Помоги проекту - поделись книгой:
– Он приедет позднее, чтобы супруга посла Эвассона не увидела лишнего, – ответила я. – А теперь мне надо поговорить с Роном и Мэг. Оставьте нас на пару минут.
Комната опустела, только Нэйтон устроился у окна, изучая местность вокруг. Но его бесполезно уговаривать уйти, раз уж он решил остаться. Рон и Мэган сидели рядом на диване, держась за руки. Ай-тере казался еще бледнее, чем при нашей последней встрече, а Мэган смотрела на него с такой любовью и тревогой, что сжималось сердце.
– Дея, вы нам поможете? – тихо спросила Мэган.
– Сделаю все, что в моих силах, – заверила я их. – А вы сами готовы? Потому что есть риск, вы должны понимать. И даже если сниму печать, я не могу гарантировать, что у меня получится восстановить вашу магию, Рон.
– Главное – отмените клятву, – сказал он тихо, но уверенно. – Остальное уже не важно.
– Рон! – воскликнула Мэг.
– Все будет в порядке, любимая, – мягко сказал он ей. – Но даже если у Деи не получится исправить мою магию, я хочу быть рядом с тобой, а не медленно угасать с Хайди.
Мэган отвернулась. Она кусала губы, чтобы не плакать. А у меня сердце разрывалось на части. От Нэйта чувствовалась поддержка. Хотелось вцепиться в него и не отпускать, потому что он был моей опорой. Но времени не оставалось.
– Давайте начнем, – тихо сказала я. – Рон, ложитесь на диван и постарайтесь расслабиться. Если вдруг станет плохо, скажите.
А сама выскользнула за дверь и позвала Эжена и Анну. Она должна была заменить Дилана, даже сила у них оказалась чем-то неуловимо похожа. Мэган села у изголовья любимого. Ее лицо словно окаменело.
– Приступим? – спросила я Рона.
– Да, – спокойно ответил тот. Видимо, ему уже было нечего терять.
Я сосредоточилась, стараясь разглядеть его магию. Черноты стало больше. Плохо… Под ней тяжело увидеть саму клятву. Попыталась убрать черные всполохи из области на шее. Они на миг расползлись – и сомкнулись снова. Зато я уловила комок, который надо было удалить. А ведь Хайди ощутит, что у нее стало одним ай-тере меньше. Нет, сейчас не время думать об этом. Я потянулась за силой Эжена и Нэйтона. Пожалуйста, помогите мне увидеть!
Аккуратно подцепила клятву, представила, как оборачиваю своей магией, и так же бережно потянула на себя. Давай же! Давай!
Что-то треснуло, и печать клятвы растаяла, а Рон глубоко вздохнул.
– Плохо? – Я склонилась над ним.
– Нормально, – одними губами ответил он. – Клятвы больше нет, да? Я ее не чувствую.
– Нет, – сказала я, пожимая его холодные пальцы. – Все хорошо, сейчас проверю. А потом посмотрим, что можно сделать с вашей магией.
Снова присмотрелась. Ни следа клятвы, ни ниточки. Она действительно исчезла. Вот и замечательно. Но сейчас мне предстояло нечто куда более сложное. Попытаться восстановить умирающую часть магии Рона.
– Дайте мне пару минут, – попросила у всех сразу и закрыла глаза. Ощутила, как Нэйт опустился рядом, обнял меня за плечи.
– Ты справишься, – шепнул на ухо.
Да, справлюсь. Я должна. Чтобы у Рона и Мэган было будущее, они его заслужили. Я собралась с силами, снова ощутила три потока магии, которые шли ко мне. Как ни странно, резервом Анны тоже удалось воспользоваться. Что ж, приступим.
Всполохов желтого в окружающей Рона тьме было слишком мало. Как уничтожить черноту? Я пока видела лишь один способ. Перелить в него свою силу. Точнее, резерв своих ай-тере, чтобы прогнать черноту, а потом придется медленно штопать дыры. Мы с Нэйтом подобрали несколько приемов и заклинаний магии жизни, которые могли помочь. Я направила силу на Рона. Сияющий поток окутал его тело плотно, как кокон.
Слова заклинания очищения словно въелись под кожу. Я повторяла их, собирая вокруг себя все больше магии, и жгла ею черные сгустки, пожиравшие резерв Рона. Прочь! Оставьте его в покое, вам здесь не место.
Рон глухо застонал, и я вздрогнула.
– Не отвлекайся, – тихо сказал Нэйт мне на ухо. – Работай.
Спасибо, любимый. Я чувствовала его поддержку, и становилось легче дышать. Справимся! Мы обязательно справимся!
Чернота шипела и извивалась под напором моей магии. Она не хотела отступать.
– Мэгги, говори с ним, – попросила я тихо.
– Рон, любимый мой, единственный, – зашептала она, – я очень хочу, чтобы мы с тобой уехали далеко-далеко отсюда. Где нас никогда не найдут, никогда не разлучат.
Это помогло. Чернота стала поддаваться быстрее. А я ощутила еще лучик тепла – Эжен. Он тоже замер рядом, совсем близко, и опустил руку мне на плечо. Уже понял, что мне так легче работать. И я усилила натиск. Наверное, Рону было больно. Он шипел сквозь стиснутые зубы, но я не останавливалась. Представила, что надо отчистить пятна, которые остались… Да на чем угодно остались! И орудовала магией, словно щеткой, шепча заклинания и переливая свою силу в тело Рона. А когда чернота отступила, я едва не застонала. Как? Как так можно?
Его магическое поле было будто сшито из лоскутков. Я запоздало поняла, что это не лоскутки – шрамы. Нэйт говорил, Хайди била Рона хлыстом из магии. Вот они, отпечатки хлыста, так и не зажили. Надо помочь!
Я проводила над шрамами рукой и чувствовала, как ластится к ладоням чужая сила. Рон хотел, чтобы ему помогли. Он был готов избавиться от этих шрамов раз и навсегда, только раньше ему не давали шанса. А сейчас такой шанс появился, и я старалась изо всех сил, чтобы выровнять жуткие бугры. И у меня получалось!
– Давай, еще чуть-чуть, – шептал Нэйт. – Ты умница.
Да, еще чуть-чуть. Еще немного – и я смогу восстановить его магию. И вдруг почувствовала, что устала и вот-вот выпущу из рук тонкие нити. Нет! Рванула сильнее. Эжен тихо выругался, а Нэйт крепче обнял. Анна постаралась дать мне больше сил, и яркая вспышка озарила комнату. Не знаю, видел ли ее кто-то, кроме меня и Нэйта, обладающего способностью различать скрытое, но она оказалась до того яркой, что я зажмурилась. А когда открыла глаза, никаких шрамов на магии Рона не было.
Сам он смотрел на меня чуть удивленно, будто не веря, что все закончилось. Мэган же глядела так, будто ждала приговора.
– Мы справились, – улыбнулась я. – Теперь магический резерв Рона должен работать, как положено. Не о чем волноваться.
– Спасибо! – Мэган бросилась ко мне, сжала руки. – Спасибо, Дея. Я не знаю, как вас благодарить. Вы совершили чудо.
– Мы вместе совершили, – ответила я ей, чувствуя волны усталости от своих ай-тере. – Зато теперь вы действительно сможете уехать в Эвассон, и весь этот кошмар закончится.
Мэгги обняла Рона и все-таки расплакалась. Он гладил ее по спине, стараясь успокоить, но, видимо, слишком долго она сдерживала слезы, слишком тяжело ей было. Бедная Мэг!
– Успокойся, глупышка, все позади, – шептал ей Рон. – Я больше никогда тебя не оставлю, обещаю.
– Да уж надеюсь! – сквозь слезы отвечала Мэган. – Ты знаешь, как меня напугал? Да я едва не тронулась рассудком за этот год. Если бы Дилан не рассказывал, что с тобой, то не знаю, что бы и делала.
– Прости…
– И не подумаю.
А сама смеялась, прижимаясь к родному человеку. Я улыбнулась Нэйту. Он легонько коснулся губами моей щеки.
– Горжусь тобой, – сказал на ушко, и я покраснела.
А снаружи послышался шум подъезжающего автомобиля.
– Дилан приехал, – сообщила Ариэтт. – Я его провожу.
И умчалась вниз. Вот неуемная девушка! Вскоре на лестнице раздались голоса. Похоже, Ариэтт порадовала Дилана, что у нас все получилось. Он вошел в комнату в сопровождении высокой светловолосой женщины. Первое, что я отметила, – ее выразительные голубые глаза, чистые, как летнее небо. Светлые волосы были переплетены в косицы где-то до уровня плеча, а дальше спускались локонами. Темное платье делало ее старше, но я была уверена, что ей не больше сорока.
– Нас можно поздравить? – спросил Дилан.
– Можно, – улыбнулась я.
– Замечательно! Знакомьтесь, это…
Вот только договорить он не успел. Жена посла Эвассона замерла, глядя куда-то мне за спину, будто увидела призрака, и раздался робкий голос Эжена:
– Тетя Кристин?
Глава 11
Я чувствовал себя измотанным. Дее понадобилось много сил, чтобы восстановить магию Рона. Но главное, она достигла успеха, и я был этому рад. Если люди любят друг друга, они должны быть вместе! Невзирая на всяких там Хайди. И я верил, что теперь-то Рон справится. Ради Мэган, потому что ее чувства к нему были искренними.
Сам я отошел в сторону и сел в кресло. Наверное, моя собственная магия еще не настолько в хорошем состоянии, чтобы использовать ее в таких объемах. Ничего, восстановится. Ари побежала встречать Дилана. Момент, в который она присоединилась к нам, я как-то упустил. Наверное, когда Дея приступила к снятию печати. А вот когда Дилан и его спутница вошли в гостиную, я на миг потерял дар речи. Потому что прекрасно узнал женщину, которая приехала с Диланом. Это была иль-тере моего отца, Кристин. Сердце застучало быстрее, и на миг стало тяжело дышать. Надо же, она вышла замуж.
Кристин заметила меня и замерла. Узнает или нет?
– Тетя Кристин? – шагнул к ней.
– Эжен? – спросила она робко. – Эжен, мальчик мой!
И кинулась мне на шею, едва не задушив в объятиях. А я не мог поверить, что вижу ее. Думал, мы никогда больше не встретимся. С тетей Крис, как я ее называл, связаны самые светлые воспоминания моего детства. Она тогда была не замужем, детей у нее не было, и она всю свою заботу сосредоточила на мне: дарила книжки, игрушки. Водила гулять. Я оставался у нее, если родители уезжали куда-то на пару дней, и тогда чувствовал себя самым счастливым на свете, потому что у Кристин было две собаки, а моя мама собак не выносила. И когда возвращались родители, я больше напоминал поросенка, чем ребенка, потому что носился со своими четвероногими друзьями в саду. Я скучал по тете Крис, когда мы переехали в Тассет. И надеялся, что она поддержит папу, потому что он очень переживал.
Все эти воспоминания всколыхнулись разом, а за ними – другие, куда более темные. Она расскажет отцу!
– Вы знакомы? – удивленно спросил Дилан.
– Конечно, – смеясь сквозь слезы, ответила Кристин. – Это мой пасынок, сын супруга.
Что? Они еще и поженились? Безумие! То есть отец тоже в Тассете? О, нет…
– Эжен, милый. – Тетя Крис будто не могла на меня наглядеться. – Как же мы беспокоились, если бы ты только знал!
– Что вы делаете в Тассете? – спросил я. Миссия – это понятно, но когда папа успел заняться дипломатией? Хотя, так много времени прошло.
– Конечно, приехали найти тебя, – ответила Кристин, продолжая обнимать меня и целовать. – О боги! Нам сказали, что ты умер. Генрих ходит черный от горя.
– Как видишь, я жив.
– Да, да.
– Давай поговорим… не здесь.
Я перехватил Кристин за руку и увлек в соседнюю комнату. Там тоже был удобный диванчик у окна, на нем мы и разместились.
– О боги, Эжен! – Тетя Крис сжимала мои руки и говорила на родном эвассонском. – Мальчик мой, прости, прости!
Она снова обняла меня, покрыла поцелуями щеки. А я не знал, что мне делать. Внутри была полнейшая растерянность.
– За что простить? – не сразу понял.
– Что так долго искали, милый. – Кристин залилась слезами. – Это все из-за меня.
– Да при чем здесь ты?
– Когда твоя мама позвонила, что у тебя проснулась сила, я была на шестом месяце беременности, и врачи наотрез запретили мне покидать Эвассон. Беременность первая, довольно поздняя и тяжелая. А Генрих конечно же не смог поехать без меня. А потом малышка родилась слабенькой, еще несколько месяцев прошло, и когда мы приехали, то очутились как у разбитого корыта: ни единого следа. Пока нашли этот колледж, пока отыскали твою бывшую иль-тере…
– И она сказала, что я умер? – Мне вспомнилось самодовольное лицо Кэтти.
– Да, да.
– Что ж, почти не солгала.
– Эжен!
Кристин нежно гладила меня по лицу.
– Ты так вырос, – шептала, вытирая слезы. – Мальчик мой, хороший мой. Я с трудом тебя узнала.
– Ничего. Со мной все в порядке, не о чем плакать, тетя Крис. Послушай… Может, не надо папе знать, что ты меня нашла?
– Как? – Глаза Кристин стали большими, как плошки. – Как это не знать? Эжен, ты меня пугаешь!
– Дело не в том, что я не хочу его видеть, тетя Крис. Просто сейчас не лучший момент. И я сам… не в лучшем состоянии.
– Ты болел, да? Еще слегка заметно. Но это ничего, милый. Что бы ни случилось, мы рядом. Солнце наше.
Мне очень хотелось расслабиться, стать на миг маленьким мальчиком, все проблемы которого могут решить мудрые взрослые, вот только не выйдет. Я уже не тот ребенок, которого помнит Кристин. И даже не тот, который когда-то переступил порог колледжа эо Лайт. Если бы мы с отцом встретились раньше, до того, как выгнали Кэтти. До этой мерзкой угловой комнаты в ее доме… Я бы мог стать прежним. Успокоиться, забыть. А сейчас? Мне иногда от себя самого бывало тошно.
– Генрих сейчас где-то за городом. – Тетя Крис махала руками. Она всегда была очень эмоциональной. – Уехал на выставку до завтра, но как только он вернется… Эжен, не беспокойся, все будет хорошо.
Когда-нибудь – возможно. Не сейчас.
– Как назвали сестренку? – вместо этого спросил я.
– Мадлен. Мы назвали ее Мадлен. Она очень на тебя похожа, вот увидишь. Ей уже годик с небольшим, болтает без умолку.
– Красивое имя. – Я заставил себя улыбнуться, осознавая, что не могу находиться рядом с близкими. Мне больно.
– Ой, вот я раззява! – Кристин всплеснула руками. – Я же должна принять клятву у вашего друга, чтобы забрать его в Эвассон.
Она схватила меня за руку и потащила обратно. В комнате мало что изменилось: Рон и Мэган болтали о чем-то, склонив головы друг к другу. Нэйт, Дея и Дилан тоже что-то тихонько обсуждали, и только Ариэтт одиноко замерла у окна, но обернулась, стоило нам появиться на пороге.
Тетя Крис уже взяла себя в руки.
– И у кого из вас я должна принять клятву? – улыбнулась она.
– У меня, – тихо ответил Рон.
Поделиться книгой: