Матрица зверя

— Думаете, загнали меня в клетку?! — громко я выкрикнул в пространство, да так, что окружающие шарахнулись по сторонам. «Может и так, только в этой клетке вы внутри со мной. Внутри с загнанным зверем».

К Генри присоединился наш наёмный отряд, и они на достаточном отдалении взяли меня в «коробочку». Так мы и дошли до Гнома в ремесленном квартале, где он передал мне подготовленный для Кёна подарок. Я задержался у него на пару часов, и мы обсудили ещё другие заказы, и общие дела. Я пришёл в себя. Успокоился и был настроен на победу.

— Мне пора Гном, ещё много дел. Ещё раз спасибо, за выполнение моего заказа. Не поверишь, такую шахматную доску и дарить не хочется, себе бы оставил.

— Мне лестна твоя похвала, тем более я в него душу вложил. Ступай и повеселись, как следует, а то ты как-то не важно выглядишь.

Это непременно. Вот только загляну к местным алхимикам, тем, которым в академии я после покушения не доверяю. К тому же меня чуть не сожгли заживо, и я сомневаюсь, что это была случайность. К тому же, Гном заверил, что, тут алхимики мастера на все руки. Мне нужен был свой алхимик. Личный, родовой. Тогда не придётся просить и уговаривать. Можно будет говорить открыто. Если не получится такого найти, то придётся пользоваться тем, что есть. Я ходил из одного павильона к другому и спрашивал готовность, перейти их в состав моего рода, в перспективе и клана. Этим я нарушил очередные правила этого мира, я это видел и чувствовал по окружающим, но я не собирался тратить время на изучения этого вопроса и подстраиваться под этот мир. Получал отказ или пожелание зайти позже, когда глава павильона алхимии будет на месте.

Шанс получить в род алхимика мне представился. Мне сразу не отказали. И даже после минуты обдумывания не отказали. Это был пожилой старик, он сидел за большим столом в тени павильона и курил трубку. Редкое увлечение. Он минуту задумчиво разглядывал меня и первое, что сказал, это предложил отведать чаю. Так несколько минут мы молча сидели и ждали, когда стол накроют.

 — Ты же не знаешь меня? — неожиданно спросил он. — Кто я, как зовут, чем занимаюсь?

— Не знаю, — я по привычке, выработанной у дроу начал делать полупоклон, а когда осознал этого, то не стал прерывать и завершил его. — Я от начала квартала захожу в каждый павильон и каждому предлагаю войти в состав моего рода.

Старик усмехнулся.

— Получив столько отказов, ты надежду не потерял?

— Меня ждёт бой с оборотнем. Я как бегун с горы, если замедлюсь или попытаюсь остановиться, то переломаю себе все ноги. У меня есть только один шанс, это бежать быстрее, чем падаю.

Я сам удивился своему спокойствию и безразличию. Должно быть уже принял неизбежное. Старик вызвал служанку, и та безошибочно поняла, что от неё требуется, унесла чай и принесла новый. Всё это время мы молчали.

— Как тебе чай?

— Я люблю сладкий. Да, я знаю, что сахар до неузнаваемости изменяет вкус чая, но я всё равно люблю сладкий.

— Значит, ты любишь сахар, а не чай. Давай обсудим твоё предложение после твоего боя с оборотнем, — очень резко поменял он тему. — Я помогу тебе, и если после боя ты всё ещё будешь готов принять меня в свой род, то я соглашусь.

От качества его работы зависит, чем закончится этот бой, так может статься, что меня и вовсе не станет. Я по его взгляду понял, что он это осознаёт, вот и перестраховывается. Мы приступили к обсуждению того, что мне пригодится и мне этот разговор всё меньше и меньше нравился. Усыпляющие средства — не помогут, у оборотня высокий метаболизм. Отравляющие? Туда же. В арсенале алхимии не было действенных средств, способные ослабить оборотня, да и вообще подобное не разрабатывалось. Ну, это мы поправим, у меня много знаний на этот счёт, сама природа этими знаниями делится, нужно только уметь наблюдать.

Дальше пошли средства, усиливающие меня и вот тут мой алхимик, который просил его называть, как все либо травником, либо дедушка Артемий, смог меня порадовать. Практически бесконечный перечень. Он позвал своего сына, которого звал Евстахий, чтобы тот с помощью диагностического артефакта проверил меня на различные факторы и реакции, отдельно для меня пояснил дедушка Артемий, а я задумался, сколько же ему лет, если его сын мне в деды годится. Я думаю, что Артемий не алхимик, а кто-то другой, в отличие от его сына. Он приступил к своей работе, и его ничто не удивляло, он лишь констатировал факты.

— Состояние развития физического тела отменное. Сухожилия вообще толще пальца, значит, может выдерживать высокие нагрузки. Давление, как и температура тела, превышают норму для человека, если это для него обычное состояние, то нужно изучать детально.

Он вытянул мою руку и стал наносить на ней несколько порезов острейшим и тонким лезвием, так что у меня появились едва заметные красные полоски. Потом нанёс на них разные мази. Я молча наблюдал и удивлялся. Меня так нигде не проверяли, ни в государственной канцелярии при тестировании параметров дуэлянта, ни у эльфов, ни тем более у дроу.

— Кожа интересная, очень упругая и тяжело поддаётся порезам. Реакция на мази с парализующим действием, ментальным захватом и усыплением — слабая.

Вторая рука подверглась аналогичной процедуре, только мази использовались другие и эти мне совсем не понравились, даже на внешний вид, и тем более от реакции на них в виде зуда и жжения.

— Реакция на яды группы А1 и А2 высокая, группы Б в пределах нормы.

Артемий быстро стал обрабатывать мои руки и смывать с них нанесённый яд.

— Либо ты самый невезучий и тебе не повезло с наследственностью, либо за последний год твоё тело подвергалось атаке эльфийских ядов и парализующих средств.

 — Был ранен эльфийской стрелой.

— Весёлая у тебя жизнь. Сын, что там дальше?

— С сердцем разобраться не могу… У тебя орки в роду были? — спросил он меня.

— Можно и так сказать.

— Тогда мой вердикт, что оно не развито… Впервые с таким сталкиваюсь. Может не стоит его трогать?

— Чего ты опасаешься?

— Мне понятно, почему у орков такое сердце, с дополнительными клапанами. Во-первых, у них огромная масса и требуется более высокое давление, а во вторых, это помогаем им работать в запредельном для человека режиме работы. Если мы раскроем его сердце на полную мощность, то… куда ему столько энергии девать, да и капилляры могут не выдержать увеличенного давления, их нужно будет тоже укреплять. В целом это может привести к скорому истощению сердца. Хотя связки и сухожилия у него отлично развиты.

— Я берсерк, кратковременно могу работать на втором уровне. Предельное время берсерка при тестировании на дуэлянта оценили в 14 секунд, — решил прояснить я. Мне тут случайные ошибки ни к чему.

— Реакция на магическое излучение запредельное…, — две пары глаз вопросительно на меня уставились. А почему оно должно быть запредельным, из-за ожогов? Как оказалось не только, ещё и от диеты.

— Раздевайся по пояс и ложись на кушетку, — потребовал Артемий, что я и сделал. Я понял кто он — знахарь. Он мне напоминал Алексея Максимыча из моей деревни. Тот руками вытворял такое, что врачи поверить не могли. Вот и меня Артемий стал ощупывать руками всю брюшную полость, вытягивал и сжимал отдельные органы, в отдельных случаях глубоко продавливал мне живот своими пальцами. Да и причитали они одинаково. — Печень расширена. На мясной магической диете сидишь? Думаешь так усилить своё ядро?

Я был вынужден признаться, да и про дочь — оборотня рассказал.

— У оборотня и человека разные пути развития и то, что помогает им — тебя убьёт. Во-первых, мясо содержит трупные яды, помимо других загрязнений и это увеличивает нагрузку на печень… в твоём случае, а вот оборотни с этим легко справляются. Во вторых, такое количество магической энергии неизбежно приведёт к мутациям, и, поверь дедушке, они тебя не обрадуют.

— А как же оборотни?

— Их мутации под чутким руководством вожака, а твоими кто управляет? То-то же. Так что в корне меняешь диету.

— Меня вчера два лекаря осматривали, когда магические ожоги диагностировали и ничего про осложнения от мяса магических животных не сказали.

— Не называй при мне их лекарями. В лучшем случае, за счёт магического дара могут порез заживить, а знаний и пониманий кот наплакал, — по его тону, очевидно, что он их недолюбливает.

— Это Вам не нужно считать себя лекарем, таких как Вы, у меня в деревни называли знахарями.

Он перевернул меня на живот и в районе левой лопатки воткнул мне иглу. Минуту ничего не происходило, а потом он прикоснулся к игле и стал её крутить. Игла, при этом, глубже в тело не проникало, но я отчётливо чувствовал, что меня как будто пронизывают насквозь жаром.

— Это тебе облегчит работу сердца, — затем взял деревянный молоток, и прошёлся им по моему позвоночнику, и мне пришлось стойко терпеть всю боль. — Приходи раз в месяц.

Первый этап тестирования закончили к началу вечера. Второй проведём, когда мне разрешат пользоваться магией, без риска навредить себе. Мы договорились, что сегодня дедушка Артемий составит полную программу моего развития, и завтра мне в академию его вышлет. Это будет лишь первый этап. Изначально речь шла, как минимум, о двух годах, но под моим просящим взглядом эту программу он согласился ужать до полугода. Сомневаюсь, что у меня и две недели есть в запасе, но со знахарем не спорят. Он выдал мне шесть пакетов сборов трав и инструкцию как их пить на каждый месяц, в зависимости от фазы луны. Один из них заварил сам при мне и дал выпить. Что там за сбор трав я не знаю, но полынь я узнаю из тысячи, её горький вкус доминировал.

Отдельно шли настойки, две из которых оказались сильнодействующими ядами, которые мне положено пить по одной капли в день и медленно увеличивать дозу. Это должно было усилить тело, вывести застрявшие яды от стрелы эльфов, выработать защитную реакцию на действия ядов этой группы. Одна настойка была цвета смолы, и я не удержался, чтобы открыть её и понюхать — дёготь или его местный аналог. Это всё было, что-то вроде общей программы. Остальное мне вышлют завтра. Я тепло поблагодарил дедушку Артемий.

Глава 4

Неприкасаемый

Снаружи павильона алхимика меня ждала охрана, и я им сообщил, что на сегодня всё, отправляемся в резиденцию клана Дик, но ненадолго, сегодня нужно будет вернуться в академию. Я чувствовал себя отдохнувшим. Вроде ничего особенного не произошло, казалось бы, чуток помяли тут и там и всё, но как будто тяжёлую ношу сбросил. На начало празднования уже опоздал, но опоздаю ещё больше, нужно привести себя в порядок с дороги и переодеться.

В зале было примерно три десятка гостей, они были разбиты на отдельные группы и практически все были сверстниками Кёна. Я ожидал большего, но как позже узнал, это была неофициальная часть празднования, а так сказать, для своих. Будет ещё и официальная часть, на ней будут присутствовать многие главы кланов и государственная аристократия, включая и главу клана Дик — Гера Дик. Празднования такого рода используют для того, чтобы иметь возможность встретиться и обсудить многие вопросы. Я зашёл в зал и сразу нашёл своих. Попросил церемониймейстера задержаться с объявлением о моём приходе. Впереди разворачивалась весёлая сцена, и я не хотел её прерывать. Катя и Элла стояли ко мне лицом и заметили меня, остальные стояли спиной. Должно быть, Катя ждала моего появления, чтобы всех разыграть. Она уже шутит при посторонних — это, что-то новое в её поведение и меня это радует. Аэл на неё всё время косился и опасался. Сегодня он только раз её видел, перед тем как она буквально исчезла, а перед этим он уже знал, что она сражалась с Хаггаром по моему рассказу. Вот теперь он мог в живую наблюдать ту, кто стала живой легендой в корпусе дроу.

— Эльф? — глядя Аэлу прямо в глаза спросила Катя.

— Гость! — решила тут же осадить её Кара.

— Тёмный? — с надеждой спросила она его, игнорируя Кару.

— Я там только учусь… Как и Ар, — но заминку и неуверенность в его голосе уловили все.

— Папа добрый, — Катя широко и открыто улыбалась, при этом в её позе абсолютно ничего не поменялось, но окружающие очень сильно напряглись. Да она их троллит.

— А что это значит? — Кён походу один ничего не понимает, но общую напряжённость заметил.

— Каждый раз, когда Катя говорит, что папа добрый, кто-то умирает, — пояснила Кара, и взглянула на Аэла. — Сама уже несколько раз попадалась на такую удочку, но после последней его дуэли, меня не проведёшь. Никаких добрых пап сегодня и уж тем более, здесь, в резиденции клана. Аэл ты никуда один не ходишь и вообще общий зал не покидаешь.

— А если мне в уборную нужно будет?

— Терпи… и вообще на посту солдаты это делают стоя и в сапоги, — похоже Кён сам не против, чтобы посмеяться над эльфом и все выразительно уставились на мягкую обувь Аэла.

— Но у меня нет сапог! — Милли с Эллой отвернулись и прыснули в кулачок.

— Папа добрый, — не думал, что она сможет ещё шире улыбнуться, но ей это удалось.

— Да чтоб тебя, я же тебе говорю это гость! И вообще, уже друг для него.

Объявили о моём приходе, а я сделал полупоклон залу и направился к имениннику, чтобы поприветствовать его первым. Правило — приветствовать всех при входе и выходе полупоклоном у дроу и эльфов уже тесно вошло в число моих автоматических реакций.

— Счастливого дня рождения и долгих лет жизни, — поприветствовал я его ритуальной фразой. — Подарок у меня забрали, сказали, что требуется его проверить.

— Спасибо, рад, что ты смог приехать. Надеюсь, ничего серьёзного? — его взгляд изучал моё лицо.

— Всего лишь ожог, до свадьбы заживёт.

На меня все удивлённо посмотрели, кажется, тут нет такой поговорки. А Кара взяла меня под руку и засияла, как будто я ей только что признание сделал прилюдно. Как мало ей для счастья надо, нужно над ней пошутить. Магия жизни холодной прохладой прокатилось по мне, и я улыбнулся ей.

— Поженимся и буду делать, что хочу, — мечтательно заметил я.

— С чего это вдруг, — подозрительно заметила Кара.

— Мне мама разрешила. Сказала, вот вырастешь большой, женишься и делай, что хочешь.

Дружный смех стал мне ответом на мою шутку.

— Ой, тут твоя Катя на Аэла засматривается, ты бы ей объяснил, что папа сегодня совсем не добрый.

— Да шутила она, как отца увидела, так и разыграла всех, — Элла меня, как и все, внимательно рассматривала. — Ты нам расскажешь, что с тобой произошло, и как ты попал в медитативную комнату, за какие такие заслуги?

— Так Аэл ничего не рассказал? — тот отрицательно помотал головой. Всё ясно, секреты рода, может рассказать, только сам представитель рода. — За какие заслуги? За честно заработанные баллы.

— И сколько ты заработал? — осторожно спросила Кара.

— За последние четыре дня — четыре сотни баллов.

— Сколько? Но как? Я за один бой получила рекордные двадцать баллов… Но четыре сотни?! Это что же нужно было такого сделать?

— Сразиться на поединке одному против четвёрки дроу и продержаться не меньше часа. За каждый поединок мне сотню и начисляли.

— То есть, ты один сражался против четырёх дроу?

— Кроме первого раза, в тот раз было трое дроу и Аэл.

— Тёмный! Убить?

— Да нет, Кать, он нормальный.

— Конечно нормальный, раз на зов твой откликнулся и пришёл сюда, — невинно заметила она и демонстративно стала рассматривать свои ногти на кончиках пальцев. — А ещё ему имя дал. Что будет дальше?

Вот, теперь уже и меня троллит и намекает на принятие в стаю.

— Стой, не уходи от темы. Как ты мог один сражаться против четырёх дроу?

Я коротко рассказал. Мне было приятно их удивить. Так же сообщил, что как основателя мага Аэл первым догадался меня вызвать, а потом понеслось.

— То есть ты научился ставить астральный щит на тень?

— Ага, вот они, и пытались пробить его, а не со мной сражались, но для меня это всё равно было изнурительно.

Кён и Кара переглянулись между собой. Им всё, что связано с орками, очень интересно. Я, смог эмитировать защиту орка, и если на тренировках они научатся её эффективно пробивать, то для них это будет большим прорывов.

— А знаешь, кто ещё сделал прорыв в освоение тени? Милли. На своём поединке она проигрывала, но в конце смогла создать щит из тени, практически непроницаемый и вот его её противник не смог пробить.

— Милли, ты молодец. Я обязательно должен это увидеть.

— Прямо сейчас? — растерялась она.

— Хотелось бы конечно, но нет. Сначала со всеми гостями познакомиться, а потом ближе к отъезду покажешь.

— Так ты не останешься на ночь? — на Кару все посмотрели и та покраснела.

— Не могу. И дел много и отдых мне рекомендован. Так что сначала гости, потом пообщаюсь с Эллой и посмотрю, что там, Милли научилась создавать. Потом мне нужно будет возвращаться.

Судя по всему никому, не было известно о покушении на меня. Так-то это не секрет и уверен, что в ближайшее время и сами узнают, но прямо сейчас я праздник омрачать не хотел. В любом случае к клану придётся обращаться за помощью.

Кара меня сопровождала и знакомила с гостями. Я не планировал подолгу задерживаться, но не все гости меня отпускали. Слово за словом и они вежливо приглашали меня в гости, чтобы познакомить с главой их клана или рода. Я тактично говорил, что буду рад и это для меня честь, но никому ничего не обещал.

— После твоей дуэли с эльфами многие заинтересовались тобой, — наедине пояснила мне Кара. — А стоит начать наводить справки про тебя как тут же выясняется, что ты очень перспективный дуэлянт и к тому же свободный. У меня складывается такое ощущение, что кто-то преднамеренно раскрывает эту информацию.

— Тебе виднее. Перекусим?

— Конечно. Ты и вправду уставший. Сильно тебя выматывают поединки с дроу?

— До донышка. А перед этим заряжал кристаллы. Знаю, что вредно, мне уже пояснили. Но таковы указания наставника группы.

— Они мне не нравятся… в смысле указания эти.