Помоги проекту - поделись книгой:
_______________
День обещал быть занятным – мало того, что с утра Костя получил от начальства рекомендацию быстрее шевелить мозгами, так теперь он ещё и почти опаздывал – скоро должен был закончиться сеанс психотерапии Ивановой, а ему обязательно нужно было быть на месте вовремя, чтобы Зверев при нём провёл новый сеанс гипноза!
Не рассчитав время, он слишком долго решал вопросы вне офиса и потому не успел заехать на работу за Светой. Она была этим очень недовольна, но ей ничего не оставалось, как смириться и остаться на рабочем месте, а Костя направился в клинику сам.
Когда он подъехал к закрытой шлагбаумом территории, он уже так торопился, что даже не стал ждать, когда его пропустят, и припарковался рядом, а после кинулся ко входу в здание.
Поднявшись на второй этаж, к кабинету Зверева, он остановился в приёмной. Анастасия, приветливо кивнув ему, как старому знакомому, тут же нажала на телефоне кнопку связи, не давая ему отдышаться.
– Дмитрий Никифорович, тут к вам следователь, Константин Михайлович…
– Пускай войдёт, мы уже готовы, – ответил спокойный голос, и Мадаев вошёл в кабинет.
Зверев, как всегда, был на своём месте, в роскошном дорогом кресле. А при виде Валентины Костя сразу забыл все свои вопросы – она казалась очень расстроенной и была немного бледна… Устало она глянула на него и тут же отвела взор.
– Как ваш сеанс? – наклонившись к Дмитрию, осторожно, тихо спросил он, имея в виду обычный сеанс психотерапии, после которого они должны были приступить к гипнотическому.
– Всё, как обычно: Валентина Осиповна сегодня немного не в себе. Говорит, что не выспалась. Думаю, забыла выпить снотворное… – негромко ответил тот, и Костя нехотя уточнил:
– Может, тогда лучше перенести?..
– Как желаете! – недоуменно пожав плечами, Зверев достал из коробочки сигару и потянулся за ножницами. – Только решайтесь быстрее: уйдёте сейчас – и я ещё успею немного побеседовать с ней. Но если хотите провести сеанс, это не будет проблемой – мы обратимся только к её подсознанию, а не к измученному тревогами будних дней материалистичному мышлению.
– Что ж, тогда давайте… – кивнул Костя и снова посмотрел на Валентину, но та будто и не наблюдала за их диалогом: она несколько отрешённо глядела куда-то в стену перед собой.
Впрочем, когда Зверев к ней обратился, она чуть оживилась, видимо, поняв, что приватные разговоры врача со следователем окончились и осталось провести немного времени под гипнозом, чтобы помочь Константину.
Вскоре она снова была уже расслаблена и безмятежна под действием силы гипнотерапевта и отвечала на задаваемые вопросы.
– Расскажите мне о Екатерине Зосимовой: как она любила проводить свободное время, с кем? – спросил Костя, внимательно глядя на Иванову: она прямо расцвела при упоминании о подруге и том времени, когда та была жива.
– О, Катенька очень любила танцевать! Она постоянно устраивала вечеринки – приглашала меня и других друзей, и даже не очень хороших знакомых. У неё хватало для этого и денег, и места – большая квартира, шикарная обстановка… Она вообще любила роскошь и у неё был отменный вкус!.. В её зале были даже огромные окна…
Она вдруг помрачнела, и Зверев тут же уточнил, прерывая её рассказ:
– Вам они не нравились?
– Теперь нет – это ведь из-за них Катенька упала: они такие большие, почти прямо до полу… Одно из них было открыто, и она…
– Вы сказали, что приглашали не очень хороших знакомых – что это значит, кто они? – снова перебил её Дмитрий, стремясь увести её из печальных воспоминаний.
– Катенька была очень весёлой, любила большие компании. А у нас с ней всегда было мало друзей, поэтому мы приглашали даже тех, кто не особо был нам знаком.
– А кто-нибудь из ваших гостей знал о финансовом состоянии Зосимовой? – спросил настороженно Костя.
– Не знаю. Наверное, догадывались – всё-таки элитная квартира и обстановка прекрасная…
– Лично вы с кем-нибудь из них продолжали контактировать после гибели Зосимовой?
– Нет.
– А Бердников тоже посещал эти вечеринки?
– Нет, он только однажды приходил.
– Почему?
– Он так напился, что Катя его на вечеринки больше не приглашала.
– То есть Бердников любил выпить?
– О, да! Катенька даже называла его «пивным ларьком», так ей это не нравилось, – немного насупилась Валентина, будто ей это было неприятно.
– Как часто вы его видели?
– Несколько раз – когда он встречал Катю, чтобы проводить её домой после наших с ней прогулок по городу. Перед его приходом она всегда смотрела на часы и говорила: «Скоро мой швейцар подойдёт». Мне это не нравилось, но она каждый раз так шутила, с такой странной улыбкой… неприятной. Как будто с пренебрежением…
– То есть вы думаете, она презирала Бердникова?
– Наверное, нет… Наверное, это была скорее снисходительность. Но только не потому, что у неё было много денег, а у него – нет. Думаю, как мужчина, он ей нравился – статный, крепкий… А ум на месте стоял – никакого развития. Как получил своё образование в техникуме, так и застыл… А Катеньке интеллигентный друг нужен был.
– Зачем же они встречались?
– Она говорила, что он обещал измениться, и она ждала…
– Понятно, а как относился к Зосимовой сам Бердников?
– Катя говорила, что он её обожает. Но я думала, что такой человек вряд ли может искренне любить – мне казалось, он думал только о себе, был нечестен.
– Что вы имеете в виду? Приведите хотя бы один пример, из-за которого вы так решили, – уточнил Костя.
– Мы с Катей как-то гуляли по городу. Это был чудесный день! – мы побывали на аттракционах, отлично там повеселились. Она была просто в восторге! Она вообще всё эмоционально воспринимала, радовалась, импульсивная была очень… К концу дня подошёл Иван, и они проводили меня к дому. Я уже попрощалась с ними, но, когда вошла в подъезд, вспомнила, что Катя не забрала свою косметику у меня из сумки – мы кое-что купили, и у неё не хватило места, так что я временно положила к себе… Я тут же выскочила во двор, чтобы успеть вернуть ей, и они ещё действительно недалеко ушли – Катя говорила по телефону, и они остановились. Но Бердников, пока она не видела, вытянул из наружного кармашка её сумки деньги.
– Что сделали вы, увидев это?
– Ушла обратно, даже не отдала косметику в тот раз… Хотя я поначалу подумала, что Катя разрешает ему так делать – он выглядел таким уверенным… Но потом, позже, всё-таки рассказала ей.
– И что она вам ответила?
– Она очень возмутилась, – вздохнула Валентина, – а через какое-то время объявила мне, что поссорилась с ним из-за этого. Впрочем, это было ненадолго – через пару дней она сказала, что мы обе в нём ошиблись: оказалось, он хотел сделать ей сюрприз – заказал романтический ужин, подарил большой букет роз… Она была в восторге.
– А вы тоже поверили, что он взял деньги именно для этого?
– Нет, но что я могла сделать? Кате так хотелось верить ему, тому, что он меняется, думает о ней…
– Понятно. Скажите теперь: у Зосимовой и Бердникова были какие-нибудь общие знакомые? Среди них мог быть кто-то, желающий ему зла?
– Не думаю… По крайней мере, я об их общих знакомых не знаю.
– Может, он перешёл кому-нибудь дорогу? Например, занял денег, не отдал?..
– Мне кажется, большую сумму ему никто бы и не дал, а небольшую Катенька и так ему выдавала.
– Небольшую? Это на что?
– На мелкие расходы, на еду. Когда они стали встречаться, он перестал искать себе работу. Кате всё время говорил комплименты – мол, ради неё можно ничего и не есть, лишь бы больше времени быть рядом! Ей это нравилось… Но после он ей на шею и сел – сначала хоть какую-то подработку искал, временные заказы выполнял, а потом даже их перестал делать. Катя по привычке давала ему денег, а когда уж не захотела – начались скандалы. Он говорил, что ничему не обучался и не продвинулся в карьере только потому, что всё своё время уделял ей…
– Они после этих скандалов расстались?
– Нет, после таких они мирились. В один из примирительных дней он даже сделал ей предложение; кольцо хотел подарить – оно было дорогим, красивым… До сих пор не понимаю, где ему удалось столько денег на него достать! По крайней мере, от Кати на такую сумму он не мог рассчитывать.
– Она отказалась? Объяснила, почему?
– Мне сказала, что не хочет, чтобы её муж был неработающим пьяницей.
– А ему то же самое сказала?
– Этого она мне не сообщила. Поделилась только, что они тогда сильно повздорили, неделю потом не разговаривали… Но после всё стало, как обычно.
– То есть они перестали ругаться?
– Нет, говорю же: всё стало, как прежде. Те же скандалы, недовольство… Был и такой случай: мы с Катей по телефону разговаривали, когда к ней пришёл Иван…
– Они не жили вместе? – уточнил Костя.
– Иногда она разрешала ему остаться, но в остальное время он жил в съёмной комнате.
– А чем расплачивался за аренду?
– Не знаю… Впрочем, Катенька ведь давала ему иногда денег просто так, а ещё платила ему за услуги домработника.
– Это как? – переглянулся Костя с не менее удивлённым Дмитрием.
– Она платила ему за работу по дому – в порядок там что-нибудь привести, починить, продукты закупить… Это чтобы он не думал, что она должна ему просто так деньги всё время давать.
– И он выполнял?..
– Ну да, деньги же нужны были… – безмятежно ответила Валентина.
– Понятно… Вы сказали, что Иван пришёл, когда вы говорили с Екатериной по телефону, – напомнил он.
– Да, и тогда я услышала, как они разговаривали. Бердников, видимо, зашёл в кухню. Он спросил у Кати, что есть покушать, а она крикнула, – она в другой комнате с телефоном сидела, – что сама уже ела и еды больше нет. Он предложил заказать что-то из ресторана, а она сказала, что нужно уметь экономить, чтобы деньги были… И добавила, что если он хочет у неё поесть, пусть сходит в магазин, купит продуктов, принесёт и сам приготовит.
«Жёстко она его! После такого он должен был или смириться, или глубоко ненавидеть…», – подумал Костя, а вслух просил:
– Он согласился?
– Нет, как раз тогда они опять поругались. Он кричал, что она его оскорбляет, за мужика не считает. Он, кажется, когда только пришёл, был уже нетрезв, а тут ещё такая ситуация… Она на него тоже накричала, и он ушёл, хлопнув дверью. А мне потом Катя сказала, что действительно не считает его мужчиной, потому что он любит только подачки принимать.
– Но после они помирились и продолжали встречаться? – недоуменно переспросил он.
– Да, но Катя уже всерьёз подумывала с ним расстаться, насовсем.
– Ясно… А скажите, Валентина Осиповна, – Костя вдруг, смутившись, закашлялся и тут же перестал: снисходительно усмехнувшись, Дмитрий похлопал его по спине, – вы никогда не переводили Бердникову деньги?
– Нет.
– А, может, давали ему их лично? – он с удивлением глядел на Валентину: мышцы её лица чуть подрагивали от напряжения.
– Иногда бывало такое… Когда Катеньки не было в городе, когда она уезжала куда-нибудь, то по телефону иногда просила меня дать ему немного денег.
– Ясно… – он на секунду замолчал, обдумывая новый вопрос. – А скажите, как реагировали на связь Зосимовой с Бердниковым её кумовья, Матвеевы?
– Им он тоже не нравился, но они, как понимаю, не говорили Катеньке о нём ничего плохого.
– Как же тогда вы узнали об их мнении?
– Однажды я была у них в гостях вместе с Катей, и Бердников тоже приходил, чтобы проводить её домой. Как оказалось, они его уже знали, – видимо, Катя их уже знакомила, – но они так пренебрежительно на него смотрели!.. Думаю, это говорит само за себя.
– Ясно… Ясно, – повторил Костя снова, будто, произнося это, ему действительно становилось всё понятно. Но на самом деле просветление не приходило, и он устало присел на стул.
– Константин Михайлович, наше с вами время на сегодня заканчивается, – негромко обратился к нему Дмитрий, и тот недоуменно поднял голову. – Скоро подойдёт другой клиент, и мне не хотелось бы перед ним извиняться…
– Да, да, конечно… – пробормотал он. В голове у него было ещё много вопросов, но задать их Ивановой он сейчас уже не мог…
Сеанс был завершён, и, простившись, Костя двинулся в сторону работы. Там новостей ожидала разочарованная Света – из-за того, что Мадаев не успел за ней заехать, она не повидала Зверева и на самом деле была этим расстроена. Впрочем, она успокаивала себя тем, что встретится с ним вечером, к тому же не в рабочей обстановке, и говорить об этом следователю она совсем не собиралась…
– Так, Света, у тебя что-то есть? – вместо рассказа о прошедшем сеансе, сразу обратился к ней Костя, зайдя в офис.
– Конечно! – тут же почти забыв своё расстройство, с готовностью подтвердила она, желая показать свой профессионализм и лихорадочно шаря среди беспорядочно раскиданных по столу листов. – Вы мне говорили перепроверить возможные контакты Бердникова с кем-нибудь из Петрозаводска. Так что я уже столько звонков сделала, что вам и не снилось!
– Ну, давай, выкладывай! – он присел на краешек стола и уставился на неё. Чуть зардевшись от такого внимания, она продолжала, а у него в голове в это время крутился один и тот же вопрос: была ли гибель Бердникова убийством или всё же случайностью?..
«Кому было выгодно, чтобы он погиб? – думал он. – Мне скажут свернуть дело, если в ближайшее же время у меня не будет адекватной версии… А вдруг это на самом деле несчастный случай? Но тогда почему в крови бедняги снотворное, почему?!.. И что он делал ночью у прудов в городе, куда вернулся без денег, промотав двадцать миллионов?! А если он был не один?..».
– Для начала я ещё раз просмотрела все звонки с сотового номера Бердникова, – сказала Света, – те, которые он успел совершить в день своей гибели, а также те, которые он сделал ранее, находясь в Болгарии.
Она приостановилась и мельком взглянула на Мадаева. Тот был весьма сосредоточен, и она довольно продолжала:
– Из Болгарии он звонил в гостиницу – заказал здесь номер за неделю до даты вылета. Других интересных звонков с его телефона в Петрозаводск я не нашла. Потом я прозвонила бывшие места его работы и узнала телефоны тех, с кем он лично работал. Я им звонила, все они подтвердили, что работал он плохо, никому особо не нравился и любил выпить. И вообще, говорят, он был, знаете ли, мерзким типом!
Она замолчала.
– Ясно… – ответил Костя, сдержав разочарованный вздох.
Поделиться книгой: