Джо Грин у смертного одра

Работа сделана. Он как будто решал логическую задачу. Ему даже нравилось, как бешено стучит сердце, и как с легким дуновением ветерка качалось повешенное тело.

Теперь пора уходить.

ГЛАВА 19

И Джо ушел. Вышел из концентрации, проснулся.

Сколько он спал? Бросив быстрый взгляд на свои часы он, наконец, смог ответить на этот вопрос. Джо пробыл здесь два часа. Он настолько прочувствовал Палача, что ненадолго сам стал им. Конечно, в том, что ему приснилось, есть много собственных додумок. Джо не мог точно знать, что именно чувствовал Палач во время убийства. Единственное, что до сих пор не давало Грину покоя, так это его имя, написанное на визитке Палача. И написанное, кстати, неправильно. Там было «Jo», тогда как в Лондоне все знали его как «Joe», что должно было по-русски читаться как Джоуи, но дед юного детектива, почему-то очень редко называл его так. Чаще просто использовалось «Джо». Примечательно, что такая ошибка была и у него на бэйджике, который он носил в университете. Но этот факт мог просто запутать все дело, так что, пока, придется его опустить.

Задумавшись, Джо даже не заметил, что он сидит, укрывшись пледом, хотя когда он засыпал, его не было. Неужели он стал лунатиком?

Не успел Джо подумать еще о чем-то, как в дверь кто-то постучался. Не дожидаясь разрешения войти, Дмитрий воскликнул:

– Доброе утро, Джоуи! – Карпов бросил быстрый взгляд на бумаги, лежащие на столе, – Я смотрю, интересно ты день проводишь… Я хотел сказать, мы сейчас уже уходим, так что, не забудь положить все бумаги на место. Серега просил передать, хотя он еще долго здесь пробудет.

– Я все сделаю, – Джо устало провел рукой по сонным глазам, взял плед и, улыбнувшись, передал его Диме, – Очень благородно с вашей стороны…

– Это все Наташа, ей передай. Опять влюбилась девчушка…

Джо ответил:

– Она и вправду добра ко мне…

– Да, да, всего лишь добра. Видел бы ты, как она на тебя смотрела, когда ты рассказывал про «башмачные» похождение Палача!

Джо вопросительно вскинул бровь.

– Ну да, а ты и не заметил. Для тебя Палач, значит больше кого бы то ни было!

– Я люблю свою работу – это правда, но не больше, чем близких людей – отвечал Джо.

На это Дмитрий ответил лишь недоверчивой улыбкой и прощальным кивком головы. Затем он, открыв дверь, удалился.

ГЛАВА 20

Собрав все бумаги, Джо Грин отправился к Сергею. Номер его кабинета он услышал на том собрании, где выступал Дмитрий Карпов. Постучав в кабинет, Джо подождал разрешения войти, а когда дверь открылась, его взору предстала огромная комната. Она была такой светлой, что казалось, будто тот, кто здесь работал, делал все что угодно, только, чтобы не уснуть. То же можно было сказать и о владельце комнаты. На лице Сергея Кружилина красовались огромные синяки под глазами, и если Джо раньше не обращал на них внимания, то сейчас заметил. По этому лицу можно было сказать, что оно принадлежит трудяге.

Но вернемся же к комнате. Сама она была очень светлой, так как большая люстра украшала потолок, а большое окно давало свет стоящему перед ним столу. За открытой дверью, ведущей в коридор, стоял огромный дубовый полуоткрытый шкаф. Стол же был завален большим количеством бумаг. Это говорило бы о неопрятности владельца стола, если бы не его ухоженный внешний вид и аккуратность остального интерьера. Таким образом, стол сильно выделялся своей неухоженностью от другой мебели.

Сергей, устало улыбнувшись, начал:

– Спасибо, что принес документы, можешь положить их на мой стол. Будь уверен, я их там не потеряю, – поколебавшись, Кружилин продолжил, – Ты можешь идти домой, если хочешь. Наташа и Дима уже ушли.

Как же быстро прошел этот день! Конечно, он еще не закончился, но разборка с бумагами заняла столько времени! Но Джо все еще не хотел возвращаться домой, он, конечно, не боялся одиночества, даже наоборот, любил иногда оставаться один, но только лишь тогда, когда ему было чем заняться. А дома его ждала полная безработица. Но Джо поинтересовался:

– Ушли? Сейчас? Почему так рано?

– Все очень просто. Наташа отпросилась, ей нужно приглядеть за отцом. А у Димы сегодня какие-то личные планы, опять гуляет. Правда, они оба должны вскоре вернуться, я их попросил. Сегодня не много работы, это и не удивительно, сегодня же суббота.

– Damn! – Громким шепотом вскричал Джо, а затем, мгновенно успокоившись, извинился – I’m sorry…

Сергей лишь вяло улыбнулся и кивнул.

А Джо тем временем просто вспомнил, что сегодня суббота. Именно это заставило все его тело вздрогнуть. Он, заработавшись, совсем забыл про сегодняшние похороны его деда. Благо, время еще есть, но ему нужно было отправляться в путь прямо сейчас, если он хотел прийти вовремя. Он было хотел уже податься к двери, но его остановили. Нет, остановил не человек, его остановила его же жадность. Если можно было так назвать эту черту Грина. Он не хотел, чтобы над раскрытием дела работал кто-то, пока он отдыхает. Это, по его мнению, было нечестно. Все эти преступления он, в какой-то степени, и воспринимал как игру. Он знал, что такая задержка могла повлечь жертвы, но также понимал, что такое маловероятно (он знал почему, да и все знали, но нам еще предстоит раскрыть это). Тем не менее, он попросил:

– Сейчас мне нужно уходить, и… Я хотел бы, чтобы ты составил мне кампанию.

– Я с радостью пойду, только скажи, куда?

Джо спокойно выдохнул и без тени улыбки ответил:

– На похороны.

Сергей замялся, не ожидав услышать такого ответа. Конечно, Джо понимал, что такое предложение может показаться неэтичным. Но он также не мог допустить даже мысли, что, пока он занят посторонними делами, кто-то занимается его любимым делом, шаг за шагом приближаясь к разгадке.

– Ты можешь подвезти меня до туда? – добавил Джо. Да, так определенно звучало лучше.

– Эмм… Да, я думаю подвезти тебя я смогу…

Джо, кивком поблагодарив собеседника, вышел из кабинета, ничего больше не сказав.

Позже они встретились на улице и, сев в старую «Волгу» Сергея, они вдвоем отправились в путь.

ГЛАВА 21

Полпути они не разговаривали друг с другом. Сергей спокойно вел машину, время от времени поглядывая на навигатор, а Джо, сидевший на переднем сидении, рядом с водителем, как всегда смотрел в окно. Поначалу, Грин не хотел заводить разговор с Кружилиным. Но, похоже, совесть у юного детектива все еще оставалась, к тому же, он просто ненавидел врать. Конечно, иногда он врал, но врал с целью или во благо других, но лгать, прогибаясь под собственными недостатками, уже выходило из рамок приличия. Поэтому, он все таки решился заговорить:

– Я… Хотел бы признаться… Я не хочу ничего скрывать. Просто… Мне нужно раскрыть это дело самому, я не хочу, чтобы работа над ним продолжалась без меня. Я понимаю, что мои действия могут граничить с преступлением, но все же… Я не хочу, чтобы вы работали над ним без меня, понимаешь?

Сергей мягко улыбнулся:

– Да, я понимаю…

Джо посмотрел на него, стараясь скрыть удивление, а Кружилин продолжил:

– Я тоже был таким же, как ты. Когда-то… Тоже рвался все решить, везде успеть. И не из-за того, что людям от этого будет лучше. Мне просто нравилась моя работа…

Сейчас Джо уже не смог скрывать удивления. В каждой фразе Сергея он узнавал себя. И поэтому, не мог не задать вопрос:

– Но что же произошло с тех пор?

Сергей со вздохом ответил:

– Я женился… – и тут же добавил, с бОльшим энтузиазмом. – Но я нисколько об этом не жалею. Потеряв одни ценности, я приобрел другие…

На этом их короткий диалог закончился, а когда они подъехали, он продолжился:

– Вот и все, мы приехали, – начал Сергей. – Мне пойти с тобой?

Джо ответил, не задумываясь:

– Да, конечно…

Джо понял теперь, что может хватить всего лишь маленького разговора, чтобы настолько хорошо узнать друг друга, чтобы понять, чтобы сдружиться…

ГЛАВА 22

Они вошли в огромный зал, украшенный зелеными венками по бокам. На пьедестале, находившемся у дальней от входа стены, стоял деревянный открытый гроб, у краев которого был постелен российский флаг. Сам пьедестал был, словно какая-то сцена, украшен красными занавесками. Все эти занавески и венки жутко не нравились Джо Грину. Идея расположить их здесь полностью принадлежала его родителям.

В самом зале не было ни одного стула, поэтому по бокам люди просто стояли и общались, передавая свои саболезнования. Если бы спрашивали Джо, то его воля заключалась бы в том, чтобы не устраивать из похорон мероприятие. Это совсем не означало, что Грин не любил своего деда, нет, он просто не хотел выставлять свои чувства напоказ, не хотел выслушивать эти фальшивые сожаления, хотя есть много людей, которые действительно жалеют его. Но не здесь, список приглашенных составляли его родители.

Можно подумать, что Джо никогда не любил своих родителей, а те не любили его. Но, нет, это неправда. Все родители любят своих детей, и его семья тоже не была исключением. Но только позже все поменялось. Джо узнал, что он совсем на них не похож. Ни на отца, ни на мать. Они просто не поддержали его в выборе профессии. Мать упрашивала его пойти в доктора или хотя бы стать дантистом. А отец и то, не делал ничего, чтобы разрешить их спор. А когда Джо спрашивал его мнения, то он просто говорил, что полностью поддерживает мнение матери. Так у Джо хотели забрать то, чем ему хотелось заниматься. А сейчас он, словно назло родителям, один из самых успешных детективов Лондона. Именно о встречи с родителями Джо думал, когда вошел в зал. Где-то в глубине души он хотел восстановить общение с ними, но каждый раз, когда такая мысль закрадывалась в его голову, Джо, вспоминая как больно ему было, когда мать говорила ему «Лучше бы ты стал дантистом» и тут же отбрасывал эту мысль прочь. Джо не был одинок. У него же еще был дедушка. Но, к сожалению, ключевое здесь слово «был».

– Я, пожалуй, постою у дверей, – отвлек Грина от мыслей Сергей.

Джо коротко кивнул и неспеша двинулся вперед. Встретившись взглядом с родителями, он, приветствуя их, холодно кивнул и пошел дальше. По пути он встретил одного из знакомых его отца, мужчина этот принес свои соболезнования (на удивление теплые и искренние) и отступил. Джо поблагодарил незнакомца и продолжил идти. Скорость стука сердца постепенно начинала набирать обороты. Ладони Джо потели, пальцы нервно поглаживали друг друга. С каждым шагом, все приближавшим его к гробу, ноги становились тяжелее и тяжелее. «Примерно это, – думал тогда Грин, – И чувствовал Палач во время убийства.» Но вот Джо уже стоит у гроба, если сделает еще один шаг то увидит своего деда, мирно спящего внутри. Грину не раз снился этот момент. Он, конечно, знал, что ожидать крови и мяса не стоило, знал, что там просто спит его дедушка. Но какую же жуткую картину рисовало его воображение…

Он сделал шаг…

Сначала, Джо, отвернув лицо, крепко сжал челюсти. Усилием воли он все таки заставил себя повернуться. И он увидел своего дедушку…

Джо невольно упал на колени прямо перед гробом. Начав плакать, он, пытаясь сдержать себя, плакал все сильнее и сильнее. Закрыв одной рукой свое лицо, другой Джо крепко держался за бортик гроба, причем так сильно, будто от этого зависела жизнь его деда. Джо рыдал, совершенно не замечая, как все взгляды людей, собравшихся в зале, сошлись на нем, как на него смотрели родители, и как смотрел Сергей. Джо, открыв глаза, снова бросил взгляд на спящего дедушку. Гроб изнутри был обшит чем-то мягким. Этот мягкий материал был красным, словно олицетворяя кровь. «Так роскошно он не спал даже при жизни», – подумал Джо, а затем снова заплакал, не вставая с коленей. Его родители наблюдали за этой картиной. Отец хотел было подойти, но мать властно взяла его за руку и не дала ему идти. Отец же повиновался. Сергей, наблюдая за этой картиной, подумал, что он знает этого мальчика не хуже других своих родственников. Знал его, как сына. Джо, должно быть, видел десятки расчлененных тел, наверняка сталкивался с матерью, оплакивающую своего ребенка, но пускался в истеричные рыдания, видя своего навеки заснувшего деда… Сергей больше не мог оставаться в стороне. Не понимая, почему родители не утешают парня, Кружилин решил сам к нему подойти. И, не взирая на подозрительные взгляды всех присутствующих, сделал это.

Поначалу он не хотел трогать Джо, но, передумав, Сергей положил свою руку на плечо Грина.

– Нам пора идти, парень… – начал Кружилин.

Джо повернулся к следователю и медленно кивнул. В этот момент сердце у Сергея дрогнуло, следователь даже невольно отпрянул. Перед собой он видел маленького мальчика с заплаканными глазами, но как же сильно он вел себя. Его глаза, хоть и заплаканные, показывали то мужество, которого, быть может, не было даже у Сергея. И в следующие мгновения Джо показал Сергею, что под лицом мальчика может скрываться мужчина. На секунду Джо отвернулся, будто стыдясь своего собственного вида. Затем он сжал ладонь в кулак, и в тихом зале стало слышно, как дыхание Грина постепенно восстанавливается. Почти тут же он, вставая с коленей, повернулся обратно к Сергею. И только лишь глаза своей краснотой выдавали Джо. В остальном никто даже не подумал бы, что этот молодой парень недавно плакал. Сергей даже успел подумать, что ему приснились слезы Джо Грина. Юный детектив кивнул, как бы говоря, что он готов идти. Но тут же, с болью повернулся обратно и положил руку на бортик гроба. Сергей услышал, как Джо, чуть наклонясь, прошептал: «Rest.» Затем Джо громко выдохнул и, опустив голову, побрел прочь из зала. Сергей последовал за ним.

ГЛАВА 23

Всю дорогу ни Джо, ни Сергей не произнесли ни слова. Джо просто смотрел в окно, очевидно, о чем-то размышляя. Сергей же смотрел на дорогу, в беседу он не любил вступать, да и не умел ни поддержать ее, ни начинать. Но сейчас, доехав до пункта назначения – дома Джо – не имело смысла молчать, нужно было, хотя бы попрощаться.

– Вот мы и на месте, – начал Сергей.

На его голос, выйдя из раздумий, повернулся Джо. Он вопросительно посмотрел на него и спросил:

– А куда же едешь ты?

Сергей быстро ответил:

– Мне нужно на работу, сынок… Но обещаю, я не буду работать, мне просто нужно проверить, все ли там в порядке. Это моя обязанность. Моя работа. Тем более, Наташа и Дима, наверняка, давно меня ждут.

Джо понимающе кивнул и сказал:

– Спасибо…

Затем он открыл дверь машины и стремительно двинулся домой, не оглянувшись. Сергей же завел машину и поехал к полицейскому участку. По пути он думал о Джо Грине. Как быстро сформировались их отношения. Буквально два дня назад парень был подозреваемым в серийных убийствах, а сегодня не только сам расследует это дело, но и стал одним из немногих друзей самого Кружилина. Да, определенно, Сергей полюбил парня, он видел его родителей, и спокойно может сказать, что у него было незавидное детство. Сергей по заплаканным глазам Джо Грина узнал больше, чем за год общения с Димой Карповым. Сергей был женат, но у него никогда не было детей, и он, конечно, не мог сказать, что испытывают отцы, когда проводят время вместе с сыновьями, но почему-то подумал, что они чувствуют именно то, что он почувствовал сегодня. Да, его чувства к Джо Грину были настолько теплы, что были похожи на отношение отца к сыну.

Наконец, Сергей подъехал к полицейскому участку. Поднимаясь по лестнице, он встретил Наташу. Она была одета в свое пальто, под которым виднелась белая блузка. Горунова была одета и уже спускалась, чтобы затем выйти на улицу, хорошо, что Сергей поймал ее перед тем, как она это сделала. Он спросил у нее:

– Уже все закончила? Где там Дима?

– Привет, Сережа! – отвечала она, улыбаясь – Я собираюсь пойти к отцу. Ты же понимаешь, сегодня суббота… Няня не может работать допоздна ни в четверг, ни в субботу. Когда-нибудь нужно будет нанять новую. Сегодня у меня сокращенный день, – продолжала она, улыбаясь все шире и шире.

– Ладно, понял. А Дима еще здесь? – проговорил он без тени улыбки.

– Нет, ты же знаешь его… Он сказал, что пошел праздновать.

– Праздновать? Праздновать что?

– Продвижение в деле.

– В каком?!

– О Палаче… Джо вчера всем показал, как нужно работать!

Сергей, с глубоким вздохом закатив глаза, попрощался с Наташей, пожелав ей хорошо отдохнуть. На это она ответила ему уже в спину:

– Никакого отдыха… Мне нужно следить за отцом. Но все равно, пока!

Спокойно добравшись до своего кабинета, Сергей плюхнулся на стул, закрыл глаза и заснул. Спал он недолго, но при этом ему успел присниться сон. Сон был ужасным.

Он сидел за огромным столом, бумагам на нем не было видно конца. Под его карими, усталыми глазами виднелись четко выраженные мешки. Его спина болела, а руки уже устали писать. Ему постучали в дверь. Сергей подумал было, что несут очередную стопку бумаг, которые нужно срочно оформить. Но его опасения, к сожалению, не подтвердились. Вместо сотрудника со стопкой бумаг вошел мужчина в больших ботинках и прошагал к столу. На стол он кинул коробку, сбив несколько стопок бумаг. Сергей открыл коробку. Только притронувшись к ней, он испачкался в чем-то. Это была кровь. Свежая кровь. В коробке же лежали отрубленные женские конечности. Резко отбросив коробку, он дернулся и упал со стула. Проснулся.

«Да, сегодня работать я уже не способен. Не могу даже заполнять бумаги», подумал он. Сразу после этой мысли ему пришла другая – позвонить своей жене…

ГЛАВА 24

Наташа, звонко брякнув ключами, открыла входную дверь.

– Пап… – крикнула она, – Я дома!

Ответа не последовало, да и Горунова его не ждала. Ее отец не говорит уже несколько лет. Он был практически полностью парализован. Мог двигать одной только слабой рукой и немного шеей. Да и в этих движениях, как казалось Наташе, отражалась ужасная боль старика. Закрыв за собой дверь, она прошла в гостиную. Здесь, у самого окна, на коляске сидел ее отец. Сюда его ставила их молодая няня Алиса. И он все время, которое оставалось до прихода Наташи, сидел у окна и с мечтательной печалью смотрел сквозь стекло. Наташа развернула его к себе лицом, а коляска при этом скрипнула и нехотя развернулась. Горунова положила свою руку на руку отца и начала:

– Как ты папочка? Няня давно ушла? Ты сегодня пил таблетки?