Помоги проекту - поделись книгой:
* * *
Здоровье мамы и малыша у врачей не вызывало никаких опасений, что подтверждал и Петров. Машу с Матвеем готовили к выписке. На работе Иван взял плановый отпуск и теперь носился как угорелый. Утром, позавтракав на скорую руку и составив список покупок, он методично объезжал магазины Москвы, скупая все необходимое. Маша строчила каждые полчаса послания, увеличивая список Ивана до невероятных размеров. Петров, учитывая возможные риски осложнений при родах, тоже взял отгулы на это время. Он заведовал всеми покупками по гигиене и сохранности здоровья. За день до выписки комната в их квартирке была завалена до отказа пакетами, свертками, деталями детской мебели, которую необходимо было собрать. Там была и ванночка для купания, и коляска, и какие-то погремушки. В общем, там была вся тысяча мелочей, что-то из которой могло понадобиться младенцу в начале жизни.
– Вань, давай притормозим, – набрав Ивану, Петров быстро тараторил в трубку. За эти два дня он вошел в такой темп, что самостоятельно остановиться был уже не в состоянии. Его несло по инерции.
– Ты о чем, дядь Вань? – запыхавшимся голосом ответил новоиспеченный отец, который в этот момент грузил очередные покупки в багажник машины, плечом поддерживая мобильник возле уха. Иван Васильевич стал «дядей Ваней» после того, как предложил Морозову перейти на «ты». И они сошлись на таком компромиссе из уважения к возрасту их семейного доктора.
– Я о том, что завтра последний день перед выпиской. Нам нужно собрать детскую мебель и перестирать все купленные для малыша вещи. Ты порошок детский купил?
Ваня развернул список. Порошок стоял под номером пятнадцать и был обведен кружком.
– Купил! – улыбнулся он.
– Молодец! Тогда жду тебя через час, – Петров сверился со временем. – Нет, давай лучше в двадцать часов в нашем пабе. Нужно остановиться, в конце концов, и выпить за нас! За победителей соцсоревнования!
– Ого! Здорово придумано! Да я легко могу и за капиталистов намахнуть! Сейчас отвезу покупки домой, брошу машину и буду как солдат! Отличная идея, доктор Петров! – довольный и счастливый Иван завел машину и выехал на автостраду в направлении дома.
* * *
Машу с Матвеем выписали из роддома, выдав новоиспеченным родителям свидетельство о рождении малыша. Торжество отпраздновали по-семейному, в узком кругу.
– Ну что, дорогие мои, я поздравляю нас! Мы прошли долгий путь, наполненный сомнениями, страхами, упорством и верой. Все случившееся сплотило нашу семью и подтвердило правильность выбора! За эти девять трудных месяцев наша семья увеличилась в два раза! Да-да, именно в два! – Иван склонил голову набок и хитро прищурился на Петрова. – Иван Васильевич, будешь дедом?
– Кто? Я?! – доктор приподнялся из-за стола. – Да, конечно, буду! Сочту за честь! Мы с ним ого-го чего только не сотворим! Мы с ним… Спасибо вам ребята! – чокнувшись со счастливыми родителями и осушив бокал шампанского, он сел, махнув на них рукой. – Какой-то сентиментальный я стал последнее время… А все вы!
Маша смотрела на своих мужчин и думала о том, что счастья, действительно, много не бывает.
– За нашего сына! За Матвея! За маму и папу и дедушку Ваню! За нас всех! И пусть всегда будет солнце в нашем доме! – не сдержавшись, Маша тоже встала. Она не умела произносить речей, но торжественность момента не смогла оставить ее равнодушной. – Ура! Ура! Ура!
* * *
Виктор ждал Алексия в назначенный час. «Возможное» было найдено, и теперь он хотел как можно скорее обсудить его с Учителем. Идея ему самому казалась невероятной. Но она неустанно развивалась в его голове, делая фантастические кульбиты со множеством вариаций.
Алексий появился, когда на циферблате электронных часов загорелись цифры 4:00.
– Виктор! – огненный столп уже достиг пола и устремился описывать окружность.
– Господи, славься! Алексий, я с большим трепетом ждал нашей встречи!
– Здравы будем! Я рад твоему рвению, Виктор! Готов вслушаться в тебя!
– Я домыслил, как в срок покинуть тело. Мне нужна сестра!
– Сестра?
– Да, сестра! То есть не мне, а Матвею! Чтобы ослабить внимание, мне нужен еще один ребенок, это должна быть девочка. Семья увеличилась уже вдвое, к нам присоединился врач. С такими родителями начало задания имеет отрицательный исход.
– Отчего именно девочка?
– Потому что у девочек гибче разум, и они быстрее взрослеют. У меня появились альтернаты разрешения Путевого фолианта, и она…
– Виктор! – Учитель смотрел на него строгим взглядом. – Я убедил Собрание Двенадцати продолжать программу. Взываю к тебе, не добавляй стихию в и без того странное и путанное.
– Я готов выполнить любую Волю Собрания! Но мне необходимо поведать вам помыслы свои, дабы Воля великих основывалась на выводах следования допущенной ошибки.
– К чему ты ведешь?! – Алексий внимательно смотрел на своего ученика.
– Возможно… вы не найдете того, кто изменил программу. Вы не найдете его… на Седьмом Небе… – Виктор наблюдал за реакцией Алексия.
– Ты мечтаешь о том, что… ее мог изменить?.. Имею нужду проверить кое-что. Вернемся к истоку твоих измышлений об ошибке, когда ясное поглотит мой разум.
– Мне нужна сестра как можно скорее!
– Я испрошу благословления. Мыслю, это не трудно.
– Буду ожидать вас с верой в лучшее, Учитель!
– Быть! – Алексий перекрестил Виктора и исчез, как и в прошлый раз, оставив за собой дымчатую поволоку, которая тоже вскоре пропала.
* * *
В спальню проник первый луч рассвета. Город еще спал, досматривая последние сны. Маша проснулась. Она встала и подошла к кроватке, взяла Матвея на руки и тихонько вышла из спальни. Малыш крепко спал. За годы жизни их кабинет преобразился. В нем появился черный кожаный диван, сделанный на заказ в стиле двух старинных кресел, и цифровое пианино
Сейчас они сели за инструмент вдвоем. Прижимая сына одной рукой к себе, другой она стала наигрывать мелодии. При первой же ноте Матвей улыбнулся. Живая мимика его лица с самого рождения помогала Маше. Он будто рассказывал ей о своих желаниях и чувствах. Между матерью и сыном установилась тончайшая невидимая связь. Они чувствовали друг друга даже на расстоянии. У Марии как будто ожило сердце. Оно начинало гореть каждый раз, когда Матвею что-то было нужно.
Глядя на Матвея, она музицировала. Он ярко реагировал на музыку – то смешно морщил свое малюсенькое личико, то улыбался, будто вслушиваясь в мелодии, не открывая при этом глаз.
– Я придумала. Мы с тобой будем заниматься музыкой теперь каждый день, хорошо? Тебе понравилась мелодия, сыночек?
Матвей только улыбался.
– Как же красиво ты это делаешь! Ты знаешь, что ты самый красивый мальчик на свете? – Маша обеими руками прижала малыша к себе. – Ты самый красивый и самый талантливый! Я научу тебя чувствовать музыку. Она прекрасна!
Маша пересела на диван, готовясь к кормлению.
– А сейчас, давай-ка покушаем!
В дверях появился заспанный Иван.
– Чем вы тут занимаетесь? И почему без меня?
Он подошел к Маше, нежно поцеловал ее в макушку и погладил сына по голове.
– Предлагаю отправиться сегодня в интереснейшее путешествие. На дачу к деду! Он отдал вчера мне ключи и сказал, что вечером к нам присоединится.
– Мы за! Ты хочешь с ночевкой?
– Конечно! Погода прекрасная, нам всем будет полезен отдых на свежем воздухе.
– А там есть условия для Матвея? – Маша озабоченно посмотрела на мужа.
– Поедем, и ты все увидишь сама! Дед обо всем позаботился!
– Ну что, сыночек, поедем к деду в гости? – Маша смотрела как сын жадно сосет грудь. Матвей потерял сосок, два раза причмокнул и опять впился в него, усердно поглощая молоко.
– Матвей говорит, что он согласен!
– Отлично! Тогда завтракаем и выезжаем, пока пробок нет! – уже из кухни крикнул Иван.
* * *
Виктор ждал. Пошел уже пятый месяц с момента их последней встречи. Все его мысли были обращены к этой странному и необъяснимому сбою. Он пытался по-разному решать задачу. И любое его решение всякий раз приводило его к одному и тому же ответу. Программа изменила свой ход не по ошибке.
– Виктор! – темная комната пришла в движение, огненный круг выдал изображение.
– Господи, славься! – Виктор увидел Учителя. Он был не один. Алексий находился в окружении пяти херувимов.
– Здравы будем! Рад тебе, Виктор! Все это время я предупредительно проверял все следование от начала программы. Деятель этой необъяснимой ошибки до сих пор не известен. Следование зашло в мыслительный тупик. В новый сход чрезвычайного собрания я поведал о твоих разумениях богоносным Престолам. После долгих сомнений было одобрено благословление обратить свой взор к группе творцов Путевого фолианта. Наши чаяния о лучшем разрешении странных изменений нашли отклик. Еще раз поведай нам разумения свои!
– Склоняю чело пред великими творцами! Верую, до́лжному быть! – со всеми подробностями он стал рассказывать о своих умозаключениях.
– …В своих разумениях все время прихожу к одному и тому же исходу, – закончив спич, Виктор замолчал.
– Мы услышали тебя, – сказал один из них. – Сомнений, как и правды, в твоих словах много. Отпустим время, чтобы углубиться в новые знания. Придет срок, и мы найдем новую встречу с тобой.
– Верую в истину! Учитель, я чаю услышать про сестру! – Виктор с надеждой посмотрел на Алексия.
– Благословление получено было сразу!
– Спаси нас Бог! Буду с трепетом ожидать новых знаний и благословений.
– Быть! – Алексий перекрестил своего ученика.
Комната погрузилась во мрак.
* * *
– Я дома! – Иван разулся, снял куртку и пошел в ванную мыть руки. Маша сидела за столом, пила чай с молоком, водя чайной ложкой по столу. Ложка оставляла мокрые разводы.
– Что-то случилось? – Иван внимательно посмотрел на жену. По ее озабоченному выражению лица было понятно – да, случилось.
– Ваня сядь, нам нужно поговорить, – спокойным голосом сказала она.
– Та-а-ак, я начинаю волноваться! – он сел напротив нее.
– Я сегодня была у врача…
– И-и-и?! Маша, пожалуйста, не нужно загадок!
– Я беременна. Срок восемнадцать недель. Мне врач сказал, что при кормлении бывает такое, что… ну, в общем, задержка, то есть… ну, ты понимаешь, о чем я. Я и думала, что все хорошо.
Ивана как будто ударило током. Вся гамма эмоций посетила его лицо, пока жена путанно объясняла, что он уже пять месяцев, по сути, как дважды отец.
– Ты?! Я?! Мы?!
Местоимения – это все, на что он был способен в данную секунду.
Иван закрыл лицо руками и замер. Маша смотрела на мужа виноватым взглядом.
Потом он присел перед ней на корточки, положил голову на ее колени, обхватил ее руками.
– Родная моя! Родная! Машенька моя! Вот это сюрприз! – он тут же вскочил, подхватил жену на руки и понес в спальню.
* * *
Они опять до ночи спорили, как назовут малышку. Иван теперь настаивал на том, что у них будет дочь.
– Давай, пожалуйста, решим так. Если это девочка, назовем ее Алиса. Если родится мальчик, назовем его так, как хочешь ты, хорошо? Ну пожалуйста, мама!
– Хорошо! – Маша смеялась, глядя на лицо умоляющего ее супруга, который вдобавок к этому сложил по-детски ладони лодочкой. – Я уже совсем запуталась, сколько у меня детей!
– Дед знает? – спросил счастливый Иван.
– Нет еще, я хотела сначала тебе рассказать. К нему на УЗИ пойдем.
– Я с тобой! Постой! Я договорюсь о встрече, но не скажу зачем. Вот он… – и оба расхохотались, представляя эту картину.
Сюрприз удался на славу. Когда Иван Васильевич посмотрел на монитор, он замер. Потом снял очки, протер их, снова надел. Опять снял, опять надел, не отрываясь от экрана. Тишину нарушил Иван.
– Дед ну не томи, что там такое?
– Не что, а кто… там ребенок… – осипшим голосом произнес Петров.
Иван с Машей, не в силах больше сдерживаться, звонко рассмеялись.
– Да вы… Да что… Да как вы… – только и мог лепетать доктор. – Да что же это?! Вы почему мне сразу не сказали? Хотите до инфаркта старика довести?! – он, и вправду, схватился за сердце. – Ну вы даете, ребята! Это что я теперь буду дважды дедом?
И тоже расхохотался.
Матвей на руках у Ивана спокойно наблюдал за происходящим, но вдруг потянул ручку в сторону монитора и тоже закатился смехом. Теперь все смеялись уже над малышом. Его детская непосредственность и заразительный хохот не могли остановить этого искреннего веселья.
– Гляньте-ка! Он как будто понимает, что у него сестренка будет! Показывает на нее! – Петров указывал на монитор.
– Дед, это что, девочка?
– Давайте успокоимся, друзья мои, и начнем сначала! – Петров нацепил очки, и, все еще улыбаясь, приблизился к монитору.
– Да, я вижу девочку! – Он развернул экран, чтобы всем было видно. – Она прекрасна! Маша, когда у тебя случилась задержка?
Поделиться книгой: