь в вас своего делового партнёра и, возможно, единомышленника. Раз у нас есть шанс воспользоваться текущим положением дел, то капитал, которым я владею, я готов вложить в некоторые предприятия, гарантирующие мне прибыль и будущие дивиденды, пусть и с определённым риском. В этом случае, объединив усилия, мы сможем пролоббировать некоторые интересы этого… вождя и решить множество проблем, к всеобщей выгоде.

— Не ожидал от вас этого услышать. Что ж, ваши мысли я передам вождю. Он был явно расстроен потерями нефтяных промыслов, от которых, насколько я знаю, тоже получал через вас прибыль. А при прямой поддержке такого влиятельного финансиста, как вы, Иоанн I сможет быстрее решить проблемы с подчинением себе всех территорий Африки. Но финансы нам пока не нужны, уважаемый Джон, а вот ваша моральная и политическая поддержка очень много будет значить для нас.

Повисла напряжённая пауза, в течение которой Рокфеллер выпил полный стакан минеральной воды, а Кеннеди допил половину бутылки арманьяка и начал ощутимо пьянеть, делая это напоказ.

— Хорошо. Считайте, что поддержка у вас будет. Дальнейшие детали мы обговорим с вами после вашего прибытия из Африки. Передайте Иоанну Тёмному мои самые наилучшие пожелания и успехов в его деле объединения Африки под своим чёрным крылом.

— Непременно.

— А сейчас я вынужден вас покинуть. К сожалению, мне пришлось отложить много дел ради этой, в высшей степени, содержательной беседы. Но я доволен, спасибо. Кстати, весь завтрак мною оплачен, не беспокойтесь Джозеф! До свидания!

— Вам того же, дорогой Джон, до встречи!

Вежливо кивнув, Рокфеллер вышел из ресторана и, сев в автомобиль, терпеливо ожидавший его на углу улицы, укатил к себе в резиденцию.

Оставшись один, Джозеф только усмехнулся. Полбутылки французского арманьяка? Этого слишком мало для ирландца. Жаль, виски хороший, его он не успел выпить, но забирать с собой — моветон. Допив крепкий напиток, и только слегка захмелев, он доел роскошный завтрак и вышел следом за Рокфеллером из ресторана. На улице, подозвав к себе личный автомобиль, сел в него и укатил домой, готовиться в путь. Африка его ждала, а он ждал Африку. Бело-чёрное, черно-белое.

Глава 10 Германия.

Кайзер Германии Вильгельм II созвал экстренное совещание, на которое были приглашены, помимо начальника Генерального штаба, ещё и министры иностранных дел, министр колоний имперской канцелярии, и собственно губернатор Камеруна Йеско фон Путткамер, который уже не в первый раз присутствовал на подобном заседании.

Все приглашённые были уже в сборе, на стене зала заседаний висела большая карта Африки, с нанесёнными на нее многочисленными разноцветными знаками.

Дверь в помещение распахнулась, и в зал к собравшимся быстрым шагом вошёл кайзер, одетый в военный мундир, топорща свои мохнатые усы.

— Господа! Кто не знает, для чего мы все здесь сегодня собрались? — обратился он к присутствующим. В ответ все промолчали. — Отлично! — и он опустился в предназначенное ему кресло во главе стола. — Тогда приступим!

— Прошу вас, генерал!

Начальник генерального штаба Германской империи генерал-полковник граф Хельмут Иоганнес Людвиг фон Мольтке встал и вышел к карте Африки. Взяв указку, он приступил к докладу.

— Господа, кайзер поставил мне задачу охарактеризовать всё то, что происходит сейчас в Африке, а также озвучить наши договорённости с англичанами, — и он кивнул в сторону главы германского МИДа Вильгельма фон Шёна.

— Полученные от министерства иностранных дел сведения характеризуют текущую обстановку в Африке как угрожающую нашим интересам.

— Так! — кайзер с самым мрачным видом поёрзал на стуле и обратил свой взгляд на главу МИДа.

— Что вы скажете, герр Шён? У нас были определённые договорённости с англичанами, и даже договор о намерениях, в случае агрессии со стороны французов, русских, либо чёрного императора. Что вы скажете? Я вас слушаю? Я вас очень внимательно слушаю… фон Шён!

— Мой кайзер, — Вильгельм фон Шён, волнуясь, привстал со своего стула, собираясь оправдываться, но снова опустился на него, когда заметил отрицательный жест кайзера. — Мой кайзер, по нашим каналам все договорённости соблюдены. Никто не нарушал обязательств наших договоров. От англичан постоянно демонстрируется помощь по всем вопросам, они делятся с нами информацией, в том числе, и о действиях французов.

— Йеско, мой друг, доложите нам, что сейчас происходит вокруг Камеруна. Хотя, подождите! Граф, прошу вас, продолжайте свой доклад.

Фон Мольтке, до этого напряжённо молчавший, оживился и, двигая указкой по карте Африки, продолжил свой доклад, озвучивая информацию, которую сообщили ему подчинённые.

— Восстание Саида-паши, так вовремя поднятое, набирает обороты. В рядах его воинов присутствуют берберы и арабы, а также выходцы из Французской Западной Африки. На данный момент их количество уже значительно превышает тех, кто изначально восстал с Саидом-пашой против тирании Иоанна Тёмного. Эти люди организованы и обучены. Особенно, это касается выходцев из стран Магриба. Они организованы и вооружены лучше всех, а также хорошо мотивированы. На сегодняшний день войска Саида-паши контролируют всю дельту Нигера, а также его верхнее течение и продолжают продвигаться дальше. Ими захвачены все крупные негритянские города, в том числе, порт Лагоса и сам город.

— Как им это удалось?

— Мой кайзер. Очевидно, не без помощи французов. Если быть точнее, то только с их помощью.

— Каким образом они уничтожили два крейсера и транспорты с американской пехотой, граф?

— Действительно, американцы направили туда для защиты своих интересов два лёгких крейсера и до двух дивизий пехоты, которые были там и уничтожены. По данным наших агентов и разведки, это было проделано с помощью тайного минирования фарватера порта Лагоса и участка океана перед дельтой Нигера, вот здесь и здесь! — его указка показала на карте места, отмеченные красными кружками.

— Гм, получается, что от дагомейского Порта-Ново здесь не будет и дня пути.

— Так точно. Ничего не мешало военному транспортнику организовать тайную постановку мин, тем более, если это происходило ночью.

— То есть, вы хотите сказать, что это были однозначно французы, а не англичане или кто-либо другой?

— Да!

— Почему?

— Потому, что морские мины, обнаруженные там американцами, были германского производства.

—?

— Да, это так, — подтвердил слова начальника Генерального штаба Германии министр иностранных дел. — Нами уже получена официальная нота, с предупреждением об агрессивных действиях по отношению к нейтральной стране. С нашей стороны отправлено разъяснение, что данная партия мин была закуплена в частном порядке Португалией, для защиты побережья Мозамбика от посягательств крейсеров Иоанна Тёмного.

— Всё интереснее и интереснее. То есть, я должен понять, кто нас предал и зачем? Причём здесь португальцы, и почему я должен оправдываться в том, что мы не делали?

— Это провокация, мой кайзер, — снова вступил в разговор фон Мольтке. — Поэтому я считаю, что это выгодно целиком французам, и возможно, англичанам, которые действуют гораздо тоньше, стравливая всех подряд.

— Давайте оставим конспирологические версии и продолжим слушать ваш доклад, — резко оборвал его донельзя разозлённый Вильгельм II.

— Яволь, мой кайзер. В итоге, войска Саида-паши получают приток людей и оружия от французов и продолжают захватывать территории. Они уже вышли к границам Дагомеи на севере, и к границам нашего Камеруна на юге. На востоке повстанцы вышли к берегам озера Чад, выгнав оттуда корейских поселенцев.

— То есть, по вашим словам, есть опасность вторжения восставших в Камерун?

— Есть, мой кайзер. Кроме того, я не исключаю, что их цель не только Камерун, но и Габон. Больше они не осилят. Но есть ещё вероятность того, что они захватят Дагомею и атакуют нашу колонию Того.

— Каким образом они это сделают, герр Мольтке, и зачем им рубить руку дающего?

— На самом деле, в этом нет ничего экстраординарного. Французы убьют этим сразу несколько зайцев. Во-первых, они окончательно подавят в самом зародыше всю борьбу местных вождей за независимость и подчинят их абсолютно лояльному им вождю. Так легче контролировать африканцев. Во-вторых, они получают возможность руками и войсками Саида-паши захватить нашу колонию, разгромив те немногие силы, что есть у нас там.

— Сколько у нас солдат в Того, Мольтке?

— Неполный батальон туземной пехоты, при двух батареях горных пушек и десяток пулемётов Максим.

— И это всё?

— Да, мой кайзер. Больше держать там мы не имеем возможностей.

— А сколько у нас сил в Камеруне?