Жизнь Тузика Озейло. Тайна золотого ошейника

Луна не смогла сдержать восторженную улыбку. Разумеется, они уже сбегали в редакцию и всё разнюхали заранее. Там им что-то нашептали, после чего они решили допросить её лично.

– Да, поддержала, – ответила Луна. – Это была середина ноября, я только рассталась с любимым псом и потихоньку сваливалась в депрессию. Пришла Анита и помогла мне. У неё тогда тоже был сложный период.

– Неужели? – удивился Кристиан, хотя прекрасно понимал, о чём речь.

– Незадолго до того, как устроиться к нам в журнал, Аниту похитили и несколько дней держали в заточении… Я не верю, что вы не в курсе.

– Сеньорита Картер, – следователь Монтеро широко улыбнулся, – я здесь совсем недавно. И не в курсе всех громких дел города.

– В общем, Анита сама была очень подавлена, – продолжила Луна. – Она открылась мне. Никто не знал, насколько тяжело ей было в тот момент. А ведь тогда она была ещё и беременна! Мы часто прогуливались с ней по центру после работы. Ей не хотелось возвращаться домой и изображать перед мужем, как ей хорошо и как она счастлива. Мне же не хотелось домой, потому что было просто не к кому идти.

– И когда же вы сошлись с сеньором Феримосом?

– Незадолго до Нового года нас познакомила Анита, – ответила Луна. – По её словам, он давно положил на меня глаз. Вот она и решила нас свести…

– Сеньора Озейло, проработав в редакции месяц, успела выяснить, что некий Мануэль Феримос положил глаз на сеньориту Картер, и свела их, – заключил Кристиан Монтеро. – Как-то странно звучит, не находите?

– Ничего странного в этом нет, – ответила Луна. – Кроме меня, Анита тесно общалась с Мануэлем. И если со мной в основном как девочка с девочкой – поболтать и посплетничать, то с Мануэлем у них были тесные рабочие отношения. Они довольно часто вместе готовили материал для журнала.

– Скажите, ваш журнал всегда чётко следует своему формату?

– Не поняла вопрос, – честно призналась Луна.

– Хорошо, выражусь иначе, – Кристиан Монтеро прокашлялся. – В основном, аудитория вашего журнала – молодёжь. А это значит, что на страницах в большей степени появляются статьи о звёздах, про диеты, машины, вечеринки, секс и так далее.

– Именно, – подтвердила Луна.

– Могут ли работники вашей редакции, пользуясь аккредитацией издания, втайне от всех параллельно заниматься немного другим форматом журналистского дела? Например, проводить частные расследования. Лезть в какие-нибудь громкие криминальные истории…

– Теперь поняла, о чём вы, – кивнула Луна и задумалась, как бы лучше сформулировать ответ. – Теоретически это возможно. Например, у корреспондентов «Собачьей правды» подобное случается сплошь и рядом. Но давайте признаемся честно. Вы видели тех, кто пишет статьи для нашего OK? Там же сплошные золотые пёсики и собачки. Какие расследования? Они и могут только про секс да вечеринки писать.

– И Анита с Мануэлем тоже? – удивлённо спросил Монтеро.

– Эти двое нет, – ответила Луна. – Возможно, поэтому я и могла нормально общаться только с ними.

– Могли ли они затеять расследование?

– Да, – ответила Луна. – После того, как Анита оправилась от похищения в ноябре, она возненавидела преступность в целом. У меня было слабое подозрение, что они затеяли какое-то расследование. А теперь я всё больше и больше склоняюсь к этому. Я умею сопоставлять факты, поэтому и заявляю об этом практически с полной уверенностью.

– И что же вы сопоставили?

– Когда я вернулась с опознания Мануэля, обнаружила, что в моей квартире кто-то был. Думаю, у меня что-то хотели найти, – спокойно ответила Луна.

– И вы ничего не сделали? – Кристиан Монтеро возмущённо вздул ноздри.

– Почему же? Я вызвала полицию, – пожала плечами Луна. – Но поскольку из квартиры ничего не пропало, а сама я после поездки в морг была слегка не в себе, полицейский пришёл к выводу, что это мне показалось. И уехал.

– Больше у вас ничего странного не происходило с того момента?

– Я поменяла замок, – кивнула Луна. – В квартиру в моё отсутствие больше никто не заходил… Вроде бы… Да и не зайдёт уже, раз с первого раза не нашёл. Но я всё равно думала вернуться в Гольденрой, к своему бывшему псу. Озей оказался куда более криминальным городом, чем мне о нём рассказывали. Мне страшно здесь. Вон неделю назад меня прямо у подъезда прижали. Слава богу, ничего не украли, а ведь я в тот день как раз зарплату получила. Просто ощупали шею и убежали. Я, конечно, думаю, что это просто совпадение, но на душе всё равно гадко, и хочется обратно к Алану…

– Алан – это ваш бывший пёс? – уточнил Кристиан.

– Да, – кивнула Луна.

– А что, есть вероятность, что он позволит вернуться?

– Не знаю, но идти мне теперь больше не к кому, – пожала плечами Луна.

– Что ж, – заключил Кристиан Монтеро, – благодарю за столь содержательный рассказ. Будьте на связи. Если что, вы нам ещё можете пригодиться.

– Конечно, – согласно закивала Луна. – Я всегда готова помочь…

– Ох, Луна, – Монтеро всплеснул лапами. – Не могли бы вы дать адрес вашего Алана? Вдруг вы всё-таки уедете в Гольденрой? Так нам будет проще выйти с вами на связь…

– Адрес Алана… – Луна замешкалась на секунду. – Конечно, я запишу.

– Вот здесь можно, – внутренне торжествуя, следователь Монтеро протянул сеньорите Картер небольшой клочок бумаги.

Глава VIII

Следователя Монтеро распирало от возбуждения. Луна Картер покинула его кабинет всего полчаса назад, а Кристиан уже успел сопоставить полученную от неё информацию с тем, что добыл для него Корнерс. Теперь картина начала проясняться.

– Не нравится мне этот её Алан, – проговорил Кристиан, прикуривая сигарету и облокачиваясь на спинку кресла.

– Луна Картер тебе тоже не нравилась, насколько я помню, – хмыкнул в ответ Майкл.

– Что-то тут не так, – Монтеро задумчиво глядел в стену и вдруг воскликнул: – Она ходит в ошейнике!

– Не понял…

– Ты сам опрашивал сотрудников редакции, Майкл, – Монтеро серьёзно посмотрел на пуделя. – Опиши-ка мне общий портрет нашей Луны Картер со слов её коллег.

– Она тихая, себе на уме, – начал Корнерс. – Не любит сплетни. Рассталась с псом, тут же нашла нового. Причём той же породы. И… да, она ходит на работу в ошейнике.

– Сеньорита Картер рассказала мне весьма душещипательную историю, – продолжил Кристиан. – На прошлой неделе, когда она возвращалась с работы, на неё напали. И самое странное, что ничего не отняли, хотя в тот вечер она возвращалась домой с зарплатой. Она сказала, что её ощупали в районе шеи, после чего отстали. Я даю голову на отсечение, что у неё хотели отобрать украшение. А именно – ошейник, в котором она ходит по редакции. И даже это ещё не всё! В тот день, когда она возвращалась из морга с опознания Мануэля Феримоса, Луна Картер обнаружила, что в её квартире кто-то побывал. Я уже позвонил в Бананово, они обещали найти того полицейского, который выезжал тогда на вызов. Теперь вот сижу и жду, что мне скажут.

– Интересная ситуация получается, – покачал головой пудель. – Луна Картер является обладателем некоего ошейника, который у неё хотят забрать. Одновременно с этим выясняется, что до покойного Мануэля Феримоса Луна Картер имела отношения с неким псом, тоже породы сибирский хаски, Аланом Бенитесом. Думаю, ты и сам заметил, что в наших следственных делах стало фигурировать слишком много представителей этой породы.

– Убийство Митчелморе, – согласно кивнул бладхаунд. – Сибирский хаски и ошейник. Мы не можем не проверить это. Я, конечно, верю в совпадения, но довольно редко и не в такие… Не в такие…

– Ехать в редакцию и изучать ошейник, в котором Картер по ней расхаживает?

– Нет, – отрезал Кристиан. – Мы пока понятия не имеем, соучастница она или просто случайная обладательница этого предмета. Ещё спугнём её своими частыми визитами…

– Так, Монтеро, Корнерс? – в дверях появился ротвейлер Федерико Торрес. – Рад, что вы ещё здесь.

– Что-то случилось? – быстро спросил Монтеро.

– Пока нет, – ответил Торрес. – Только что мне сообщили, что Анита Озейло пришла в себя. Оставлять её в сознании в больнице опасно. Поэтому завтра же будет организована операция по её транспортировке в более безопасное место…

– Она же только в себя пришла, как можно увозить её из больницы? – опешил Корнерс.

– Всё с вашей сеньорой Озейло в порядке, – отмахнулся ротвейлер и скривился так, словно у него заболели одновременно все зубы. – Она сама желает как можно скорее выйти из больницы.

– Её друзья в курсе? – тут же спросил Кристиан.

– О том, что её выписывают, она хотела сообщить Фейджам и сеньорите Картер. Но мы ей посоветовали этого не делать…

– Кажется, я знаю, каким образом вытащить Луну Картер прямо с работы и прямо в ошейнике, – загадочно улыбнулся Монтеро.

***

Вегетта, Саппи и Луна дежурили у входа в главную городскую больницу. Сама Луна узнала о выздоровлении Аниты буквально полчаса назад, поэтому явилась на место в рабочей одежде, собравшись впопыхах. С того момента, как вся компания встретилась у ворот, Луна уже успела раз десять упрекнуть семейство Фейджей в том, что радостную новость об улучшении здоровья её любимой коллеги они сообщили ей в самый последний момент.

– Мы думали, ты знаешь, – оправдывалась Вегетта.

– Да, Луна, – согласно закивал Саппи. – Вегетта хотела найти твой номер, но мы решили, что тебя и так уже известили, поэтому махнули лапой…

– Не делайте так больше, – попросила Луна. – Поставили меня так поздно в известность, а к тому же и в неловкое положение.

– В неловкое? – не понял Саппи.

– Конечно, – пожала плечами Луна. – Мало того что пришлось убегать с работы в дедлайн, так ещё и с пустыми лапами. Ни цветов, ни тортик не купила…

– Луна, – Саппи хмыкнул. – Какие там цветы и торты! Мы Аниту не из роддома забираем, если что…

– Неважно, – фыркнула в ответ Луна. – Ей бы всё равно было приятно. Правда ведь, Вегетта? Ты как женщина должна со мной согласиться…

Вегетта заверила её, что полностью с ней согласна, и сменила тему:

– Какой у тебя ошейник красивый, Луна.

Саппи, уже несколько дней проходивший практику в отделе Федерико Торреса, настороженно прислушался к тому, какой последует ответ.

– Чёрт, забыла снять… Ну да ладно, – махнула лапой Луна. – Похожу хотя бы раз на улице красивой.

– Хотя бы раз? – искренне, насколько это  было возможно, удивился Саппи.

– Ну да, – пожала плечами Луна, глядя на вход в больницу. – Я в нём только на работе и хожу. Красивых и дорогих вещей не люблю. Но среди тех змей, с которыми приходится работать, без украшений ходить нельзя: не поймут и грязью начнут поливать ещё больше, чем обычно.

Вегетта сделала вывод, что Луна весьма зависима от общественного мнения, однако ничего не сказала. Саппи же, внутри которого благодаря наставлениям Торреса горел бешеный интерес ко всей этой истории с ошейником, молчать не стал и задал вопрос в лоб:

– Не любишь дорогие вещи, но пошла и купила ошейник, чтобы ходить только на работе?

– Ничего я не покупала, – отмахнулась Луна. – У меня денег на такое не хватит. Бывший подарил, незадолго до нашего разрыва…

– И ты его носишь? – удивилась Вегетта.

– Ну да, – незатейливо согласилась Луна. – Но только на работе. Я бы сейчас его сняла, убрать только некуда.

– Он тебе не идёт, – заявил Саппи.

Вегетта оторопела. Луна же начала раздуваться как праздничный воздушный шарик.

– Саппи, – укоризненно воскликнула Вегетта. – Ты чего? Не слушай его, Луна. Мой муж иногда сам не понимает, что несёт.

Ожидание растянулось ещё минут на пятнадцать. За это время Луна пару раз нашла время пожаловаться на сильный ветер, а Саппи Фейдж – на бешеный голод. Одна лишь Вегетта ни на что не жаловалась, а просто стояла и ждала появления Аниты.

В пять минут двенадцатого это, наконец, случилось. Анита вышла. Под лапы её вели с одной стороны главврач больницы, а с другой – Брайан Кортес, помощник Тузика и Гастона Ортеги.

– Анита! – все трое бросились обнимать подругу. Саппи даже умудрился лизнуть её в нос.

– Боже, как ты исхудала, – взмолилась Вегетта. Она была заядлым любителем всех откормить.

– Сестра, знала бы ты, как нас напугала, – говорил Саппи.

– Напугала – это не то слово, – подхватила Вегетта. – Луна вон с работы подорвалась, к тебе приехала…

– Сеньора Озейло, – у ворот больницы собственной персоной возник Федерико Торрес. – Я весьма рад, что вы встретились со своими друзьями, однако сейчас есть более важные дела. Присаживайтесь в машину…

– Как в машину? – не поняла Луна. – А мы? Мы же пришли… встретить…

Цепкий взгляд ротвейлера зафиксировал ошейник. В тот же миг он ощутил гордость за Кристиана.

– Сеньорита Картер, – широко улыбнувшись, проговорил Торрес. – Вас я тоже приглашаю прокатиться. Нам нужно задать вам пару вопросов, на которые нам было бы полезно получить ответы. Сеньор Монтеро уже ждёт вас в соседнем автомобиле.

Ничего не понимая, Луна залезла во вторую машину. Саппи и Вегетта остались стоять у входа в больницу. Они ничему не удивились, поскольку заранее знали, что встреча Аниты возле больницы была не более чем спектаклем, разыгранным персонально для Луны Картер.

***

– А куда вы дели Луну? – ничего не понимая, спросила у ротвейлера Анита.

– Мы решили, что она поедет в другой машине, – ответил Торрес. – Вы являетесь супругой мэра города, поэтому вам создаются особые условия…

– И что, Луна Картер, по-вашему, не достойна особых условий? Она моя подруга, если что…

– Таково распоряжение моего руководства, – отрезал ротвейлер.

– А содержание моего мужа в жалкой камере – это тоже распоряжение вашего руководства? – парировала Анита. – В таком случае ему тоже нужно создавать особые условия…

– Сеньора Озейло, – раздражённо выдал Торрес. – Вы ещё ничего не знаете, а уже лезете на рожон. Информация, которую вы узнали из газет, представлена в весьма искажённом виде. Ваш муж действительно находится под стражей, но сидит отнюдь не в камере.

– Я не поняла, – Анита выгнула шею. – Почему машина с Луной повернула в другую сторону? Вы куда меня везёте?