Охотник за чудовищами

Рюкзак нашёлся не сразу, пришлось побегать. Он лежал целёхонький, только Винторез валялся в углу вместе с самострелом. Старый, сжав зубы, затирал царапину на крышке, скрывавшей затвор, и жалел, что не оставил в живых хотя бы Молчана. Потом долго и тщательно проверял содержимое рюкзака. Вроде бы всё на месте, кроме еды, пришлось набрать местной снеди. Хорошо ещё, что разбойникам не взбрело в голову ковыряться в гранатах, а то вся снаряга сейчас была бы утрачена.

Мстиша следил за опасным знакомцем, прижимая к себе собственные вещи. Старый увидел коммуникатор и решил включить его, сверкнувший экраном наладонник привлёк внимание изумлённого "напарника". Заметив это, сталкер врубил музыку и хулигански залюбовался ужасом отпрянувшего парня.

– Поющий туесок? Ты…ты колдун?

– Зови меня Старым, это теперь единственное моё имя. Да какой я колдун, из чудес умею только живое превращать в мёртвое. Ты сам видел. Думаю, таких факиров в ваших краях очень много.

– Но этот чудесный коробок и то, что ты смог одолеть лесных духов… нет, ты совсем не простой человек!

– Одного из них пришиб ты сам, помнишь? Значит, мы с тобой два сапога пара.

Мстиша пришёл в восторг от фразеологизма и долго "вертел" его, примеряя к разным обстоятельствам. От подозрительности и робости перед таинственным человеком не осталось и следа.

– Знаешь, Старый, есть у меня знакомец – Лютай. Он охотник на чудовищ. Может, тебе с ним сойтись?

– Что, прямо на чудовищ? Бегает по лесам и убивает таких вот "духов"?

– Ну… разных убивает. Может, и таких тоже, я ж сам не охотник. А вам будет о чём поговорить.

– Нет, Мстиша, мне нужно искать дорогу домой. И чем раньше я её найду, тем лучше.

– Так это тебе точно к Лютаю надо! Он, это, немного колдун. Я сам видал!

– И чем он мне может помочь? – с сомнением проговорил сталкер.

– Да кто ж их, кодунов, знает! Знают многое, если не врут, конечно. А то был у нас один, ведуном себя называл. А сам только по девкам охотник… Но этот не врёт, и звери его чтят, он с ними разговаривает! Птицы тож, одна ему на плечо села, прощебетала что-то, и Лютай тот час нашёл логово волколаков!

– Что, прям оборотней?

– Смейся, но только с того дня соседняя деревушка спокойно зажила и дети пропадать перестали.

– А у Лютая появилась красивая куртка из волчьего меха.

– Откуда ты знаешь, Старый?! Вы с ним знакомцы?!

Вздохнув, сталкер приторочил Винторез обратно под клапан рюкзака, накинул на себя камуфляж и повернулся ко вновь заробевшему при виде сталкера в полной боевой готовности Мстише.

– Ладно, пойдём к твоему охотнику. Всё равно нужно что-то делать. Только последнее дело закончу.

Два путника уходили прочь. На запертой створке двери скалились две человеческие головы вперемешку с башками "лесных духов". Под ними кроваво алел знак радиационного заражения.

***

Добротная изба стояла на краю светлого леса. Над невысокой оградой качали тонкими ветвями высоченные берёзы, из травы под ними выглядывали крупные подберёзовики. Высокое крыльцо и дверь из толстого горбыля освещали закатные лучи солнца кроваво-красного цвета, предвещавшего тихую ночь и ясный, тёплый денёк.

От открытого окна потянуло вечерней свежестью. Сидящий за столом человек поднял голову и всмотрелся в наползающие сумерки. Лежащие перед ним предметы говорили о том, что человек жил охотой на крупных зверей, он только что закончил править лезвие большого ножа и теперь любовно пробовал ногтем его остроту. Лежащий на столе топор напоминал больше боевую секиру – широченный, тяжёлый, на длинной рукояти.

Ограду позади дома перемахнули какие-то тени, они стремительно двигались в опускающейся темноте, будто несли её на своих плечах. Охотник насторожился, спрятал нож в висящие на поясе ножны и потянул к себе топор.

По стене что-то проскрежетало, звук медленно пополз к двери, запертой на мощный засов. Одним движением человек метнулся к окошку, прижался спиной к бревенчатой стене и осторожно выглянул наружу. Узкий проём не позволял проникнуть в него кому-то крупнее лисицы, но охотник знал – на свете водились твари гораздо меньшего размера, каждая из которых могла убить взрослого мужчину.

Прячущиеся снаружи будто играли. Шорох и скрежет повторились, теперь пришельцы обходили избу навстречу друг другу, но так и не попали в поле зрения. Постояв в раздумьях, охотник сунул в кожаную торбу горсть самодельных коротких факелов. Дружба с детьми природы – полезная штука. Животные многое могли бы рассказать людям, если бы те слушали созданий, которых считали в лучшем случае младшими братьями, а то и просто – букашками. Особая смесь на концах факелов легко воспламенялась, стоило только посильнее чиркнуть обо что-нибудь сухое и достаточно жёсткое. Горело ярко, жарко и долго.

Засов бесшумно ушёл в сторону, хозяин избы покинул жилище, его тень мелькнула над перильцами крыльца и исчезла в темноте. Из-за угла донёсся уже знакомый звук, что-то приближалось. Оружие в руках опустилось вниз, готовое врубиться в плоть, в этот момент над головой хрипло прокричала ворона.

Что-то крупное обрушилось на спину, оплело сильными руками тело и вцепилось в топор. Тут же второй пришелец выметнулся из-за угла, и только звериное чутьё спасло глаза от летевших в них когтей. Щёку рвануло болью, кровь брызнула на сухие брёвна родного жилища. Охотник расплющил напавшего сзади об стену, освобождая руку, и закрутил топором перед мечущейся тенью второго. Ворона вновь прокаркала что-то непонятное.

Локтём раздавив нос осевшего сзади противника, охотник подпрыгнул и вцепился в перила высокого крыльца. Икру левой ноги тут же пронзили раскалённые гвозди. Застонав, человек повис на одной руке, махнув зажатым в ладони другой топором. Безрезультатно, но хоть ногу освободил. Взметнув тело вверх, он приземлился на здоровую конечность и попытался позвать на помощь сидящую в ветвях птицу. Та забила крыльями и будто захохотала. Человек похолодел: впервые лесной житель не просто отказал в помощи, он помогал врагам!

Ведающий язык младших охотник изумлённо опёрся на раненую ногу и чуть не задохнулся от поднявшейся к горлу дурноты. Пятная доски кровью, он перевалился через порог и рухнул на пол. Медленно закрывающаяся дверь замерла, лапища невидимого врага держала её снаружи, будто издеваясь, поигрывая пальцами с острыми, перепачканными кровью человека когтями. Створка распахнулась, и в лицо твари полетел плюющийся белым огнём факелок. Нападавший взревел, шерсть на его гибком теле занялась вонючим пламенем. Огромные лапы потянулись к сидящему на полу охотнику, позади возникла тень второго существа.

Старый издалека разглядел вспышку, напоминающую сполох свето-шумовой гранаты. Придержав за руку своего попутчика, он остановился и прислушался. Треск фосфорной смеси и вой какого-то существа отчётливо слышались в свежем ночном воздухе, наполненном стрекотанием сверчков. Кивнув Мстише, сталкер двинулся к избе, невидимой в опустившейся темноте.

Пахло горелой шерстью, из дома доносился шум борьбы. Прижимая самострел к груди, Старый бесшумно взлетел по ступеням. Торопящийся за ним парень поскользнулся на кровавом пятне и приглушённо ругнулся. В тот же момент чёртова ворона вновь раззявила клюв, и сталкер нос к носу столкнулся с каким-то уродом. Шерстистое нечто подпирало головой притолоку, распахнутый рот угрожающе щерился немаленькими зубами.

Сталкер в упор вогнал гранёный болт в грудь неизвестного противника и добавил сунувшемуся вперёд зверю коленом в пах, одновременно хватаясь правой рукой за шерсть на затылке. Приложив тварь зубами об перильце, Старый упёрся второй рукой в шею и сломал её, дёрнув голову на себя. Разряженный самострел повис за спиной, перезаряжать его не было времени. Вооружившись ножом, сталкер вломился в избу.

Кровью сражавшихся внутри было покрыто всё вокруг. Раненый охотник из последних сил отбивался от второй твари, вонь сгоревшей шерсти била в ноздри. Отшвырнув палёного урода в сторону, сталкер шагнул следом. Тот приложился спиной об стену и скрёб по ней когтями. Старый опрокинул на противника тяжеленный стол и навалился сверху, пытаясь достать ножом клацающего зубами монстра. Лезвие звякнуло по ним, и клинок вырвался из рук. Кулак заплясал по твёрдой башке, но тварь не думала сдыхать.

– Вот собака сутулая! – рычал Старый. – Сдохни, урод ты зубастый в душу мать!

Что-то коснулось ноги сталкера. Обернувшись, он увидел, как охотник последним усилием поднял руку, протягивая огромный топор. Перехватив его поудобнее, Старый рассёк череп живучего монстра. Ввалившийся наконец внутрь Мстиша кинулся к потерявшему сознание ведуну Лютаю.

– Зажми ему раны, я сейчас!

Обтерев нож и убрав его на место, Старый перезарядил самострел. Не почувствовав присутствия новых врагов, он спустился к сброшенному рядом с крыльцом рюкзаку, наклонился поднять его. Забившая крыльями ворона заставила выпрямиться и обернуться, хриплое карканье оборвалось, когда болт сшиб птицу с ветки. Постояв пару секунд над замершей тушкой, Старый нахмурился, затем подхватил рюкзак и поспешил в избу.

Глава 4

– Здрав будь, охотник! Что привело тебя ко мне?

– Батюшка Волос, неладно на нашей земле! Младшие больше не слышат меня! Супротив того, врагам подмога! Не иначе навьи снова проникли в людской мир!

Сидящий перед Лютаем старик, в своей косматой шубе похожий на медведя, нахмурился, глядя куда-то в такие дали, где нет места смертным. Взгляд ожил, опустился на охотника.

– Ты прав, что-то изменилось в мире. И навьи уже учуяли то Зло, что пришло из грядущего. Скоро Морана проведает о нём, подчиняющем своей воле любое создание.

– Что же нам делать, батюшка Волос? Может, кликнешь Сварожичей на подмогу?

– Богам сейчас несладко приходится. Видим мы – грядёт Последняя Битва, в которой можем проиграть и оставить вас, внуков, одних… Ну, речь не об этом! Самим вам надобно справиться с напастью, изгнать пришлое Зло из мира.

– Но батюшка Волос…

– Тот человек, что помог тебе, тоже пришёл из грядущего. Он знает, как победить эту напасть, но ему нужна помощь. И передай, что он сможет вернуться домой, когда убьёт врага. Мы же сдержим Морану и её приспешников.

***

– А это что у тебя? – снова и снова спрашивал Мстиша, глядя на врачующего раненого охотника Старого.

Тот для начала обколол беднягу всяческими противозаразными препаратами, искренне надеясь, что Лютай не аллергик. Обработал раны и замотал бинтами, израсходовав часть аптечных запасов. Охотник вздрагивал в беспамятстве, шептал что-то бессвязное.

– Много будешь знать – плохо будешь спать, – ответил Старый, снова приведя в восторг бесхитростного парня. – Ну вот, теперь баиньки, утром будет как огурчик. А ты поставь воду кипятиться, сядем ужинать.

Мстиша боязливо оглянулся на чернеющее окно, побрёл с ведёрком к двери. Сталкер покачал головой, хлопнул парня по плечу и указал на печь. Радостно закивав, тот затеял растопку.

Старый вышел наружу и направился к колодцу, отметив, что трупик вороны никуда не делся. И то ладно, от этой жуткой птицы можно всего ожидать.

Колодец с журавлём поделился холодной водицей. Отпив из ведра, сталкер зачерпнул горсть живительной влаги и умылся. Щетина на лице стала просто неприличной, однако сбрить её означало привлечь внимание любого человека, встреченного на пути. Вздохнув, военный в отставке принял намечающуюся бороду как часть камуфляжа.

В печке уютно трещали чурки, светлое пятно мерцало на полу, освещало избу, пуская по стене привычные тени. Лютай сопел на кровати, благодаря препаратам, спал, не обращая внимания на поднявшуюся температуру. Походный котелок занял место пожарче, и скоро над ним запарило, сладкий чай принялся настаиваться в кружках.

– Вот тебе и сходили к ведуну, – проговорил Старый, извлекая позаимствованную у лиходеев снедь.

– Ничего, поправится, – уверенно ответил Мстиша, наблюдавший за тем, как еда появляется из странной торбы попутчика. Голодный организм обиженно урчал.

– А это вообще нормально, чтобы на охотника всякая нечисть бросалась? – поинтересовался сталкер.

– Я никогда такого не видел! Обычно Лютай выслеживает чудовищ и нападает на них, но чтобы наоборот…

– Может, мстят ему? Ну, убил оборотней, а у тех родичи остались, вот и пришли по душу охотника.

– Что ты! Ведуна тропить – смерти искать! Ему и звери, и птицы помогают. И самые младшие, вроде мурашей да пчёл. И с Богами, говорят, ведуны разговаривают, под их защитой живут.

– Что-то не слишком божья защита ему помогла. Если б мы не подоспели, тут бы мёртвый ведун валялся, – сталкер не слишком обратил внимание на слова о богах. Зато углядел кое-что другое. По стене кралась тень, непонятно откуда взявшаяся.

Не переставая прихлёбывать горячий чаёк и хрустеть коркой засохшего, но очень вкусного хлеба, Старый следил за перемещениями аномалии. Он и впрямь почувствовал себя в Зоне, будто вновь охотился на морока – зловредного мутанта, наводящего иллюзии.

Чувство опасности хлестнуло по загривку, сталкер вскочил, крутнулся на пятке, выхватывая нож, и всадил лезвие во что-то, подкрадывавшееся со спины. Нож застрял на полпути, теперь виднелись лишь зажатая в ладони рукоять и сантиметр стали, орошённый кровью. Сориентировавшийся вовремя Старый выдернул нож из невидимого тела, и оно упало, разбрызгивая по полу алую жидкость.

– У вас тут что, мимики водятся? – успел спросить сталкер и увидел прежнюю тень, стремительно приближающуюся к спящему Лютаю.

Зацепив носком ботинка стул, Старый метнул его туда, где по его расчётам находился невидимый враг. Стул врезался во что-то, тень на стене опрокинулась и завозилась на полу. Тут же руку с ножом полоснуло болью, что-то впилось в неё острыми когтями или клыками. Оружие улетело в сторону, но и нападавшего сталкер стряхнул, приложив об стену. Покатились с полки горшки, усеивая половицы осколками.

Сметливый Мстиша сыпанул в печь горсть сухой бересты, огонь ярко вспыхнул, обрисовывая тени.

– Глупые людишки, – зашептало вокруг. Голоса шли отовсюду, злобно шипя. – Вы все умрёте.

– Не, это не мимики, те не разговаривают, – определил Старый, вспоминая жутких тварей Зоны, умеющих становиться практически невидимыми.

Нож валялся в углу возле кровати. Шагнув к нему, сталкер интуитивно подставил руку, ощущая новую опасность. Отбросив тут же напавшего нового невидимку назад, он выставил вперёд левую руку, а правую отвёл за спину. Прыгнувшая тень коротко взвизгнула, когда кистень перехватил её в полёте, размозжив голову. Хруст заставил Мстишу передёрнуться и отступить назад, подальше от мокрых пятен, возникших у его ног.

Кистень крутнулся в воздухе, зашиб ещё кого-то, визжало долго и мерзко. Удар толстой подошвы берца угомонил шумную тварь, и тяжёлый шар припечатал буйную голову.

– Сколько же их тут! Мстиша, охраняй охотника, живее!

– Это злыдни! Но они никогда не нападали на людей! – крикнул парень, перекрыв дорогу к лежащему Лютаю.

– Кто! Такие! Злыдни? – выговорил сталкер, после каждого слова нанося удары по юрким невидимкам. Приходилось довольствоваться интуицией и мельтешащими тенями. Зато нож добыл и теперь полосовал нелюдь, вгоняя лезвие в податливую плоть.

– Это навьи слуги! Заводятся в домах и доводят хозяев до нищеты!

– А, и у вас тут приживалки! На тебе! Минус ещё один!

Мстиша почувствовал удар под дых и согнулся от резкой боли. Тут же что-то уселось на шею, вцепилось в волосы, нанося удары по затылку. Парень упал на колени, покачнулся и рухнул на пол. На стене тень протянула лапы к раненому охотнику.

Старый вогнал нож в очередного противника и бросился на подмогу, но запнулся об невидимку. Когда он вновь поднял глаза, Лютай глядел на свою руку, сжимавшую пойманного врага. Пальцы давили всё сильнее, хрип сменился треском, и охотник отшвырнул от себя ставшее видимым тельце злыдня, похожего на злобного гнома с рогами. Обернувшись, Старый увидел раскиданных по избе маленьких мертвецов.

– Круто тут у вас, – оценил сталкер. – Ты там как, живой?

– Живой, – хором ответили охотник и с трудом поднимающийся Мстиша.

Вышвырнув в глубокий овраг тела и кинув сверху ворону, "напарники" вернулись в избу, Лютай сидел за столом и подкреплялся оставленной снедью. Мстиша принялся оттирать половицы и стены от крови злыдней, пока сталкер присел перевязать раненую руку. Охотник с интересом следил за его занятием.

– Во второй раз меня спасаете, этак я вовек не расплачусь, – слабо улыбнулся он.

– Хабаром отдашь, – отозвался Старый, и парень опять ухватил понравившееся выражение. – Ты на чай налегай, он с травами. Поправишься быстрее.

– Благодарствую, мне уже лучше. Силы нам всем скоро ох как понадобятся.

– Объясни.

– Я говорил с Волосом, пока ты врачевал мои раны. Он рассказал, что в наш мир пришло какое-то Зло из грядущего, умеющее подчинять своей воле любое существо. И про тебя говорил, ты тоже явился сюда из дней, что ещё не настали.

– Волос – это же бог… Ты, правда, можешь говорить с богами, Лютай? – осторожно спросил Старый. Происходящее здесь показалось ему чем-то нереальным: сидит в какой-то избушке за столом с человеком, говорящим с животными и Богами. Даже любимое присловье "это Зона" казалось теперь чем-то неуместным.

– С одним только, с Волосом. Он покровительствует всем, кого мы, ведуны, зовём младшими братьями. И с ними я тоже могу говорить, – как-то совсем обыденно молвил охотник. – Но, видно, даже Боги не всегда могут помочь. Навьи послали сюда злыдней, превратив их в убийц, а такого на моей памяти не случалось никогда. Злыдни вредили человеку издавна, покушаясь на его благополучие и ввергая в нищету. Убивать они не стремились.

– Что ж, в моих краях говорят: "на бога надейся, а сам не плошай". Будем справляться своими силами. Вернее, будете, мне нужно искать дорогу домой и как можно скорее.

– Об этом великий Волос тоже поведал. Он сказал, что ты попадёшь домой, когда убьёшь Зло. Ты знаешь, как его победить, и когда оно падёт, окажешься дома.

Старый нахмурился, задумавшись. Не каждый день сам Волос, он же Велес, отправляет тебя в квест. Снова пойди туда, не знаю, куда… Стоп! Зло из будущего, из того же времени, что и он сам! Подчиняет воле любое существо… Значит, в аномалию свалился не только сталкер, но и деструктор!

В первый момент Старый почувствовал, как лежащий на сердце камень испаряется: его ватажка не осталась один на один с мутантом-мозголомом! Что ж, теперь можно не торопиться вернуться, всего и делов, что найти главного зоновского паскудника и вышибить его чёрные от радиации и Зона знает ещё от чего мозги. Что Старый и так намеревался сделать, вернувшись домой.

– Я понял, что за Зло здесь появилось, и готов прижучить урода, пока он тут не натворил дел.

– Жаль, что я потерял умение говорить с младшими, это бы помогло в наших поисках…

– Ты о той вороне? Лютай, она находилась во власти деструктора. В моём мире такого зла достаточно, эти мутанты сильны, но смертны. Он видел всё глазами птицы и командовал теми псами, что на тебя напали.