Искаженный мир

Мистик заколебался, но все же сделал шаг в том направлении. Почувствовал стальную хватку на предплечье.

— Без геройств, Ашер, мы здесь не за этим. — Предостерегающе прошипела Грейвз.

Джек не был героем. Хотя бы потому, что от волнения не нашелся с подходящим ситуации небрежно–патетическим ответом. Пока решимость не истаяла, мистик скинул пелену. За эмоциональным барьером стало легче, ушли тревоги и сомнения, ковенант знал, что следует делать.

Напарница не смогла его удержать. Ашер с головой окунулся в вязкий, зловонный мрак.

Он успел вовремя. Но не сразу понял, что происходит. Посреди тонущего в отбросах проулка стояло двое. Бездомные, изрядно потрепанные. Мужчина и женщина, насколько понял Джек. До появления ковенанта они мирно беседовали. Сейчас молча смотрели на него. В мусоре, попискивая, копошились жирные крысы.

— Здесь… кричали. — Не очень уверенно, будто оправдываясь, произнес парень.

Позади раздался легкий шорох. София решила, что мертвый напарник в ее планы не входит. Она встала рядом с ковенантом.

— В чем дело? Кто кричал? — Грейвз играла желваками.

— Я. — Тихо, неуверенно отозвалась женщина и закашлялась. Тяжело, надрывно.

Джек едва сдерживал рвотные позывы. Ботинки тонули в желеобразном дерьме. Теперь только в мусорку, а ведь недавно купил. Казалось, по ноге кто–то ползет. Тело неистово чесалось. Удушливый, сладковатый запах гниения въедался в одежду.

— Почему вы кричали? — Ашер вернулся в физический мир.

Выглядела его собеседница преотвратно. Язвы на опухшем лице, редкие сальные волосы, дрожащие руки с толстыми пальцами.

— С перепугу же. Проснулась — он надо мной, не поняла ничего. А сейчас все хорошо, поняла. Мы идем в тепло, где покушать всегда найдется. А еще — меня вылечат. Я давно молила Великую Нужду о спасении. И вот Она прислушалась ко мне.

Бездомная вновь закашляла. Мистик ничего не понял, напарница в голос выругалась.

— Конечно, Донна. Великая Нужда спасет всех нас. — Мужчина успокаивающе положил руку на плечо спутницы.

Уверенный, сильный голос скорее соответствовал образу видного политика или преподавателя в университете, не морщинистого старика, который свое пропахшее мочой прохудившееся пальто, снимал, наверное, никогда.

— То есть, помощь вам не нужна? — На всякий случай уточнил ковенант.

Парень чувствовал себя глупо. Стоило послушать коллегу.

— Милостивая Госпожа позаботится о нас, мистик. — Бездомный пристально, не мигая, смотрел на Ашера.

Как удав на кролика. Джеку стало не по себе.

Развернувшись на каблуках, София зашагала прочь. Глаза ее метали молнии.

Мистик попятился, не в силах отвести взгляд от велеречивого маргинала. На изрытом оспинами лице застыла широкая, неестественная улыбка. Как у небезызвестного Кота из творчества одного британского писателя. Само собой, то был лишь обман зрения, но на мгновение Ашеру почудилось: во рту бездомного не черные пеньки зубов, но искривленные, острые, что белоснежные пики Гималаев, клыки. Ковенант моргнул и оторопел. Силуэты странной парочки стремительно исчезали в густых тенях, будто стираемые ластиком наброски. Джек поспешил за напарницей.

Остаток пути ковенанты провели в молчании. От обоих разило. София привычно игнорировала коллегу, мысли Джека же раз за разом возвращались к случившемуся за ангаром. Он совершенно позабыл о расследовании и не видел ничего вокруг себя. До короткого оклика Грейвз. Ашер едва не наступил на человека. Молодого мужчину с блуждающей улыбкой на лице. Раздувая ноздри, тот с шумом втягивал воздух и лениво, без какой–либо цели, перекатывался по тротуару, утробно стонал и мурлыкал. В глазах его сияли звезды.

— Этому помочь не хочешь? — Женщина смотрела на человека в ногах с брезгливой жалостью.

— Его выбор. — Не принял тон коллеги ковенант. — К тому же, парень совсем не умирает. Думаю, ему сейчас лучше, чем кому–либо из нас.

На мгновение Джеку показалось, что София разочарована ответом. Но мистик не придал тому значения. Ашер поднял взгляд. По левую сторону от тротуара, за выщербленным бетонным забором и покрытой сетью трещин вместительной автостоянкой, высилось безобразное здание из необработанного кирпича. Фасад опутывала причудливая паутина покрытых облупившейся краской труб. Вокруг, как зомби, дрейфовали одурманенные люди. У центрального входа, сваренного из ржавой арматуры, курило с десяток пошатывающихся постояльцев.

— Живописное местечко. — Присвистнул мистик. — А мы там ничего не подхватим?

София поджала губы.

— Если не посерьёзнеешь, долго здесь не протянешь.

— За меня серьезен весь окружающий мир. Одна ты чего стоишь. Да и какие тут шутки? Ты завсегдатаев видишь вообще?

Ашеру не доводилось бывать в подобных «Бойлерной» местах ранее, и в будущем он этого делать однозначно не планировал. Парень чуть не потерял себя, с головой окунувшись в опьяняющий омут ночной жизни обитателей гетто.

Атмосфера в клубе напоминала фантасмагорический коктейль из влажных грез и самых жутких кошмаров заядлого наркомана. В густой молочной дымке мелькали полуобнаженные, влажные тела. Люди извивались в первобытных танцах, занимались сексом, грубо, жадно, позабыв о приличиях, своей сущности и окружающих. Кислотная музыка разъедала мозг и проникала под кожу. Хаотично двигались в пространстве слепящие пятна света.

Джек чувствовал себя не в своей тарелке. Ему было душно, грязно и страшно. Не хватало воздуха. София скользила рядом, изящно избегая любого контакта с одурманенными завсегдатаями «Бойлерной».

На забранном ржавыми решетками потолке медленно крутились широкие лопасти вентиляторов.

Поиск центрального зала растянулся, кажется, на целую вечность. От однообразной музыки и диссонирующих голосов, сливающихся в неровный гул, закладывало уши. Тяжелый дух пота, грязных тел и несвежего дыхания перебивал концентрированную вонь дрянного алкоголя и горьких запахов курительных смесей.

Насилу пробившись к круговой барной стойке посреди бескрайнего танцевального зала, ковенант грязно выругался. Он задыхался, ему было противно, хотелось весь день простоять под горячим душем и забыть о сегодняшнем дне, как о страшном сне. Сию же минуту.

Напарница выглядела взбешенной не меньше, но стоически молчала.

Поигрывая мускулами, мимо прошел один из барменов. Натянуто улыбавшийся, с твердым, ясным взглядом. Белая ворона среди обдолбанного сброда.

— Сэр! — Вскрикнул мистик. — Простите, нам нужна ваша помощь!

Поднятую руку парня проигнорировали. Напарница же не церемонилась. Она перегнулась через стойку и схватила мужчину за футболку, проворно избежав ответной отмашки.

— Вон, пока я к вам не вышел. — Рыкнул бармен.

— Ковенант второго класса Ашер, сэр. — Продолжал надрываться Джек. — Моя коллега, ковенант первого класса Грейвз. — Мистик вежливо улыбнулся, убирая жетон во внутренний карман куртки.

— Ковенанты? А, за чем–то особенным явились. — Понимающе кивнул мужчина. — Подождите, я поговорю с напарником и вернусь к вам.

К Софии нетвердой походкой подошел похожий на орангутанга завсегдатай в некогда белой, с желтоватыми подтеками, майке. Ни слова не говоря, он по–хозяйски облапал женщину. Та, не растерявшись, ответила коротким хуком в челюсть. Наглец упал, как мешок с картошкой. Грейвз в бешенстве развернулась к бармену. На бледных щеках играл румянец.

— Мы здесь не для ваших низменных забав. — Сквозь зубы процедила ковенант.

Ашер с трудом разобрал сказанное.

— Линор Бейтс. — Повысила голос женщина. — И не говори, что не знаешь ее. Либо отвечаешь, либо я сутки продержу тебя в допросных Ковена.

Бармен спокойно выдержал разъяренный взгляд Софии. Не обращая внимания на бессвязный лепет страждущих, он облокотился о стойку.

— С тобой наедине хоть вечность, куколка. — Вальяжно протянул мужчина, демонстративно ощупывая взглядом фигуру Грейвз.

Статус незваных визитеров его совсем не впечатлил. Женщина сжала кулаки.

— Давайте обойдемся без взаимных оскорблений. — Робко встрял Джек, но его продолжили игнорировать.

Мистик чувствовал себя третьим лишним. И это ему решительно не нравилось. Ашера раздражала вызывающая самоуверенность бармена, как он смотрел на напарницу. У ковенанта кружилась голова.

— Сэр! — Джек повысил голос, незаметно сглотнув. Он говорил медленно и осторожно, будто прокладывал путь в доселе неизвестной местности. — Я считал, что у Ковена и Братства договоренность не вмешиваться в дела друг друга, разве не так?

Мужчина перевел взгляд на Ашера. Посмотрел пристально, испытующе. София помалкивала, предоставив мистику возможность импровизировать.

— Зачем вам девчонка? Она ведь даже не из ваших, ничего на нее не повесите.

— Повесим? — Мистик растерялся. — Вы не поняли. Она — важный свидетель текущего расследования. Нам необходимо опросить ее и, желательно, вернуть домой, к ребенку.

Джек захрипел. Кажется, вопя во все горло, он сорвал голос.

— Вернуть домой? — Бармен хохотнул. Могучие плечи затряслись. — Если Лин и впрямь важна, девчонке недолго осталось. Либо вы ее кончите, либо тот, за кем охотитесь.

— А здесь она, значит, в полной безопасности? — София фыркнула, окинув зал скептическим взглядом.

Мужчина выпрямился, сунул руки в карманы.

— А знаете что, плевать. Забирайте этого овоща и валите отсюда. Только вряд ли вы чего–то добьетесь. Лин, как явилась, уже не в себе была, а после марафона, который эта шлюха устроила, сомневаюсь, что вообще жива. Поднимайтесь на третий этаж. Лин в номере тридцать девять. Только будьте так любезны, если она кого–то обслуживает, подождите окончания. Или возместите нам убытки.

— А что конкретно она сказала, как пришла?

София уже пробивалась сквозь волнующееся людское море, но Ашер медлил.

— Да хрень какую–то. — Бармен отвернулся от ковенанта. Помолчал, заправляя очередного посетителя дешевым пойлом. Избавившись от клиента, продолжил: — Что–то про человека без лица. И смерть. Может, и впрямь мученика где–то в подворотне встретила, но вероятнее всего просто обдолбалась. Ничего нового.

Наверху было тише, но не уютнее. Этаж был переделан под комнаты отдыха. На деле являлся борделем. Приглушенные басы едва слышались сквозь толстые стены и стоны совокуплявшихся. Некоторые даже не закрывали двери в свои апартаменты. Выглядел процесс отвратительно. Большинство женщин напоминало резиновых кукол, мужчины скалились, безумными, невидящими глазами пялились в бездвижных партнерш, тяжело дышали. Джек старался смотреть перед собой. Рядом стремительно шагала София.

— Человек без лица. — Тихо прохрипел Ашер.

Его голос в наполнившей помещение какофонии звуков казался чужеродным.

— Что? — Непонимающе покосилась на напарника Грейвз.

— Человек без лица. — Яростно тер бровь мистик. — Я где–то слышал про него.

— Да о чем ты?

Смутные догадки ускользали от внимания ковенанта. Ашер морщился, пытаясь вспомнить, где и когда слышал сказанное Лин. Он словно чувствовал в черепной коробке зуд, но не мог почесаться.

Коридор расходился в стороны. Джек повернул налево и, будто споткнувшись о невидимую преграду, застыл на месте.

— О нем.

Из номера тридцать девять выходил человек. Он был высок, одет в струящийся черный плащ с капюшоном, очертания которого терялись в полумраке помещения. Двигался плавно и бесшумно, ровно выслеживающий добычу хищник. Маска–зеркало облегала лицо эластичной тканью.

Немая сцена длилась не дольше секунды. Действовать начали одновременно.

— За ним! Я к девчонке.

Джек не слышал напарницу. За мгновение до того он сорвался с места, метнувшись вслед за человеком без лица. Движения неизвестного были едва различимы, скорость, что у пикирующей стрелы.

Сердце Ашера стучало где–то в районе глотки отбойным молотком. Преследуемый сделал длинный прыжок в стену, расступившуюся перед ним, будто открывающиеся двери лифта. Мистик! Ковенант скинул пелену и, задержав дыхание, рыбкой последовал за неизвестным. У самой земли Джек замедлил падение, но все равно приземлился неудачно. Столкновение выбило из легких воздух, в глазах потемнело. Все еще не придя в себя, Ашер поспешно перекатился назад и, пошатнувшись, поднялся, помогая себе руками. Одного взгляда хватило, чтобы понять: ситуация стала куда более интригующей.

Ковенант оказался в тупике за «Бойлерной». Подошвы ботинок скользили по асфальту. Напротив, пригнувшись, вполоборота к ковенанту, замер человек в зеркальной маске. Но смотрел он не на Ашера. Выход из тупика преграждали двое. И выглядели они вовсе не заблудившимися зеваками. Рядом медленно опустилась София. Джек почувствовал себя уверенней.

Молчание затягивалось. Никто не двигался. Ашер видел подобные сцены в старых вестернах. Дуэлянты ждали сигнала к бою.

— Уэст, что за маскарад? Синьор Клементе желает видеть тебя. — С едва различимым акцентом, оскалившись, произнес мужчина с бульдожьими щеками и многозначительно добавил. — Живым или мертвым.

— Насчет вас указаний не было. — Спутница говорившего, одетая по–деловому, выглядела невозмутимо, словно беседовала у кулера в офисе с коллегой, а не готовилась к бою в забытой Создателем дыре. — Можете идти, мистер Ашер, мы не станем препятствовать.

Ковенанта не удивил тот факт, что неизвестные знают его имя. Краем глаза Джек уловил, как дернулась, словно и впрямь желала уйти, напарница. Человек в маске продолжал молчать, водя головой из стороны в сторону. Не затравленно, оценивающе.

Парень вздохнул поглубже, пытаясь успокоиться.

— Это фигурант расследования Ковена. И он пойдет с нами.

Ашер мог собой гордиться: голос не дрогнул.

Поединок мистиков напоминал шахматную партию, где на каждый ход даются доли секунды. Сомневаешься, одно неверное решение, запоздалая реакция — ты проиграл.

Дебют остался за человеком в маске. Он действовал грубо, предсказуемо, но жестко и эффективно. Динамическими плетениями привязал вакуумные пузыри к объектам. Вокруг ковенантов и боевиков мафии исчез воздух, люди стали похожи на выброшенных на берег рыб, но преследуемый не прекращал творить.

София, скрепя зубами, нейтрализовала сотворенное неизвестным явление. Мафиози были профессионалами, знали, на кого охотились, потому подготовились должным образом. Работали слаженно, четко и быстро. Пока мужчина активировал артефакт–адаптир, восстанавливающий гармоничный образ реальности, напарница атаковала. Пули, выпущенные из крупнокалиберного револьвера, вонзались в воздух против ковенантов и преследуемого, как иголки в подушку. А после пружинили во владелицу. В бой вступил Джек. Женщина–мафиози уворачивалась от пуль со сверхъестественным проворством, ее грациозные движения расплывались в воздухе.

— Эволюционер! — Сузив глаза, Грейвз перешла в контрнаступление.

Только взмывший над головами боевиков человек в маске, будто примагниченный, с ускорением рухнул вниз. Асфальт под ним стал таять, с голодной жадностью поглощая нежданное угощение. Джек встретил бросившуюся на него эволюционера стеной жидкого, обволакивающего пламени, густого и вязкого. Вопреки законам физики, женщина избежала столкновения со смертельной ловушкой. Она в последний момент вильнула в сторону и врезалась в стену соседнего здания, отчего та пошла трещинами. Да сколько же в этой убийце имплантов?

С начала сражения прошло не более полуминуты, а Ашер чувствовал себя, как скаковой жеребец на финише. Прохладный ветерок обдувал разгоряченное лицо. Рядом, плечом к плечу, тяжело дышала София. Она противостояла выбравшемуся из ее западни неизвестному. Тот более не пытался бежать и с успехом теснил и мафиози, и ковенанта, буквально погребая их лавиной изобретательных явлений. Из носа Грейвз бежал алый ручеек. Ее товарищ по несчастью, несмотря на габариты, благодаря многочисленным имплантам и улучшениям, вертелся, как волчок, пытаясь подобраться к цели и избежать смертельно опасных атак. От разнообразия исполняемых пируэтов кружилась голова. Ни на одном чемпионате по акробатике подобного увидишь.

Очевидно, сильнейшим из противников был мистик, следовало вывести его из строя, после чего спокойно заняться эволюционерами.

Без лишней скромности, Джек слыл лучшим дуэлянтом в академии, не проиграв в студенческие годы ни одного боя. Он являлся отличником учебы, в одиночку успешно препятствовал распространению опаснейшего искажения в начале службы в Полисе. Тем досаднее было осознание того, что даже их совместный с Софией штурм не увенчался успехом. Противник ушел в глухую оборону, сведя на нет самые изощренные попытки ковенантов навредить ему. Ашер чувствовал, что оппонент на пределе, еще секунда, и он не выдержит. Но они были не одни. Дуэль все больше напоминала сражение с гидрой.

Раздался громоподобный выстрел. И следом за ним преисполненный боли вскрик Грейвз. Джек помертвел от ужаса. Время замедлилось. Стрелял мафиози. Его напарница, пользуясь тем, что человек в маске занят мистиками, нанесла страшный удар в челюсть. Голова его откинулась, как на пружине.

Ашер взревел, словно раненый медведь. На мгновение разум помутился. Ковенант опомнился лишь, когда бандит, влекомый сотворенным им ураганным ветром, с влажным хрустом по плечи вошел в кирпичную стену «Бойлерной». Брызнули в стороны розоватые мозги и кости.

Джек, оскальзываясь, бросился к Софии. Напарница лежала на земле, роскошная шевелюра смешалась с нечистотами. Стиснув зубы, она держалась за живот. В глазах стояли слезы. Внутри у Ашера все перевернулось. Ковенант выглядела столь хрупкой и беззащитной, что Джек растерялся. Он потерял дар речи, не понимал, что делать.

Бой тем временем продолжался. Чудесным образом оставшись в сознании после сокрушительного удара женщины–эволюционера, человек в маске, не мудрствуя лукаво, запустил ее в небо, будто камень из пращи. Раскачиваясь, ровно матрос на палубе в шторм, неизвестный побрел к выходу из тупика.

Но Ашеру было все равно. Парень видел перед собой лишь раненую напарницу. И Гилберта Эймса. Он погиб при ликвидации искажения в первый день Джека. Мужчина служил в Ковене десять лет, готовился к повышению. Дома его ждала любимая супруга и два сына–подростка. Но свой жизненный путь опытный мистик закончил в дебрях Фронтира, в катафалке, куда его бесцеремонно свалили вместе с полудюжиной жертв всеразрушающего явления.